Свадьба в Новый год, да еще и в деревне — Юля запомнит это на всю жизнь. Прошло три месяца с тех пор, как они с Сергеем подали заявление. Свадьба была назначена на тридцатое декабря, а в деревне гуляют два-три дня. Тройка лошадей с бубенцами, Дед Мороз и Снегурочка, снежная зима, невеста в белой шубке, жених в дубленке до пят — все это придавало свадьбе вид театрального представления. Гостей было немного, но шик — лихой. Все устроил Сергей. Он хотел сделать для Юли сказку, которая войдет в историю их жизни.

София в ноябре переехала к родителям вместе с Лори. Мать следила за ее здоровьем, оберегала от холода и нервных потрясений, готовила еду, рекомендованную беременным. На свадьбу в деревню Надежда Фёдоровна дочь не отпустила. София и сама, видя, как округляется живот, не захотела ехать. Юля сожалела, но не обиделась. Подружкой она пригласила коллегу. В это же время София узнала от Валентины, которая иногда ей звонила, что Иван и Кира тоже поженились — в шикарном старинном ресторане. София сразу догадалась, в каком.

Шло время. В первые весенние дни, когда все оживает, на свет появилась маленькая девочка: три килограмма двести граммов, пятьдесят сантиметров. Софию из роддома встречали родители, Юля и Сергей. Егор Ефимович пригласил всех в загородный дом — там их ждал праздничный стол.

За месяц до родов приготовили детскую. Всю беременность София прожила с родителями за городом. Ко всеобщему удивлению, Тайфун не забыл Лори, и они подружились: пес часто облизывал кошку, а та ложилась рядом, уткнувшись мордочкой в его шерсть. София гуляла в саду, общалась с отцом и матерью, и никто из знакомых не видел ее беременной — она сама так решила. Все это время девушка не появлялась в городе, чтобы случайно не встретить кого-то, кто стал бы задавать вопросы. Она читала книги, совершенствовала языки и ждала рождения дочери. На время отсутствия в городе София разрешила Юле и Сергею пожить в своей квартире.

И вот они все у роддома. Когда деду вручили маленький сверток, в котором кряхтела внучка — будто уже пыталась высвободить ручки и обнять его, — они сфотографировались и сели в машину. Егор Ефимович поинтересовался:

— Сонечка, как же ты решила назвать дочку? Я запутался в ваших с матерью предложениях. Надо решить — ведь она уже здесь, с нами.

— Папа, я назову ее Оленькой.

— Прекрасно. Мне нравится. А тебе, мать? — спросил он жену.

— Ты разве забыл, что я Сонечку хотела назвать Олечкой? А ты настоял на Софии.

— Помню, помню, — улыбнулся счастливый дед. — Мою мать так звали. А отчество как запишешь?

— От настоящего отца. Ольга Ивановна Рябинина.

— Возражений нет.

За разговорами не заметили, как доехали до дома. Дед с гордостью нес внучку по аллее, бабушка не отставала. Птицы на деревьях чирикали, перелетая с ветки на ветку, будто поздравляли и провожали их до входа.

— Соня, — обратилась Юля к подруге, — нам с Сергеем нужно съезжать из твоей квартиры.

— Что ты, пока нет, — возразила она. — Я все равно буду жить с родителями. Пока найду работу — месяца через три минимум.

— Спасибо. А то Серёжа уже искал другую квартиру. Я тебе не сказала: мы начали строить дом. Взяли ипотеку, плюс его сбережения. Ты очень помогла — мы здорово сэкономили. Но переезжать пока рано.

— Поздравляю! Но почему я узнаю так поздно?

— Боялась сглазить. Да и с ипотекой загвоздка была. Буквально недавно все решилось. А ты в это время рожала, — улыбнулась Юля.

— В следующий раз делись радостью. Я ведь радуюсь вместе с тобой.

— Знаю, Сонечка, знаю.

— Извини, отлучусь — Олечку пора кормить.

София поднялась на второй этаж. В детской сидели родители и любовались внучкой, которая пыталась открыть глазки после сна.

— Я уже здесь, — тихо сказала София.

— Смотрим, как наша Олечка просыпается. Даже не плачет.

— А зачем плакать? Мама здесь, сейчас накормит.

— Хорошо, мы уходим, — прошептал отец. — Уснет — приходи.

Егор Ефимович и Надежда Фёдоровна вышли из комнаты.

— Ой, Егорушка, не могу налюбоваться. Как будто снова родила дочь. Те же ощущения радости испытываю.

— Знаешь, а я тоже. Помню, как Сонечка родилась, я был на учениях. Когда мне сообщили, я, как мальчишка, орал «Ура!» от радости. Солдаты смотрели на меня, ничего не понимая. Думали, чего это полковник орет. С ума сошел, что ли… — рассмеялся он. — Потом узнали и начали поздравлять. Тогда мы с коллегами хорошо отметили рождение Сонечки.

