Глава 4

Пока бригадир инструктировал работяг, я сидел на лавке под раскидистым каштаном, что рос неподалеку от нашей конторы, и думал. Вернее будет сказать, анализировал свое внутреннее состояние после употребления магической «жемчужины».

Ну что сказать? Определенно, не зря вчера носился как угорелый по всяким сомнительным, даже опасным местам и невыносимую боль стоически терпел. Жуть жуткая, как вспомню, так вздрогну. «Цветик семицветик», мля, а сделай так, чтобы этого несчастного мальчика корчило, плющило и таращило, как меня только что. М-да, «добрый» анекдот. Что-то эта дичь из башки не уходит.

Чтобы абстрагироваться от юмора уровня «классика» Петросяна, пришлось изрядно поднапрячься.

Наконец я сумел сосредоточиться нужным образом и увидел рой жужжащих в районе солнечного сплетения «магических насекомых». Ух-ты, мне показалось… нет, не показалось… реально астральный «улей», видимый только мне одному, стал раза в полтора больше, нежели был перед приемом «жемчужины». К тому же сами «шмели» уменьшились в размерах, при этом энергетическая насыщенность каждой отдельной особи увеличилась раза, эдак, в два. И еще один момент, общее количество «насекомых» возросло, если не в геометрической прогрессии, около того, уж точно.

М-да, маловато мне известно о магии. Работаю пока с ней на интуитивном уровне. А ведь за время её существования в этом мире наверняка были разработаны методики рвзаимодействия с чародейским Даром и его прокачки. Вряд ли свет клином сошелся на одних лишь «жемчугах». К тому же, не всякий среднестатистический маг имеет возможность употреблять магические конкременты в неограниченных количествах. Так что при первой возможности мой путь лежит в библиотеку, если, конечно, таковая тут имеется. И еще один «узелок» на памяти — расспросить Отрепьева о существовании публичной, а лучше научной библиотеки и возможности моего туда допуска.

Вдоволь налюбовавшись «шмелиным» роем, я, наконец, вышел из состояния глубокого погружения в свой внутренний мир. И призадумался о своем текущем положении.

То, что я умер в своей родной реальности — факт бесспорный. Также не подлежит никакому сомнению, что, непонятно по какой причине, моя духовная ипостась перенеслась в тело Митьки Кравцова, а также то, что в этой новой для меня жизни бал правит магия, технологии же, насколько я успел заметить, пребывают в угнетенном состоянии. И вообще, мир какой-то странный с точки зрения человека двадцать первого века развитого технологического мира. Ни тебе привычных автомобилей, ни смартфонов, о телевидении и разговора нет, даже примитивных проводных радиоточек из моего далекого детства здесь не изобретено. Вообще-то, память реципиента подсказывает, что в богатых домах имеются магические аналоги привычной для меня электроники. Даже магические компьютеры существуют, более того, при желании их можно подключить к мировой информационной сети. Вот только стоимость таких артефактов, сопоставима со стоимостью крыла того самого пресловутого Боинга.

А теперь мы плавно подошли к самому главному для меня на данный момент вопросу. Почему я попросту не умер, то есть, навсегда не выпал из мирового информационного поля, или не попал, как полагается неисправимому атеисту, в какой-нибудь загробный отстойник, типа ада, или, как утверждал Платон, не переселился в тело младенца с начисто стертой памятью о прошлой своей жизни, вполне вероятно, многих жизнях? Теперь я абсолютно убежден в бессмертии человеческой души, скорее всего, это вовсе не первая моя реинкарнация, даст Бог не последняя. Так вот, если о прошлых своих жизнях я не имею ни малейшего представления, отчего же теперь всё произошло по-другому? Вместо того, чтобы начать свой очередной жизненный цикл в виде оплодотворенной материнской яйцеклетки, меня вдруг переносит в тело шестнадцатилетнего парнишки, которому, определенно надоело жалкое полуголодное существование, и его острое желание покинуть бренный мир превысило возможность телесной оболочки удерживать бессмертную душу. Определенно настоящий Митька Кравцов оказался тем еще эскапистом.

