Ехать пришлось долго, примерно около часа. Часа один на один с официально сильнейшим магом Империи.

Комаров при ближайшем рассмотрении оказался порядочным человеком. Темы, которые могли бы вызвать у Володи неприятие, не задавал, наоборот, все было сугубо и по делу. Десяток вопросов по поводу тех рекомендаций, которые оставил наставник, пусть и со скрипом, но согласие на продолжение составленного учебного плана.

И на этом все. Все остальное время глава академии потратил на то, чтобы рассказать Володе его дальнейший порядок действий.

О чем говорить с ревизорами ИСБ, где переоформлять собственность, к какой комиссии в столице подойти, чтобы закрыть вопрос с последним Пальчевским.

Причем он настоятельно рекомендовал не уничтожать Род до конца и то и дело вворачивал эти слова в разговор.

Володя лишь кивал, информация, которую он получал, была эксклюзивной. Такое просто так не получишь, только от скучающего Архимага.

Да, информация была разрознена, но ничего подобного Володя ни от кого не слышал. В том числе были названы фамилии, к кому можно подойти, и к кому подходить не нужно ни в коем случае.

Откровенно говоря, Володя хотел бы принять горячую ванну, плотно поесть и поспать, а не вот это вот все.

Да он даже помедитировать не мог, чтобы хоть немного привести свои мысли в порядок. А ведь еще под Сферой Надежды, Володя и подумать не мог, что ему когда-нибудь понадобится медитация для очищения сознания и повышения концентрации.

Так, за беседой, которая больше напоминала монолог, они и приехали в главное поместье семьи Пальчевских.

Что удивительнее всего Володя ожидал увидеть только силы полицмейстеров, но помимо этого, на территории поместья были машины ИСБ, Инквизиции и еще каких-то неизвестных парню служб.

Вдоль дороги, ведущей к поместью, стояло много машин с гербами, от которых, так и несло неприязнью, перемешанным со злостью. Однако их пропустили без проблем.

Визуально это было приятное место. Зеленый газон и, несмотря на осень, такие же зеленые деревья бетонные дорожки в разные стороны вели к аккуратным домикам. Это не был общий дом Пальчевских, это был отдельный квартал.

Машина подъехала к большому трехэтажному дому, в котором, судя по всему, и проживала главная семья. Перед ним на газоне уже стоял десяток машин, и как раз когда транспорт академии остановился, из главного выхода вышла небольшая делегация. И, как оказалось, Володя, часть из них знал лично.

Романов — глава ИСБ. Зивин — глава местной Гильдии Мечников. Комарин — инквизитор. Арсений Поликарпович фамилии, которого Володя не знал, но который был главным полицмейстером. Неизвестный Володе мужчина в возрасте с гербом Цветаевых. И совершенно убитый горем молодой человек, которого Володя идентифицировал, как оставшегося в живых Пальчевского. Парень был бледен и, казалось, вот-вот упадет в обморок.

— Добрый день господа… — поприветствовал всех Архимаг.

— Здравствуйте, — склонил голову Володя, как и должен был при сопровождении преподавателя.

— Что-то ты не торопился… — недовольно сказал Романов. — Пристально вглядываясь в Комарова.

— Приехал, как мог… У меня пол-академии носит… Такого результата дуэли никто не ожидал… — заявил Архимаг. — Вот как только всех хоть немного успокоил, так сразу и приехал.

— Это он! — шепнул вдруг Пальчевский Цветаеву и мужчина совершенно не думая, вспыхнул от ярости и нанес удар по Володе жезлом.

Причем это не было чем-то страшным, ухнув в который раз за день в «ускоренное восприятие» Володя сделал шаг в сторону, в таком случае словно бы сделанный из бетона жезл не должен был дотянуться до его виска, но нападавший проявил смекалку и удивительную сноровку.

Едва Мечник стал уходить от удара, из навершия, в его сторону потянуло стужей, и на нем резко стала расти сосулька. И вот это нападение доконало парня окончательно. Вспыхнувшая аурная защита, отбила удар, а резкий прыжок к Цветаеву и «усиленный удар» с ноги в живот доставил парню ни с чем не сравнимое удовольствие.

