Дорога до клуба заняла с полчаса. Мы специально не стали ловить такси, потому что решили пройтись пешком и оценить город. И в какой-то степени не прогадали. Развлекательный район выглядел интересно и необычно.
Из минусов, желание посмотреть, что находится внутри стильных и красивых зданий у нас было, а вот реальной возможности сделать это — уже нет. Время поджимало.
А жаль, не думаю, что после этого выходного вернусь в нижний город в ближайшее время. Слишком здесь все дорого, и если слишком расслабиться, моё «выходное пособие» закончится, не успею я и глазом моргнуть.
Хотя… Я все время забываю, что уже совсем не тот, кем был прежде. Трудно представить, куда теперь завернет моя жизнь. Раз уж я собрался как следует заработать, цель действительно нужно ставить как можно выше. То есть, как можно ниже, если учитывать, что я собираюсь переселить семью в город второй линии.
Когда мы добрались, стало ясно, что это клуб действительно статусный. Трехэтажное здание из полированного черного стекла и матового хрома выделялось даже на фоне богатых фасадов по соседству. Над массивным парадным входом не было ни неоновых вывесок, ни броских названий, словно это место вовсе не нуждалось в дополнительной рекламе и привлечении внимания.
Что ж, сейчас узнаем, заслуженно или нет.
Возле входа уже собралась внушительная толпа модно одетой молодежи, но дальше тяжелых стеклянных дверей как я успел заметить, пускали далеко не всех. Два вышибалы под два метра в глухих черных костюмах без эмоций сканировали гостей тяжелыми взглядами.
После формирования ядра, я еще не слишком хорошо определял, как движутся потоки Эйдоса в воздухе. Тем более в такой толпе было практически невозможно что-то ощутить. Но качественное ядро значительно усилило мою интуицию, добавляя к возможности определять опасность почти звериные инстинкты. И охранники… казались угрозой. Почти наверняка это были Резонаторы, и как подсказывала логика, с ядром как минимум второго ранга. Серьезная охрана для частного заведения.
…Интересно, с моей усиленной аурой, смог бы я выстоять против таких?
— Смотри и учись, — самодовольно шепнул Ричи.
Бойко протиснувшись сквозь толпу, он приложил браслет к терминалу в руках охранника. Я последовал за ним.
— Вип пропуск на двоих, Ричард и… — вышибала слегка затормозил и посмотрел на меня.
— Максимус, всё верно. — Ричи кивнул, и я, скрипнув зубами про себя, тоже приложился к терминалу. Охранник, клацнув что-то у себя в планшете, скользнул еще раз взглядом по нашей одежде и отошел в сторону, пропуская нас внутрь. А на моем браслете пиликнуло уведомление о временном вип-статусе.
— Ты вписал моё реальное имя? — когда мы вошли и оказались в широком коридоре, я недовольно прищурился, глядя на Ричи.
— Максимус звучит круто и аутентично. — толстячок пожал плечами. — Добавляет очков к образу. Не знаю, чего тебе твоё имя не нравится. По-моему, оно классное. Не то что моё.
— А что не так с Ричардом? — я с недоумением приподнял бровь.
— Мать прочитала где-то что так в далеком прошлом звали одного супербогача, еще до новой эры и назвала меня в его честь. Чтобы, типа я тоже богатым стал.
— И?
— А потом выяснилось, что это выдуманный персонаж. Вот и как мне теперь разбогатеть?
Стоило нам подойти ко второй паре дверей, как те автоматически разъехались в стороны.
И клуб тут же встретил нас мощной волной плотного, утробного баса.
Пространство внутри было выстроено с размахом: огромный двухуровневый зал в стильном и сдержанном неоновом полумраке, рассекали лазерные лучи, а под потолком мелькали сложные голограммы. Внизу располагался широкий танцпол, который реагировал на шаги и притопывания замысловатой подсветкой под ногами, которая расходилась в стороны и в итоге смешивалась под влиянием десятков людей, образовывая уникальный узор, добавляющий атмосферы.