А вот хорошо это или плохо для Алексея Дубровина?

Моя интуиция, плюс весь мой жизненный опыт, приобретенный за семьдесят три полных года существования в предыдущей ипостаси, дружно скандируют, что на этот раз я словил джек-пот. Доставшееся мне тело легко приняло мою духовную сущность, и мой дух моментально прижился в новом сосуде разума. И все это без долгого и нудного этапа взросления. Оно, конечно, мир «немного» не тот, к которому я привык. Но люди разговаривают по-русски и ведут себя вполне привычным образом. Было бы значительно хуже, окажись я в теле какого-нибудь эльфа или орка. Там, скорее всего, и менталитет другой и условия жизни могут оказаться неприемлемыми для моей натуры до такой степени, что я подобно бывшему владельцу этого тела, попросил бы Боженьку, или кто там заведует процессом реинкарнации человеческих душ отправить меня на следующий виток Колеса Сансары.

От оно как! И откуда только столь мудрые мысли в башке завелись? Ну, точно, нужно было поменьше завиральными сюжетами от Анны Чапман по РЕН ТВ интересоваться и «Битвы экстрасенсов» на ТНТ смотреть. А еще, будучи на пенсии, я подсел на книжки про попаданцев в космос и магические миры. Даже сам попробовал написать что-нибудь в этом стиле, но, к сожалению, получалась полная белиберда и «несъедобная каша» из бессвязных событий, «мудрых» мыслей и пустых рассуждений. Слава богу, мне хватило ума не выкладывать свой опус даже на самиздатовских платформах, заклевали бы, как многих подобных мне создателей «нетленок».

Это что-то меня опять не туда понесло. Начал за здравие в новом юном теле, закончил за упокой моего литературного таланта, коего, как оказалось, у меня не оказалось. Хе-хе-хе!

Так вот, мне шестнадцать, скоро семнадцать. Через год и три месяца стукнет восемнадцать. К этому времени каждая собака в Изборске будет в курсе моего магического дара. Как говорится, шила в мешке не утаить, да и утаивать я ничего не собираюсь, но и орать на каждом углу о том, что я маг не стану. Пусть все идет естественным путем.

И еще один немаловажный момент. Я не наследный принц, не барон, даже не сын купеческий я — золотарь, если грубо, говночист. Казалось бы, ситуация незавидная и абсолютно не обнадеживающая. Ан нет. Я в этой реальности всего-то двое суток и уже успел заработать нехилую денежную сумму. Даже собственное жилье планирую приобрести. Не желаю больше ютиться в пропахшей фекалиями бывшей кладовке сантехнического оборудования. Хочу дом, непременно с куском земли. Для чего мне приусадебный участок? А вот пока не скажу из-за вредности, ну или для поддержания интриги. Всему свое время.

От дум глубоких меня отвлек голос Борова:

— Дмитрий, подь сюды!

Пришлось отрывать зад с насиженного места и мухой мчаться в курилку, где на лавке вольготно разместил свои немалые телеса Отрепьев, успевший к этому времени разогнать народ. Так что «чужие уши» на горизонте не маячили.

— Иван Спиридоныч, я весь внимание.

Боров посмотрел на меня проницательным взглядом профессионального лагерного капо:

— Экий ты, Митя, стал… куртуазный, что ли. Непонятно, что за коловращение у тебя в мозгах случилось. А может, тебя подменили? — И приглядевшись повнимательнее, тут же отмел эту версию: — Не, все тот же заморыш, поди-ка, поищи точно такого для подмены. Да и кому оно надо возиться с малолетним сосунком? Похоже, действительно все твои внутренние пертурбации случились от проснувшейся магии.

В ответ я как китайский болванчик лишь закивал головой и мордаху постарался сделать по-детски непосредственной.