Цветаева отнесло метров на пять. Его щит от физических атак распался. Пальчевского, который стоял рядом с ним, тоже сбило с ног.

Еще только в Володину сторону понеслась атака, как Романов вовсе горло рявкнул: — Отставить!

Только его никто не послушал. В одном не самом сильном ударе Володя выместил всю злость. Можно сказать, душу отвел и даже повеселел. После чего перевел взгляд на Романова и как можно невиннее произнес: — Я был вынужден… Он бы все равно сам не остановился.

— Что вы себе позволяете⁈ — воскликнул полицмейстер.

— Всего лишь защищаюсь, — как можно равнодушнее ответил Володя, пожимая плечами. После нанесенного удара он опять вернул себе способность смотреть на все немного со стороны. — У меня были все основания, на соразмерный ответ!

— Вы хоть знаете кто это такой? — задал он вопрос.

— Человек, чей Род стремился меня убить уже дважды! И это был третий раз! — ответил Володя, подозрительно касаясь на с трудом поднимающегося Цветаева, которому помогал Пальчевский.

— Молодой человек прав, — холодно сказал Комарин. — Арсений Федорович, вас освободили их под стражи так рано, только в связи с этой трагедией и потому что против конкретно вас не было никак зацепок. Однако, ваше нынешнее поведение можно трактовать, как покушение на убийство.

— Он убил мою сестру! — зло сказал Цветаев, медленно приходя в себя.

— А мне казалось, там была законная дуэль, в которой ваша сестра — подмастерье, погибла от рук ученика! — холодно ответил Комаров. — Все было по правилам, согласно которым молодому ученику не суждено было победить…

— Бот именно! Это бред! — воскликнул Цветаев. — Это явно культист! Почему его до сих пор не схватили?

— А вы теперь отвечаете за Род Пальчевких? — холодно спросил Романов. — С каких пор⁈

— Я ближайший родственник выжившего! — резко высказался Цветаев, покосившись на оставшегося в живых племянника, и мне придется нести ношу помощи Роду, главой Ковена, которого я являюсь.

— То есть, сознательно берете всю ответственность за действия Рода Пальчевских? — вкрадчиво спросил Комаров.

— Конечно! — уверенно заявил Цветаев, уже полностью отойдя от Володиного удара. Он крепко встал на ноги, чему способствовало зеленоватое сияние, исходящее от галстука, окутывающее его фигуру. И вот в этот момент он почувствовал какое-то ожидание от всех остальных членов комиссии и посчитал это их слабостью, отчего заявил: — Именно поэтому я спрашиваю! Почему его еще не схватили?

— Наверное, потому что ваша сестра использовала магию крови, как и ваш зять… — холодно ответил Комаров. — Ранено несколько преподавателей!

Ваш зять, заваривший всю эту кашу с дуэлью и войной, напал лично на меня в попытке остановить дуэль! Вы и за это хотите быть в ответе? Тогда расскажите… Вы знали об использовании запретных практик? Это же был ваш Ковен! Вы знали и не сообщили?

С каждым словом глава академии делал по маленькому шагу вперед. Его аура раздувалась и начинала давить на окружающих.

— Каких запретных техник? — зло спросил Цветаев, немного подаваясь вперед, он был главой Ковена и просто давлением, его было не отодвинуть. — Я ничего не знаю! И в этом должна разбираться Инквизиция… Они разберутся! И пусть разберутся, почему мой Род весь пленили, а какого-то сосунка — нет. Он только пришел в академию, а уже расправился с подмастерьем! Да еще и после усиления!

— Наши люди! Уже работают в академии! — холодно сказал Инквизитор. — А вот то, что вы ничего не знаете это плохо. Придется заниматься вами всерьез.

— И что? Опять со мной? А к нему что? Никаких вопросов⁈ — в очередной раз возмутился глава Цветаевых.

