Как же здорово наконец-то, после зубрежки таблицы умножения, выйти на прогулку с мамой, побегать, полазать по горке, может быть, встретить кого-то из приятелей и вместе поиграть. «Надень джинсы, в шортах слишком прохладно», — сказала мама. «Ой, неохота мне в джинсы переодеваться! Так пойду!» — ответил Вова. «Нет, — возразила мама, — ты замерзнешь, заболеешь, а мне потом тебя лечить. Да и ноги ободрать можно в шортах». — «Ладно», — согласился сын, потому что ему хотелось поскорее оказаться на улице, не теряя времени на споры с мамой. Он выбежал на площадку, скатился с горки и подобрал палку. «Ух ты! Это волшебная палочка! Вингардиум левиоса!» — произнес Вова заклинание, заставляющее предметы летать, и взмахнул палкой. Тут же последовало предостережение мамы: «Не маши палкой — ты можешь кого-то задеть». Вова раздраженно вскрикнул: «Да никого я не задену!» Размахивая палочкой и вспоминая заклятия из «Гарри Поттера», он побежал вприпрыжку по аллее. Другие ребята, уловив смысл игры, подбежали к Вове. Каждый нашел себе по палке, и все стали играть в волшебников. «Империо! Я подчинил твою волю, и теперь ты должен отдать мне свою палочку!» — воскликнул Вова, обращаясь к одному из мальчиков. «Нет, так нечестно, она моя!» — ответил тот. «Ты играешь не по правилам!» — разозлился Вова и стукнул мальчика палкой по плечу. Мама, успевшая подойти к ним поближе, воскликнула: «Прекрати сейчас же и извинись!» Сын нахмурился и пробормотал: «Не буду!» — «Тогда мы идем домой сейчас же!» Мама взяла Вову за руку и повела в сторону дома. Он обиделся и сквозь слезы выдавил: «Ты не слышала, он должен был отдать мне свою палочку!» — «Нельзя бить других людей!» — сказала возмущенная мама. Они не разговаривали до самого вечера. На ужин мама приготовила любимое блюдо Вовы — картофельное пюре с сосисками — и позвала к столу. За ужином папа заговорил: «Сынок, мама сказала, что на площадке ты ударил палкой другого мальчика. Что произошло?» — «Папа, мы играли в Гарри Поттера, и я наложил на него заклятие Империо, он должен был отдать мне свою палочку, а он сказал, что так нечестно!» — «Ну что ж, это ты хитро придумал! Вы были противниками? Сражались, как на дуэли?» Сын, насупившись: «Нет». — «А что бы ты делал дальше, если бы он отдал тебе палочку?» — «Да я, наверное, сразу вернул бы ее ему». — «Позволь дать тебе совет: дерись только тогда, когда на тебя нападают, защищать себя можно. Бить других нельзя. И используй заклятья для созидания». — «А что это за заклятья такие?» — «С их помощью можно создать что-то новое, например, палкой можно создать рисунок на песке, смастерить из нее удочку или метлу». — «О! Точно, мы завтра сделаем метлы и будем на них летать!» Папа спросил: «Твой приятель, наверное, не захочет с тобой играть после сегодняшнего?» — «Я подойду к нему и извинюсь, а потом предложу играть по-другому». — «Звучит здорово!»

Трудностей в семейных отношениях возникает немало, особенно если представители разных поколений проживают на одной территории. Разность характеров и темпераментов, возраста, пола, интересов и т.п. зачастую приводят к недопониманию, ссорам и конфликтам.

Эта глава поможет родителям и взрослым детям проанализировать свои детско-родительские отношения. Мы поговорим о том, что вредит отношениям, а именно о манипуляциях, нарушениях психологических границ, гипер- и гипоопеке, а также рассмотрим сложности, возникающие в детском и подростковом возрасте. Возможно, в приведенных примерах вы узнаете свои поведенческие паттерны — иногда этого бывает достаточно, чтобы улучшить отношения.

Кроме того, вы найдете вопросы для самоанализа и психологические техники, с помощью которых можно выбрать новые способы взаимодействия. Если же трудности в детско-родительских отношениях имеют продолжительный характер, имеет смысл обратиться за помощью к специалисту.

Понятие «психологические манипуляции» обычно воспринимается как нечто негативное. В представлении большинства это воздействие одного человека на другого с целью получения какой-либо выгоды, причем манипулятор относится к другому не как к личности, а как к объекту.

Однако совсем без манипуляций наша жизнь невозможна. Например, чтобы дать ребенку лекарство, которое тот, конечно, принимать не хочет, родителю приходится прибегать к различным ухищрениям. Стоит отличать вынужденные, «благотворные» манипуляции от разрушающих, когда один человек действительно пытается получить выгоду за счет другого.

Рассмотрим некоторые родительские манипуляции и их возможные последствия, а также альтернативные способы влияния в детско-родительских отношениях и выясним, можно ли обходиться вообще без манипуляций (или хотя бы минимизировать их).

Немногие родители спокойно реагируют на очередной каприз или истерику ребенка. Чаще изрядно уставшая или издерганная мама с ходу выкатывает тяжелую артиллерию — увесистую манипуляцию, чтобы уж точно подействовало и в доме воцарилась долгожданная тишина. Манипуляции чаще всего используются тогда, когда родитель чувствует свое бессилие и позитивные способы взаимодействия с ребенком исчерпаны. В краткосрочной перспективе манипуляция может дать мгновенный эффект, но в долгосрочной — зачастую становится неприятным триггером в отношениях с самим собой и с окружающими.

С психологической точки зрения травмирующим для ребенка является посыл: «Ты нам не нужен, ищи себе другую семью». Родитель будто торгует местом ребенка в семье, тогда как ребенок занимает это место по праву рождения.

Во взрослом возрасте человек, которого в детстве пугали отвержением, может столкнуться с неприятными последствиями:

• тревога в личных отношениях и/или на работе — ценой ошибки может стать увольнение или разрыв отношений;

• постоянное самокопание из-за неуверенности в собственном статусе;

• проверка и перепроверка значимых других («Ты точно меня не разлюбишь / не выгонишь?»).

Что делать, если вы поймали себя на такой манипуляции? С позиции родителя: как можно быстрее сгладить воздействие, то есть при первом удобном случае применить контрзаклятие: «Ты наш ребенок, ты нам нужен и важен, мы тебя любим!» И, конечно же, подумать над расширением репертуара приемов воспитания.

С позиции человека, который вырос с грузом такой манипуляции:

• вспомнить друзей, коллег, единомышленников, которые поддерживают и вдохновляют вас;

• вспомнить случаи из жизни, когда события, казавшиеся поначалу негативными, стали началом чего-то нового, интересного, успешного;

• поговорить с психологом (отличный запрос, чтобы начать работать со специалистом) или посетить занятия психотерапевтической группы;

• освоить навыки самоподдержки (вы — тот человек, который всегда есть у себя).

Обычно, когда родитель не справляется с поведением ребенка и в порыве гнева заявляет: «Оставайся, я ухожу», это вызывает бурю эмоций с обеих сторон. Причем ситуация усугубляется тем, что ребенок начинает кричать и плакать (или делать это громче прежнего), а родитель еще больше раздражается.

Как бы вы ни устали, помните: ребенок находится в зависимой позиции относительно родителя, без заботящегося взрослого он не выживет. Ребенок не знает о социальных службах, которые не дадут умереть физически, для него остаться без родителя в самом деле смерти подобно. Отсюда истерика с последующими тяжелыми переживаниями. Триггер «покинутый, обреченный на смерть» может доставлять страдания многие годы, и часто это прямой путь в тяжелые созависимые или абьюзивные отношения.

