— Прямо беда, — сразу сказала Анна Ивановна, как только я вошел домой. — Они постоянно снимают штаны.

— Кто? — изумился я, думая про Григория и Бориса.

До сих пор ни тот, ни другой не были замечены в подобном поведении. Но кто еще в нашем доме способен снять штаны? Я? Но я только что вернулся!

— Все! — объяснила помощница по хозяйству. — Демьянка, Эдик, Лерочка. Группой работают! Попугай вообще распоясался. Дема его позовет, он подойдет, клювом в брючину вцепится — опля! Псинка голая. Лерочка ее облизывает. Чихает, кашляет, но старается. Одна минута, и лапы у Демьянки без крема, она сразу принимается чесаться.

Из коридора донеслось шлепанье, и передо мной появился главный герой монолога домработницы. Та всплеснула руками.

— Вот, полюбуйтесь! Их высочество собственной персоной. Где штаны?

Попугай молча моргал.

— Я к тебе обращаюсь! — повысила голос Анна Ивановна. — Куда брюки дел? Ваше сиятельство, отвечай немедленно!

Эдди посмотрел на меня, потом ушел, шаркая ботинками и пробурчав:

— Тапки — гадость.

— Может, снять с него обувь? — вздохнул я. — Все равно без одежды ходит.

— Нет-нет, — запротестовала Анна Ивановна. — Брюки они ловко научились сдергивать, а со штиблетами не получается, они намертво завязаны. Эдди их долбил клювом, долбил, а ничего не вышло.

— Зачем ботинки, если они не мешают сдернуть штаны?

— Попугай в них не может высоко летать! — радостно объяснила домработница. — И нечем ему за все цепляться. Безобразнику на люстре не повисеть, дверцу буфета не открыть, крышки с кастрюль и сковородок не снять. Клювом он их сдвинуть может, а поднять уже не получается. Конец разбою!

— Неожиданный эффект, — улыбнулся я, — но позитивный.

— Демьянка не носится по двору, закладывать виражи и разбрызгивать лужи не выходит у нее. Ходит, бродит, словно цапля, лапы задирает. Лишилась разбойница возможности возвращаться домой грязной до ушей и трястись в прихожей, пачкая все, что там находится! — ликовала Анна Ивановна.

— Радостное известие, — кивнул я, беря свои тапки.

— Лерочка сегодня не точила когти о кресла, диваны и ваш халат в ванной, — продолжала жена Григория, — не пришлось выметать из санузла гору оторванных ниток. И халат не пострадал… Да, со штанами не получилось, зато с обувью просто восторг! Теперь все звери будут ходить в ботинках.

— Надо посоветоваться с Людмилой Юрьевной, — сказал Боря, до сих пор молча стоявший в холле. — Вдруг у них лапы заболят?

— Здравая мысль, — согласился я.

В то же мгновение раздалась трель домофона.

— Кто там? — осведомилась Анна Ивановна.

— Неужели не ясно, что это я? — прилетело в ответ.

— Ваша маменька пришла, — шепотом сообщила домработница и взялась за ручку двери.

— Хорошо, — кивнул я, понимая, что ничего хорошего нет и не предвидится.

Судя по голосу гостьи, она была в боевом настроении. Мне следовало забыть о тихом вечере с книгой и малой толикой коньяка.

Дверь распахнулась, раздался знакомый голос:

— Вава! За мной!

— Прости, не понял, что следует сделать, — удивился я.

— О боже! — вмиг рассердилась маменька. — Поехали!

— Куда? — решил уточнить я.

— Одевайся — и вперед! — не дрогнула маменька.

У меня зазвонил телефон. На экране определился номер Володи. Вмиг стало понятно, что у отчима есть некая информация для меня.

— Слушаю, — ответил я.

— Не называй меня по имени, — предупредил маменькин муж. — Роман, якобы твой родной отец, хочет побеседовать с тобой.

— А смысл?

— Немедленно прекращай глупые разговоры! — велела маменька.

— О! Вот куда она торопилась! — сообразил отчим. — Умчалась прочь на сверхзвуковой скорости.

— Причина… э… подобного поведения моего клиента? — осведомился я.

— Не знаю, прости, — тихо ответил Владимир. — Я сейчас сажусь в самолет. Улетаю в Красноярск. У тебя есть какие-нибудь сведения об этом Романе?

— Вава! — топнула ногой маменька. — Хватит болтать!

Я быстро ответил:

— Простите, Игорь Николаевич, вынужден прервать нашу беседу.

— Николетта велит что-то делать? — догадался мой отчим и друг.

— Вы правы в оценке ситуации, но от этого она не стала для нас приятной.

— Держись, Ваня, — решил подбодрить меня Володя. — Я припас бутылочку твоего любимого коньячка. Вернусь — встретимся. Да-да, иду!

Последние слова относились не ко мне.

Я убрал телефон в свою сумку.

— Ваше высочество завершили глупую болтовню? — ехидно осведомилась маменька. — Поехали! Не задавай вопросов.

О цели поездки я узнал, выходя из дома.

— Нам в лабораторию, — возвестила маман.

— В какую?

— В хорошую.

Когда мы подошли к «Бентли» по спецзаказу, мирно стоящему в зоне действия знака, запрещающего остановку, я с трудом удержался от желания произнести: «Если это связано с Романом, то не хочу иметь с ним никаких дел». Я сумел промолчать.

Наверное, вам понятно, что я не испытал восторга, когда, сев в машину, увидел «папочку».

— Здравствуй, сыночек! — засюсюкал Роман.

Я решил проявить невоспитанность и промолчал.

Спустя полчаса роскошный автомобиль припарковался у пятиэтажки с вывеской «Центр исследований». Мы вошли внутрь. В тот же миг появилась медсестра.