— У Инквизиции, к Воронину Владимиру Николаевичу вопросов нет, — с хищной улыбкой сказал Комарин. — Это вообще наш внештатный помощник. Обвинять такого в работе с культистами просто преступно!

— У имперской службы безопасности, вопросов тоже нет, — старый Романов, говорил медленно и веско. — Твой зять с твоей сестрой, напали на подследственного в моем здании, а после того, как не смогли убить. Настаивали на войне с ним, чему я сам был свидетелем! Так что…

Член Императорской фамилии, говорил медленно, веско, словно забивал гвозди в крышку гроба. По нему совершенно не было видно, но старик в глубине души торжествовал и потешался над Володиным противником, вбивая его в грязь.

— А вот у меня есть вопросы! — полицмейстер был серьезен и собран, бросив взгляд на Цветаева, он перевел взгляд на Володю и заявил.

— Где вы были сегодня ночью? Кто подтвердит ваши сведения? С кем вы работаете? Кто ваши контакты⁈ Как они пробрались на территорию⁈ Это ваши контакты из Мечников⁈ И зачем вырезали всех…

— Хо-хо-хо! — зло рассмеялся Зивин, глава местной гильдии Мечников. — Я же сказал, что здесь не было ни одного Мечника!

Его холодный смех отрезвил полицмейстера, от нападок на Володю, но через секунду тот взял себя в руки.

— Максим Леонидович, — холодно ответил полицмейстер. — Вы что себе позволяете⁈ Мы в приличном обществе не нужно вести себя, так низко!

— Не стоит игнорировать мои слова! — мужчина направил на полицмейстера «жажду крови». — Я же рассказывал, что мои люди все на контрактах. Им вздохнуть некогда, не то, что устраивать подобные акции! Да и следов других Мечников я не обнаружил.

— Хватит! — заявил Романов. — Хочу пригласить Владимира Николаевича, в главный зал! И услышать его мнение. Всех остальных прошу помолчать и придержать свои мысли при себе.

Сказано, это было таким тоном, что никто не решился спорить. Цветаев с Пальчевским тоже промолчали, после короткого разговора точно стало понятно, на чьей стороне мнение большинства. На их стороне был только полицмейстер, который одними глазами, сказал: — «Я сделал, что смог».

Только он был не единственным, кто обменялся подобными красноречивыми взглядами. Романов с Архимагом также неуловимо пересеклись, скосив глаза. Прочитать по выражению лиц было нечего, они стояли боком, парень отметил только сам факт. К тому же к самому Володе подошел Зивин, который одним взглядом спросил: — «Ну как я⁈»

— «Отлично! Спасибо!» — кивнул Володя.

— Владимир Николаевич, прошу вперед, — уверенно сказал глава имперской службы безопасности. — Пойдите вперед и скажите свое мнение.

Едва они подошли к зданию, как нос Володи тут же уловил тяжелый запах смерти. Кровь, кишки, моча. Сразу стало понятно, что тут убили около десятка человек.

А поднявшись по лестнице парень сразу увидел неприкрытую створку двери. Движение, которой было ограничено ногой в туфле.

На входе было три мужчины лет тридцати, первый лежащий на входе получил удар острым клинком поперек горла. Разбрызганная кровь, которая фонтаном выстрелила из его раны, запачкала чуть ли не все помещение, первого этажа в котором они находились.

Это было красивое фойе округлой формы, исполненное в белом мраморе. Сверху находилась огромная хрустальная люстра. Из помещения вело три двери. По одной слева и справа, и еще одна была прямо по ходу движения. Ее край виднелся за широкой лестницей, ведущей наверх.

— Нападавших было несколько, и они явно были знакомы! — заявил Володя, и ни капельки в этом не сомневался.

— С чего вы это взяли? — спросил Романов заинтересованно.

— Первого убили с помощью холодного оружия, — ответил парень медленно и указал на край рубахи, из-за которой виднелось несколько амулетов, а под ней легкий бронежилет. — Сложно представить, клинок, который смог бы столь легко пробить пассивную защиту, а оставить активную в рабочем состоянии… Этих двоих тоже убрали быстро и тихо. Вот этого, как мне кажется из-за спины, разновидностью «воздушного удара», а этого ударом в затылок.

