«Буханка» перевалилась через очередную колдобину, рессоры скрипнули. Я выровнял машину и посмотрел на сидящего рядом Руслана.

— Что-то конкретное? Прямо здесь, в Колдухине? — уточнил я, искренне надеясь, что он не выдаст сейчас желание убраться куда подальше от наших перманентных проблем с мостом, прорывами из Нави и фанатиками.

— Не могу обещать, что проживу здесь всю жизнь, — мягко, но твёрдо ответил оборотень, смотря в окно.

— Я и не прошу. Не загадывай на сотни лет вперёд. Так что насчёт дома? — вернулся я к конкретике.

— Ага. Хочу дом. Один из тех, что продаёт Гайк, — Руслан посмотрел на меня, и я заметил, как в его глазах блеснул азарт. — Даже точно знаю, какой именно. Через два участка от тебя, по Озёрной. Там отличная планировка, сад, стены крепкие…

— Ну, так давай, я тебя всецело поддерживаю.

— Правда? — с сомнением протянул он. — Только, понимаешь, это же у тебя откуда-то из прошлого несметные богатства…

— А ты бедный, голодный и юный енот, — с лёгкой иронией закончил я за него, чуть притормаживая перед поворотом.

— Вообще-то, Барсук, — насупился Руслан. — Но суть ты уловил?

— Уловил.

Я вывел УАЗ на прямой участок дороги и позволил себе немного расслабиться.

— Знаешь, мне есть что тебе сказать. Во-первых, я искренне рад, что ты взрослеешь.

Он кивнул, глядя перед собой на серую ленту асфальта.

— Взрослеть оказалось очень дорого. Что-то ещё скажешь? –чувствовалось, что этот разговор даётся ему с огромным трудом.

— Да. Во-вторых, я тебя не держу. В первый момент, когда ты только становился оборотнем, я тебя поддержал. Но я тебе не мать-наседка и никогда ею не буду. Однако своих не бросаю, в любом случае, я готов помочь и морально, и технически, и финансово.

Услышав про деньги, Руслан напряжённо замер. Деньги — что для человека, что для не человека — материя тонкая и жизненно важная.

— И, в-третьих. Слушай внимательно. — я постарался, чтобы мой голос был максимально серьёзным. — Нет у меня никаких мифических богатств из прошлого. Так уж вышло, что почти весь свой капитал я заработал уже здесь.

— Это каким, не постесняюсь спросить, образом? Клад на дне озера отыскал? Золото Колчака?

— Не могу сказать. Ты парень неглупый и, конечно, понимаешь, что я связан с кирпичным заводом. Я это не афиширую, но и не скрываю. Деталей не рассказываю никому, даже Василисе, уж простите. Но! Конкретно тебе я дам в долг, чтобы ты купил дом у Гайка по рыночной цене. Поторгуйся, посчитай, сколько не хватает, и я дам.

— Дашь? Вот так просто? — недоверчиво сощурился Руслан.

— Не совсем просто. В долг. И по поводу возврата придётся вернуться к моим рассуждениям до этого. Деньги — это важно, ты согласен?

Он снова кивнул.

— Согласен. И у меня уже есть парочка идей, как много и быстро заработать.

— Вот на этом месте я хочу тебя притормозить, Руслан.

Я сбавил газ и остановился, повернул к нему голову и посмотрел прямо в глаза:

— Зарабатывать можно, есть сотни, тысячи способов. Но многие из наших, из двоедушников, слишком легко скатываются в криминал. Ментальная магия, мошенничество, шулерство, брачные аферы… Да даже банальный грабёж. Знай, я это категорически осуждаю. Чтобы жить в мире с людьми, мы не должны творить зло. Не обязательно быть белыми и пушистыми, но чинить беспредел, считая себя безнаказанным, надменно полагать, что раз ты двоедушник, то ты априори лучше людей… Это прямой путь в застенки Инквизиции или на костёр к фанатикам.

— Я же сейчас честно работаю и зарабатываю, — обиженно засопел он. — Зачем ты вообще завёл этот разговор про криминал?

— Я к тому, что здесь проходит очень тонкая грань. И ты её вроде бы нащупал. У тебя есть инстинкты и навыки барсука в строительстве, которые ты способен монетизировать. Так ты и пользу приносишь, и деньги зарабатываешь. Это правильный путь. Но ты же наверняка понимаешь, что количество домов под выкуп и восстановление у нас в паре с Гайком, штука конечная?