Как родителю справиться с эмоциями, не прибегая к манипуляции? Во-первых, выдохнуть! Выдохнуть гнев, раздражение, напряжение и спокойно, медленно вдохнуть, присесть, чтобы быть на одном уровне с малышом, поймать его взгляд и поговорить, если он способен услышать; если ребенок тоже эмоционально возбужден, обнять, взять на руки, погладить по спинке — использовать любые мягкие способы восстановить контакт — зрительный, телесный, вербальный. Важно разделить свои чувства и чувства ребенка, тогда их интенсивность снижается быстрее. К такому результату не приводят ни запрет, ни игнорирование эмоций.

Для выстраивания конструктивного диалога можно использовать модель четырехчастного высказывания (ABCD) [11]:

А: Я чувствую …

В: Когда ты делаешь/говоришь …

С: Для меня это означает (значимый эффект) …

D: Но я очень хочу …

Например:

А: Малыш, я не могу купить тебе сейчас эту игрушку и очень расстроена…

B: …из-за того, что ты сердишься.

D: Но я очень хочу тебя порадовать: вечером мы обязательно с тобой поиграем.

Можно также предложить ребенку вместе придумать, как сгладить или исправить неприятную ситуацию.

В разговоре с ребенком пункт С «Для меня это означает…» лучше пропустить, как это сделано в приведенном примере, поскольку он обычно содержит блокирующую установку. Например, «Для меня это означает, что я плохая мама, если не могу купить игрушку, которую ты захотел». Но эту установку стоит отметить и запомнить, чтобы позже, уже работая над собой, заменить на разрешающую/запускающую. Например: «Я достаточно хорошая мама, даже если не куплю ребенку эту игрушку».

Порой, ссылаясь на вечную занятость, мы уделяем мало времени на действительно важные вещи. Чувства и эмоции нельзя моментально остановить или изменить, для их проживания нужно время и бережное отношение, это способствует качественному, теплому и доверительному контакту. Утешить ребенка — значит дать ему возможность отреагировать эмоцию, ощутить себя принятым со своими чувствами. При этом взрослому важно оставаться на взрослой позиции: даже если ребенок рыдает, выпрашивая четвертую конфетку, родитель дает ему поддержку и разделяет чувства, но обозначает границы дозволенного.

Иногда на психологической консультации мама сознается, что причиной проблем с ребенком может быть агрессивное поведение отца. Дескать, «он у нас взрывной, но ведь должен папа хоть как-то участвовать в жизни ребенка, воспитывать, в конце концов!».

Часто под воспитанием подразумевается эмоциональное или физическое насилие, если папины методы — крик или ремень. Таким родителям кажется, будто насилие лучше, чем отсутствие воспитания. Последствия такого «воспитания» могут быть очень плачевными — от проблемного поведения до разрушения психики ребенка и, соответственно, психического расстройства. Уж лучше бы вообще не воспитывали!

Научиться теплому взаимодействию и доверительному общению с ребенком можно в процессе работы с психологом. Чаще всего родитель сам не умеет распознавать, называть и выражать чувства, проявлять искренний интерес, потому что его не научили этому в детстве. Но при желании научиться можно — все поправимо.

Если вы не сдержались и обидели ребенка словами или даже шлепнули сгоряча, следует объяснить свое поведение и извиниться. Это будет первым шагом к доверительным отношениям. Например: «Я очень разозлился(-ась), потому что ты сделал(а)/сказал(а)…, и я не сдержался(-ась). Я понимаю, что тебе больно и обидно, и прошу прощения». Так вы покажете, что ситуативный конфликт и ваше отношение к ребенку в целом — разные вещи. Вы не считаете, что ребенок плохой (дети имеют склонность к генерализациям), а видите лишь пример поведения, которое вам не нравится.

Чуть позже, когда и вы, и ребенок справитесь с эмоциями, можно спокойно договориться о том, как вы оба будете вести себя в подобной ситуации в будущем. Хорошим примером поделился папа на одном из родительских форумов: чтобы не переживать ежедневную истерику «купи машинку», они с сыном договорились, что машинка будет в определенный день (когда выдают зарплату). Вместе с ребенком обвели этот день в календаре и твердо придерживались правила. Даже когда сын забывал о покупке, папа напоминал, и они вместе шли выбирать очередную машинку в назначенный день. Другой родитель договорился с малышом, что плакать можно сколько угодно и по любому поводу, но только в «плакательном» углу. Средняя продолжительность истерики в специально отведенном месте быстро свелась к одной-двум минутам.

Гиперопека проявляется в том, что родитель пытается оградить ребенка от «плохих» эмоций, потакая любому его желанию или нежеланию: «Не хочешь — не делай»; «Хочешь — возьми пятую конфету, только не расстраивайся». Вмешивается в конфликты на детской площадке (и даже пытается их предупредить), не давая ребенку возможности самостоятельно налаживать взаимодействие с другими детьми. Мама или папа игнорируют замечания учителей о недопустимом поведении ребенка (дерется, плюется, делает что-то неприятное исподтишка). Типичная реакция такого родителя: «Мой ребенок не мог такого сделать». Все это — проявления гиперопеки. С одной стороны, родительское беспокойство в разумных дозах как показатель ответственности, которую взрослый несет за ребенка, — это нормально. С другой — постоянная фоновая тревога в семье транслирует малышу послание: «Ты не справишься со своей жизнью». Почему? Потому что для самого родителя жизнь непредсказуема, страшна и несет в себе угрозу. Ребенок получает фрагментарное представление о жизни, не учится самостоятельности и ответственности, а реальные проблемы игнорируются. В итоге — уставший, вымотанный родитель, который живет жизнью ребенка, и апатичный, боязливый ребенок, который не знает, чего он хочет на самом деле.

На противоположном полюсе (гипоопека) — ребенок, предоставленный сам себе: «Главное, чтобы с уроками не приставал и со своими проблемами не лез», «Мы выросли на улице с ключом от дома на шее — и он не пропадет». У родителей безграничная вера в способности ребенка справляться самостоятельно. Но ребенок понятия не имеет, куда и к кому обращаться за помощью, если она все-таки понадобится. Так выглядит гипоопека: почти полное отсутствие взрослого в жизни ребенка. В итоге связь между ребенком и родителем истончается, оба могут чувствовать отчуждение, гнев, обиду, вплоть до полного разрыва. Такие отношения уходят корнями в детскую историю самого родителя.

К сожалению, универсального упражнения или рекомендации, с помощью которых можно устранить негативные последствия гипер- и гипоопеки, не существует. Если вы увидели в каком-то из этих типов детско-родительских отношений что-то знакомое, например, они напомнили ваши отношения с родителями, понаблюдайте внимательно: не присутствуют ли похожие послания в общении с вашими детьми. Чем раньше вы обнаружите признаки слишком тревожного или слишком равнодушного родителя, тем быстрее начнете корректировать свое поведение и осваивать другие варианты взаимодействия с ребенком и тем меньше негативных последствий возникнет. Это огромный труд, и без помощи и поддержки он становится более сложным и тернистым — важно задействовать все возможные ресурсы, главным из которых может стать регулярная работа с психотерапевтом.

Чтобы точно определить свой стиль воспитания, можно пройти опросник для родителей «Анализ семейных взаимоотношений», предложенный Э. Г. Эйдемиллером и В. В. Юстицкисом [12].

Упражнение на осознание потребностей ребенка

Родителю с гиперопекающим стилем воспитания бывает сложно отличить заботу о потребностях ребенка от тревоги. Забота — кормить ребенка, когда он хочет есть, а гиперопека — убеждать ребенка в том, что он голоден.