Догадаться об этом было несложно. Один имел солидную дыру в груди, кости от которой оказались на стене спереди, а второй лежал лицом на полу, и из затылка его вышла капелька крови рядом с небольшим разрезом.

— Давайте дальше в комнату налево, — сказал Романов спокойно, приняв какое-то решение.

Там в коридоре была настоящая бойня. Четверо парней и три девушки были порублены буквально в капусту, все помещение было залито кровью. В воздухе отчетливо витали флюиды магии.

Тут точно был бой, только короткий, всего несколько «огненных шаров» вдоль помещений. В помещении точно также была мраморная плитка, часть из которой была разбита и поломана. Те убийцы, которые напали на этих ребят, действовали быстро и атаковали сильно.

— Пожалуй, я не знаю, заклинания, которое могло бы сделать подобное столь быстро и, вероятно, тихо, — сказал Володя и на секунду задумался. — Это должно было быть Наследие…

— «Танийские» — озарила Мечника догадка.

Георг, бывший работодатель Марины из бутика. Помнится, тогда он именно подобным образом пытался располовинить самого Володю, не слишком парясь о возможном убийстве неизвестного парня, которого увидел первый раз.

Пройдясь вдоль тел, Мечник соотносил возможности виденной несколько раз атаки с тем, что было здесь, а потом создал перед собой «огненный шар», который через секунду преобразовал в «светляк» залив все белым светом, заменив лишь конфигурацию нескольких рун. И даже смог заметить, как невидимо, стараясь не мешать, колдует архимаг.

— Уберите заклинание! — жестко сказал полицмейстер. — Здесь еще не работали наши криминалисты!

Только Володя не спешил выполнять его требования, а тщательно рассматривал стену, на которой практически незаметно была видна, узкая в волос шириной полоса.

— Обратите внимание, — сказал Володя. — На стене есть прямая полоса, которая свидетельствует об одном сильном ударе возможно это был меч, возможно неизвестное мне Наследие.

Думаю, вы сможете в этом разобраться позже… К тому же, заметьте, ни у кого здесь нет жезлов или иных атакующих артефактов… Предлагаю проверить оружейную и местный склад артефактов, кажется, это банальное ограбление.

— Вы в своем уме⁈ — воскликнул полицмейстер. — Это техника Мечников! Ни один маг не может повторить подобное!

— Все так, — согласился Володя. — Мечник мог положить толпу народа с одного удара, но его удар бы носил гораздо более разрушительный характер. Коридор за спинами усопших превратился бы в труху… Поэтому предлагаю искать Наследие. Углядеть тут действие Мечника может, только тот, кто с ними не работал.

— Смотрите он даже не позеленел! — тяжело дыша, сказал Цветаев. Пальчевский уже убежал. Остальные выглядели гораздо более спокойными, для них это была работа: грязная, привычная и необходимая.

— Ну неприятно, конечно, — ответил Володя и, обойдя стоящих рядом членов комиссии, направился на улицу.

— Дальше не пойдем? — спросил Романов у него, едва они оказались на улице.

— А зачем? — не понял Володя. — Мне все понятно. Напал кто-то из своих, Мечников, там даже духа не было. Просто кто-то под них косил…

— Согласен, — тут же сказал Зивин. — Мы работаем более грязно и не так. К тому же в моем ведомстве всего один ассасин и уничтожением он занимался бы по-другому, как минимум гораздо тише.

— И это все⁈ — недовольно заявил Цветаев.

— Здесь и вправду не было Мечников, — согласился с Володей Архимаг. — Я приехал сюда, чтобы в этом убедиться, и я в этом убедился. Дознанием и сбором улик займутся специалисты. Общие аурные следы затерты, нужны профессионалы…

— У нас свои профессионалы! — заявил полицмейстер. — И я требую этого юношу на допрос!

— В рамках действующего законодательства, — ответил Комаров, ровным тоном. — Молодой человек, к данному происшествию не имеет отношения.

