В следующий раз Мариша смогла приехать только спустя полтора месяца. Первым удивлением стали сугробы, завалившие весь городок, — словно она попала в другую климатическую зону, а не на расстояние в тридцать шесть километров. А вторым — новость, которую бабушка выложила за ужином: Зинка забрала заявление из милиции.

— Откупились они от бедной девочки. Мать Максима серьги золотые отдала. И денег заплатили. Опять сошло всё с рук этому бандиту! — Бабушка положила на стол вилку.

— Бабуль… — Мариша глотнула из чашки остывшего чая. — Ну зачем ты так? Вот, предположим, посадили его. И что, он потом бы паинькой из тюрьмы вышел? А?

Бабушка опустила взгляд на сложенные в замок руки. Мариша молчала, ожидая ответа.

— Твоя правда, — кивнула она. — Но хоть по заслугам бы получил!

— Ага, конечно! — фыркнула Мариша.

— Внучка! Нашла кого защищать! — Бабушка строго посмотрела на Маришу. — Узнаю, что ты с ним ходишь, — потом на меня не обижайся… Да и папка твой, если приедет, может к Петру Васильевичу опять пойти. Нам тогда двоим достанется.

— Не волнуйся, бабуля. Мне Макс и даром не нужен! — с этими словами Мариша встала из-за стола и, быстро помыв тарелку с чашкой, вышла из кухни.

Больше они к этому разговору не возвращались. Только когда пришло время идти в клуб, Мариша постаралась выскользнуть из квартиры как можно быстрее.

В душе царила полная неразбериха. С одной стороны, она продолжала любить Макса и радовалась, что ему больше ничего не угрожает. С другой — понимала: после всего случившегося они не смогут быть вместе. И пусть в глубине души она не верила, что Макс способен на преступление, он ведь и не отрицал своего участия. И это пугало.

И если даже плюнуть на всё и тайком начать встречаться с Максом — всё равно рано или поздно об этом заговорят. Узнает отец — прибьёт! И бабушку обвинит, что это она разрешила и недосмотрела. И можно будет забыть обо всём: клубе, дискотеках, Максе… Бабуля будет переживать, что внучка опозорила её перед людьми. И пусть за столом Мариша спорила, но сделать больно любимой бабушке она не могла себе позволить.

Дойдя по мягкому снегу до клуба, она вошла в него, повесила на переполненную вешалку своё пальто. В зале было многолюдно и шумно. Кит опять переборщил с басами, и пол вибрировал не столько от тех, кто танцует, сколько от звука, идущего из колонок. Поэтому Мариша решила пойти не на диванчик, как обычно, а в другой конец зала, где звук колонки был чуть тише.

Остановившись рядом с окном, она стала смотреть по сторонам. Слева, что-то активно обсуждая, топталась группка девушек. Центр зала заняли ребята из «мадьяр». Когда же Мариша повернула голову направо, то замерла, не поверив глазам, — Макс танцевал вместе с другими парнями! За всё время, сколько Мариша бывала здесь, это случилось впервые.

Чёрные джинсы, ремень с замысловатой пряжкой, белая водолазка, обтягивающая тело, словно вторая кожа. Мариша залюбовалась его подтянутой, в меру накачанной фигурой. Подняла глаза выше и встретилась взглядом с Максом. Видимо, он заметил, что она рассматривает его. Расплылся в радостной улыбке, что-то сказал Ваньке и направился к ней.

Макс остановился напротив, когда зазвучала медленная музыка. Склонил голову набок и протянул к Марише руку.

— Здравствуй, Тётя! — в его глазах прыгали озорные огоньки. — Пойдём потанцуем.

Она даже растерялась от его предложения. Таким счастливым и красивым Мариша не видела его очень давно. Как же велик был соблазн оказаться в плену любимых рук! Только после всех событий и разговоров пойти с Максом танцевать — всё равно, что на весь городок прокричать: она с ним! Это никак не пройдёт незамеченным для любителей сплетен. Ведь он очень редко танцевал, а с ней в клубе вообще никогда!

— Нет! — выпалила Мариша и отступила от Макса.

— Ты что, Тётя? — Он опустил руку, продолжая улыбаться, но голос его дрогнул. — Разве можно отказать такому человеку, как я?

— Такому, как ты, — легко!

Мариша отбросила волосы за спину и посмотрела в зал, где немногочисленные пары заполняли танцпол. Сердце болезненно сжалось. Ведь она тоже могла оказаться среди них!

Макс удивлённо приподнял бровь, но, решив не спорить, просто молча встал рядом. Терпкий запах одеколона чуть раздражал Маришу, но она вдыхала его полной грудью, чтобы запомнить навсегда. Из колонок лилась красивая мелодия. Патрисия Каас пела о любви. Марише очень нравилась эта песня и хрипловатый голос француженки, рвущий пространство надвое. Равно как и её душу.

«Согласилась бы — и что потом, после этого танца? — размышляла она. — Для тебя это может ничего не значить, а мне как себя потом вести? Я ведь уже смирилась с тем, что потеряла тебя».