— Точно, бригадир, от её самой, ну магии той. Сижу, значица, намедни в отхожем месте, а она возьми, да… ке-е-к шарахни, будто обухом по башке! Был бы толчок поширше, я бы точно в говнище провалился, да там бы и утоп. А когда осознал, что могу управлять этими самыми говнами, оченно даже обрадовался. — Манеру говорить на топорном пейзанском я позаимствовал у реципиента. — А еще у меня в голове, незнамо откуда, всякие умные мысли и слова завелись. Например: магическая трансформация отходов жизнедеятельности людей и животных в безвредную неорганическую массу, или процессы гравитационного сжатия материи. Ну и еще много всякого… подобного, ранее для меня непонятного. А теперь, хоть и с трудом, хоть и через головную боль начинаю понимать, что означают все эти премудрости, как будто чей-то голос извне подсказывает.

Мои слова и горячая убежденность в сказанном заставили бугра поднять очи Горе, осенить себя двуперстным крестным знамением и выдать традиционную для обеих моих реальностей фразу:

— Воистину неисповедимы пути Господни. — И посмотрев на меня по-отечески заботливо, он сказал: — Ты это, Дим, в церкву покамест ни ногой. Спрознают, что ты магик, натравят толпу богомольцев-фанатиков. Оно, хоть сейчас не восемь столетий назад, когда магия только-только появилась в мире, и вашего брата — одаренного Церковь гнобила, как в свое время древние римляне травили первохристиан. Нынче, вроде как, остепенились. Но это лишь на словах. Ну как же, всяк чародей способен учудить то, что Сыну Божьему не снилось. А это, сам понимаешь, удар по репутации. — Затем, будто опомнившись, несильно шлепнул себя по губам. — Язык мой, Дима, враг мой.

— Спасибо за науку, Спиридоныч, — обратившись к бригадиру более фамильярно, я решил повысить градус взаимного доверия. Оно хоть в бескорыстие Борова я не верил, однако совет насчет церковников он мне дал вполне полезный. В прежней жизни храм я посещал лишь на церемониях венчания и похорон. В последние годы, чаще по второму поводу. Слава Богу, что в этом мире нет принудиловки, присутствовать на церковных богослужениях. То есть, имеется свобода совести в самых лучших её проявлениях. К тому же, сам я на данный момент являюсь бесспорным доказательством, что попы, мягко говоря, вводят паству в заблуждение, а если грубо, звиздят, как Троцкий насчет приятного послесмертия в Раю для праведников, ну или адовых мук для грешников.

Кивнув головой, Отрепьев наконец перешел к главной теме разговора:

— Тут такое дело, Дмитрий, когда я брал заказ на обслуживание поместья немца, заодно прихватил заявку купца первой гильдии Кулебяко Тараса Варфоломеевича. У него на ближайшую субботу назначено венчание любимой дочери. А после, сам понимаешь, в его доме состоится пьянка-гулянка в честь столь знаменательного события. И как назло, неделю назад его знаменитый на весь Изборск фонтан перестал функционировать, как полагается. Еле-еле писает. Специальная бригада из губернского города должна прибыть не ранее, чем через неделю. Оно бы особой беды и не было, при других обстоятельствах их степенство и подождал бы, ничего бы с ним не случилось. Однако поломка случилось накануне важного мероприятия. А какая свадьба без фонтана? Просекаешь момент? За устранение неисправности полста рублей золотом пообещал Тарас Варфоломеевич. Короче, Дим, вся надежда на тебя и твой дар. Я дал трешку инспектору, чтобы эту заявку тот больше никому не предлагал, но кто знает, что у этого хлыща на уме. Вообще-то я планировал сходить с тобой туда еще вчера, по возвращении из поместья фон Клюге. А оно сам видел, эвон как обернулось. Я, не ропщу, разумеется, да и ты молодец — не растерялся. Я, конечно, подозреваю, что без твоей магии не обошлось с этим чудищем, но другим об этом знать не обязательно. Так что ты тоже держи язык за зубами.