Если вы замечаете, что часто уклоняетесь от взаимодействия с ребенком, поскольку не всегда понимаете его потребности или не знаете, как их удовлетворить, но хотите наладить отношения, предлагаю начать с этого упражнения.

Данное упражнение помогает осознать потребности ребенка. Сядьте поудобнее, сделайте несколько вдохов и выдохов, постарайтесь расслабиться и позвольте своим мыслям сконцентрироваться на проблеме со своим ребенком. Представьте себя с ним в ситуации, которая вас беспокоит, вспомните все ее детали, свои переживания, мысли, жесты, слова. А теперь проживите ту же самую ситуацию, но с позиции своего ребенка. Представьте звук его голоса, внимательно рассмотрите его. Представьте, что вы — это ваш ребенок: вы говорите его голосом, смотрите его глазами и чувствуете то же, что и он. Не торопитесь, постарайтесь увидеть проблему со стороны ребенка. Погрузившись в мироощущение ребенка, ответьте на следующие вопросы:

• Что чувствует ребенок в ситуации, которая вас беспокоит?

• Какие желания и потребности, о которых раньше не догадывались, вы ощутили в роли ребенка?

• Что еще вы узнали, побывав на месте своего ребенка?

• Что вы увидели в себе-родителе с позиции ребенка?

• Как ребенок и родитель реагируют друг на друга?

• Как выглядит происходящее со стороны?

• Что нового вы открыли в себе и своем ребенке?

Запомните, а лучше запишите чувства и мысли, которые вы испытали в роли своего ребенка. Подумайте, как этот опыт мог бы изменить ваше поведение в аналогичной ситуации в будущем?

В главе 21 вы найдете технику-медитацию «Разговор с Внутренним ребенком», которая будет полезна тем, кто анализирует свои детские взаимоотношения с родителями, уже будучи взрослым, поскольку она способствует установлению и укреплению контакта с собой и своими чувствами.

Одна из наиболее распространенных установок: если позволять ребенку слишком много, он сядет на шею, а если держать в ежовых рукавицах, приучится к дисциплине и порядку.

Между тем проявления любви и заботы никак не мешают развитию самостоятельности, тогда как часто принимаемая за любовь сепарационная тревога (главный маркер — местоимение «мы» в речи родителя: мы получили двойку, мы заболели) — прямой путь к воспитанию беспомощного и инфантильного человека.

Есть большая вероятность, что измученный сверхконтролем ребенок прогуляет школу, нахватает двоек и научится обманывать. Иначе как познать свои и чужие границы? А тот, кто с ранних лет видит теплое и уважительное отношение к себе, своим границам и ценностям, перенимает такую модель поведения и вырастает ответственным, уверенным в себе и чутким человеком.

В одиночку бывает непросто разобраться, где кончается обеспечение безопасности и начинается сверхконтроль, что́ является проявлением любви, а что́ — потаканием капризу. Чтобы это понять, полезно проанализировать актуальную конфликтную ситуацию с психологом или близким человеком и обсудить следующие вопросы:

• Какой реакции (поведения, слов) я жду от своего ребенка, когда делаю или говорю то или это?

• С какими чувствами я это делаю/говорю?

• Каково мое побуждение, чего я хочу этим достичь?

• Как, с моей точки зрения, должен реагировать ребенок? Как он реагирует на самом деле?

• Что я могу улучшить в наших отношениях?

Однажды я стала невольной свидетельницей интересной ситуации. Едут в автобусе бабушка с внуком лет трех–четырех. Внук говорит: «Баба, у меня секретик есть!» И сжимает в кулачке какую-то пушинку. Бабушка в ответ: «Ой, покажи секретик!» В этот момент пушинка улетает в неизвестном направлении от порыва ветра, внучек начинает кукситься и вот-вот расплачется, но через мгновение его личико меняется. «Баба! — восклицает он. — Не переживай, мы новый секретик найдем!»

«Ух ты! Как умело малыш справился с эмоциями и даже для бабушки нашел утешительные слова», — подумала я. Дети учатся на моделях поведения взрослых — скорее всего, этот малыш слышал подобные слова утешения от значимого человека. Эта ситуация иллюстрирует концепцию выдающегося психолога Л. С. Выготского о зоне ближайшего и актуального развития: сначала ребенок учится чему-либо со взрослым, усваивает это (зона ближайшего развития, интериоризация), затем может это делать самостоятельно (зона актуального развития, экстериоризация).

Процесс овладения навыками саморегуляции осуществляется следующим образом: сначала ребенок справляется с минимальным стрессом (как мы видели в приведенном примере), затем этот механизм закрепляется с помощью значимых взрослых, и в результате ребенок способен пережить более серьезные неудачи и потери самостоятельно.

Далее мы поговорим об отношениях подростков и родителей и затронем такие проблемные вопросы, как личные границы, агрессия и ответственность.

Известный психолог и педагог Л. В. Петрановская в своей видеолекции «Границы: что это такое и как научиться ставить их детям» [13] юмористически представила мысль, часто высказываемую на родительских форумах: «Дети — это исчадие ада, на них нужно накладывать заклятие "установление границ" и обматывать колючей проволокой для надежности!»

Действительно, страшилки из разряда «вовремя границы ребенку не поставишь — пиши пропало!» стали уже общим мнением — все согласно кивают, но плохо представляют, как это должно выглядеть на практике. Может, потому, что практик столько же, сколько детей?

У детей, как и у взрослых, чувства возникают в ответ на внешний или внутренний стимул. Внутренними стимулами могут быть болезнь, нарушение работы организма, сбой в жизненных показателях (давление, температура). Внешними чаще всего выступают сложности в отношениях с другими людьми, в том числе с родителями. Как родителю реагировать на проявления чувств, особенно если они выражены не словами («больно», «страшно», «неприятно»), а изменением поведения? Увы, иногда родитель предпочитает не расшифровать эти сигналы, а считать, что ребенок — манипулятор, каких свет не видывал, и потому на его истерики или вялость и подавленность реагировать не стоит. Или отреагировать угрозой наказания, если поведение не изменится на приемлемое и социально одобряемое.

Например, ребенок не хочет ходить в школу, а родитель возбужденно негодует и требует послушания. Если дать себе труд разобраться в причинах нежелания, может выясниться, что у ребенка задержка развития, и он элементарно не справляется с нагрузкой в элитной гимназии. И чтобы не чувствовать себя неудачником, ребенок отказывается ходить на уроки, придумывает болезни или устраивает скандалы, тем самым сигнализируя родителям, что ему нужна помощь.

Другой пример: подросток во время ссоры с родителями заявил, что покончит жизнь самоубийством. При ближайшем рассмотрении ситуации в семье выясняется истинная причина такого поведения. Когда ребенок пытается договориться с родителями на своих условиях, те хватаются за сердце, глотают таблетки и смотрят с укоризной: неблагодарный, родителям перечит. Неудивительно, что ребенок бессознательно усваивает: манипулировать здоровьем — эффективно. И, как всякий подросток, доводит манипуляцию до максимума: вот сейчас как умру!

Дети перенимают жизненные стратегии родителей, потому что это самый близкий и сильный пример.

Именно поэтому в первом примере ребенок уходит в отказ, поскольку родители не желают принять факт существования другой, его, реальности. Во втором примере тоже все понятно: реакция ребенка вполне симметрична, хотя и с подростковым максимализмом.

