Место действия: Земля, Техас. Город Эдем.

Время действия: 13 сентября 2060 года

— Ну что же. С новым составом мы определились. Поздравляю со вступлением в мою личную гвардию. — Произнес я задумчиво, глядя с высоты на отобранных двадцать шесть бойцов, почти пиковых мастеров или тех, кто обладал огромным потенциалом. На фоне других, конечно же. И хотя для меня они все выглядели бесполезными слабаками, так что первоначально вообще был соблазн не заморачиваться со всем этим. Но голос разума все же оказался сильнее. Я не смогу разорваться на тысячу частей, чтобы догнать всех убегающих. Вернее, мог бы. Если бы уделил куда больше времени освоению своих сил духа.

Создать армию из сотни сильных духов? Сотни копий себя, что не знают ни страха, ни сомнений, что действуют в идеальной синхронности. Все это было возможно. Все это было реализуемо. Даже реализуемо, не сейчас, позже, создать духов этапа владыки. Хоть это и было бы безумием. Никто в здравом уме не стал бы таким заниматься. Ибо если я создавал бы реально сильных конструктов, то неизменно вкладывал бы в них частичку своего духа, а может, даже, и души. Ведь чем дальше, тем больше таких подозрений возникало. Но каким бы сильным ни получился дух, тем более армия из них, они все равно будут умирать. Будут своими жизнями выменивать тактическое преимущество. А значит, вместе с ними будет умирать и мой дух, откатывая культивацию. Так что тут или создавать только пиковых мастеров, или ограничиться всего парой дополнительных тел, что будут отсиживаться в сторонке, фармя потенциал, а может, даже, и конденсируя новые частички духа.

Вот только основным сдерживающим фактором было даже не то, что на реализацию подобного уйдут дни, недели, а может, и месяцы, если я хотел духов этапа владыки. А то, что я попросту боялся. Боялся потерять себя, став безумцем. Мне и так хватало безумия стихии, что каждую секунду шептало и ломало волю. Мне хватало того, какие тайны мироздания мне открылись. И становление монстром могло меня доломать, что-то окончательно изменив.

— Несправедливо… — Вырвали меня из раздумий чьи-то слова. Вернее даже шепот. Едва слышимый. Но я уловил это колебание воздуха. Этот звук. Пускай породивший его и стоял уже за сотню метров.

— Чем несправедливо, старик? — Толпа дрогнула от моего голоса. Вспыхнули покровы. Трава и кустарники пожухли, начав обугливаться. А я с неудовольствием отметил, что стихии начали выходить из-под контроля. Одного момента задумчивости хватило, чтобы вместо просто вопроса я надавил на целую толпу мастеров. И хвала небу, здесь не было никого слабее. Отбор мы проводили за городом. Хотя и в Эдеме средний уровень сил зашкаливал. Столица дистрикта. В ней собирали только самых… На удивление, не самых богатых, ибо богатство в современном мире исчезло как термин. Ты или был силен. Или был ничтожеством. Но помимо этого ценились и личные качества и умения. Лекари, артефакторы, умельцы, редкие обладатели крайне специфических стихий и умений. Пускай артефакторы, те, что без умений, пока что максимум могли делать светящиеся кристаллы, были и не так полезны. Но в них был потенциал. Поэтому им и дозволяли жить здесь.

— Несправедливо заниматься отбором только по внешнему виду и формальным параметрам. Звезды решают не все. Как и стихии. — Ни сколь не смутившись, ответил мне пожилой мастер, которого я отбраковал. Он не прошел лишь чуть. Но не прошел. А я не собирался раздувать свою гвардию сверх меры. Их контракты и так значили многое. Они рисковали. Рисковали тем, что я мог в любой момент забрать их в кольцах, неся на миссию. И даже не говоря про риски умереть в бою, они рисковали собственной свободой, если я умру, так и не выпустив их. За это полагалось платить. И платить немало. И даже если для многих граждан, хотя и чаще только тех, кто жил в «привилегированных» городах, был даже безусловный базовый доход в кристаллах низкого грейда, мне из своей доли тоже пришлось выделять часть.

Это я еще долго думал над тем, почему бы мне не вложиться кристаллами четвертого этапа в самых перспективных, чтобы провернуть с ними такой же финт ушами, что и Саманта со мной. План выглядел надежным, как швейцарские часы, пока я в долгих разговорах снова не убедился, что становление владыкой считалось чем-то из ряда вон выходящим. Весь мой опыт, личный, и даже наблюдение за бандитом-молниевиком, было исключением из правил.