— Могила, Иван Спиридоныч, — я сделал руками жест, будто зашиваю рот, — к тому же, чем меньше обо мне слухов ходит по Изборску, тем лучше. — Обещанная купчиной сумма меня порадовала. Оно, конечно, не триста золотых целковых от немца, но все-таки не гроши от городских обывателей и муниципалитета за очистку выгребных ям. — Что же касательно фонтана Кулебяко, для начала нужно взглянуть на него. Вдруг там серьезная авария, которая окажется нам не по плечу. Сам понимаешь, не справимся, конфуз ляжет тяжким бременем на весь наш дружный коллектив. — Насчет дружного коллектива — это я для красного словца, чтобы выглядеть в доску своим в глазах бригадира. И тут я кое-что вспомнил: — Спиридоныч, такое дело, ты мне позавчера трояк дал на покупку шмоток. Так вот, кто-то из наших заложил меня гоп-стоперам…

— Кому? — выпучил на меня глаза Боров.

— Да бандитам местным малолетним. Парочка примерно таких же, как и я по возрасту парней, попытались зажать меня в темном переулке и обчистить карманы. Да не на того напали… Ладно, дело прошлое, а вот наличие «крысы» в трудовом коллективе изборских золотарей меня совершенно не устраивает.

— Хвост, сука, опять взялся за старое! — Отрепьев сжал свои пудовые кулачищи до побеления битых-перебитых костяшек. — Ладно, не парься, поговорю я с ним по вечеру. Спустил один раз, второго не будет. Пусть Хвостов катится к своим дружбанам закадычным. Если вопросов ко мне больше нет, тогда, ноги в руки и прямиком в дом его степенства. И еще один момент, сегодня еще до развода в контору прибегал посыльный от гильдии охотников, сказал, что за полным расчетом по туше монстра можно будет зайти к ним после обеда. Нам с тобой, получается, по сотне золотых, остальная примерно треть, сам понимаешь, в общую кассу.

Я прекрасно помню озвученную оценщиком цифру, триста двадцать три рубля и если от этой суммы отнять две сотни, остаток никак не равен трети. Но залупаться не стал, поскольку вступать в пререкания с благодетелем себе дороже. Еще прежняя жизнь научила меня умению искать и находить компромиссы со всякими недоговороспособными субъектами.

Единственные господа, с которыми я не сумел найти общий язык, оказались младо-перестройщики, иными словами, присланная на завод новым владельцем команда кризисных менеджеров. Удивительно, но путем оптимизации, модернизации и сокращения штатов этим ребятам удалось буквально за полгода создать кризис на ранее успешном предприятии. Воистину оправдали свое название. Когда до сведения гендиректора и фактического владельца дошла информация о том, что успел натворить в самые кратчайшие сроки его любимый сынуля, остатки волос на его голове поднялись дыбом, а самого его едва инфаркт не хватил. Жаль, что я не стал свидетелем этой сцены, поскольку буквально через месяц после появления на территории завода кризисного десанта смекнул, к чему дело катится, и пока в заводской кассе еще хоть что-то оставалось, предусмотрительно подал заявление на увольнение. Получил расчет в полном объеме и слинял на давно заслуженный отдых.

Потом, правда, приходили ко мне представители восстановленного в правах прежнего руководства, предлагали вернуться на старое место даже с повышением в окладе. Но я, наотрез отказался, поскольку в деньгах ничего не потерял. Как оказалось, ремонт чужого автотранспорта может приносить неплохие доходы, если к этому относиться с душой.

Размер купеческого дома и примыкающей к нему парковой зоны с прудом, в котором степенно плавали гордые лебеди, с ними дикие утки, прилетевшие в наши края на лето. Интересно, над городом непроницаемый полог, над поместьем Кулебяко второй защитный контур. Возникает вопрос: каким образом этим пернатым удалось проникнуть через непроницаемые барьеры? Впрочем, не о том думаете Дмитрий Николаевич. Ближе к телу, как говорил Ги де Мопассан. А может, и не говорил, но фраза на слуху.