Итак, первый шаг к налаживанию отношений «родитель–подросток» — признать, что ребенок повторяет ваше поведение. И это хорошо: значит, он будет повторять и другое поведение. Когда вы это поймете, можно переходить к освоению эффективных стратегий. Хотите, чтобы подросток больше вам доверял? Тогда для начала поделитесь с ним чем-то сокровенным.

Почему дети нарушают родительские запреты, пропускают мимо ушей назидания и быстро перестают воспринимать угрозы всерьез? Потому что только так можно понять реальные границы своей территории, а также серьезность намерений другого человека.

Вспомните сказку «Синяя борода», где жене можно было делать все, кроме одного — входить в запертую комнату. Ева вкусила яблоко с Древа познания, Орфей из древнегреческого мифа оглянулся — и Эвридика вернулась в царство душ умерших. Все эти персонажи нарушили запрет. И убедились, что табу было наложено не просто так, — последствия оказались вполне реальными. Итак, желание сделать то, чего делать нельзя, имеет исследовательскую природу. Так мы узнаём, «что будет, если…» и «а правда, что…».

Стремление нарушать запреты заложено в биологическую программу развития человеческой психики. Срывая запретный плод, мы балансируем между гомеостазом и приобретением нового опыта.

Запреты, касающиеся угрозы жизни, обычно уже с младшего школьного возраста воспринимаются детьми с пониманием и не вызывают возражений. Нельзя совать пальцы в розетку — значит нельзя! Но в подростковом возрасте картина меняется: если ребенок младшего возраста готов слушаться родителей, то подросток может воспринимать запрет как вызов. Подростку бессмысленно доказывать, что родитель прав, а он нет — с таким же успехом можно размахивать перед быком красной тряпкой. Физиология и психика в пубертате неустойчивы, что проявляется, помимо прочего, в чрезмерном упрямстве. Даже если в глубине души подросток признаёт правоту старших, напоказ он, скорее всего, будет отстаивать свою позицию «из принципа». В этом возрасте ребенок нуждается в родительской адекватности и устойчивости, чтобы скомпенсировать свою нестабильность и пройти кризис с наименьшими потерями.

Что чаще всего вызывает протест

• Строгость и жесткость запретов без объяснений, невозможность добиться компромисса. Вариант: сменить запретительную форму на рекомендательную или даже на формат согласования: «Давай посоветуемся, порассуждаем вместе». Так подросток почувствует, что к нему прислушиваются и его интересы учитывают.

• Чрезмерное количество ограничений и правил, обусловленных тревогой родителя. В таком случае стоит обратить внимание на свои переживания. Что страшит меня? С чем я боюсь не справиться? Как поступают другие в аналогичной ситуации?

• Запреты, основанные на личном опыте родителя и не имеющие прямого отношения к жизни и поведению ребенка. Чтобы изменить это, следует поработать над осознанием и переоценкой своего прошлого и настоящего.

Анализ этих моментов позволит улучшить взаимоотношения с ребенком.

Подростковый кризис, как кризис трех лет, начинается с первого «нет», высказанного родителям. В зависимости от того, насколько гармоничны взаимоотношения в семье, это «нет» высказывается напрямую или проявляется в манипулятивной, завуалированной форме.

Нужно понимать, что главная психологическая задача подростка — обособиться, отделиться от родителей, двигаться в сторону взросления. В данном контексте согласие можно рассматривать как слияние, а протест — как отделение.

В качестве примера возьмем ситуацию, когда подросток отказывается идти в школу. Если в семье агрессия проявлена достаточно сильно, то протест будет заявлен напрямую: «Я не пойду в школу». Агрессия в данном случае наполняет подростка жизненной энергией, придает ему силы, чтобы двигаться вперед. Если агрессия в семье подавляется, то бунт будет выражаться, например, через соматизацию (плохое самочувствие как повод пропустить занятия) или обман, который служит защитой от «санкций». Иногда подросток отстаивает свою позицию из эгоистических соображений, но тем не менее это проба пера, заявка на взрослость. Родителю важно отделить зерна от плевел, поддержать ребенка в его стремлении к росту, самостоятельности и независимости в принятии решений, но в конструктивной форме.

Кризис подросткового возраста всегда обнаруживает слабые места в семье — его можно рассматривать как индикатор семейных проблем. Особенно ярко он показывает, насколько в семье считаются с позицией взрослеющего ребенка, его силой, агрессивностью.

«Считаться» означает обсуждать с подростком его позицию. В этом помогут вопросы такого рода:

• Почему ты решил(а) не идти в школу?

• Что ты планируешь делать вместо школы?

• Как собираешься справляться с последствиями пропуска уроков?

Такой диалог позволит понять ребенка и расширить его представления относительно его же решения и возможных последствий. Обычно достаточно напоминания, что за отказом идти в школу последует звонок классного руководителя, а если ситуация будет повторяться, то ребенка и родителя вызовут к директору и т.д.

Кроме того, в ходе доверительного разговора о нежелании идти в школу можно узнать о каких-либо проблемах ребенка и постараться вместе найти решение.

Если ситуация касается отказа посещать секцию/кружок, то, поскольку решение приняли не родители, а подросток, то и объясняться придется ему. Здесь важно выдержать характер и не соглашаться нести ответственность перед педагогом за решение ребенка, иначе он не осознает его последствия и не научится самостоятельности и ответственности.

Родители часто жалуются, что подросток не учится, все время проводит со своими друзьями или в интернете, приносит двойки, — кем же он станет? Если проанализировать такую ситуацию, может выясниться, что жизнь родителя вращается вокруг ребенка и работы, а собственных интересов, дружеского общения у взрослого нет. У родителя в социальной жизни пробел, а у ребенка она перенасыщена, при этом в плане учебы ребенок отстает, а родитель — трудоголик. И в том, и в другом случае отсутствует баланс.

Если человек не проживает свою жизнь, он может начать контролировать (проживать) жизни других. Если родитель, вернувшись домой после работы, начинает проверять у подростка домашнее задание, естественно, это будет сопровождаться раздражением с обеих сторон, потому что зоны ответственности не разделены.

Кто несет ответственность за учебу и получение аттестата о среднем образовании?

В начальных классах ответственность в основном лежит на родителе, но с каждым годом она все больше переносится на ребенка, и к 18 годам юноши и девушки отвечают за себя сами (в соответствии с законодательством РФ).

Идеальный вариант: родители проживают свою эмоционально насыщенную жизнь, а ребенок, наблюдая за ними, учится решать свои проблемы и исправлять ошибки, при необходимости обращаясь за помощью.

Родителю подростка полезно ответить на следующие вопросы:

• Что мне дает контроль моего взрослеющего ребенка?

• Когда исчезло доверие?

• Что наполняет мою жизнь, помимо забот о ребенке?

• Что важно сейчас для ребенка?

• Каким навыкам он обучается в своей жизни?

Психологическая травма развивается вследствие насильственного опыта, однократного или продолжительного. Это может быть эмоциональное, физическое или сексуальное насилие, а также пренебрежение потребностями человека.

Психологическая травма возникает не от самого факта насилия, обесценивания или игнорирования, а от невозможности безопасно отреагировать вызванные ситуацией чувства, мысли и телесные ощущения. Часто рядом не оказывается никого, кто может безоценочно принять и выдержать боль травмированного человека. Более того, часто те, к кому ребенок принес свою боль, то есть самые близкие и родные люди, оказываются эмоционально недоступными, а то и инициаторами или соучастниками насилия и игнорирования.

Получая неприятный опыт, маленький ребенок, не обладающий критическим мышлением (оно развивается лишь к семи–восьми годам), может принять такой опыт за правило.