До боли хотелось прикоснуться к Максу, хотя бы случайно. Она повернулась к нему и столкнулась с пристальным взглядом чёрных глаз. Мариша внутренне сжалась — словно он мог знать о её желании — и спрятала за спину руку, уже протянутую к нему.

— Когда тебя посадят?

— Уже никогда! — Макс подмигнул ей.

— Значит, женишься? — Мариша скривилась.

— Нет. Я свободен, как ветер. — Он оттолкнулся от стены и вновь встал напротив, склонив набок голову.

«Я знаю! Только это не меняет прошлого», — хотелось сказать ей, но вслух вырвалось другое.

— Какая жалость, — хмыкнула Мариша. — Я надеялась, что тебя посадят и я больше никогда тебя не увижу… — Она вздёрнула подбородок.

— Вот как… — на губах Макса проскользнула улыбка.

Его пристальный взгляд прожигал кожу. Мариша вцепилась пальцами в подоконник позади себя, стараясь не отвести взгляд, чтобы не выдать свою ложь.

— А я тебя видел тогда, на следующий день, — сменил Макс тему.

— Да? И где? — спросила она как можно равнодушней.

— Через окно милицейской машины. Они меня тогда забрали… — По лицу Макса прошла тень, он вздохнул и продолжил: — Ты шла в чёрной куртке. Я тогда решил, что это хороший знак.

Мариша помнила, как по дороге на автобусную станцию мимо неё проехал зелёный уазик. Помнила, как тогда подумала о Максе. Но чтобы вот так всё совпало…

Она отрицательно покачала головой. Куртку тёмно-синего цвета и правда можно принять за чёрную. Но Максу это знать необязательно.

— У меня синяя куртка, — возразила она. — Так что ты ошибся.

Он вздохнул и вымученно улыбнулся.

— Мариша, ну вот что ты такая злая сегодня? Какая муха тебя укусила? — с этими словами Макс приблизился почти вплотную и попытался взять её за руку.

— Дело в том, что: «Прошла любовь, Завяли помидоры. Ботинки жмут, И нам не по пути!» — отодвигаясь, выпалила она.

Лицо Макса дёрнулось, словно от удара. Он закрыл на пару мгновений глаза, а когда открыл, Марише показалось, что они как-то неестественно блестят. Макс смотрел на неё, словно ждал продолжения. Но она стояла неподвижно и молчала.

— Ну тогда ладно. — Он отступил от Мариши. — Давай пять, и я пойду!

Он протянул ей открытую ладонь и выжидательно посмотрел в глаза.

Подать руку, прикоснуться и расстаться. Опять! Нет, Мариша не хотела этого. А ещё знала, что, прикоснувшись, уже не захочет отпустить.

— Ладно, Мариша, как хоч… — голос Макса сорвался на полуслове.

Он развернулся и быстрым шагом пошёл через танцевальный зал.

«Макс, стой! Всё, что я говорила, несерьёзно! Неужели ты не понял!» — хотелось крикнуть, броситься следом. Только Мариша промолчала, проводив Макса взглядом до дверей бильярдной.

Обиделся на её слова? Или на то, что не подала руки? Хорошо, что она так и не попросила его тогда о поцелуе. Если любит — не ушёл бы! Ей стало даже легче на душе. «Пусть идёт!» — решила Мариша и повернулась в сторону шумного зала.

Недалеко танцевал Лерик с друзьями. На нём были коричневые брюки и жёлтая рубашка, очень идущая к волосам цвета выгоревшей соломы.

Мариша подошла ближе и поймала на себе его восхищённый взгляд. Лерик — вот в его чувствах сомнений не было. Она шагнула в его круг и стала танцевать, отдавшись ритму.

К ней Макс больше не подходил, хотя она видела, как он шёл из бильярдной в компании парней, и лицо его было чернее тучи. Проходя мимо, он даже не глянул в сторону Мариши, зато Ванька полоснул по ней взглядом, словно ножом.

Мариша поёжилась. Неужели Макс из-за неё такой, если даже его друг смотрит волком? Может, подойти и сказать, что её слова были шуткой? Мариша задумалась. Ну что с ней вечно не так! То сама бежит, то хочет догнать!

Когда мелодия с быстрой сменилась на медленную, Мариша вышла на крыльцо. Покрутила головой, выискивая взглядом белую водолазку, но безрезультатно. В дальнем углу стояли только Миха с Ваней. Не решившись к ним подходить, она уже было повернула назад, как ей навстречу из дверей клуба вышел Кит.

— О! Маришка! — Он обхватил её за талию и потянул в сторону стены здания. — Одна и без охраны!

От неожиданности она подалась вслед за Китом. Он же, коснувшись стены, отпустил девушку, но оставил руку за её спиной.

— Ты сегодня изумительная красотка. — Он окинул её восхищённым взглядом.

— Спасибо. — Она смущённо улыбнулась от неожиданного комплимента.

Стоять, почти прижавшись к Киту, было некомфортно, и она сделала шаг в сторону, чтобы уйти.

— Только скажи, отчего ты опять грустишь? — вкрадчиво произнёс он, заглядывая ей в глаза. — Всё же хорошо.