Большинство же, даже застыв в верхней точке мастера, даже сжирая кристаллы четвертого этапа, скорее травились ими, получая травмы. Но не возвышались. Правда, у меня был еще и золотой песок. И можно было рискнуть им. Зачем? А все для того же. Для прибыли. Один флаер уже прибыл вчера, высыпав мне гору «зарплаты». Гора состояла из одной капли четвертого этапа, нескольких сотен третьего. Ну и многих тонн кристаллов поменьше, если бы они хоть что-то весили, а не парили вопреки законам физики.

Размер «зарплаты» был прямо пропорционален размеру дистрикта и соответственно тому, что добывали дроиды и артели охотников в паутине, входя туда с моей территории. Так что еще один вассальный владыка мог бы поднять мне доходы, как и я сейчас поднимал доходы Саманте, отдавая половину. Это было тяжело. Разбираться во всех этих хитросплетениях, интригах и политике. И хотя мой разум с легкостью вмещал все это. Но мне было тяжело чисто психически. Ведь я привык к свободе. К битвам. К тому, что вся добыча достается нам с Нелл. Правда, и жалеть о решении я не мог. Ведь продолжай мы быть одиночками, и наши заработки бы начали сильно падать.

Катастрофически, я бы сказал. Ибо я успел уже и посмотреть сотни видеозаписей с дроидов, показывающих «охоту». И надо сказать, зрелище это было удручающее. Пугающее тем, что человечество выжигало намертво все окружающие миры, делая это слишком быстро. Наша экспансия прокатилась волной по тысячам локусов. Не без трудностей. Не без проблем. Законы Неба наказывали и дроидов, и тех, кто ими управлял. Говорят, в начале многие высокопоставленные практики тоже распадались в пыль, пока не был нащупан «условно безопасный путь». Так что большинство миров сохраняли свою экосистему. Законы неба были интуитивно понятны. Выжигать лес ради охоты на зайцев нельзя. Но вот прицельно расстрелять каждого зайца? По пути сломав половину леса? Вполне себе. Это законы дозволяли. Как и дозволяли применять сколько угодно ядерных зарядов против сильных врагов, если целю была победа, а не геноцид. И с этим тоже была беда. Дефицит боеголовок. Такой дефицит, что тот шок в глазах Саманты в ответ на мою жадность теперь мне был абсолютно понятен. Человечество исчерпало свои стратегические запасы. А производить даже термояд в условиях апокалипсиса было откровенно сложно. Именно поэтому мои личные запасы в тридцать пять зарядов можно было счесть невероятным расположением и щедростью.

— Артур лично проверял наши силы в бою. Оценивал возможности. Ведь и тогда пол сотни пиковых мастеров смогли его напрячь, заставив выложиться на полную. А ведь он был сильным владыкой. — Закончил свой манифест старик. И с явным намеком на то, что моими действиями он был недоволен.

— Считаешь, я вас недооцениваю? Считаешь, я преувеличиваю свои силы? Считаешь, я тщеславен? — Мой голос прокатился по округе. И во взглядах многих адептов я снова это увидел. Недоверие. Презрение. Та непонятная гамма чувств, что испытывают к новому начальнику, когда прошел слух, что он выскочка и будет устанавливать новые порядки. А я действительно принялся кое-что менять, не стесняясь плевать на чужое мнение. Они пытались это скрыть. Но адепты… Мы не привыкли прятать свои эмоции. Ведь наши эмоции и стремления и становились нашим «Путем». Другие, те кто заткнулись бы вовсе, вряд ли бы достигли такой силы.

— Многие здесь так могут думать… — Уклончиво ответил Педро. Хотя и это было откровенно смелым поступком. Перечить владыке могло оказаться опасно для здоровья и жизни.

— Я ценю честность. Так что сделай одолжение. В следующий раз говори все открыто и сразу. Ведь остальные тут, кажется, вообще маленькие девочки и мальчики, что стесняются сказать о своих чувствах. Стоят, застенчиво, мнутся… Может быть, копят обидки… — Мой голос стал настолько презрительным, насколько это вообще было возможно. Ведь я в идеале мог скопировать любую интонацию. Снизу, словно бы вскипая, поднялась волна стихий. Каждый себя сдерживал. Вокруг каждого сила колыхнулась лишь едва-едва. Но и этого хватило, чтобы от почти сотни адептов вверх поднялся хаос энергий.