Наверху, как я понял была зона отдыха, по периметру второго яруса располагались просторные ложи с мягкими кожаными диванами. Воздух был пропитан смесью необычных ароматов и, честно говоря, даже мне она показалась довольно приятной. Наверное, здесь работал Резонатор, а может какая-то особая техника на Эйдосе, потому что несмотря на плотную толпу, дышалось внутри легко.
Пока мы сюда шли, Ричи немного рассказал об этом клубе и чем он был уникален.
Здесь отдыхала местная золотая молодежь: дети бизнесменов и чиновников администрации, младшие менеджеры филиалов корпораций и молодые перспективные Резонаторы. Они, конечно, вряд ли могли стоять наравне с настоящей элитой со второй линии, но здесь, в нижнем секторе Надежды-13, могли вести себя как полноправные хозяева жизни.
Перед нами тут же с широкой улыбкой возникла официантка с планшетом.
Хотя обязательный для каждого человека браслет порой ощущается бременем, нельзя отрицать, что и у него есть свои плюсы. Официантка уже знала, что мы випы и была готова проводить нас к нашей ложе. А если добавить нашу модную одежку, дизайнерские джинсы, начищенные туфли, рубашки навыпуск и пиджаки с иголочки, она буквально расстилалась перед нами искренне полагая, что мы тоже чьи-нибудь избалованные сыночки. Впрочем, Ричи именно этого эффекта и добивался.
На второй этаж нельзя было попасть просто так, только по пропуску. Охранники у лестницы тщательно следили за этим. Так что людей наверху было намного меньше. Мы заняли ложу на расположенном ближе к краю балконе, но оттуда все равно открывался идеальный обзор на весь зал и широкую сцену в глубине. Планировка ложи оказалась хорошо продуманной: окруженная тонированными стеклами, она давала достаточно уединения для компании и в то же время оставляла возможность видеть все что происходит в клубе. Достаточно было нажать всего одну кнопку на столе, и стеклянные стены нашей вип-комнаты тут же затемнялись снаружи, чтобы никто не мог видеть, чем занимаются люди внутри. Оставалось только гадать, как использовали эту функцию местные мажоры.
Когда мы уселись на диванчиках, Ричи тут же заказал бутылку выдержанного ликера и несколько тарелок с закусками. Официантка тут же побежала выполнять заказ.
— Ну как тебе⁈ —он с восторгом развел руками. — Класс! Я про этот клуб целый год читал! Сюда обычным работягам вход заказан.
— Атмосферно, — я не мог не отрицать что местечко и вправду было роскошным. — И во сколько тебе випы обошлись?
— Да забей! Ты мне жизнь спас, это в деньгах не оценить! — Ричи лишь отмахнулся. — Сегодня я может быть последний раз в жизни столько денег трачу! Дай насладиться моментом.
Я закрыл уже открывшийся было рот, оставив при себе все свои советы. В какой-то степени Ричи был прав. С его ядром, у карьерного пути моего друга был очень низкий потолок. Если в жизни у него ничего круто не изменится, он никогда больше не сможет тратить на развлечения по несколько тысяч за раз.
Поэтому вместо нудного морализаторства, я решил оглядеться. Почти все ложи на втором ярусе были заняты. Некоторые были затенены, но большинство нет. Возможно, развлекающаяся молодежь хотела, чтобы окружающие видели их благосостояние и то, как они умеют веселиться. И делали они это… чтобы вызвать зависть? Я если честно, был не уверен. Эти хитросплетения оставались для меня слишком сложной наукой.