— С чего ты взял, что я грущу? — Мариша затормозила и повернулась к нему.

— Опыт! — Кит склонился к её уху. — Мне сегодня двадцать пять стукнуло, только не говори никому. Замучусь от поздравителей отбиваться.

— Шутишь? — Мариша посмотрела на Кита, широко распахнув глаза.

На вид ему можно было дать не больше двадцати: залихватский крашеный чуб, толстая цепь из жёлтого металла, неизменная «лакоста».

— А нужно? — он озорно подмигнул ей. — Я к вашим услугам, если…

— Нет, не стоит, — перебила она.

— Э-эх, — Кит состроил смешную обиженную рожицу.

— Но я тебя поздравляю! — Она положила руку ему на грудь. — Пусть все твои желания сбываются!

Кит накрыл её руку своей, хитро посмотрел на Маришу и расплылся в улыбке:

— Ну одно уже исполнилось…

Мариша вопросительно глянула на него.

— Ты…

Не успел Кит договорить, как за спиной раздался рёв мотора и визг девчонок. Кит резко дёрнул Маришу на себя, крутанулся на месте, и в следующее мгновение она оказалась за его спиной.

По ступенькам прямо на крыльцо влетел мотоцикл, на котором сидел Макс. Он затормозил почти возле самой двери, дав сильный крен на скользком крыльце.

— Макс, да ты офигел! Совсем мозги набекрень?! — посыпались возмущения с разных сторон.

— А хоть и так! — отозвался тот, выровняв мотоцикл.

— Катись в другом месте пируэты выделывать, — с ледяным спокойствием огрызнулся Кит.

— Сам катись…

Макс спрыгнул с мотоцикла и с вызовом посмотрел на соперника.

Мариша сделала шаг из-за спины Кита и столкнулась со злым взглядом Макса. Его кулаки были сжаты до побелевших костяшек, а губы — растянуты в тонкую линию. Кит же, напротив, стоял обманчиво расслабленно, с издевательской улыбкой на лице.

Неожиданно двери клуба с грохотом распахнулись, и на крыльцо стремительно вышел здоровенный мужик. Казалось, он заполнил собой всё пространство. Широкие штаны, седой залихватский чуб, усы — всем мужикам на зависть. Ещё бы шашку в руки вместо свёрнутой трубочкой газеты — и получился бы казак из фильма.

— Филимоныч… — выдохнул Кит полушёпотом так, что это услышала только Мариша. — Вовремя!

Филимоныч был директором клуба и по умолчанию отвечал за порядок на дискотеках. Народ на крыльце притих, наблюдая за ситуацией.

— Это ещё что? — пробасил он, ткнув в мотоцикл газетой.

— Мой мотор! — гордо вскинул голову Макс.

— А здесь тебе парковка? — Филимоныч приподнял кустистые брови.

— А там её тоже нет, хотя просили, — Макс кивнул на дорожку, вдоль которой стояло ещё несколько мотоциклов.

Директор вздохнул, цепким взглядом обведя стоящих на крыльце, словно кого-то выискивая. Потом вновь посмотрел на Макса.

— Максим, мать из-за тебя что, мало наплакалась? Может, Зина зря заявление забрала? — как-то устало произнёс директор.

— А это… — но закончить фразу Максу не дал громкий голос Кита:

— Филимоныч, Макс просто скорость не рассчитал, вот и взлетел.

Директор перевёл внимательный взгляд на Кита, потёр широкой ладонью подбородок и чуть заметно кивнул.

— Всё гарцуете перед барышнями… — усмехнулся он в усы, глядя на Маришу.

Она услышала, как Кит шумно выдохнул, словно не дышал всё это время.

— Убрать немедленно! Или говорить буду не я и не здесь. — Филимоныч перевёл тяжёлый взгляд на Макса. — Думаю, я достаточно ясно выразился.

Макс кивнул, и директор развернулся к дверям. Уже взявшись за ручку, оглянулся, внимательно посмотрел на Макса, Кита, Маришу и, как ей показалось, вздохнул, покачав головой из стороны в сторону.

После того как Филимоныч скрылся в клубе, Макс достал из кармана сигареты. Дрожащими руками сунул, не зажигая, одну в зубы и, ни на кого не глядя, скатил мотоцикл с крыльца.

Мариша удивлённо посмотрела на Кита. Она знала, что он недолюбливает Макса.

— А почему ты вступился? — Она тронула его за локоть. — Ты же…

— А ты бы хотела, чтобы Макса в милицию забрали за хулиганство? — перебил её Кит, глядя в глаза.

Вопрос был настолько неожиданным, что она не нашла ответа и лишь покачала головой.

— Ну вот. Я же говорил… Извини, пойду. А то сейчас кассета закончится, народ возмущаться будет, за что мне «гроши» платят.

Мариша кивнула, и Кит ушёл. Что это всё значит? Она обхватила себя руками, чувствуя, как замёрзла без верхней одежды. Обвела взглядом крыльцо и освещённую дорожку. Мотоцикл Макса одиноко стоял почти на самом выезде, а значит, он всё ещё где-то здесь. И может, всё же удастся с ним поговорить.