— Слава богу, что наконец-то понял! — Я повернулась к Альберту: — Теперь с тобой. Ты сейчас позвонишь тем людям, которые похитили Дашку, и скажешь, что готов отдать им злополучную флешку. Но сам на встречу не пойдешь, потому что очень боишься. А пошлешь своих друзей, двух близнецов…

— А-а! — протянул Альберт, и глаза его заблестели. — Ну, Сашка, ты просто гений! Как ты говоришь — минус на минус? Они там замкнутся друг на друга, и на этом все!

— Нет, еще не все. Нам нужен завершающий аккорд. У тебя ведь есть знакомые в службе безопасности того самого банка?..

— Если поискать… В прошлый раз не получилось, может, сейчас получится…

Мы закончили обсуждение плана и перешли к его поэтапному осуществлению.

Андрей набрал номер своей поклонницы, включив громкую связь. Перед собой он положил листочек с моими подсказками — как он объяснил, на всякий случай.

Ответила она почти мгновенно.

Голос ее звучал раздраженно:

— Это ты? Что тебе нужно? Я же говорила — не звони мне больше! Удали вообще мой номер!

— Но я не могу! — простонал Андрей очень натурально. — Я должен был хотя бы услышать твой голос! Кариночка, дорогая, я понял, что без тебя моя жизнь лишена смысла!

— Что вдруг?

— Это не вдруг! Я перестал спать, перестал есть… Ты снишься мне каждую ночь!

— Да? Ты же сказал, что перестал спать. Когда же я тебе снюсь?

— Не придирайся к словам! Я понял, что ты — женщина моей жизни!

— Да ладно тебе! — голос его собеседницы смягчился. — Короче, чего ты хочешь?

— Единственное, чего я хочу, — увидеть тебя. Увидеть еще хотя бы раз! Хоть на несколько минут! За это я готов отдать жизнь!

Алиска за его спиной подняла два пальца вверх — дескать, сколько неподдельного чувства! Да Андрюша у нас прямо артист! Альберт, напротив, скорчил гримасу — не прокатит, не поверит баба…

— Надо же! — хмыкнули на том конце.

На мгновение эта ненормальная замолчала.

Я подтолкнула Андрея, показала ему на листок с его следующими словами. Он спохватился и проговорил:

— Жду тебя через два часа около старых складов на Обводном канале! Дорогая, очень тебя прошу, просто умоляю, я непременно должен тебя увидеть! Может быть, это в последний раз… — Тут голос его очень удачно дрогнул.

На самом деле это Алиска от полноты чувств ущипнула его за бок.

— Почему там? — удивленно спросила женщина.

Но Андрей уже отключил телефон, как я ему велела, чтобы она не успела изменить место встречи.

— Молодец, — я похвалила Андрея, — все правильно прочитал. И с чувством.

Мужчин нужно как можно чаще хвалить, они без этого никак.

Я повернулась к Альберту:

— Теперь твоя очередь! Ты готов? Помнишь все, что должен сказать?

— Да за кого ты меня принимаешь? Может, мне тоже на бумажке напишешь, вон как ему?

— Не забудь, главное — это уверенная интонация!

Альберт взял телефон и набрал номер.

Как только услышал ответ, быстро заговорил:

— Ты, гамадрил плоскоголовый, слушай меня внимательно, повторять я не буду!

— Кем ты меня обозвал? — прорычал его собеседник.

— Тем, кто ты есть! И я сказал тебе, что повторять не буду! Если хочешь получить свою флешку, через два часа приходи к старым складам на Обводном канале. Там тебе ее передадут…

— Что значит передадут? Ты сам передашь!

— За кого ты меня принимаешь? Я не хочу попасть тебе в лапы! Там будут мои друзья, ты их легко узнаешь — они близнецы. Они тебе покажут флешку, ты тут же дашь команду отпустить мою сестру и только тогда получишь свою флешку! Все понятно?

— Подожди, с чего это ты мне диктуешь условия?

— С того! С того, что ты — плоскоголовый гамадрил! — И Альберт тут же отключил телефон. — Мы не переборщили? — проговорил он неуверенно, когда перевел дух.

— По-моему, в самый раз, — азартно сказала Алиса.

Я с интересом взглянула на Альберта и спросила:

— Откуда ты взял такое выражение?

— Какое?

— Плоскоголовый гамадрил.

— Сам не знаю… Само выскочило. А что?

— Да ничего. По-моему, очень удачное выражение.

— Значит, так, мальчики, — сказала я, — не зря Дашка сказала, что их там трое, потому что раньше-то было двое, один — тот самый, с красными губами, а второй, наверно, тупой, как автобус. Или заметный очень. Сестра у тебя, Алик, не дура, я-то знаю.

— А почему ты думаешь, что раньше их двое было? — ввязалась тут Алиска, ну не может человек лишний раз промолчать.

Ей-богу, она мне больше нравилась, когда своего муженька-психа боялась.