Компании были разношерстными. Были и чисто мужские, и даже одна чисто женская. Но в основном я видел смешанные группы. Разговоры, долетавшие до меня сквозь шум музыки, были под стать публике. Кто-то обсуждал свой бизнес, хвастаясь доходами, кто-то модными трендами, кто-то…
Внезапно я осознал, что использую Ауру чтобы слушать сплетни. Хм, неужели я настолько одичал в туннелях пригорода? С другой стороны, интересно же, чем люди живут. На втором этаже, то ли благодаря грамотному планированию, то ли особой технике, музыка лупила не так громко. На уровне, чтобы её было слышно, но не настолько, чтобы мешать разговорам. Поэтому, я мог слышать о чем говорят в ближайших ложах.
— … да говорю тебе, в пригороде все больше людей пропадает, — лениво откинувшись на спинку дивана парень в соседней ложе болтал с приятелем. — В мэрии сейчас бардак творится. Все больше голосов за то, чтобы масштабную зачистку провести.
— Ха, и кто заказ забрать хочет? Бюро, частники или военка? — его сосед заинтересованно спросил.
— А это самое интересное, учитывая размер дотаций, они уже сейчас готовятся друг другу глотки перегрызть. То ли еще будет когда тендер объявят…
— Мальчики, можно хотя бы день не о работе? — одна из их спутниц, миниатюрная брюнетка с «хищным» макияжем, надула губки. — Ты лучше скажи, слухи, которые про Сидни по городу ходят это правда?
— Похоже на то. — первый парень поднял бокал и пожал плечами — Хотя я в упор не понимаю, зачем корпоратке с такой семьей на сцене выступать. С таким количеством бабла…
— Может ей просто нравится петь! — Брюнетка тоже подняла свой бокал и сделала небольшой глоток. — У неё скоро выход?
— Вроде, — второй парень сверился с часами. — Формат, вольный, наверное, начнет с работы с залом.
— Вольный? Фу. — подружка брюнетки недовольно скривилась. — Опять обезьяны в зале Тряску начнут требовать. Ненавижу эту песню. Первый альбом у неё как по мне гораздо слабее остальных.
— А мне Тряска норм, — первый парень расплылся в широкой улыбке. — И выглядит всегда… живенько.
— Еще бы тебе не нравилось! — брюнетка слегка пихнула его под ребра.
Дальше группа продолжила болтать о всякой ерунде, а я переключил внимание дальше. В основном разговоры шли на незнакомые мне темы, но большую часть слов музыка все же смазала. Даже с Аурой сосредоточиться не удавалось. Я мог бы, конечно, услышать больше, если бы сжал радиус способности… Но включать усиленную Ауру, нещадно нагружающую организм только для того чтобы подслушивать случайные беседы… Кхм, все же это уже совсем перебор.
Когда принесли наш заказ, Ричи тут же расплатился, и судя по довольной раскрасневшейся официантке, неплохо добавил чаевых. Ох и пожалеет он об этом завтра. Ладно, хочет он или не хочет, я все равно переведу ему половину, когда вернемся наверх. У меня еще явно появятся дополнительные способы заработать, а вот Ричи точно придется экономить.
…В целом, я через какое-то время понял, что клубы это не моё. Нет, атмосфера была необычной и даже немного интересной, но слишком уж все шумно и суетливо. А глядя на беснующуюся толпу, желание присоединиться к ней на танцполе у меня не возникало от слова совсем.
Хотя, возможно, всему виной была моя танцевальная инвалидность. Я с надеждой покопался в архиве, с мыслью, что может быть где-то там есть информация о танцевальных движениях, хотя бы каких-нибудь, но на этот раз мне не повезло. Полный ноль.
Со временем Ричи становился все веселее и стал заказывать один коктейль за другим. После третьего, словно созрев, он решительно встал и сказал, что идет на танцпол. Мне с большим трудом удалось отбиться от его намерения утащить меня за собой. Хотя после коктейлей мне тоже стало полегче и посвободнее, идти позориться вниз я еще не был готов.