Например, ребенок вернулся с прогулки в грязной одежде. Вообще-то для детей это нормально: довольно трудно не испачкаться, когда все внимание захватила игра, да и координация развита еще недостаточно. И вот, радостный и чумазый ребенок влетает в дом и сразу сталкивается с маминой истерикой: «К нам сейчас придут бабушка с тетей, что они скажут, увидев такого неряху (в переводе с «марсианского» это означает: «Ты выставишь меня плохой матерью»)? Быстро мыться и переодеваться, и не запачкай мне квартиру! Я полдня тут все чистила! Специально тебя на улицу отправила, чтобы не мешался, а ты все испортил!»

В результате у ребенка возникает чувство вины или стыда (или то и другое одновременно). Если подобное случается неоднократно, детское (пока еще не критическое) мышление вкупе с детским эгоцентризмом («Все в мире происходит из-за меня») выстраивает такую логическую цепочку: если я грязный и неопрятный, значит, я плохой (меня перестанут любить; мама от меня отвернется, а то и откажется и т.д.). Тем более некоторые взрослые так и говорят: «Не люблю тебя такого» (неопрятного, плаксивого, ноющего и пр.), закрепляя у ребенка убеждение, что любовь можно получить только на определенных условиях.

Вдумайтесь, какое странное и даже абсурдное требование: «Ты должен быть чистым, чтобы тебя любили». Вот как это может выглядеть:

• Младенец обкакался — перестали любить; искупали — снова любят.

• У подростка высыпали прыщи — перестали любить; прошли прыщи, но стал гулять допоздна («морально нечист») — опять недостоин любви.

Таким образом, чем старше ребенок, тем труднее любить его безусловно.

Почему маме настолько, чуть ли не до истерики, важна чистота? Возможно, она страдает обсессивно-компульсивным расстройством и имеет свою историю травматичных отношений. Конечно, это не означает, что травматизация непременно произойдет. Вполне возможно, что ребенок пропустит все мимо ушей, поскольку слов «Ты грязный, я тебя не люблю» напрямую сказано не было. Однако способ, который родитель применяет, чтобы научить ребенка строить отношения, можно назвать невротическим, а не адаптивным. В приведенном примере мама сразу начинает ругать за то, что ей не нравится, то есть за внешний вид, даже не попытавшись разобраться, почему ребенок так выглядит: возможно, кто-то толкнул его в лужу, и малыш и без того уже травмирован ситуацией. Но у ребенка нет возможности отреагировать на чувства, ведь мама эмоционально недоступна, поскольку сама в этот момент переживает невротическую вину «плохой матери».

К сожалению (или к счастью), избавиться от всех ограничивающих убеждений, установок, травматичных воспоминаний и неврозов невозможно, так же как и вырасти без единого синяка. Однако взрослому человеку важно замечать, в каких ситуациях он теряет равновесие, что́ вызывает бурную эмоциональную реакцию и как это сказывается на отношениях с теми, кто находится в зависимой позиции, — в первую очередь, конечно, с детьми. Работа со своими травмами, неврозами и ограничениями поможет уберечь детей от этого «кармического топора».

Затрону непростую тему отклонений от нормального, адаптивного развития ребенка в сторону психиатрических симптомов.

Такие отклонения могут проявляться в следующем: речь ребенка быстрая, сбивчивая, он часто перескакивает с одной темы на другую, ерзает, ему трудно усидеть на месте, кусает губы, что-то теребит в руках, сутулится, извиняется без причины, рассказывает о страхах, угрозах, ожиданиях нападения, вздрагивает или подпрыгивает, когда открывается дверь или раздается резкий звук. Все перечисленное является симптомами тревожного расстройства.

Другой вариант дисфункционального поведения: ребенок регулярно крадет вещи (деньги, игрушки, гаджеты), бьет младшего брата или сестру, плохо учится, игнорирует просьбы, требования, правила — все это может свидетельствовать об оппозиционном или антисоциальном расстройстве.

Данные психопатии или их компоненты возникают в результате психофизиологических особенностей личности и/или психотравмирующих отношений. В психофизиологических особенностях личности можно долго разбираться с психиатром, мы же остановимся на том, как родитель или человек, его заменяющий (в том числе временно, например, воспитатель или учитель), может влиять на развитие психопатологий у ребенка.

Для начала обратимся к истории. Еще сто лет назад врачи были уверены, что такое многогранное психическое расстройство, как шизофрения, имеет исключительно физиологические причины. В попытках нащупать корни этого явления изучали наследственность, а пациентов лечили электрошоком. Но уже в середине XX века, с появлением концепции антрополога и социолога Грегори Бейтсона о двойных посланиях [14], все больше внимания стали уделять «воспитательным», или социальным, факторам этого заболевания. Пока врачи и психологи не пришли к единому мнению, но и те и другие поддерживают идею, что психопатические отклонения могут быть в равной степени продуктом как физиологических нарушений, так и обстановки в семье.

Вот неполный список причин, способных спровоцировать психопатологии у ребенка.

• Манипулятивные отношения внутри семьи. Родитель хочет получить желаемое поведение и идет на обман. Например, чтобы получить от ребенка утешение после ссоры, начинает плакать, в результате происходит обмен ролями: мама становится в детскую позицию, а ребенок вынужден выступать в роли родителя — в психологии это называется парентификацией.

• Изоляция. Родитель обрывает контакт в конфликте, разворачивается и уходит без объяснений. Ребенок тяжело переживает такую реакцию, поскольку зависим от родителя эмоционально, физически и материально. Помните, как некоторые дети в страхе произносят по поводу порванных штанов или разбитой вазы: «Мама меня убьет». Конечно, мама «убьет» не буквально, но эмоционально ребенок может переживать гнев и резкость родителя как маленькую смерть. На эмоциональном и физиологическом уровне это именно так и выглядит — лишь представив мамин гнев, ребенок замирает и как бы отключает эмоции.

• Отсутствие личных границ. Родитель спит в одной кровати с ребенком подросткового возраста. Это показатель того, что с границами в семье большие проблемы, такое поведение имеет инцестуальные корни и блокирует возможности полноценного роста и психического развития ребенка.

• Негативный эмоциональный фон. Чаще всего эмоциональный фон в семье находится в диапазонах: раздражение — досада — гнев; настороженность — тревога — страх; печаль — беспомощность — отчаяние.

Родителю, ожидающему позитивных изменений в поведении ребенка, предстоит проделать большую внутреннюю работу: разделить ответственность; осознать свой вклад в отношения и менять их в сторону открытости, поддерживая себя и ребенка; научиться понимать свои и его чувства; укрепить внутренние опоры для собственной устойчивости, что повлияет и на устойчивость ребенка, и т.д. Это трудная работа, но результат того стоит. На этом непростом пути хорошо заручиться поддержкой психолога, специализирующегося на детско-родительских отношениях и детско-подростковой психологии. Но первые шаги к выстраиванию доверительных отношений можно сделать самостоятельно, создав поле совместной с ребенком деятельности. Ниже несколько упражнений в форме игры, которые можно выполнить вместе с ребенком.

Упражнение «Рисунок вдвоем»

Упражнение позволяет сблизиться, понять, что в отношениях важно для вас и для другого и как вы взаимодействуете. Упражнение можно использовать, чтобы просто побыть и поиграть с ребенком в новых условиях.

Оба возьмите один карандаш и не отпускайте до конца рисования. С этого момента и до окончания упражнения разговаривать нельзя. Нарисуйте рисунок на любую тему. Договариваться можно только невербальными способами. Как только рисунок будет готов, и вы договоритесь, что он окончен, можно разговаривать. Обсудите процесс рисования и результат, используя следующие вопросы.

• Какие чувства вы сейчас испытываете?