— Потому что если бы их было больше, то этот, который у них за главного, не пошел бы сам за Дашкой следить, послал бы кого-нибудь другого.

— Логично, — согласился Альберт.

— Значит, к тебе на встречу приедут двое, а третьего он оставит Дашку стеречь. Так вот, вы двое поедете туда, на Обводный, а мы в это время пойдем к тебе на квартиру и вытащим Дашку. Чтобы уже никаких проблем не было, даже если у вас ничего не получится. То есть если эти уроды сумеют как-то договориться и выяснить, что их всех подставили. Я, конечно, в этом сомневаюсь, ясно же, что они сначала делают, потом думают, но мы должны вытащить из квартиры Дашку.

— И как вы собираетесь это сделать? — прищурился Андрей. — Там все-таки мужик здоровый, а главное — оружие у него есть.

— Зато мы — хитрые и ловкие, верно, Алиска?

— Точно!

В самой квартире я не была, знала только, что она находится на седьмом этаже под самой крышей, так что выяснила у Альберта планировку и выспросила кое-какие подробности.

Мы вызвали такси и отправились. У Алисы был рюкзак, куда я положила крепкую веревку, нож и еще кое-какие мелочи.

Вот и нужная улица.

Мы свернули в проходной двор, потом повернули — и вот он, подъезд, где находится квартира под номером восемьдесят четыре. Алиса задрала голову и долго изучала окна квартиры.

Балкона не было, это мы и так знали, зато крыша была близко. И окно в большой комнате, которую брат и сестра теперь считали гостиной, было приоткрыто. Альберт сказал, что квартира под крышей и в ней душно, потому что что-то там в этом флигеле не так с вентиляцией, так что даже зимой нужно проветривать.

— Сможешь спуститься?

— Легко! — ответила Алиса. — Только на чердак попасть нужно.

Домофон по-прежнему был сломан, так что мы беспрепятственно проникли в подъезд, поднялись по лестнице, причем Алиса легко обогнала меня на полтора этажа. Ну что ж, зато моя сильная сторона — это ум и сообразительность!

За дверью восемьдесят четвертой квартиры была тишина. Мы поднялись на чердак, куда выходила маленькая железная дверца, к которой вела такая же железная лесенка. А там, где крепилась лестница, была щель, откуда я вытащила ключ от навесного замка. Альберт сказал, что все жильцы про это знают, что хулиганы вечно замок ломают, так что лучше пускай ключом открывают.

Очень удачно, что маленькое слуховое окошко было как раз над окном квартиры. Алиса прикинула размеры и сказала, что пролезет, только нужно раздеться. Под джинсами у нее были черные колготки, а сверху — черная обтягивающая майка.

Мы привязали веревку к подоконнику — на всякий случай, как сказала Алиса, она и без веревки смогла бы.

Тут мне пришло сообщение от Альберта: «Они здесь, двое».

Оставив Алису на чердаке, я спустилась к квартире.

На Обводном канале, окружающем центральные районы Петербурга, в той его части, где расположены Балтийский и Варшавский вокзалы, находятся самые старые в городе склады, так называемые Измайловские провиантские магазины, построенные в первой половине девятнадцатого века в стиле позднего классицизма.

Часть этих складов переоборудована под офисы и торговые помещения, часть пустует и медленно ветшает.

Именно к этим складам через два часа после судьбоносных телефонных разговоров подъехала большая черная машина.

За ее рулем сидел рослый парень с широким невыразительным лицом. Рядом, на пассажирском месте, находился худой человек с узким лицом, узкими, неестественно красными губами и прилизанными черными волосами.

Этот второй не мог и секунды усидеть спокойно — он то и дело оглядывался, поправлял воротник, приглаживал волосы.

Когда машина остановилась, он ослабил ремень безопасности и проговорил:

— Ну, где они?

Человек за рулем покосился на него и процедил:

— Подожди, Рустам. Не приехали еще.

Рустам взглянул на часы, откинулся на сиденье и некоторое время не двигался, но потом все же не выдержал, сцепил пальцы и прошипел:

— Ну сколько можно ждать?

— Да вот они.

Действительно, на набережной появилась вторая машина — сверкающий новенький «Мерседес».

«Мерседес» остановился в нескольких метрах от машины Рустама, заглушил мотор.

— Они? — переспросил Рустам. — Ты уверен?

— Ну видишь же, они остановились рядом.

— Откуда у них такая крутая тачка?

Человек за рулем пожал плечами:

— А тебе не все равно?

Рустам не ответил.

Он выскочил из своей машины, подошел к «Мерседесу», заглянул внутрь.

За рулем сидел здоровенный детина с низким лбом и маленькими злыми глазками неандертальца.

— Отдавай то, что привез! — прошипел Рустам и злобно оскалился.

— Чего? — лениво спросил неандерталец.

— Я сказал — отдавай быстро, а то…

— А то — что? — Неандерталец расправил плечи и потянулся к бардачку.

— Сидеть! — рявкнул Рустам, и в его руке возник пистолет.