Еще я успокаивал себя тем, что мажоры из вип лож на втором ярусе тоже не слишком спешили вниз. В какой-то момент мне даже стало казаться, что я понял почему. Многие из девушек на первом этаже время от времени бросали взгляды наверх. И иногда, встретившись взглядом с кем-нибудь из парней, поднимались на второй ярус, когда те, кивали им или слегка махали рукой.
Впрочем, это их выбор.
Я смотрел как Ричи внизу пружинящей походкой ворвался в толпу… и как бы охарактеризовать то, что я лицезрел? Наверное, ближайшим аналогом был брачный танец павлиньего паука, который я видел в одном документальном фильме о животном мире прошлого.
Главное, чтобы он сам был счастлив.
Вернувшийся назад слегка вспотевший и тяжело дышащий Ричи сиял как яркий прожектор. Судя по всему, какую-то важную галочку в его списке желаний на жизнь он только что проставил. После этого мы снова стали болтать о всякой ерунде, пить алкоголь и поглощать закуски. И все было на удивление весело.
Внезапно музыка на танцполе начала затихать. Тяжелый бит плавно сошел на нет, сменившись глубоким, вибрирующим гулом.
Свет в зале приглушили, погружая помещение в интимный темно-синий полумрак, а сверху, прорезая темноту, ударили три узких луча ослепительно-белых софитов, скрестившись прямо в центре сцены.
Толпа внизу взорвалась оглушительными аплодисментами, свистом и восторженными криками.
— О-о-о! Начинается! — Ричи вскочил на ноги, чуть не опрокинув свой бокал. — Макс, смотри! Это она! Сидни Кул!
— Сидни Кто? — не сразу понял я.
— Сидни Кул! — Ричи засвистел и заулюлюкал с остальными.
— Погоди, её что, реально так зовут?
— Что? Нет, это же сценический псевдоним. — Ричи посмотрел на меня как на дурака. — И вообще, что за вопрос? Тебя только это волнует?
На сцену неторопливо шагнула девушка.
Она была высокой, поразительно стройной, с ослепительно-светлыми, почти платиновыми волосами, водопадом спадавшими на открытые плечи. А еще певица была очень красивой. Даже яркий макияж и тёмная помада не могли скрыть её природную миловидность. Я не знал, благодарить мне архив или проклинать, но я знал, что её смелый наряд был в стиле поп-панка: сверху на ней был черно-белый кроп-топ бюстье, а снизу короткие джинсовые шорты с широким коричневым ремнем. Шею девушки обрамлял черный чокер, а на ногах красовались роскошные туфли на высоком каблуке.
Она держалась перед ревущей толпой с абсолютным, гипнотическим спокойствием. В ней чувствовалась какая-то… внутренняя стать, если можно было так выразиться.
Взяв в руки тонкий микрофон, она слегка наклонила голову и с яркой улыбкой заговорила.
— Знаете меня⁈ — ее голос, усиленный акустикой клуба, прозвучал нежно, бархатисто и удивительно чисто, мгновенно заставив замолчать даже самых шумных гостей в ложах. В следующую секунду толпа взорвалась с удвоенной силой.
— Сидни!!!
Девушка помахала залу.
— Сегодня горячая ночка, сделаем её еще жарче⁈
Толпа снова взревела, а девушка продолжила её подогревать.
— Вы же знаете, что у меня новый альбом вышел, у вас уже есть любимые треки? Что хотите услышать⁈
Люди на танцполе снова закричали, но на этот раз вразнобой. Однако, в гуле голосов стал преобладать один запрос.
— Тряска! Давай Тряску!
Я заметил, что маска уверенного спокойствия на лице девушки на мгновение треснула, а улыбка слегка скривилась.
— Эй, народ, Тряска это моя первая песня… Я же про новый альбом спрашиваю…
Но договорить ей не дали, гул голосов объединился в один.
— Тряска! Тряска! Тряска! — толпа со смехом продолжала скандировать.
— Тряска! Тряска! Тряска! — Ричи смеялся вместе с остальными, и повторял за толпой.