— Пошли, давай, товарищ генерал, — весело сказала жена. — Нас там Юля с Серёжей ждут. Могли бы, конечно, пригласить еще кого-нибудь, но Соня не разрешила.

— Ну и ладно. Самые близкие и верные здесь. Успеем еще пригласить. Пусть подрастает наше золотце.

Они спустились в гостиную. Юля, увидев родителей подруги, встала и пошла навстречу.

— Как там? — поинтересовалась она.

— Все хорошо. Кушают. А мы пойдем праздновать. Стол уже накрыт. Соню ждать не будем. Она спустится к нам, когда закончит.

День прошел спокойно и празднично. Юля с Сергеем уехали вечером. София постоянно поднималась в детскую и заглядывала в кроватку, где спокойно спала Оленька.

* * *

Пролетели в хлопотах апрель и май. Юля с Сергеем переехали в свой недостроенный дом, освободив квартиру Софии. Сергей все свободное время занимался строительством, Юля наводила уют.

Словно одно мгновение промелькнули лето и осень. Молодая пара встретила Новый год в своем доме.

В один на удивление теплый зимний день Юля выбежала на крыльцо, огляделась в поисках мужа и заметила торчащие из-под машины ноги.

— Сергей, бросай работу!

— Что случилось? — он наполовину вылез из-под машины. — Можно я закончу?

— Нет, дорогой! — заявила Юля. — Не даю тебе ни минуты.

Сергей подчинился.

— Итак, что случилось? — спросил он с легким недовольством.

Ее глаза сияли.

— Я пришла к тебе не одна, Серёжа, — таинственно сказала Юля.

Он недоверчиво посмотрел на нее.

- À кого же ты привела?

— Нет, я пришла одна, — вскрикнула Юля, — но нас двое.

На его лице отразилось недоумение.

— Ты еще не догадался?

Сергей подумал немного, потом нерешительно проговорил:

— Ты беременна?

— Да, да, да! — ликовала Юля.

— Ты не шутишь? — спросил он с глуповатым видом.

— Вот тест! — она показала полоску.

Сергей, наконец поверил. Лицо просияло, карие глаза сверкнули. Он со звоном отбросил гаечный ключ, изо всех сил шлепнул себя по ногам и закричал:

— У нас будет ребенок! — И схватил Юлю в охапку.

— Тише, тише, — смеялась она, — я же не одна пришла.

Сергей опустил ее, расцеловал и, пританцовывая вокруг, запел.

Юля смотрела на него и думала: «Какой же он классный! Господи, почему так бьется сердце, когда я вижу его таким? Неужели случится беда? Тьфу, тьфу, тьфу, не дай Бог… Но одно я чувствую: никогда еще так сильно не любила. Хочется повторять и повторять: «Я люблю тебя, обожаю и никогда никого, кроме тебя, не полюблю»«.

Когда Сергей ушел, Юля еще долго оставалась в счастливом оцепенении. Будто камень свалился с души — все мелкое, досадное исчезло. Она чувствовала легкость, приподнятость, блаженное исполнение всех надежд. Никому, кроме Софии, не могла Юля рассказать об этом — самом большом и прекрасном. И она позвонила ей…

* * *

София с дочерью каждый день выходила гулять в сад: клала Олечку в коляску, и они неспешно прохаживались по тротуару среди ярких маминых клумб. Так шли месяц за месяцем. К тому времени, как дочери исполнился годик, София начала мечтать о том, чтобы вскоре найти работу.

Однажды она увидела объявление о наборе бортпроводниц со знанием языков на международные рейсы. «А почему бы не попробовать?» — подумала она, посоветовалась с родителями и поехала на собеседование.

После родов София следила за собой, помня, что для ее профессии важны не только языки и техника, но и внешность. За два года без работы в ней появилась женственность, в глазах — спокойная уверенность.

Когда София появилась на собеседовании, показала документы и прошла языковые тесты, у принимающей стороны не осталось вопросов. Дальше ее ждали врачебная комиссия, подписание договора, трехмесячная подготовка и получение летных документов.

— Юля! Меня приняли! — прощебетала она по телефону. — Я буду работать бортпроводницей на международных рейсах.

— Я же тебе говорила, что так и будет! Но до сих пор не пойму, зачем ты туда пошла. Самолет — это опасно. Или ты хочешь замуж за летчика?

— Юлька, ты что? Зачем мне летчик? Это просто ступенька карьерного роста, я долго не задержусь. А вообще-то, не буду загадывать: может, мне понравится эта работа. После полета во Владивосток я влюбилась в небо.

— Ага, помню, как ты закрывала глаза от страха, — засмеялась Юля. — Но почему ты снова не пошла в переводчики?

— Небо — это же романтика! Я засиделась дома, мне захотелось чего-нибудь экстремального… Новые страны, новые люди.

— Я только за. Но это же опасно, всякое бывает…

— Все будет хорошо! Как вы?