• Почему нарисовали именно это?

• Что помогало и что мешало выполнять задание?

• Как вы выбирали, кто ведет карандаш, как чувствовали друг друга?

• Стремились вы лидировать или уступали партнеру?

• Какие собственные идеи вам удалось реализовать, а какие нет?

Когда наши интересы не совпадают с интересами другого человека, возникает конфликтная ситуация. Упражнение показывает, какие стратегии поведения использовали родитель и ребенок — схожие или различные. После обсуждения первого совместного опыта можно скорректировать способ взаимодействия и нарисовать новый рисунок.

Упражнение «Архитектор и строитель»

Упражнение можно использовать как игру на укрепление взаимоотношений между родителем и ребенком.

Вам понадобится ширма или другой предмет, который можно использовать в качестве перегородки (например, большая книга), и конструктор с разными фигурами (треугольники, квадраты, прямоугольники разных цветов и размеров), вместо него можно использовать спички.

Сядьте за стол друг напротив друга, отгородившись ширмой, и возьмите одинаковые наборы элементов конструктора (или спичек). Распределите роли: кто будет строителем, а кто — архитектором, затем можно поменяться.

Сначала архитектор строит замок (или другой объект), после чего партнер, то есть строитель, должен построить идентичный замок на своей половине стола. С этой целью архитектор и строитель могут общаться, задавать вопросы, но показывать и рисовать что-либо в воздухе нельзя. Затем уберите ширму и проверьте результат.

Обсуждение

• В какой роли было труднее, а в какой — легче?

• Что помогало и что мешало во время взаимодействия?

• Какие эмоции вы испытывали при выполнении упражнения?

• Удалось ли наладить сотрудничество?

• Насколько каждый из вас был активен?

• Поддерживали ли вы друг друга?

После обсуждения первого опыта можно поменяться ролями. Обратите внимание, насколько более эффективным стало ваше сотрудничество. Обсудите с ребенком, в каких ситуациях в обычной жизни можно использовать умение договариваться.

Варианты совместных занятий и способов улучшения отношений родителей и детей

• Спросите ребенка: чего взрослые не понимают о нем?

• Спросите ребенка: к кому он обращается за поддержкой чаще всего?

• Обнимите ребенка.

• Скажите ребенку: «Я тебя люблю».

• Погладьте ребенка по спинке.

• Погладьте ребенка по голове.

• Приготовьте ребенку его любимое блюдо.

• Предложите ребенку выбрать фильм и посмотреть его вместе.

• Расскажите ребенку курьезную историю из своего детства.

• Расскажите ребенку о самом удивительном моменте в своем детстве.

• Спросите ребенка, что его поддерживает.

• Спросите ребенка, о чем он мечтает.

• Расскажите ребенку о значении его имени и о том, как было принято решение назвать его именно так.

• Сделайте ребенку игровой массаж «Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы».

• Поиграйте с ребенком в щекотки: кто дольше продержится, не рассмеявшись.

• Расскажите ребенку, что вам нравится в его внешности.

• Расскажите ребенку, какие его качества вам нравятся.

• Расспросите ребенка о его любимой игре (компьютерной, настольной, подвижной). Что ему в ней нравится? Кто его любимый герой? Какими качествами/характеристиками он обладает?

• Поиграйте с ребенком в пальчиковую игру «Чики-брики-пальчик-выкинь».

• Расспросите ребенка о его любимом мультфильме. Что ему в нем нравится? Кто его любимый герой? Какими качествами/характеристиками он обладает?

• Расскажите ребенку о вашем самом памятном дне рождения в детстве.

• Расспросите ребенка о том, какой день рождения он устроил бы, если бы у него был миллион.

• Спросите ребенка, с кем бы он хотел встретиться, если бы у него была такая возможность.

• Спросите ребенка, что бы он изменил в отношениях с родителями, если бы мог.

• Спросите ребенка, что бы он хотел изменить в своей жизни и почему.

• Спросите ребенка, что бы он взял с собой на необитаемый остров, если бы мог выбрать только три предмета. Почему?

• Спросите ребенка, что в ваших отношениях доставляет ему больше всего радости.

• Спросите ребенка, что его сегодня рассмешило.

• Спросите ребенка, в каком месте он хотел бы провести год своей жизни, если бы у него была возможность выбрать любую точку мира.

• Спросите ребенка, каким было его лучшее решение за последнее время.

• Попросите ребенка назвать одну маленькую вещь, которую вы могли бы сделать для него, чтобы порадовать.

• Спросите ребенка, есть ли у него какая-то проблема, о которой вы не догадываетесь.

• Спросите ребенка, что значат для него деньги. Сколько бы ему хотелось зарабатывать?

• Спросите ребенка, как бы он описал себя тремя прилагательными. Какой он?

• Спросите ребенка, что он хотел бы делать вместе с вами, но пока не делает.

• Спросите ребенка, от какой привычки он бы избавился, если бы можно было выбрать только одну.

• Спросите ребенка, как лучше всего его поддержать, когда ему грустно.

• Спросите ребенка, если бы о его жизни снимали фильм, то какого бы он был жанра.

• Спросите ребенка, в чем ему хотелось бы стать более уверенным.

• Спросите ребенка, какие вещи он любит делать вместе с вами больше всего.

• Спросите ребенка, какая песня моментально поднимает ему настроение.

• Попросите ребенка назвать три главных удовольствия в его жизни.

• Попросите ребенка продолжить фразу: «Лучший подарок для меня — это…»

• Напишите ребенку письмо «Если тебе станет грустно» — о том, что может подбодрить его в трудной ситуации. Перечислите в этом письме достоинства ребенка, расскажите, в каких ситуациях вы гордились им, какие его качества особенно цените. Вспомните смешной случай или просто напишите забавный комплимент. Это письмо он всегда сможет прочитать в моменты упадка сил и духа.

• Составьте список благодарностей ребенку и расскажите ему об этом.

• Предложите ребенку вместе приготовить его любимое блюдо.

• Посетите вместе планетарий и/или зоопарк.

• Устройте совместный пикник.

• Предложите поиграть в игру «Две правды, одна ложь», в которой нужно угадать, какой из трех предложенных фактов является ложным.

• Напишите ребенку сообщение, в котором выразите свою любовь.

• Сходите с ребенком на фильм, который выберет он.

• Предложите ребенку вместе посмотреть семейные фотографии.

• Сходите с ребенком в кафе и полакомьтесь пирожными.

• Погуляйте с ребенком там, где вы еще не бывали.

Родители часто переживают из-за своих представлений о себе как о родителе, существует даже «невроз идеальной матери», который хорошо иллюстрирует шуточная игра «Бинго материнской вины» [15].

Рис. 4. Бинго материнской вины

Современные мамы интересуются психологической литературой и находят в ней все новые поводы корить и винить себя: они боятся, что их ребенок получит психологические травмы, тревожатся из-за каждого своего слова или действия. А в наш век информации так много и она бывает настолько противоречивой, что в попытках учесть все требования можно в самом деле впасть в отчаяние.

В песочнице, магазине или на страничке в соцсети можно столкнуться с оценочным мнением, осуждением или травлей. На долю женщины в роли мамы выпадает столько, что очень хочется остановить поток требований и запустить поток поддержки.

Следующие рекомендации помогут избежать неврозов и сохранить психическое здоровье (свое и ребенка).