Сам Тарас Варфоломеевич общаться с мастерами, явившимися устранять поломку фонтана, не посчитал нужным — не той величины птицы мы с Отрепьевым. Ну и ладно, у меня также нет особого желания разговаривать с высокомерным купчиной. В качестве сопровождающего нам определили какого-то хлыща в богато расшитой серебряной нитью лакейской ливрее. В общении с нами он был высокомерен и сразу же проявил пренебрежительное отношение к каким-то сантехникам. Ну да, золотарями мы не стали представляться, назвались по моей инициативе работниками сантехнической службы.

Интересующий нас объект располагался неподалеку от парадного входа в дом и представлял собой живописную группу бронзовых фигур из древнегреческой или древнеримской мифологии. В центре, вроде как Зевс (или, Юпитер), вокруг него какие-то красивые тетки (вроде как богини и нимфы) с обнаженными сисяндрами, а некоторые и вовсе голяком. Амур крылатый со своим луком целится в спину какой-то юной девчонке. Черт рогатый в обнимку с красавицей. Фигуры были до того реалистичны, и, как это ни странно, динамичны, что бушующие в моем юном организме гормоны, отреагировали на столь откровенную порнуху самым естественным образом. Благо полы куртки прикрывали взбугрившуюся паховую область, иначе получился бы полный конфуз.

Боже мой, какое непотребство! Пришлось заставить себя думать о чем-то нейтральном. Помогло. Кровь постепенно отхлынула от сокровенного органа. Во всяком случае, бронзовые тетки перестали будоражить страдающий от хронического спермотоксикоза мой юный организм.

Блин, с этим нужно как-то решать. Серьезные отношения мне ни к чему… Тут из Митькиной памяти я выудил воспоминание об одной бойкой купчихе Агафье Терентьевой. Очисткой выгребной ямы на её подворье мой реципиент занимался около недели тому назад. Классическая ситуация — муж в командировке, а бабе хочется мужской ласки, до того, что была готова отдаться юному говночисту. К сожалению, Димон не понял прозрачных намеков дамы. Точнее, понял, но посчитал тридцатилетнюю женщину едва ли не старухой. Ему ровесницу подавай. Чудак парень. Не понимает, что тренироваться в любых делах нужно с опытными наставниками, а не с какими-то неопытными мокрощелками. Купчиха его ко всему прочему и покормила бы от пуза. Ладно, этот вопрос нужно будет срочно порешать. Сегодня же вечерком наведаюсь к даме под предлогом, дескать, забыл где-то нужный инструмент. Вполне возможно, у нее на подворье. И если муж еще не вернулся… Так, стоп! Только избавился от стояка, естество по-новому начало подниматься.

Подойдя к фонтану, я абстрагировался от притягивающих взгляд голых теток. Все мое внимание было сосредоточено на многочисленных форсунках, из которых немощными струйками вытекала вода. Причина для меня понятна. Тут к бабке-гадалке не ходи, виной падение давления в системе. А вот чем именно оно вызвано, пока не ясно.

Снял сапоги с портянками, закатал штанины выше колен и шагнул в небольшой бассейн, окружавший скульптурную группу. Подойдя к одной из наяд, положил руку на её бронзовое колено и запустил своих «шмелей». Много времени на диагностику не потребовалось. Мои магические насекомые проникли внутрь системы и, тщательно просканировав её, обнаружили наличие в главной трубе подвода воды к системе инородный предмет, препятствующий доступу жидкости к форсункам-распылителям. Что касательно прочей фонтанной маго-машинерии, как доложили мне «шмели», все было исправно и при наличии достаточного количества поступающей воды готово к работе. Ладно, хоть тут обошлось без засады.

А вот насчет собственно инородного предмета, я очень сильно удивился. Водоподводящую трубу перекрыл кожаный кошелек, основательно набитый золотыми и серебряными монетами. Меня аж зуд от предвкушения обладания сокровищем пробил. Словами не передать, сколько сил мне стоило унять внутреннее волнение и подавить желание хорошенько от души выматериться.

Вот она первопричина «поломки» фонтана. Скорее всего, кто-то из ушлых слуг, воспользовавшись ротозейством хозяев, умыкнул туго набитый монетами кошель. Воришка ничего лучше не придумал, как спрятать тяжелый мешочек на дне цистерны питающей систему водой, да еще в непосредственной близости от горловины водозаборной трубы. Поток воды оказался настолько мощным, что кошелек вместе с содержимым буквально затянуло внутрь системы. Пройдя около четырех метров, инородный предмет миновал колено и четко вписался в диаметр трубы, ведущей непосредственно к распределительному коллектору, тем самым основательно её закупорив. Жаль, без вскрытия до пробки не дотянуться даже с помощью моих «шмелей». Вот был бы телекинетиком, тогда другое дело. Ладно, как любил говаривать один мой приятель Николай Сивуха из села Сивухи, что под Черниговом: «Це дило треба разжуваты».

Итак, причина, из-за которой фонтан не функционален на данный момент, установлена. Теперь нужно все обставить таким образом, чтобы её устранение выглядело делом не пустяшным, а решением серьезной инженерной проблемы. Но самое главное, содержимым кошелька я не собираюсь ни с кем делиться, включая уважаемого мной Борова, который, как оказалось, даже в мелочах пытается соблюсти свою выгоду. Шкура он и есть шкура. Прям так и отдаст более трети от золота, вырученного за убитую тварь, в общак бригады. Как минимум, половину себе заберет, ибо в финансовых делах никому не подконтролен.

А еще меня удивило, что реальному Митьке Кравцову лишь изредка удавалось наткнуться на медяк или серебруху. Однако лишь стоило мне оказаться в его теле, денежки тут же посыпались на меня, как из рога изобилия. Может я типа того Мидаса, только не обращаю в золото всё, до чего дотянутся мои шаловливые ручонки, а просто притягиваю к себе драгметаллы. Было бы здорово, окажись это правдой. Однако что-то внутри меня настоятельно бубнит, что подобная халява не бывает постоянной. Рано или поздно, полоски на теле «зебры» могут закончиться, вот тогда наступит, самая настоящая жопа.

Ну, всё, хватит, о плохом больше не думаю. Пока дела у меня идут более или менее, «куем железо» со всей возможной страстью к максимальной поживе.

Итак, мне нужен газовый или разводной ключ, чтобы открутить болты фиксирующих трубы хомутов и много еще кое-чего по мелочи. К сожалению, золотарям такой инструментарий не полагается, так что придется мухой метнуться в ближайший специализированный магазин.

Вернулся к пристроившему свой необъятный зад на гранитном парапете фонтана и успевшему изрядно заскучать Борову.

Чтобы никто из слуг не подслушал, пришлось предельно снизить громкость голоса:

— Спиридоныч, фонтан отремонтирую за пару часов. Там камень закупорил трубу. Нужно разбирать участок водовода. По-другому никак. Для этого понадобится трубный ключ или универсальный разводной, зубило, молоток, пакля, сурик и пара широких стальных хомутов. Только ты никому не говори. Узнает Кулебяко, что все так просто, не выплатит всей обещанной суммы. Короче, я слетаю в магаз, а ты пока походи тут с умным видом, кулаком постучи по буферам бронзовых теток, ухо поприкладывай. В общем, делай вид имитации рабочего процесса. Главное, чтобы заказчик был уверен в том, что его не наё… ну ты меня понял.

— Ушлый ты парень, Димон, — покачал головой бригадир, то ли осуждающе, то ли одобрительно. — Далеко пойдешь, если кто-нибудь не менее ушлый ноги тебе не переломает. Ладно, беги в лавку Клюева, что на самом входе в центральный рынок. Скажешь, мол, Отрепьев прислал. Возьмешь у него все, необходимое для ремонта, а я с ним опосля рассчитаюсь.

Вот и хорошо. Я уже с частью кровных сбережений успел мысленно распрощаться. Спасибо Борову не ввел в растрату, да и в свою конуру за финансовыми средствами бежать не придется, как я планировал. Но, все равно, деньгами из обнаруженного мной кошелька делиться с ним не собираюсь. Мне еще дом покупать, скорее всего, ремонтировать и новую мебель приобретать. Так что траты ожидаются весьма серьезные. А у Отрепьева всё есть и дом, и жена, и дочка красавица Анюта добрая обходительная и внешностью на отца ни внешностью ни характером абсолютно не похожа…

Всё-всё, чужие матримониальные отношения меня не касаются. А насчет «пускать слюни в сторону любимой дочурки» Боров предупредил Дмитрия ещё при его поступлении на работу, дескать, башку открутит, если будет глаза пузырить на Анютку.

Центральный городской рынок располагался на территории так называемого Среднего города. То есть места обитания торговцев среднего достатка, мелких чиновников, даже вполне зажиточных граждан, не пожелавших выкинуть немыслимую сумму для приобретения престижного жилья в Верхнем городе.

В отличие от халуп и чавкающей под ногами грязи Нижнего города, где селилась городская беднота и рабочие малопрестижных специальностей, типа моей, проезжая часть и тротуары здесь были выложены брусчаткой, в палисадниках клумбы с разноцветьем тюльпанов, крокусов, гиацинтов и других растений, названия которых мне неизвестны. По обочине дороги растут раскидистые липы, каштаны и дубы, создавая в летний сезон эффективную защиту лучей палящего солнца.

Несмотря на будний день, народу на рынке было прилично. Лавку Клюева долго искать не пришлось, поскольку я уже неоднократно её посещал с всякими поручениями от босса.

— Доброго утречка, Семен Михалыч! — я вежливо поприветствовал лавочника, худосочного мужчину лет едва за пятьдесят в очках с толстенными стеклами и вечно недовольной миной на желтушного цвета физиономии.

— Какое на хер утречко, Митяй⁈ — Громко воскликнул торгаш и тут же традиционно схохмил на, как ему казалось, близкую мне тему: — Солнце встало выше ели, срать пора, а мы не ели.

— Вообще-то, половина десятого официально считается утром, — поправил я Семена Михайловича. А пусть не умничает и не тычет пальцем, мол, я — торговец, ты — говно.

— Это ты что сейчас сказал? — Владелец лавки недоуменно выпучил на меня свои невыразительные зенки. — Это когда же ты, Митька, поумнеть успел до такой степени, что старшим дерзишь⁈ Запомни, если Семен Михайлович Клюев сказал, что никакое сейчас не утро, значит, оно так и есть.

Но тут уж и я не удержался от подковырки:

— А если в твою лавку войдет сам городской голова Егор Спиридонович Устюжанин и скажет тебе «Доброе утро!», ты его тоже срать пошлешь? — В ответ лавочник пробубнил что-то насчет заговоривших чурбанов и в край распустившейся молодежи. Мне же вступать в дискуссию с упертым торгашом было не с руки — работу нужно работать. — Кароч, мне нужен разводной ключ, можно переставные клещи «галочка», пара широких стяжных хомутов из нержавейки для трубы диаметром двести миллиметров, метровый кусок бычьей кожи шириной двадцать сантиметров, пакля, банка краски на основе железного сурика, зубило и обычный слесарный молоток… пожалуй, на этом и всё.

Спустя пять минут, я топал обратно в поместье купца Кулебяко, обремененный довольно тяжелой ношей, при этом вполне довольный в предвкушении скорого очередного обогащения. Интересно, сколько там денег? Впрочем, гадать смысла не имеет. Главное, чтобы Боров ни о чем не догадался. А он и не догадается, поскольку не с его тушей лазать по узким сантехническим колодцам. По пути присмотрел придорожный булыжник, который должен буду предъявить Отрепьеву в качестве доказательства существования пробки.

Вернувшись к фонтану, мы вместе с Боровом сняли крышку люка коллектора ведущего к емкости с водой и перекрывающим подачу воды вентилям. Затем, не обращая внимания на снующую по двору прислугу, я деловито разоблачился до трусов и вместе с сумкой нырнул в темный зев подземелья. С проложенными по нему трубами. Отрепьев даже попытки не сделал за мной последовать. Вот какое ко мне доверие у бугра. Хе-хе-хе!

В коллекторе было темно и промозгло. Пришлось зажечь свечу, которую я предусмотрительно прихватил из своей каморки. Первым делом наглухо закрутил главный вентиль подачи воды в систему водоснабжения фонтана. Далее попытался открутить ключом-галочкой изрядно закисшие болты, удерживающие старые хомуты. Не получилось. Сейчас бы сюда пшикалку WD-40, был бы толк. Ладно, и без нее обойдемся как-нибудь. Пришлось срубать оба хомута посредством зубила и молотка. После того, как труба освободилась от удерживающих её полосок стали, мне пришлось прилагать невероятные усилия для того, чтобы попытаться сдвинуть с места метровый участок чугунной трубы, в котором, собственно, и находилась истинная причина затора. Оно, конечно, не газосварка но с проблемой герметизации труб с помощью льняной пакли и сурика предки справлялись на отлично. Более того, за годы, истекшие со времени постройки фонтана, пакля в совокупности с краской превратилась в монолитную несокрушимую прокладку, буквально въевшуюся в поры чугуна и надежно удерживающую трубу безо всяких хомутов. Помучившись изрядно, я, наконец, вспомнил, что маг. Ну а дальше мои невидимые «шмели» мигом уничтожили затвердевшую до прочности стали обмотку и неподатливая чугуняка легко сдвинулась с места в направлении трубы меньшего диаметра.

Ну, вот и моя очередная «прелесть». Извлеченный кошель оказался достаточно объемным и весьма увесистым. Изучать содержимое не стал. Сунул находку на дно сумки, прикрыл прихваченными тряпками. Булыжник положил в натекшую из трубы лужу, чтобы был мокрым и чистым, когда я его предъявлю Борову. Как-никак неделю в воде пролежал, если не чистым, хотя бы мокрым непременно должен быть.

Дальше я действовал как заправский маг-сантехник, который всю жизнь только этим и занимался. Для начала мои шмели 'расперли примерно на пять миллиметров трубу, в которую должен войти конец извлеченного участка. Затем настолько же уменьшили диаметр противоположной трубы. Обмотал конец-папу основательно пропитанной суриком паклей и запихнул в трубу большего диаметра, глубже, чем нужно. Далее ту же самую операцию проделал, но уже с трубой, которая должна войти в извлеченный мною участок трубы с другого конца. Двинул довольно тяжелую чугуняку так, чтобы она встала на прежнее место. Наконец с помощью все той же магии сжал трубу-маму с одного конца и расширил трубу-папу с другого. Неплохо получилось, аж краска брызнула, пузырясь, из обоих стыков. По идее, тут всё уже вполне герметично и надежно, даже хомуты без надобности, поскольку я максимально уменьшил зазоры между трубами, никакого шатания не наблюдается. Но все-таки хомуты я установил, замотав на всякий случай места стыков труб поверху все той же льняной паклей, пропитанной железным суриком и накрыв кусками кожи. Если проектом предусмотрено наличие хомутов, пускай будет. Вот только если кому-нибудь придет в голову идея спрятать еще один кошель в цистерне, и его засосет в трубу, я не позавидую тем, кто будет заниматься устранением проблемы. Но если вызовут меня, справлюсь легко.

Вот и все, пора на свет божий выбираться, доложить бригадиру о благополучном завершении ремонтных работ. Заодно и камень-улику предъявить.