— Достраиваем дом. Осталось совсем немного. Не хоромы, конечно, но для нас вполне…

— Пригласишь на новоселье?

— Обязательно. Соня, ты так нас выручила! Не знаю, как и отблагодарить.

— Ничего не нужно. Ты моя подруга, я не могла поступить иначе.

— А ты когда уже переедешь из своей загородной резиденции? Мы совсем не видимся. Квартиру мы с Серёжкой освободили.

— Встретиться в ближайшее время не обещаю. К тому же скоро летать начну. Тебе когда рожать?

— В августе. А как моя крестница, Оленька?

— Ой, такая умница. Не по возрасту. Мама ее всему учит.

— Вся в тебя. Наверное, скоро и иностранным языкам бабушка научит.

— Может быть. Ладно, подружка, мне пора домой. Помнишь, я тебе говорила, что не люблю ездить на машине? Отец все-таки купил мне авто. Редко езжу, но иногда приходится.

— Поздравляю! А я пока на старенькой машинке Сергея. Но, как появятся деньги, мы обязательно ее заменим.

— Юля, ты осторожно. Живот не мешает?

— Нет. Мы аккуратненько.

— У тебя все будет хорошо! Главное, тебя любит Сергей, а ты его.

— И это правда.

Подруги попрощались, и София села в автомобиль. «Вот и счастье пришло к моей подруге, — подумала она. — Юля его заслужила».

С самого утра шел, не переставая, мелкий, как водяная пыль, дождь. От него верхушки деревьев раскачивались, пригибаясь и выпрямляясь, точно волны. София включила дворники и отъехала от авиакомпании. Ей было непривычно всматриваться в летящие навстречу машины, и она снизила скорость. «Лучше так, чем ехать в напряжении». Иногда Софии сигналили, но она не обращала внимания, зная, что движется по правой полосе и никому не мешает. Медленно, но уверенно она добралась до дома.

— Ма-ма, — встретила дочь, протянув ручки.

София подняла малышку.

— Соня, она всегда тебя ждет. Спрашивает: «Где мама?» Уже все цифры на часах изучила. Я показываю пальцем: вот эта стрелочка будет здесь — и мама придет.

— Мама, скоро я буду надолго улетать.

— Приняли?

— Да.

— Ну и ничего. Мы с Олечкой нарисуем самолетик, и я ей скажу, что мама летит к нам и скоро вернется, — улыбнулась Надежда Фёдоровна, взяв внучку за руку.

София смотрела на них с умилением. Как ей повезло с родителями! А доченька каждый день радовала близких своими успехами: в девять месяцев она пошла, а в год начала говорить.

— Что бы я без тебя делала, мамочка? Отдала бы в сад или наняла няню. Разве няня даст столько любви, как бабушка? Росла бы доченька без внимания. А мне ведь нужно зарабатывать и думать о ее будущем. Сколько таких матерей-одиночек…

— Что ты говоришь? Пока я жива, она получит все: образование, воспитание, любовь. Ты занимайся своей жизнью. Будет и на твоей улице праздник.

— Может быть. А где папа?

— Будто не догадываешься. Как всегда, на хозяйстве. Придет, полежит, с Олечкой поговорит — и опять уходит.

— Мамочка, она такая хорошенькая, — любовалась дочерью София. — Взвалила на тебя ее воспитание, а теперь и вовсе буду в командировках.

— Ты не переживай. Я еще не старая, мне не в тягость. Ты должна устраивать свою жизнь, а то просидишь в четырех стенах без работы — зачахнешь. Среди людей нужно быть.

* * *

Обучение пролетело быстро. София успешно закончила курсы и готовилась к своему первому вылету.

Юля в августе родила девочку — Леночку. Роды прошли тяжело, сделали кесарево. Юлина жизнь висела на волоске. Муж не находил себе места и ночами дежурил в больнице.

В день выписки Сергей и София встретили Юлю с дочкой с огромным букетом цветов. Юля была еще бледной и слабой, двигалась медленно. Увидев подругу в таком состоянии, София подумала: «Сильно сдала. Худющая, под глазами темные круги… Да и Серёжа не в лучшем виде — осунулся, похудел».

Сергей взял жену на руки и донес до машины. Леночка посапывала в объятиях Софии.

— Видишь, Сонечка, какая судьба, — с грустью проговорила Юля, приняв в машине малышку с рук подруги. — Нельзя много счастья. Дозами нужно. А я купалась в нем, а оно тишину любит.

— Юлька, ты же выкарабкалась! Разве это не счастье? У тебя здоровая дочь.

— Не кричи, тише… спугнешь Леночку.

— Соня, мы не будем праздновать, — сказал Сергей. — Юле нужно поправить здоровье. Мама из деревни приехала помогать.

— Понимаю, Серёжа. Не волнуйтесь. Я позже приеду. Будем на связи.

София помахала им рукой, и, когда их машина скрылась за поворотом, она села в свою. Завела ее, позвонила матери и поехала домой.