Руслан утвердительно кивнул:

— Ясен-красен, Вадим. Может, ещё год-два это продлится, но потом я всё равно смогу уйти в полноценную стройку. Даже присмотрел, куда можно на заочку поступить, на инженера ПГС. Можно сказать, за голову взялся. Но вообще, сейчас мысли всякие у меня бродят о подработке. Гайк мне неплохо платит, но на ипотеку мне не хватит. Вот если я, допустим, клад на дне озера найду, это же не противоречит твоим моральным принципам?

— Нет, но в озере клада нет. Я сканировал дно, когда навок искал. — усмехнулся я.

— А берега? — не унимался Руслан.

— Ну, блин, извини, берега не сканировал. Я всё-таки дух воды, а не земли, да и само дно прощупал не сказать, чтоб очень глубоко. Ты серьёзно хочешь купить металлоискатель и бродить по пляжам, как искатели потерянных колец и брошек?

— А почему бы и нет? — развёл руками оборотень. — Это же всяко лучше гоп-стопа. Или чем обернуться барсуком, пролезть в чужую хату и утащить чью-то заначку?

— Сто процентов. Если у тебя вообще мелькали идеи про чью-то заначку, то металлоискатель в сотню раз лучше. Хочешь — поброди, поищи. Хочешь, я тебе его даже могу чуточку заколдовать, создадим лёгкий артефакт, только чтобы брал глубже и реагировал чётче. Но ты же понимаешь, кладоискательство — это не серьёзно, это больше для книжек про пиратов. Вот дядя Лёша деревья в садах восстанавливает, это и польза, и деньги.

— Я не умею сажать сады, — насупился Руслан и упрямо скрестил руки на груди. — У меня не сказать, чтобы тысяча идей. Металл сдавать, таксовать, крипту фармить…

— Ты мыслишь банально и как обычный человек, — покачал головой я. — Всё это уже делают другие, а значит, там дикая конкуренция и любая ниша давно занята. В любом случае, когда у тебя загорится очередная гениальная идея, пожалуйста, сначала обсуди её со мной. Чтобы нам потом не краснеть перед инквизиторами.

За время этого разговора мы объехали Колдухин по большому кругу. Заодно воочию убедились, что посёлок с каждым днём становится всё ухоженнее и красивее, и, наконец, свернули к моему, и пока ещё Руслана тоже, дому.

Я решил, что пора подводить черту.

— Короче. Пещеру в Нави мы организуем. Это отличный компромисс, который здорово упростит всем жизнь. Денег на покупку дома я дам, и конкретный срок возврата не оговариваю, будешь пять лет отдавать — хорошо, десять лет — тоже нормально, мне пофигу, процент с тебя не возьму, я ж не банк. То, что ты ищешь своё место в жизни — это абсолютно нормально. Новые идеи по заработку, тоже отлично, только с этим никуда не спеши. Сейчас у тебя есть главная задача, вырастить дракона. Пока Ефим не встанет на крыло, это твоя вторая полноценная работа после Гайка. А то даже и первая.

Руслан молча кивнул.

— Всё, пойду в душ, надо немного прийти в себя, — выдохнул я.

Пока я стоял под горячими струями, зазвонил телефон. Мобильник лежал на стиральной машинке, рядом с душевой кабиной, и, попытавшись принять вызов мыльной рукой, я его выронил. Но здесь в дело вступили профессиональные преимущества духа воды. Телефон полетел вниз, прямо в потоки, но не ударился и не утонул, вода мгновенно сплелась в гибкие щупальца, мягко перехватила трубку в воздухе и поднесла прямо к моему уху, сработав заодно, как идеальная гарнитура.

— У аппарата.

— Я могу потратить завтрашний день на Вилу. Астрахань? — раздался в динамике голос Василисы.

— Астраханская область. Сейчас скину тебе фото совершенно секретных материалов.

— Да нет там ничего секретного, — фыркнула она. — Обычная триангуляция. Кидай все данные. Скоро буду, спланируем поездку.

* * *

В Астраханскую область мы выдвинулись уже через пару часов, ехать предстояло почти всю ночь. Василиса хотела побыстрее закрыть этот вопрос и вернуться к своим обязанностям, совмещать авантюрные поездки и государственную службу, теперь для неё была задачка не из лёгких.

Машину, несмотря на её активное сопротивление, взяли мою. Быстро поужинав, мы покатились. Нас провожал Руслан, он специально вышел помахать на прощание. В другой руке оборотень сжимал увесистый пакет с драконьей снедью, насекомыми и отборными кусочками говядины, он как раз направлялся в Навь. Дракон, по его словам, и жрал как настоящий дракон, пусть пока и был юным и миленьким. Одних сверчков ему было уже маловато, поэтому Руслан начал расширять рацион подопечному, вводя прикорм мясом.

Вскоре мы уже летели по трассе на восток. Наш путь пролегал по оживлённой трассе, сквозь дремлющие станицы, по ярко освещённым улицам, которые резко обрывались, уступая место первозданной тьме. Мы ехали сквозь ночные поля, где в жёлтом свете фар то и дело вспыхивали чьи-то любопытные глаза.

На заре человечества тьма настолько была естественна и первична, что её не принято было бояться. И если ты был не способен справиться со страхом, глядя во мрак, или что ещё важнее, не умел в нём прятаться, ты считался слабым и не стоил уважения. Ведь настоящая тьма рождается каждую ночь. Она начинается ровно там, куда не добивают лучи уличных фонарей, мягкий квартирный уют или слепящий свет фар беспокойных машин.

Во тьме пролегал и наш путь. Меня это нисколько не пугало и не беспокоило. Более того, наша цель, беглая Вила, оказалась достаточно мудра или, скорее, хитра, чтобы спрятаться там, куда не дотянулись линии электропередач. Туда, куда ещё не шагнула цивилизация и где природа всё ещё безраздельно властвовала.

— Итак, это некий биосферный участок «Трёхизбенский», — неторопливо рассказывала Василиса. За сегодняшний вечер она успела не только состряпать для начальства правдоподобную легенду своего отсутствия, но и досконально изучить материалы инквизиторского дела по поиску Вилы.

— И что, большой участок? — спросил я, плавно сбрасывая скорость на скользком от недавнего дождя асфальте.

— Огромный. Там вообще всё большое. Дельта Волги, это как половина Бельгии, даже чуть больше. Поселения есть, но их мало. Река распадается на сотни, если не тысячи протоков и рукавов. Представляешь масштаб этой серой зоны?

— Вполне. Насколько я знаю, там обитает сразу несколько водяных.

— Родня? — скептически выгнула бровь Василиса. — Ой, ладно, извини, просто хотела пошутить. Слушай, Вадим… Ты это… как говорят, в популярных американских фильмах, не хочешь поговорить о том, что чуть не погиб в зубах Стрыги?

Я ещё сбросил скорость и непроизвольно закашлялся. Кто-то чихает, глядя на солнце, кто-то кашляет, когда подавится, а я вот поперхнулся от удивления, замешанного на смущении.

— Не хочешь? — спросила она, заглядывая мне прямо в глаза.

— Давай я всё-таки скажу… С одной стороны, я же суровый мужик! Давлю энцефалитных клещей ногтями, прижигаю дырки от пулевых ранений зажигалкой.

— И с бандитами жаришь спирт, — с лёгкой улыбкой подхватила она. — Но ты так буднично сказал, что едва не умер. И по глазам видно, что ни капли не шутил.

— Не шутил, — признался я. — Наверное, есть вещи, к которым просто невозможно привыкнуть. Эта зверюга швыряла металлические стеллажи, как карты в карточном домике.

— Испугался? — тихо и осторожно спросила Василиса.

— Знаешь, почти каждый раз, когда я стою в шаге от смерти, мне не бывает страшно. Адреналин заставляет действовать, а не сидеть и рефлексировать. К тому же, как выяснилось, даже на таком огромном расстоянии Мегалит меня поддерживает и лечит раны. Собственно, только благодаря ему я и выжил. Ну, и ещё спасибо Соловью.

Она молчала, давая мне возможность выговориться, но я посчитал, что сказал достаточно.

— Василиса Александровна. Да, эмоции были. Но пересказывать и отрабатывать их у психологов мне не нужно. Переживу. Давай вернёмся к Виле. В записях Дениса я видел, что она забурилась в островную зону возле Каспия. Очень, смею заметить, умно. Там дикая природа, браконьеры, охотники, контрабандисты, туристы, просто рыбаки и фотографы. В тех краях можно целую армию спрятать, не то что одного беглого двоедушника. Но удивляет меня не это.

— А что?

— Помнишь, они всё тёрлись в окрестностях Колдухина, как привязанные? Мы ещё удивлялись, какого рожна они не сбегут подальше? Оказалось, что они сидят около Вия.

— Помню, — согласилась она. — Однако это проще всего объясняется через психологию банд, ОПГ. Члены группировки вынуждены подчиняться решениям старшего, но в какой-то момент могут сорваться и сбежать. Вот и она, я думаю, бросила своих и ушла в автономку. Сама по себе.

— Мне тоже так кажется. Если не называть это предательством, то она просто решила стать свободной, как Добби. Поскольку мы не на её стороне, то не нам требовать от неё верности изгнанному Вию. Во всяком случае, мы совершенно не замотивированы с ней воевать. Таково моё мнение, — подытожил я.

— Если ты намекаешь на то, что мы могли бы с ней договориться, как с Упырём, то я не против. Но это будет, как у нас обычно бывает… по ситуации, да?

— Исключительно по ситуации. Теперь надо бы до неё добраться. Как ты там сказала? Лесничество? Заказник?

— Биосферный участок. Далеко от населённых пунктов. Ты там упоминал водяных… Хочешь обратиться к… не знаю, как это корректно обозвать, — в этот момент в Василисе заговорил скорее участковый, чиновник, чем высший маг. — Коллегам?

— Да ну их, начнутся ещё разборки, кто кого круче. А потом окажется, что круче всех я, обидятся ещё. Щеглы! — я самодовольно вздёрнул подбородок, что вызвало у Василисы смех. — Разберёмся без сопливых.

Несколько сотен километров мы пролетели почти незаметно, за разговорами ни о чём, и к исходу ночи добрались до границы Астраханской области.

Надо сказать, до самой Астрахани мы не доехали. Взяли значительно южнее, пробираясь вглубь и ориентируясь исключительно по показаниям навигатора.

Раза четыре он заводил нас в абсолютные дебри. Возникали ситуации, когда бездушный голос упрямо твердил «Двигайтесь прямо по мосту», типа давай, увереннее, смелее, а перед нами был такой мост, по которому могла смело пройти только коза. Ну, может быть, две козы за раз, но не более того, просто хлипкий дощатый настил, по обе стороны от которого вилась разбитая грунтовка…

Я тяжело вздыхал и разворачивался. Конечно, как у водяного, у меня были кое-какие козыри в рукаве, но сейчас было откровенно не лучшее время для их предъявления.

В результате мы добрались до села, расположенного ближе всего к нужному нам квадрату поисков. Я доехал до самой окраины и остановил машину в высокой траве у берега.

— Всё. Дальше пешком, — резюмировал я.

— Скорее уж вплавь. Впереди река, один из протоков, — отозвалась Василиса. — Магия?

— Рано, — ответил я. — Предлагаю взять лодку.

Лодок здесь хватало, но позаимствовать любую из них было очевидной разновидностью воровства. Впрочем, несмотря на мои недавние нравоучения Руслану о нормах морали, при острой необходимости, сам я был вполне готов их нарушать.

— А можешь перегнать машину хотя бы к местной школе? — спросила Василиса.

— Зачем? — не понял я.

Она просто кивнула на ближайший двор, где в самом разгаре шла шумная попойка. На берегу, напротив дома, были пришвартованы четыре лодки, три из которых оказались моторными.

— Понял. Сейчас сделаю.

— А я пока возьму одну из них, — кивнула Василиса в сторону плавсредств. — Может быть, даже успеем вернуть её незаметно, пока они все будут отсыпаться днём.

— Бери ту, что на вёслах, — попросил я.

Василиса выскользнула из салона, а я действительно отогнал автомобиль подальше от чужих глаз, припарковав возле футбольного поля у школы, которую мы недавно проезжали.

Мы сработали слаженно, как матёрая банда. К тому времени, когда я рысцой спустился к реке, на небольших волнах в первых рассветных лучах уже покачивалась отвязанная лодка.

Внутри сидела Василиса. Робкий солнечный свет подчёркивал её тонкий профиль. Я вдруг поймал себя на том, что замер и просто стою у кромки воды, как дурак, глупо уставившись на неё. Дыхание на миг перехватило от того, насколько хрупкой и одновременно сильной она сейчас казалась на фоне этой тёмной реки. Я тряхнул головой, заставляя себя сбросить наваждение.

Наверное, просто адреналин, от нашего мелкого воровства ударил в голову. Но с напарницей мне повезло, этого не отнять.

Я пустил в ход свою магию, бесшумно скользнул в воду, позволил родной стихии подхватить меня, перенести к борту, где я ловко вскарабкался внутрь.

— Я, конечно, взяла ту, что без мотора, но в упор не понимаю зачем, — прошептала Василиса.

— Мотор — это лишний шум. А я задействую стихию, — отозвался я. — Но нужны точные координаты.

— Нам осталось ещё двадцать три километра, — тяжело вздохнула Василиса. — До того самого островка, который значится как точка последнего включения ворованного мобильника. И ещё кое-что. Ты должен понимать, есть абсолютно ненулевая вероятность, что всё это пустая трата времени, Инквизиция ошиблась, и её там просто нет.

Она включила навигатор на смартфоне и махнула рукой в темноту, указывая направление, куда плыть.

— Погнали, — кивнул я. — Проверим, что там нарыла Инквизиция…