• Ни один ребенок не вырастает без синяков, травм и болячек. То же самое и с психикой, и задача эмоциональной поддержки со стороны родителей — не оградить заборчиком психику ребенка, чтобы уберечь от стрессов, а научить справляться с этими стрессами, проживать их, то есть извлекать уроки, а не зацикливаться на ошибках. Эмоциональную помощь могут оказывать как мамы, так и, по необходимости, психологи — нужно обеспечить ребенку возможность выговориться, пережить эмоции и успокоиться.

• Важно отделять идеальное представление о маме как воплощении Богоматери, то есть некий обобщенный образ, архетип, от реальных мам — не идеальных, но зато живых. Ребенку для жизни и взросления нужен не абстрактный идеальный образ, а живая мама.

• Живая мама, как и любой человек, испытывает весь спектр эмоций: от раздражения, гнева, страха, беспомощности, тревоги и беспокойства до радости, ликования, нежности, гордости и прочего. Признав за собой право на все эти переживания, вы сможете дать такое право и своему ребенку. А осознав свои границы, станете уважать и чужие, даже такого маленького человека, как ваш ребенок.

Злиться на ребенка — это нормально, а вот бить — ненормально. Стоит поработать со своей импульсивностью и научиться выражать чувства вербально и в пределах языковых норм.

НО: если вы пару раз сгоряча шлепнули ребенка по попе за то, что он безобразничал в песочнице, простите себя, живите дальше и любите своего малыша! Любовь прощает все обиды.

Вина — это злость, обращенная на себя. На самом деле вы злитесь на людей, перед которыми испытываете вину, но по разным причинам не можете позволить себе выразить истинные эмоции.

Анализируя чувство вины, можно снять с себя лишний эмоциональный груз и вернуть свободу мыслей и действий.

Например, мама считает, что ребенок плохо ест, врач подтверждает ее опасения, и говорит о недоборе веса. Мама взволнована и придумывает способы накормить малыша до отвала. Но когда начинает кормить ребенка насильно, с истериками и слезами, испытывает чувство вины.

Проанализируем пример исходя из факта, что вина — это гнев, обращенный на себя: мама злится на ребенка, который не соответствует ее ожиданиям — не набирает вес, как положено, а еще на врача, который подтвердил ее опасения, вместо того чтобы развеять их. Но ругать ребенка бессмысленно — он и так испытывает стресс от насильственной кормежки; ругать врача опасно — с ним необходимо сотрудничать. Остается перенести гнев на себя, чтобы хоть как-то разместить бушующие эмоции.

Другой вариант: мама доверяет малышу, ориентируется на его реальные потребности, а не на статистическую норму веса, которая представляет собой весьма усредненное число. Но каждый ребенок индивидуален и неповторим, то есть имеет свои потребности и границы их удовлетворения, следовательно, здоровым показателем будут не граммы привеса, а настроение и состояние малыша. Беспокойство мамы при этом может оставаться, но чувство вины сменяется доверием.

Упражнение «Анализ родительских установок и предписаний»

Ответьте на следующие вопросы.

• Каким, по вашему мнению, должен стать ваш ребенок? Какие качества вы в нем воспитываете?

• К какой жизни вы его готовите, воспитывая в нем такие качества?

• Какие именно ваши действия помогают воспитать определенные качества, а какие препятствуют достижению цели?

• Как вы учитываете физические и психологические особенности ребенка?

Например, у ребенка несколько кружков, школа, репетиторы, дополнительный факультатив и олимпиада на носу. При этом ребенок от природы чувствителен и быстро утомляется. Если не учитывать особенности, возможности и потребности ребенка, то в итоге он станет неврастеником, а не успешным человеком, каковым хочет видеть его родитель. Потому что при таком темпе у ребенка совсем нет времени на определение и удовлетворение собственных желаний, а также на усвоение опыта и отдых. Такие люди, будучи уже взрослыми, хорошо знают, «как надо», но затрудняются с ответами на вопросы: кому именно надо и чего хочу я сам?

Или, например, родитель хочет, чтобы ребенок рос ответственным, а сам сидит с ним за уроками и контролирует каждый шаг. Чтобы воспитать ответственность, нужно отпустить ее и быть рядом, когда понадобится помощь.

Хочется радости и интереса в отношениях с ребенком, а не обид и взаимных упреков? Честный и открытый разговор поможет понять, где ваши желания разошлись с интересами и возможностями ребенка. Следующий шаг: поискать (возможно, вместе с сыном или дочерью) такие формы и способы взаимодействия, которые и успокоят вашу родительскую тревогу, и помогут ребенку адаптироваться в жизни.

Игра «Коллективная сказка»

Существует множество игр, которые позволяют родителям и детям интересно и с пользой провести время, а если подойти к предлагаемой игре с юмором, то в ваших отношениях появится больше доверия и эмоциональной близости.

В игре каждый вносит свою лепту в коллективный творческий продукт. Возьмите лист бумаги и ручки. Первый игрок начинает сказку одним предложением, передает листок следующему участнику, который продолжает сказку так же одним предложением. Таким образом можно сочинять, пока фантазия не иссякнет. Договоритесь, кто начнет, а кто завершит сказку.

Вот как родилась идея этой игры. Как-то раз мы с друзьями шесть часов ехали в электричке и от скуки стали вместе сочинять сказку. Каждый по очереди писал предложение на листке бумаги, и таким образом история получила завязку, интригу, сюжетную линию и развязку. За совместным творчеством время пролетело незаметно и очень весело. Представляю наш шедевр в качестве примера:

Жил был Гусь.

И умер.

И воскрес Гусь!

И узрел, как прекрасен мир!

И решил написать об этом книгу.

Выдрал перо из хвоста и заточил его.

И решил посвятить первую главу книги своей концепции о строении Вселенной.

В самом начале, в темноте и холоде, маленькие пылинки пребывали в хаосе. Длилось это неизвестно сколько, так как никто не вел счет времени, пока пылинки не стали приобретать форму Великого Гуся. Когда гусиная форма завершила свое становление, пустоту заполнил желтоватый свет. Хаотичный хоровод пылинок пришел в синхронное движение и заложил разум Великого Гуся.

Далее сформировались Великая Гусиная Печень и возможность видеть будущее.

На левом крыле Гуся поселились вошки, а на правом — кошки. Вошки питались кошками, а кошек Великий Гусь кормил своей Гусиной Печенью, которая, к слову сказать, была самовосстанавливающейся.

Гусь стал размножаться почкованием, и вот через 10 000 лет образовалась целая экосистема из Великих Гусей с Великими Самовосстанавливающимися Печенями. Но тут благополучие нарушило пшено. Пшено кружило Гусей в пшенном водовороте и засасывало, затягивало их. Они знали свое будущее — дальше их ожидало только злаковое перенасыщение. И тогда первый из первейших Великий Гусь воспользовался своим провидческим даром. И узрел, что если прямо сейчас он не отдаст в жертву свою Великую Печень, то вся гусиная Вселенная самоликвидируется. Жертву он решил принести на хлеб. И стали Великую Жертву Гуся «фуа-гра» класть на хлеб и так есть. С тех пор потомки Великого Гуся, а еще кошки да вошки раз в 10 000 лет чтят праздник фуа-гра, несут хлебные крошки из дальних уголков Вселенной и прокладывают путь, именуемый Хлебным.

Так закончил главу воскресший Гусь, а на небе зажглась крошка-звезда…

Данная методика позволяет лучше понять взаимоотношения между родителем и ребенком подросткового возраста. Каждый письменно отвечает на свой блок вопросов, затем следует совместное обсуждение результатов. Вопросы помогают взглянуть на отношения по-новому, возможно, выявить какие-то стереотипы и найти ресурсы для взаимодействия.