Она провела нашу компанию по извилистым коридорам до кабинета. Там находилась полная дама с давно мною не виданной прической. Этакий способ укладки, если не ошибаюсь, во времена моего детства назывался «хала», наверное потому, что на голове возникало подобие вкусного сдобного батона, обсыпанного маком.

— Прошу садиться! — торжественно объявила тетушка, подождала, пока все разместятся на жестких стульях средней обтрепанности, и голосом легендарного диктора Юрия Левитана спросила: — Иван Павлович Подушкин присутствует?

— Да, — кивнул я.

— Роман Ильич Баратынский присутствует?

— Тут! — бойко ответил дядька.

— Для проведения анализа ДНК предоставлены слюна господина Баратынского и зубная щетка господина Подушкина. Отцовство господина Баратынского составляет девяносто девять и восемь десятых процента! — возвестила женщина.

— Вот-вот! — запрыгал на стуле мужик. — А я говорил, я повторял, но мне не верили! Правда вышла из леса!

Маменька вздернула подбородок, но промолчала. Я поднял руку и обратился к даме в белом халате:

— Разрешите задать несколько вопросов. Где моя зубная щетка?

— Она была уничтожена в процессе исследования, — отбила атаку дамочка.

— Но вы определенно сделали фото. Хочется посмотреть на него. И изъятие данного предмета произошло в мое отсутствие, без моего согласия. Назовите адрес, откуда украли щетку.

Дама взяла со стола лист бумаги и зачитала адрес квартиры, которая сейчас служит офисом.

— Хорошо, — кивнул я. — Маленькое уточнение: в моем владении есть еще апартаменты на другой стороне упомянутой вами улицы. В них я живу, там находятся мои личные вещи, включая все необходимое для умывания и чистки зубов. По адресу, который вы озвучили, расположен офис. Да, в санузле там тоже есть все, включая зубную щетку, но никто из членов семьи ими не пользуется. В офис приходят клиенты в разном настроении. Кто-то плачет, кто-то гневается так, что давление повышается. Поэтому в ванной есть полный набор для приведения себя в порядок. Там даже декоративная косметика припасена. А теперь покажите мне то, что явилось объектом изучения. Щетку продемонстрируйте!

Женщина молча открыла верхний ящик стола и вынула прозрачный пластиковый пакет.

— Вот.

Ситуация превратилась в фарс. Следовало промолчать, но я не сумел проглотить замечание.

— О! Надо же! Вроде вы только что говорили о том, что щетка уничтожена… — Дамочка покраснела, а мне не составило труда улыбнуться. — Как только вы завели речь об анализе ДНК, я отправил сообщение своей помощнице по хозяйству. — Не стирая с лица радостное выражение, я взял телефон и через минуту заговорил: — Анна Ивановна, я просил вас сходить в квартиру, где находятся личные спальни, сделать фото моей ванной. Получилось?

— Конечно, Иван Павлович, — донеслось в ответ, — отправила вам снимок.

— Спасибо, — поблагодарил я, живо нашел нужное и протянул даме трубку. — Что видите?

— Ну… э… электрическое виброзвуковое приспособление, — тихо сообщила «исследователь». — У меня такое же.

— А в пакете сейчас лежит самый обычный вариант. И последний вопрос: каким образом на нем оказалась моя ДНК? Предполагаю, что щетка из ванной для посетителей ночью тайком перелетела в мой личный санузел на другой стороне улицы, увидела там прекрасного представителя гигиенической чистки зубов, безоглядно влюбилась в него, потерлась щетиной о волосистую часть своего Ромео, обзавелась моим ДНК и спешно умчалась на свое родное место, чтобы никто не заметил ее отсутствие и не обвинил в потере девственности до брака. — Тетка хихикнула, а я продолжил: — Я хорошо знаю ваше учреждение. Здесь сдают кабинеты врачам, массажистам, психологам — короче, всем, кто не желает работать с клиентами на дому. В перфоманс, который вы тут устроили, не поверит даже младенец… За сим прощаюсь. Имя родного отца мне известно. Господин Баратынский, в следующий раз, когда захотите устроить этакое представление, проконсультируйтесь у знающих людей. Не руководствуйтесь информацией из телесериалов и соцсетей. Разрешите откланяться!

В полной тишине я вышел из помещения на улицу, огляделся по сторонам, увидел каршеринг и двинулся туда.

Не люблю брать автомобиль напрокат. Не знаю, в каком он состоянии. Да, снаружи все хорошо, но что под капотом? В порядке ли тормоза? Кто до меня ездил на нем? Эти водители были здоровы или они кашляли, чихали в салоне? Но порой иного выхода нет, приходится подчиниться судьбе.

Я медленно поехал в сторону центра, и тут затрезвонил телефон. Номер оказался незнаком, но порой клиенты обращаются ко мне напрямую. Громкая связь — очень удобная штука, если находишься в помещении один. Я услышал уже знакомый голос:

— Иван Павлович, это Роман.

— Дорогой папа, не могу сказать, что рад продолжению общения с вами, — не удержался я от ехидства.

— Нам надо поговорить! — воскликнул «родственничек». — Пожалуйста! Я все объясню!

— Не стоит тратить время, господин Баратынский, нет ни одного шанса, что я поверю вам.

— Я не ваш отец! — воскликнул мой собеседник.

— Экая неожиданная новость, — усмехнулся я.

— Пожалуйста, выслушайте, не бросайте трубку! — ныл «папочка». — Вы мне очень понравились! Другой бы кто морду мог набить за спектакль!

— Если честно расскажете, кто и для чего вас нанял, то я готов к диалогу в укромном месте, — ответил я. — Но только к спокойному обсуждению происходящего. И вы перестанете прикидываться моим отцом.

— Да, да, да! Адрес только подскажите.