— Э, а что смешного? Что за Тряска? — я посмотрел на него.
— Как она сказала, Тряска — это её первая песня. — Ричи с широкой улыбкой охотно пояснил. — Её тогда никто не знал, и она решила выделиться. Ну и придумала… Тряску. Внимание привлекла, стала популярной, но трек никуда не делся. Наоборот, становился все известнее. Чего Сидни точно не хотела. Со временем, это стало чем-то вроде локального мема. Неважно насколько серьезную песню она напишет, на любом её концерте Тряску всегда будут требовать первой.
— Ладно, ладно! Угх. — Уже не такая веселая Сидни кивнула куда-то за кулисы. С обеих сторон сцены вышло еще по две девушки в топиках и коротких шортиках. — Зажгем народ! Тряска!
Затем заиграла музыка, бодрый танцевальный поп-трек. А после короткого вступления Сидни запела:
Крышу сносит от простых движений,
Моя жопка — центр притяжения.
Мягкие линии — абсолютный грех,
Плавность изгибов обеспечит успех.
Сочный персик зовёт: «Забери»,
Искры по коже, челюсть подбери.
Форма опасна, как выстрел в упор,
Тебе никак не выдержать мой напоооор!
….Мои брови удивленно поползли наверх. Кажется, я начал понимать, почему Сидни стыдилась своей первой песни. Но затем грянул припев:
Трясу своей жопкой — жизнь сладкая!
Хочешь потрогать кожу гладкую?
Персик нежный, орехи в строю,
Меж моих булочек ты как в раю!
Трясу своей жопкой — жизнь сладкая!
Хочешь потрогать кожу гладкую?
Двигай под бит, я снимаю запрет,
Моя спелая жопка — лучший ответ!
…Девушки на сцене двигались весьма, кхм, интересно, практически визуализируя текст песни. В чем-то я был согласен с мажором из соседней ложи, эта песня действительно выглядела очень… живенько. Сидни тем временем после короткого проигрыша перешла ко второму куплету:
Шёлковые бёдра, сбито дыхание,
Пора проверить твоё состояние.
Каждое движение — новый аккорд,
Сегодня я точно иду на рекорд.
Тёплая кожа, обжигающий зной,
Почти невозможно угнаться за мной.
Я твой запрет, твой каприз и твой сон,
Жопка качает, как басовый тон!
…Ко второму припеву толпа разогрелась еще сильнее. Даже Ричи, кажется, подпевал.
Трясу своей жопкой — жизнь сладкая!
Хочешь потрогать кожу гладкую?
Персик нежный, орехи в строю,
Меж моих булочек ты как в раю.
Трясу своей жопкой — жизнь сладкая!
Хочешь потрогать кожу гладкую?
Двигай под бит, я снимаю запрет,
Моя спелая жопка — лучший ответ!
… Когда музыка достигла бриджа, громкость чуть снизилась и Сидни, и сама стала покачивать ягодицами в такт музыке.
Ты мой дурман, и я снова плыву,
Пульс скачет, и я вся в дыму.
Дикая тряска разгоняет кровь,
О бэби, моя попа — твоя любовь.
Тело поёт, как струна под рукой,
Со мною тебе не найти покой.
Я не ищу ни прощения, ни слов,
Сегодня тряска без тормозов.
… На последних припевах пели, кажется, вообще все: Сидни, подтанцовка и половина зала.
Трясу своей жопкой — жизнь сладкая!
Хочешь потрогать кожу гладкую?
Персик нежный, орехи в строю,
Меж моих булочек ты как в раю.
Трясу своей жопкой — жизнь сладкая!
Хочешь потрогать кожу гладкую?
Двигай под бит, я снимаю запрет,
Моя спелая жопка — лучший ответ!
(((прим. автора: для тех кто хочет послушать Тряску в ии исполнении ссылка:https://suno.com/s/2IdpJ5gBk6×7RClM)))
… Припев повторился еще пару раз, и подтанцовка вышла на пик, выдавая максимальный «перфоманс».