Неандерталец криво усмехнулся:

— Крутой, да?

— Так кто из нас плоскоголовый гамадрил? — прошипел Рустам.

— Что?! — Неандерталец дернулся, но вспомнил про пистолет и застыл, потом посмотрел на что-то за спиной Рустама и проговорил:

— Давай!

— Думаешь, я куплюсь на этот старый трюк?

— Не купишься? А зря!

И в то же самое мгновение на голову Рустама обрушился страшный удар…

Точнее, едва не обрушился.

Рустам со своим звериным чутьем и фантастической реакцией успел уклониться.

Точнее, почти уклониться.

Удар резиновой дубинки с тяжелой свинцовой сердцевиной пришелся не по голове Рустама, а по плечу, и его правая рука бессильно повисла вдоль тела. Рустам резко развернулся и увидел перед собой точную копию человека в «Мерседесе» — второго неандертальца с низким лбом и маленькими глазами.

В первое мгновение Рустам подумал, что у него двоится в глазах, но на всякий случай решил устранить угрозу, даже если она ему только мерещится.

Порадовавшись, что он левша и его левая рука не пострадала и все еще сжимает пистолет, он вскинул ее и нажал на спусковой крючок…

Но второй неандерталец оказался все же не видением, а вполне материальным созданием и нанес еще один удар своей дубинкой.

На этот раз он все же промахнулся, но сумел отвести ствол пистолета, и пуля прошла мимо…

И в этот самый момент раздался громкий голос, усиленный мегафоном:

— Сложить оружие! Поднять руки! Вы окружены!

Это были люди из службы безопасности того самого банка, который собирались ограбить заказчики Альберта. Он связался с ними еще до разговора с бандитами и пообещал отдать флешку, где была программа защиты. Такие вещи стоят дорого, так что руководство банка пошло ему навстречу и согласилось помочь.

Даша сидела в своей комнате, напряженно прислушиваясь.

Эти уроды явно куда-то собирались. Она знала, конечно, что брат ее не оставит, что-нибудь обязательно придумает. Но они ведь не покинут квартиру все трое, кого-то оставят ее стеречь. Скорее всего, это будет Бурдюк.

Это прозвище у него от фамилии Бурдюков. Но ему эта кличка удивительно подходит — рыхлый такой, толстый, самый настоящий Бурдюк.

И все время ест, так что скоро ни в одну дверь не пролезет.

Главный у них Рустам — страшный такой, лицо узкое, глаза тоже, и губы красные, как у вампира. А еще третий, он недавно в квартиру пришел, этот все больше молчит, но мужик здоровый.

— Мы уходим, а ты не спи тут, — втолковывал Рустам. — Держи ее под наблюдением. Головой ответишь, если сбежит.

— Да куда она денется, — вяло отвечал Бурдюк, — когда мы у нее всю одежду забрали…

Даша скрипнула зубами, услышав про одежду. И правда, это Рустам придумал. Хитрый, сволочь!

— Слушай, красавица, — Рустам привидением возник у ее двери, — моли бога, чтобы все прошло хорошо, тогда мы тебя отпустим. А если нет, то… сама понимаешь!

— И прекрати жрать уже! — рявкнул Рустам на прощание Бурдюку, и дверь захлопнулась.

«Врет, что отпустит, — пронеслось в голове у Даши. — Думает, что я дура полная, что поверю…»

Она выждала какое-то время и выглянула в коридор. Бурдюк как раз направлялся на кухню.

— Куда?!

— Куда-куда? В туалет! — буркнула она.

— Дверь на защелку не закрывай!

— Ага, — она показала ему выломанную с мясом задвижку, — сам же сломал, забыл уже?

И тут в дверь позвонили.

— Не открывай! — крикнул Бурдюк, хотя Даша и шагу в сторону двери не сделала.

В дверь позвонили еще раз, потом бухнули ногой, потом закричали визгливо:

— Дарья, открывай дверь! Вы меня заливаете!

Даша тут же узнала голос той самой девицы, которой она передала флешку для Альки. Неспроста она здесь, значит, операция по ее спасению началась.

— Это соседка снизу! — громко зашептала она Бурдюку. — Она, зараза такая, просто так не уйдет.

— Тамара Михайловна! — закричала она. — Вы что-то путаете! У нас все сухо!

Вместо ответа в дверь снова изо всех сил бухнули ногой и заявили, что немедленно вызывают домоуправа и слесаря, чтобы выломать замок. И участковому она тоже позвонит, он давно уже эту квартирку приметил, какие-то странные люди там живут без прописки, непременно нужно их проверить.

— Сам с ней разговаривай! — предложила Даша.

Бурдюк был туповат, мозги жиром заплыли, как в сердцах высказался как-то Рустам. Он растерялся, глаза его, почти скрытые щеками, жалко забегали.

После того как снова бухнули ногой и заорали, Бурдюк подкрался к двери. То есть он думал, что крадется, на самом деле его походка напоминала шаги слона из известного мультфильма, который утверждал, что его оружие — внезапность.