— Он мог нанять наемников! — недовольно сказал Цветаев.

— Мог, — согласился Володя с улыбкой, устроенный здесь цирк начал его вновь раздражать. Он же видел, что от его присутствия ничего бы не поменялось. Все это имело за собой какую-то цель, но непонятно какую, и это раздражало еще больше. — Только это и вправду лучше всего решать в рамках установленного законодательства… А не вот так… Проведите расследование, соберите улики, а там и повестку мне выпишите.

— Что⁈ — зло посмотрел на Володю полицмейстер. А потом тут же начал переводить взгляд на присутствующих. Романов, Комарин, Комаров, Зивин. И вопреки ожиданиям вместо Володи обратился к Архимагу: — С каких пор в академии вы допускаете, чтобы яйца учили курицу?

— Сегодня день такой, — немного подумав ответил Архимаг. И ответ явно не понравился Полицмейстеру. Эти слова были ответом, по сути, но по содержанию, ни капли.

Мужчина четко понимал, что его водят за нос, не должен ученик так себя вести в присутствии столь значимых господ, но он вел и совершенно этого не смущался и не терялся. И самое главное его никто не ставил на место, будто все так, как и должно идти.

— Хорошо, — ответил мужчина. — Предлагаю подвести итоги…

— Это не дело Инквизиции, — ответил Комарин. — Никаких демонических эманаций я не обнаружил.

— Это не дело Мечников! — сказал Зивин.

— Мой юридический отдел будет сопровождать ученика! — проговорил Архимаг уверенно.

— Как и сказал молодой человек! — кивнул Романов на Володю. — Собираем улики, проводим расследование… Дело забираю себе…

— Мы же только что пришли к выводу, что это были свои, — всплеснул руками Полицмейстер. — Думаю, я бы тут подошел лучше.

— Вот именно, свои, поэтому я и займусь этим делом… К тому же мои специалисты все правильно опишут, и помогут победителю в войне Родов забрать активы, — усмехнулся старик.

— Что? — возмутился Цветаев. — Какой победитель⁈ Какая война⁈

— Все бумаги подписаны, — сказал Комаров. — Вся академия видела… В ином случае, как подмастерье могла бы вызвать на дуэль ученика? Ответ очевиден, война и кровная месть!

— Война длилась не более трех часов! К тому же она еще не закончилась! — не согласился Цветаев. — Вот рядом со мной стоит один из представителей Рода Пальчевских!

— У него нет шансов, — сказал Романов со смешком.

— Маг третьего ранга? — поморщился Архимаг.

— Единственный выживший из Рода, — не согласился Цветаев. — Вся магия Рода, теперь принадлежит ему.

— Этого пугающе мало! — скептически ответил Инквизитор. — Не нужно рисковать. Он убил подмастерье, зачем ему драться с магом слабее?

— Хорошо! — вдруг сказал единственный выживший. — Я знаю правила. Дуэль будет до первой крови! Владимир Воронин я вызываю тебя на дуэль!

— Тебе что непонятно? — удивленно спросил Володя. — Тебе же ясно сказали, ловить тут нечего!

— У нас война! Если я не сделаю, что должно буду ненавидеть себя до конца жизни! — воскликнул молодой парень решительным тоном.

Кажется, от произошедшего у него что-то съехало набекрень, и он во всем этом увидел одного виновника, Володю.

— Женя! Ты что творишь⁈ — зашептал Цветаев. — Я сам объявлю ему войну!

— Извини, дядя. Я должен был быть уже мертвым, и раз каким-то чудом я остался жив, то сделаю, что должно! — Пальчевский, освободил руку из захвата родственника и сделал шаг вперед к своему противнику.

С одной стороны Володя его уважал за решительность, с другой, спрашивал сам себя: — За что мне это? Решать, что-то прямо сейчас не хотелось совершенно. К тому же эта война, вступление в наследство Пальчевских политические терки с аристократами…

— Хорошо, мы сделаем это, но сделаем по моим правилам! — резюмировал Володя, а в его глазах стал загораться нехороший, многообещающий огонек.