Голос Сидни был невероятным, даже в такой… фривольной песне, она умудрялась выдавать приличную эмоциональность и живость.
В какой-то момент, моё ядро слегка вздрогнуло, явственно ощутив легкое воздействие Эйдоса на организм. Судя по всему, Сидни Кул была Резонатором с довольно уникальным даром.
После нелепой «Тряски», сорвавшей шквал безумных аплодисментов, концерт наконец-то перешел в нормальное русло.
И вот тут Сидни раскрылась по-настоящему.
Ее новые песни разительно отличались от легкомысленного дебютного хита. Нет, они по-прежнему были яркими и живыми с бодрым битом и казались специально подобранными для клубного формата, но девушка отрабатывала их на все сто.
Сет длился около часа и пролетел как одно мгновение. Когда отгремели последние аккорды финальной песни, слегка успокоившей зал, клуб в последний раз взорвался диким ревом. Люди аплодировали, свистели и требовали продолжения, но Сидни, грациозно поклонившись и одарив зал сияющей улыбкой, послала всем воздушный поцелуй и скрылась за сценой.
Музыка на танцполе снова сменилась ритмичным клубным битом, а свет вернулся к привычному неоновому полумраку.
— Я сейчас! — перекрывая гул толпы, Ричи внезапно засуетился, и, не дожидаясь ответа, резво выскочил из кабинки.
Вернулся он минут через десять. Запыхавшийся, с раскрасневшимся лицом, но абсолютно счастливый. В руках толстячок бережно, словно хрустальную вазу, держал плотный глянцевый сверток.
— Это что? — я с любопытством посмотрел на приятеля.
— Зацени! — Ричи плюхнулся на диванчик и подвинув бокалы, аккуратно развернул на столе большой плакат. — Лимитированная серия!
С плаката на меня смотрела Сидни. Её образ отличался от того, во что она была одета сегодня, но тоже был ярким и смелым. Качество снимка было великолепным: казалось, что даже блеск ткани на ее плечах переливался в свете ламп.
— Ты прям настолько фанат? — я слегка удивился. — В комнате на стену повесишь?
— Ага, прямо над кроватью, — Ричи мечтательно вздохнул, подперев щеку ладонью и не отрывая взгляда от постера. — Не могу поверить, что побывал у Сидни на концерте. Считай, что жизнь прожил не зря. Эх… Вот бы она на нем еще и автограф черканула. Прикинь, именная роспись от самой Сидни Кул!
— Ну так пойди и попроси, — пожал я плечами. — Пока она здесь.
Ричи, который в этот момент делал глоток коктейля, сильно закашлялся, едва не заплевав свой новенький плакат. Отдышавшись, он уставился на меня круглыми глазами:
— Ты спятил⁈ Куда пойти⁈ К ней в гримерку⁈
— А почему нет? — я усмехнулся. — Мы на втором этаже, в вип-секторе. Служебный проход для артистов вон там, в конце коридора, как я заметил. Мы с випкой, прилично одеты. Раз уж сегодня у тебя день исполнения желаний — иди и попробуй. В худшем случае охрана тебя развернет и пошлет куда подальше.
— Не-не-не, ты что! — Ричи испуганно замахал руками, мгновенно смутившись. — Меня там от одного ее взгляда инфаркт хватит! Хотя… — он на секунду представил эту сцену, но снова задрожал. — И вообще у меня уже руки трясутся, и… язык заплетается! А вдруг Сидни решит, что я какой-то преследователь-алкоголик?
Но внезапно его глаза снова загорелись и Ричи вдруг подвинул плакат в мою сторону:
— Макс… Слушай… А сходи ты, а?
— Я? — я удивленно выгнул бровь. — С какой это радости?