— Говоришь, Артур проверял вас боем? Хорошо. Как насчет боя меня против вас всех. Я не буду применять атакующие техники кроме покрова. Не буду выплескивать стихии. И не буду даже держать оружие. — На этих словах в моих руках появился посох. Просто деревянная палка, которую я окружил аурой энергий. После чего рухнул вниз, оказываясь почти в центре толпы. И все, кто стоял рядом, напряглись, готовые атаковать. Но не начиная.

— И чего вы мнетесь? Думаете, если застенчиво переступать с ножки на ножку, то вы сможете стать сильнее? Нифига. Тогда вам лучше вообще уйти отсюда. Мне не нужны слабые адепты. А сила дается лишь тем, кто готов пойти до конца. И выйти за грань, отбросив сомнения… — Только я договорил последнее слово, упавшее набатом. И мир вспыхнул. Один из адептов смазанной тенью оказался рядом, обрушивая на меня сразу шесть ударов мечами. Один настоящий и пять фантомных, сотканных из ци.

Хлопок! — Тело отреагировало само. Подчиняясь единственному приказу. Перестать сдерживаться. Перестать сдерживаться так же, как и в том бою, воспоминания о котором до сих пор захлестывали меня. Дух внутри вспыхнул. На самую малую мощность. Лишь чтобы своим отсветом напитать всю энергосистему, осветить ее, как лампочка освещает комнату. Энергетический экзоскелет включился в работу, хотя я и сам не особо понимал, как он сейчас работал. Но в итоге воздух просто вскипел под моей рукой, с хлопком рвясь. А адепта куклой отбросило куда-то, промяв его покров насквозь. Наверняка он получил серьезные травмы. Вот только я-то планировал продемонстрировать свою силу без смертей…

А потому следующие мгновения я гасил в себе разбушевавшиеся стихии. Те, что и промяли покров одним ударом. Те, от которых посох в моих руках разлетелся в пепел, не выдержав силы. Быть может, кто-то и мог аки герой легенд ударом вишневой веточки рассекать мир, так чтобы не потревожить нежных лепестков. Но вот мне это было недоступно…

Вспышка. - Через миг меня смело. Затопило волной концептов, отбросило назад, закрутило и попыталось порвать на части. Но больше тормозить я не собирался.

Небесный шаг! - И тело начинает двигаться на сверхзвуковой скорости. Удар ноги, хлопок. Движение руки, снова воздух вскипает. Это было нелегко. Даже неуклюже. Я барахтался как собачка в невесомости, на которую нацепили реактивные двигатели. От той завершенной изящности, как в бою с Гаем, не осталось и следа. Но тогда я был под просветлением. Тогда меня вело безумство стихий. Сейчас же я без всего этого попытался взять под контроль возможности своего тела.

Опора! — Ступня все же коснулась земли, вернее куста, что на таких скоростях стал прочнее металла, но все равно смялся, давая мне точку опоры и позволяя кинуть себя вперед.

Удар! — Ладонь врезается в чужой покров. Проминает его, касается тела. Мягко. Человек начинает отлетать.

Форсаж мыслей! - Я пытаюсь разогнать себя. До максимума. Еще сам не привыкнув ко всему этому.

Удар ногой. И очередного практика отбрасывает. Впрочем, как и меня. Но я уже рукой цепляю следующего. Прежде чем сверху меня накрывает облаком огня. Ведь каким бы быстрым я не был, мастера под просветлением тоже могут за мной уследить и даже атаковать. Нога толкает тело в сторону. Удар другой ногой. Но мне по зубам прилетает мечом. Хоть тот и вязнет в покрове. После чего меня бросает вперед, а защита хрустит. И я удивлением рассматриваю стрелу в своей спине. Венец из эктоплазмы все еще обрамляет мою голову. Позволяя видеть во все стороны разом. Но летящую на сверхзвуке стрелу я все же не успел заметить. Впрочем, она завязла в последних слоях покрова, так и не нанеся вреда. А вот следующий удар, пылающим мечом, совпавшим с еще парой техник, оставляет на шее царапину. И не будь у меня такой феноменальной скорости и кругового обзора, я бы уже остался без головы. Ибо против меча, пожирающего души, непонятно как оказавшегося у гвардейца, мой текущий покров все еще был слабоват. Хоть владыки уже и могли противостоять этим ударам на личной силе.

Сознание глухо записывает важную информацию. Узнать, сколько вообще таких мечей есть у гвардейцев. И то, что даже беспечного владыку можно завалить толпой. А внутри вспыхивает ярость, которую я давлю усилием воли. Ибо ставить всех на колени волной звона разрушения было бы не только глупо, но и нарушением собственного же слова.

Кулак впечатывается в плечо, проминая покров, ломая кости и отбрасывая владельца артефакта. А я, наконец, позволяю себе поглотить немного просветления, после чего мои движения разом становятся плавнее и совершеннее. Со всех сторон, и сверху, обрушиваются десятки ударов. Я вижу, как адепты мешают сами себе. Как кто-то попадает под дружественный огонь. Но даже так мощь обрушившихся на меня атак заставляет защищаться всеми силами. Однако моя цель не проверка и улучшение покрова, тем более что даже осколков просветления четвертого этапа у меня почти не осталось, а предыдущие плохо уже работали на техники. И цель была даже не в том, чтобы проверить уровень бойцов, хоть и это было важно. Сейчас моя цель была в оттачивании своих навыков. А если конкретно, навыков ближнего боя. Без техник, без выплескивания стихии. Только возможности тела. Только познание пределов своей выносливости, которой никогда не было много.

Бездна! — Через несколько ударов сердца обратился я к этой силе, заполняя тело и звезды багровой дымкой. Отмеряя ее каплями для каждого движения. Вкладывая ее в каждый вздох и каждый такт боя. Ведь в бою с Гаем я допустил ошибку, прибегнув к ней так поздно. Начни я использовать багровое марево с самого начала, но по чуть-чуть, и не пришлось бы себя сжигать потом.

Покров, мощь тела, и удары. Тысячи ударов, обрушивающиеся на меня, и сотни ударов, что я давал в ответ. Аккуратных, иногда почти невесомых. Удары кулаками, ладонями, ногами. Даже без оружия. Ведь так, как Гай, создавать оружие из духовной силы, я не мог. Раз за разом. Движение за движением. Это стало напоминать медитацию. Ведь хоть я и не проявлял стихии в реальность, но ничто не мешало им бурлить внутри, захлёстывая тело и разум.

Адепты отлетали как кегли, даже несмотря на всю мою аккуратность. Но почти всегда они возвращались, даже с травмами. Только иногда кто-то выбывал, поняв, что больше ему тут делать нечего. И с каждым ударом противники действовали все изощреннее. Пускай они не могли аки внешники создать коллективные техники. Но объединение усилий явно ими отрабатывались, так что меня встречали плотные группы, чьи щиты почти сливались, а те, кто стоял сзади, обрушивали волны разрушительных атак.

Удар ногой. И половину группы сбивает как домино, а я продолжаю использовать инерцию, что на подобных скоростях становится непреодолимой силой, вторым ударом снося остальных. Внутри беснуется вечное звучание, вобравшее в себя пустоту и боль, что теперь выливается в мир в виде симфонии движений. А я понимаю, что даже не успел устать. Вливание энергии бездны позволило чудовищно сэкономить на тратах ци, хоть и начало напрягать энергосистему. Только тело могло устать и подвести. Ведь даже тела владык были не вечны. И не могли без отдыха двигаться на подобных скоростях.

Вот только я все ускорялся. Мои движения становились все точнее. Вывереннее. Но точнее в плане логики или повторения. Они становились лучше той странной стихиальной направленностью. Безумием. Тем, что когда-то писатели пытались назвать «пьяным стилем», хоть это не отражало сути процесса. Но служило пускай и отдаленным, но намеком на суть происходящего. Попыткой выразить то, что могли познать и обычные мастера боевых искусств. Наверное могли, ведь хоть этого почти никто и не знал, но и до прихода Неба в нашем мире была магия, пускай и почти иссякнувшая. Вот только меня из медитации боя вырвал резкий писк. Писк, раздавшийся за несколько километров, но услышанный мной тут же. Ведь по всему городу были расположены с десяток созданных мной духов, на которых я все же нашел время. И несколько сидели рядом с коммуникаторами, освобождая меня от обязанности таскать их на себе.

Звон разрушения! - Все оборвалось в один миг. Слишком резко. Болезненно. Те, кто готовил техники, захлебнулись откатом. