— Ну, как ты тут? — спросил я, когда Руслан открыл передо мной дверь своей бытовки.

— Документы на вид на жительство собираюсь подавать, раз уж застрял здесь, — усмехнулся оборотень, пытаясь отшутиться. — А если серьёзно… Читал малому русские народные потешки, книжка такая, купил по случаю. Кашкой из насекомых накормил, он только уснул. Маленькие дети — они такие, всё время жрут, спят и просятся на ручки.

Он посторонился, пропуская меня внутрь. Дракончик Ефим безмятежно дремал, и мне бросилось в глаза, что за прошедшее время он ощутимо подрос.

— Ты его прямо как человеческого ребёнка воспитываешь и развиваешь, — осторожно заметил я.

— А он чей? В смысле кто? А мы с тобой, Вадим, кто? Разве мы люди? — в лоб спросил Руслан, в голосе которого послышалась обида. — Я Оборотень, ты Водяной. Там чудеса, там Леший бродит, Русалка на пляжу сидит, там на неведомых дорожках Кикимора… ещё и магичка с ведьмой в придачу. И кот этот её, с хитрющими глазами. Давай не будем тут человекошовинизм разводить, ладно?

— Ладно-ладно, прости, ты прав. Просто технически дракон — не двоедушник, по крайней мере, пока. Но в целом, у нас два пути, либо мы выращиваем из него послушного монстра…

— Ефим не монстр! — повысив голос, резко оборвал меня Руслан.

— Я просто перечисляю варианты, — я примирительно поднял руки. — А второй вариант, вырастить его одним из нас, полноценной частью нашего коллектива. Тем более, Ядвига о чём-то таком и говорила, помнишь?

— Помню. И, кстати, она оказалась абсолютно права насчёт «будет расти не по дням, а по часам», — Руслан взъерошил себе волосы и достал откуда-то измятую тетрадку. — Я тут вес записываю. При рождении было тринадцать двести двадцать.

— А сейчас? — с любопытством спросил я, разглядывая дрыхнущего Ефима. Дракончик развалился в детской кроватке точь-в-точь как захмелевший мужичок на летней веранде и пускал слюни на подушку.

— Двадцать два сто восемьдесят. Взвешиваю на напольных весах, но они точные, самые дорогие взял. Сначала сам встаю, потом с ним на руках, и минусую. Он же постоянно на ручки просится, нравится ему на ручках, а у меня уже спина отваливается эту деточку таскать. Ты, кстати, кофе будешь? — спросил Руслан, привычным жестом щёлкнув кнопкой чайника.

— Погоди, выключай. Пошли в Явь. Нас там Василиса ждёт, уже на троих заваривает. Сказала, что ты тут застрял, места себе не находила. Она там вся перенервничала, пока меня не было, Навь у Калинова моста вроде и близко, а рукой не дотянешься.

— Слушай… — он заметно вздрогнул, словно я затронул неприятную для него тему. — Ну да, в первый момент у меня тут настоящая истерика случилась, врать не буду. Вышел наружу, хорошенько проорался, дубину свою испытал…

— Э-э-э… На ком, не постесняюсь спросить?

— Да парочка шальных бесов забрела, я их и вышвырнул обратно за мост. Ну и как-то сразу полегчало мне. А потом покурил.

— Прямо в респираторе?

— Снял, конечно. Пришлось потерпеть местную вонь. Но зато вернулся к мыслям о доме в Нави. У меня многое встало на свои места. Знаешь, когда концентрируешься на чём-то предметном, дельном, паника отступает сама собой.

— Это точно, истерика не терпит действий, — кивнул я. — И что в итоге надумал? Я поддержу любой твой проект. Какие хоромы планируешь здесь возводить?

— А никакие, — Руслан решительно накинул лёгкую куртку и поправил стоя́щего на столе робота на колёсиках.

— Это ещё что за штука? — поинтересовался я.

— Робот-нянька в режиме ожидания. Эта игрушка уже знает две сотни новых для дракоши песен и сказок. Когда Ефим проснётся, еда уже рядом, а робот его развлечёт. Всё, пошли.

Мы вышли на улицу, и я с ходу открыл мерцающий портал прямо в опорный пункт.

В этот раз Василиса даже не стала ворчать, что мы провоняем помещение миазмами Нави. Лишь нетерпеливо замахала руками, мол, проходите побыстрее!

— Ты как, Руслан? Цел? На полсуток застрять в Нави сверх графика, это не шутки, — с тревогой обратилась она к оборотню.

Руслан вымученно улыбнулся и плюхнулся на диван.

— Запас еды, воды и топлива у меня там на трое суток. Но, признаюсь, немного очканул. Подумал, а вдруг Вадим в своём приключении с Добрыней застрянет на неделю? Что мне тогда делать?

— Как видишь, не застрял, — буднично отозвался я. — Хотя был момент, когда я мог оказаться в Нави самым быстрым и естественным путём. Рассказать?

— Давай, я сначала закончу мысль про дом, — Руслан поднял руку, как в школе. — Можно?

— Валяй, — я с благодарностью принял от Василисы горячую кружку.

Оборотень тоже взял свой кофе и начал отпивать мелкими, осторожными глотками. В этот момент он неуловимо напоминал себя в оборотной форме, взъерошенного и сосредоточенного барсука.

— Так вот, — продолжил он. — Нафиг в Нави никакой дом не нужен. Я всё обдумал! Там же ни коммуникаций, ни воды, ни электричества, ни интернета. Строить там дом, всё равно, что возводить особняк в каменном веке. А в каменном веке люди где жили? Правильно, в пещерах.

— Погоди, не успеваю за полётом твоих мыслей, — улыбнулся я. — То есть от идеи дома для дракона ты отказываешься? Прошу заметить, я не отговаривал, если надо — построим.

— Слишком сложно. Это ж надо перетащить туда технику, выкопать котлован, потом припереть бетономиксер, залить фундамент, возиться с опалубкой или кирпичом… Про кровлю я вообще молчу.

— Блин, Русик, любая стройка — это всегда сложно. Хоть в Москве, хоть в Хабаровске, хоть в Нави. Ещё и рабочих не особо наймёшь, разве что упырей в бригаду записать.

— Нет уж, давай без этого. В общем, даже если часть процессов мы закроем магией, — вполне здраво рассуждал Руслан, — то жить там как? Воду на себе таскать? Скважину бурить, а какая там вода? Вонючая? А есть там вообще вода, кроме Смородины? Генератор опять же нужен мощнее, топливо туда переть, а его ещё нужно купить, сколько денег на это уйдёт. Мебель? Быт, еда и всё остальное? Логистика превращает этот проект в ад, сущий ад. Поэтому — только пещера. Правда, я понятия не имею, как её выкопать под размеры Дракона или создать, но тут вся надежда на вас.

— Ну, пещера — это ведь тоже своего рода дом. Туда тоже нужны и свет, и вода, — возразил я.

— Да-да, конечно. Но пещеру по определению не надо так тщательно облагораживать, да и она надёжнее любой бытовки или кирпичного дома. Опять же, маскировка. Не забывайте, Ефим пока ещё кроха, но с его динамикой роста он скоро и полтинник будет весить, и в холке до пары метров дотянет. А дальше? Пока не вымахает в огромного дракона в несколько тонн?

— Мне, конечно, не терпится рассказать о своих злоключениях, но раз уж пещера… Для этого ведь нужна магия земли, верно? — я перевёл взгляд на Василису.

— В идеале, чтобы сформировать полость с укреплёнными сводами, нам бы пригодилась бригада суровых шахтёров с толковым инженером. Но за неимением таковых — да, магия земли. А что? — Василиса ответила вопросом на вопрос. — Готов попробовать?

— Ага. Нужен, наверное, какой-то ритуал, — задумчиво произнёс я, хотя морально к таким подвигам готов не был. — Даже близко не представляю его формулу. И, к сожалению, из нашего карманного капища его не провести, «работать» придётся непосредственно в Нави и из Нави. В теории, конечно, кажется, просто — приказать грунту уплотниться и принять нужную форму. Но, само собой, гигантских залов не выйдет. Так что прости, Руслан, но Мамонтову пещеру мы тебе не организуем при всём желании.

— Без проблем, — легко согласился он.

— Тогда решено, — подвела итог Василиса. — Я продумаю технологию. Со стихией земли работать умею. В Нави, конечно, особо не колдовала, только боевые заклинания, но, думаю, нет ничего невозможного. Правда, при одном условии, подпитку магической силой полностью организуешь ты, Вадим. Намекаю на один особенный камушек, если что. Потянешь, или граница миров не даст?

— Знаешь, вроде уже понемногу позволяет дотянуться. Особенно если подгадать под полночь да в полнолуние.

— Договорились. Вадим, расскажешь Руслану в двух словах, что у тебя стряслось под Ростовом?

— Рассказываю в двух словах, — задумался я, сводя всю историю к короткой формуле. — Приехал в Батайск, договорился с Добрыней о месте встречи, но в назначенном месте меня ждала только Стрыга. И она меня практически сожрала.

— Прямо-таки и сожрала? — с сомнением хмыкнул Руслан, оглядывая мой вполне цветущий вид.

— Без шуток. Меня, вообще-то, спас Соловей. И он же заявил, что Добрыня наш, вроде, как и не Добрыня вовсе.

— Слушай, ну меня в симпатиях к этому богатырю заподозрить сложно, — медленно произнёс Руслан. — Однако я его знаю, он уже вроде как не чужой. А Соловей этот — он вообще кто такой? Ну, чтобы я понимал, кто именно бросает тень на здоровяка.

— Соловей-разбойник, — пожал я плечами. — Тот самый.

— Тот самый, — эхом отозвался Руслан. — Который сказочный злодей и соврёт — недорого возьмёт? А не мог он сам всё это подстроить?

— Не знаю, Русик. Не знаю. Но пока я ехал домой, у меня возникла одна мысль. И мысль эту зовут «Маринка».

— Ничего не понятно. Ты про нашу русалку? Она-то тут причём? Мы же стараемся её ни во что не втравливать, — нахмурилась Василиса. — Иначе сбежит обратно на своё Чёрное море, а ты снова будешь из-за озера переживать. У нас ведь только пляж открылся! Нам спасатель нужен.

— Нет, не русалка Марина, а Маринка. Вила Маринка. Или Маришка. Именно это имя выкрикнула одна из вил во время драки в медпункте. Вроде бы так.

Василиса задумчиво кивнула.

— Хочешь отыскать ту сбежавшую Вилу? Чтобы что? — спросила она.

— Если бы её пришлось долго и муторно искать, я бы даже заморачиваться не стал. Но… Денис дал мне наводку. Место, где она предположительно прячется. Спрашиваешь, что мне это даст? А помнишь, с чего вообще началась вся эта история с Добрыней?

— Он приехал искать Вия, — просто ответила Василиса. — Или ты подозреваешь, что тут нарушена причинно-следственная связь? То есть сначала появился Добрыня, а уже потом случился прорыв? Думаешь, он как-то это подстроил? Спровоцировал?

— Маг, окутанный чёрной пеленой в «сорок сороков» о котором рассказывал Упырь, — напомнил я. — Мог ли это быть Добрыня?

— Добрыня светлый герой прошлого. С чего бы ему творить зло? — без особой уверенности возразила Василиса.

— Так или иначе, у нас остался один-единственный свидетель той заварушки. Если всё пройдёт гладко, попробую проявить чудеса дипломатии и расспросить её. Вдруг эта ниточка куда-то нас выведет.

— Может, мой вопрос покажется идиотским… Но, Вадим, ты пробовал просто позвонить Добрыне? — встрял Руслан. — Ну, побазарить по-пацански, спросить типа, чувак, что за ботва?

— Пробовал. Абонент не абонент. Теоретически, конечно, он сам мог попасть в беду, и я зря на него бочку качу. И да, мы тут с Василисой подумали и решили сплавить проблему со Стрыгой на Инквизицию. В конце концов, мы же не фанатики, чтобы мотаться по белому свету и за свой счёт на монстров охотиться.

Василиса посмотрела на меня вопросительным взглядом.

Руслан с шумом допил кофе и со стуком опустил чашку на стол. Мы одновременно посмотрели на него, Василиса нахмурилась.

— А что вы на меня так смотрите? — отозвался он на наши взгляды. — Я только за. Всецело поддерживаю любое начинание, в котором мне не придётся напрягаться и рисковать собственной шкурой.

— Ну, значит, с этим определились. Василиса, ты смогла как-то объяснить бабе Маше моё отсутствие?

— Ага. Сказала, что у тебя срочные семейные обстоятельства. Сам потом придумаешь, какие именно. Я её немного повозила, чтобы помочь раскидать почту по адресам, пока тебя нет. В целом, день-другой она ещё потерпит. Но сильно злоупотреблять этим не стоит, женщина она в возрасте, ей самой по Колдухину бегать тяжело.

— Тогда план такой, поеду домой, помоюсь, подремлю часок-другой и двину в Астраханскую область. Попробую найти и допросить эту Вилу.

— Слушай, Вадим… — мягко начала Василиса. — Ну, допустим, Добрыня окажется не таким уж и светлым героем. Допустим, с ним что-то сильно не так. Нам-то что с этого? Он же уехал? Или думаешь, он от нас не отстанет? Что ему, вообще, может быть нужно от Колдухина? Для чего ему тебя убивать?

— Мы понятия не имеем, что ему нужно, что он задумал и что вообще творит. Одни вопросы, Василиса Александровна. Но тот факт, что он позвонил, выдернул меня в Батайск, и я там чуть не помер, остаётся фактом. Если хочешь спросить, не жажда ли мести мной руководит, то ответ — нет. Я, конечно, знатно струхнул, оказавшись один на один со Стрыгой, но уже остыл. Для меня важно понять, что именно произошло и происходит. Знаешь, такое лёгкое чувство незавершённости.

— Гештальт, значит, — с умным видом выдал Руслан.

— Ну, можно сказать и так, — не стал спорить я.

— Слушай, закрыватель гештальтов, а ты можешь мне артефакт перезарядить, пока не умчался? — оживился оборотень. — Или вообще новый изготовить? А лучше и то и другое, чтобы запаска была. А то мы с драконом с голодухи в Нави начнём на бесов охотиться, а нам потом штраф за браконьерство впаяют, а?

— А я смотрю, дубина придала тебе небывалой уверенности в себе. Заряжу, конечно.

Я отставил пустую кружку и протянул руку, в которую Руслан тут же с готовностью вложил ключ, сейчас совершенно обычный.

На «зарядку» артефакта ушло от силы пара минут. Я мысленно потянулся к Мегалиту, с благодарностью, вспомнив, как он прикрыл мою спину в заварушке со Стрыгой, наполнил израсходовавший заряды ключ в Навь свежей силой и вернул его оборотню.

— Не нравится мне, что ты едешь один, — призналась Василиса, внимательно следя за моими манипуляциями. — Укатил в Ростов, и там тебя какая-то шмара с длинными когтями чуть не сгубила. Ну что ты так смотришь? Скажешь, не так?

— В чём проблема? Айда со мной, — улыбнувшись, предложил я.

— На мне прикрытие Колдухина. И служба, — сдвинула брови Василиса, явно испытывая внутреннюю борьбу.

— Прояви креатив, придумай что-нибудь для начальства, — озвучил я вполне очевидную мысль, вставая со стула.

— Ну, попробую. Ты сейчас домой?

— Ага.

— Бабе Маше на глаза не попадайся, хорошо?

Я кивнул в знак согласия, подмигнул ей, и мы с Русланом вышли из опорного пункта. Сели в «УАЗ», однако, следуя достаточно непрозрачному намёку Василисы, поехали не прямиком к дому, а сделали крюк. Миновав Озёрную, мы развернулись в сторону полей.

— Слушай, Вадим… Я хотел поговорить с тобой один на один, — произнёс Руслан, явно преодолевая внутреннее сопротивление.

— Валяй, говори, — рассеянно бросил я, следя за дорогой.

— Если коротко… Я бы хотел купить свой дом. Понимаешь, когда я бегал вокруг бытовки в истерике и отчаянье оттого, что застрял в Нави…

— Всё-таки сильно тебя проняло? Извини, это моя вина. Ну, и чуть-чуть твоя, конечно, заряды всё-таки надо считать. Но я тоже хорош, не проконтролировал, рядом не оказался.

— Ничего, проехали. Короче, хотя этого никто не видел, ну, не считая той парочки шальных бесов, я тогда здорово психанул. Признаю́. А когда меня чуть отпустило, понял, что не хочу я никакой дом в Нави. Это всё, как его… сублимация потребности в собственном жилье. И страха ответственности за свою жизнь. Я ведь даже не пытаюсь от тебя съехать, потому что банально боюсь взрослеть. Боюсь сам за себя отвечать. И такая злость меня взяла, что я даже пару раз себя дубиной приложил, чисто от избытка нахлынувших чувств.

— Даже так? — ухмыльнулся я.

— Ага. И тогда, после хорошего удара по башке, у меня словно всё на свои места встало. Заботясь о драконе, я как бы спасался оттого, что надо бы и о себе позаботиться. До вчерашнего дня я ведь искренне думал, что главная проблема в тебе, мол, ты меня излишне опекаешь.

Услышав эти слова, я недовольно засопел, но спорить не спешил.

— А на самом деле проблема во мне, — тихо продолжил оборотень, глядя в окно на проносящиеся мимо поля. — Я словно открыл дверь, за которой скрывались желание и готовность попробовать жить самому. Иметь свою собственную нору. Понимаешь?