— Ну Мээээкс! Ну братуха! — толстячок молитвенно сложил ладони перед грудью. — Ты трезвый, хотя не знаю почему, собранный, одет прилично. Чисто молодой корпорат! Может тебя охрана и пустит⁈ Вдруг Сидни сразу дверь перед носом не захлопнет, если к ней такой парень подойдет! Ну сделай доброе дело, а?
Я посмотрел на жалобную физиономию Ричи и тяжело вздохнул. На какие только жертвы не пойдешь ради друзей.
— Ладно, давай сюда. А чем она расписываться будет в случае чего?
— Вот! Я еще и маркер из лимитированной серии купил, кто же знал, что он так быстро пригодится! — Ричи тут же вытащил из кармана толстый маркер с Сидни в еще одном сценическом образе.
— Хорошо. Я быстро.
Спрятав маркер в карман пиджака и взяв тугой свернутый плакат в руки, я поднялся с дивана и направился к служебному коридору.
Я ни на что не рассчитывал. Наверняка охране совершенно все равно, богатый ли я поклонник или обычный сталкер. Выставят вон и все на том. Я шагнул в проход коридора, ожидая, что меня тут же окликнут и вежливо попросят выйти обратно.
Однако в коридоре царила абсолютная, противоестественная тишина.
Ни дежурных охранников, ни снующего туда-сюда обслуживающего персонала. Длинный проход, обшитый серыми шумопоглощающими панелями, тонул в полумраке. Несколько настенных ламп противно мерцали, словно в электросети здания только что случился резкий перепад напряжения.
Интуиция, которая сработала возле клуба при виде вышибал, снова проснулась. По затылку пробежал неприятный, колючий холодок. По неизвестной причине я чувствовал опасность.
Что-то здесь было не так. В заведении такого уровня, где на входе стояли натасканные Резонаторы, оставить зону отдыха главной звезды вечера без присмотра было попросту невозможно.
Я бесшумно двинулся вперед, чутко прислушиваясь к каждому шороху.
Пройдя десяток метров, я остановился возле двери с лаконичной золотистой табличкой: «VIP. Sydney Cool».
… Вот только дверь была распахнута настежь.
Заглянув внутрь, я почувствовал, как мои мышцы непроизвольно напряглись.
В гримерке царил полный кавардак.
Большое гримерное зеркало с подсветкой было разбито вдребезги — паутина трещин покрывала стекло, а на полу блестели сотни острых осколков. Массивный туалетный столик был сдвинут с места, дорогая косметика и флаконы с духами вперемешку с осколками валялись на ковре. Тяжелое кресло валялось на боку, как и вешалка с концертным нарядом.
Следов крови на первый взгляд не было, но общая картина читалась предельно ясно: здесь произошла короткая и яростная схватка. И судя по всему, очень тихая. Нападавшие действовали предельно профессионально и быстро.
— Черт… — тихо выдохнул я, отступая на шаг назад.
Разум подсказывал, что мне стоит развернуться, и тихо выйти так же, как я и пришел. После сказать Ричи, что ничего не вышло. А Сидни Кул? В конце концов, я её даже не знал. Пусть кто-нибудь другой разбирается в этой, я почти уверен, очень грязной истории.
Но именно в эту секунду из глубины служебного коридора, со стороны аварийного выхода донесся резкий звон разбитого стекла.
А следом — глухой, сдавленный женский вскрик.
Я замер на долю секунды.
…Скорее всего я об этом сильно пожалею, да?
В плакат Ричи вливалась фиолетовая энергия, превращая бумажный рулон в оружие.
Ядро по первому же зову начало бешено перекачивать Эйдос по организму. Моя Аура вспыхнула и тут же сжалась до предела.
Я не для того прошел через смертельный опыт и новое рождение, чтобы трусливо поджимать хвост при первом же признаке опасности.
А последствия… О последствиях я буду думать позже.
(((прим. автора: для тех кто хочет послушать Тряску в ии исполнении ссылка:https://suno.com/s/2IdpJ5gBk6×7RClM)))