В детско-родительских отношениях немало сложностей, но за последние 50 лет по этой теме вышло довольно много книг, в том числе в научно-популярном жанре. Работают детские и семейные психологи, практика обращения к ним все больше входит в норму. Такой специалист есть почти в каждом образовательном учреждении, и все это — огромная поддержка родителям и детям. Гораздо хуже обстоят дела с литературой и практикой поддержки взрослых детей в отношениях с престарелыми родителями. В 1981 году социальная работница Дороти Миллер назвала людей в возрасте от 40 до 60 лет поколением «сэндвич». Им действительно нелегко, ведь они находятся буквально между двух (а то и трех) огней: с одной стороны престарелые родители, с другой — подрастающие внуки, а с третьей — взрослые дети, которые тоже требуют внимания. Увеличившаяся продолжительность жизни принесла с собой болезни Альцгеймера, старческую деменцию и психопатию. В итоге часто взаимодействие со старшим поколением, бабушками и дедушками, которые уже стали прабабушками и прадедушками, бывает не умилительно трогательным, а вызывающим гнев, опасения и тревогу.

Поколение людей 70+ — это дети войны и дети детей войны, времени, где были попраны (фрустрированы) базовые потребности человека: в еде, безопасности, личном пространстве — доме, комнате или хотя бы уголке. Это сопровождалось страхом потери близких и имущества, представления о свободе выбора были весьма ограниченными — даже элементарно заявить о своих потребностях считалось чем-то постыдным.

С возрастом люди все более эмоционально реагируют на малейшие изменения, нарушающие привычное течение жизни и просто бытовой порядок: поставили кружку не на свое место, не доставили газету вовремя, сварили рис вместо гречки — вот и повод для раздражения, а то и агрессии. У пожилых людей меньше ресурсов на адаптацию к новому или непривычному, на изменения они часто реагируют недовольством, гневом, обидой, капризностью. Чем более эмоционально и физически истощен человек — болезнями, условиями жизни, негативным опытом, тем ожесточеннее он будет защищаться и отвергать все, что требует каких-либо усилий с его стороны. Пока литературы по геронтологии действительно очень мало, поскольку лишь в конце XX — начале XXI века такое явление, как дожитие людей не просто до пожилого, но преклонного возраста, стало массовым. Исследования особенностей психики в этом возрасте только начинаются.

Как быть родственникам и близким, которые тратят много сил и времени на помощь в дожитии, но при этом не только не получают благодарности, но и сталкиваются с безразличием, агрессией, необоснованной критикой?

Прежде всего психологической опорой может послужить простая житейская мудрость: старики как дети. Вот простой пример: малыш запнулся о камень, упал, ударился, и мама спешит помочь подняться и утешить, а ребенок раздражен, обижен, злится на камень и отталкивает маму, потому что в данный момент важнее отреагировать гнев, а уже потом получить поддержку. В отношении к пожилым можно придерживаться такой же стратегии: предоставить возможность выразить недовольство, поворчать, имея в виду, что человек не успокоится, пока не выплеснет свои эмоции. Более молодое поколение обладает информацией о психике, о потребности в контейнировании, то есть в проживании, эмоций. Но для пожилых людей психологические знания в свое время были практически недоступны, а теперь они уже не хотят, да и не могут, обучаться чему-то новому, в том числе менять поведенческие паттерны. Значит, взрослым детям придется принять эту обязанность на себя: научиться справляться в моменте с собственными эмоциями (а они тоже закипают в ответ на старческое брюзжание, но потом вы сможете проработать их с психологом или самостоятельно) и разъяснять родителям, что происходит с ними на эмоциональном уровне (отражать чувства) и как вы вместе будете справляться с новыми обстоятельствами их жизни.

Пример диалога с отражением чувств.

Престарелая мать: Ты уехала, а меня бросила!

Взрослая дочь: Кажется, ты обижаешься на меня.

Мать: А как я справлюсь? Как буду в аптеку ходить?!

Дочь: Понимаю — ты встревожена. Я попросила соседку зайти к тебе в субботу — ты скажешь, что тебе нужно, и она купит.

Мать: Неудобно беспокоить человека!

Дочь: Вижу, тебя это смущает, но я ее отблагодарю коробкой конфет.

Постепенно эмоциональный накал в таком диалоге будет стихать. И помните: не нужно пытаться устранить все тревоги престарелой матери, лучше постараться успокоить ее с помощью отражения чувств, а в некоторых случаях (как в приведенном примере) показать, что вы позаботились о материальной стороне проблемы.

Поскольку дети — эгоцентрики, они не видят другого человека с его чувствами и заботами. Ребенок считает, что все происходит для него и из-за него. Это возрастная норма, вариант мифического мышления: «Мир создан для меня, и я им управляю». К семи–восьми годам, вместе с формированием критического и аналитического мышления, представления меняются. Но в пожилом возрасте происходит своеобразный регресс (старики как дети): вновь появляется капризность, неуступчивость, импульсивность, плаксивость. Это связано с тем, что пожилой человек действительно во многом зависит от более крепких и сильных (то есть молодых), поскольку собственные возможности становятся ограниченными, совсем как у детей. Такая детская позиция и порождает детское поведение. И это необходимо учитывать во взаимодействии с престарелыми родителями. Но при этом важно говорить о своих чувствах, давать понять родителю, как его слова и поступки влияют на вас. Кстати, этот же прием очень эффективен и в воспитании детей.

Как сказать пожилым родителям о своих чувствах

• Я опасаюсь сообщать тебе плохие новости и тревожусь из-за того, что мы отдаляемся друг от друга.

• Меня обижают твои слова, ведь я стараюсь заботиться о тебе.

• Меня раздражает твое недовольство, ведь я делаю все, что в моих силах.

Таким образом, не отстраняясь и сохраняя свое эмоциональное присутствие в диалоге, то есть оставаясь в контакте, вы поможете престарелому родителю увидеть, как его слова и поступки влияют на отношения с вами.

И еще несколько рекомендаций для взрослых детей для сохранения устойчивого эмоционального состояния.

• Важно понимать, сколько ресурсов (временны́х и эмоциональных) вы готовы потратить и достаточно ли их у вас. И если в данный момент ресурсов нет, значит, надо себя поберечь и не пытаться действовать через не могу. Винить себя за то, что недодали, значит расходовать тот самый драгоценный эмоциональный ресурс, а это слишком расточительно.

• Обращайтесь за помощью, говорите о своем недовольстве, усталости, просите поддержки у друзей, запишитесь к психологу или начните посещать занятия группы.

• И главное — заботиться о себе! Здоровье, хорошее самочувствие, нормальный режим сна и отдыха, положительные впечатления — все это необходимо, чтобы у вас хватало энергии на взаимодействие с другими людьми. Когда выполняешь функцию батарейки для кого-то, необходимо иметь источники подзарядки своих аккумуляторов.

Мы рассмотрели детско-родительские отношения с разных сторон, но охватить все проблемы, ответить на все вопросы в одной главе, отведенной в книге для этой темы, невозможно. Не оставайтесь наедине со своими трудностями, обязательно обращайтесь за помощью к специалистам — так вы поможете не только себе, но и своему ребенку.

15. https://pics.ru/bingo-materinskoj-viny.

14. Бейтсон Г. Экология разума: Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии. — М.: Смысл, 2000.

13. Лекция доступна по ссылке: https://yandex.ru/video/preview/16362022928447629520.

12. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В. Психология и психотерапия семьи. — СПб.: Питер, 2009; https://psytests.org/parent/asvA-run.html; https://psylab.info/Опросник_«Анализ семейных взаимоотношений».

11. Ефимкина Р. П. Косяки начинающих психоконсультантов. — М.: Класс, 2017.