Сразу после схватки с Рамоной Леа тщательно приняла душ в апартаментах, хорошенько оттерла тело и переоделась в чистую одежду. К счастью, кроме пары синяков, она не получила серьезных повреждений; порезы или колотые раны от ножа Рамоны могли бы выдать ее как преступницу.

Черные джинсы, черную футболку, кроссовки и резиновые перчатки, которые были на ней до этого, она запихнула в пластиковый пакет, утяжелила его камнями, тщательно завязала и на закате бросила в море с причала марины. Леа внимательно следила, чтобы ее никто не видел. К счастью, большинство отдыхающих все равно были на азиатском огненном шоу на большой террасе.

С облегчением, что первый важный шаг сделан, она вернулась на территорию отеля.

Леа знала, что тело Рамоны найдут совсем скоро. Самое позднее – завтра к одиннадцати утра, если майоркинка не явится на следующий воркшоп. И тогда Кинтана вместе с майоркинской полицией прибудут с еще большим числом людей. После Кэте ван Цвитен и Гернота это была уже третья смерть за короткое время. В отеле разразится полный хаос. Если власти его и так сразу не закроют.

– Но к тому времени я уже буду далеко, – пробормотала она себе под нос, шагая между апартаментами.

– Без письма?

– Да… – Леа резко остановилась, заметив, что Пакула направляется к апартаментам Рамоны. – В крайнем случае и без письма, – пробормотала она. Где же могли быть эти проклятые письма, если не в апартаментах Пакулы или Рамоны? Возможно, они лежат в одном из офисов на ресепшен.

– Что он там делает, черт возьми?

– Понятия не имею. – Леа пошла дальше, уже медленнее, следуя за Пакулой.

Он действительно направлялся к апартаментам Рамоны. Когда он подошел к входной двери, Леа спряталась за пальмой. Из-за живой изгороди у входа она не могла разглядеть, что делает Пакула. Но, похоже, он наклонился. Наверное, нашел сумочку и туфли Рамоны.

– Тебе нужно было закинуть все это в апартаменты!

– Дааа… – прошипела Леа. Осторожно приблизившись, она увидела, как Пакула вытащил оружие и вошел в апартаменты.

– Shit! – вырвалось у нее. Теперь тело обнаружат гораздо раньше, чем она надеялась. В ближайшие часы здесь начнется настоящий ад, и земля под ее ногами будет гореть.

Учитывая такой поворот событий, стоит ли ей остаться еще на один день, чтобы попытаться найти письмо? Или, как планировалось, уехать домой завтра утром? Она грызла ноготь, сомневаясь, пока в конце концов не отломила его зубами. Проклятье!

Конечно, Камилла понимала, в какой ловушке оказалась Леа.

– Ты не можешь отсюда уехать, пока не найдешь письмо!

– Что мне тогда делать? – прошипела Леа. – Остаться еще на один день в отеле? Мне нужно домой, в Куфштайн!

– Из-за фундамента?

– Нет, из-за большого вечернего шоу «Bares für Rares» по телевизору. Конечно, из-за фундамента! Мне нужно быть дома, когда приедут рабочие.

– В крайнем случае можно перенести встречу. Скажи, что ты больна.

– И рискнуть, что за это время кто-нибудь найдет тело Вики? – прошептала она. – Нет, нужно наконец залить могилу Вики толстым слоем бетона, прежде чем какой-нибудь бродячий пес начнет ее раскапывать. – Ее нервы больше не выдерживали этой неопределенности.

– Но если кто-то прочитает письмо, тело Вики найдут наверняка. Поэтому…

– Ты упустила один момент, гений, – пробормотала Леа.

– Ну, это интересно.

– Как только майоркинская криминальная полиция опознает тело, выброшенное на берег, испанские власти уведомят австрийское посольство, а те – Венское федеральное уголовное ведомство. И тогда они заявятся ко мне домой, чтобы со скорбными лицами сообщить о трагической судьбе моего спутника жизни.

Камилла молчала.

– Так что к этому моменту я обязана быть дома, – продолжила Леа. – И в худшем случае это может случиться уже завтра или, самое позднее, послезавтра.

– Ладно, ты права…

– Да, тут тебе уже нечего возразить, – проворчала Леа. Решение было принято. Завтра в 6:30 утра она сядет на паром до Барселоны – независимо от того, что произойдет за это время. Путешествие обещало быть утомительным, зато в поезде можно будет поспать и к утру пятницы выглядеть свежей и отдохнувшей.

Она продолжала смотреть на апартаменты Рамоны. Странно, но до сих пор оттуда не донеслось ни вопля ужаса, ни панического крика о помощи. Прошло уже несколько минут, а Пакула все еще находился внутри.

– К тому же у меня еще есть эта ночь, чтобы как-нибудь заполучить письмо, – сказала она вслух.

– И где оно может быть?

– Возможно, на ресепшен.

– У меня есть идея, как одновременно устранить этого ментального коуча и устроить хаос в комплексе.

– У меня тоже. – Леа направилась к пляжному бару, который располагался прямо рядом с дискотекой.

В толпе гостей она протиснулась к барной стойке и вытащила из поясной сумки визитку Кинтаны. Затем, воспользовавшись старым стационарным телефоном, позвонила майоркинскому комиссару.

– Hola? – ответил он после третьего гудка.

Она прикрыла ладонью микрофон и изменила голос:

– Я только что стала свидетелем убийства в апартаментах отеля «Аурелия Бэй Клаб Резорт».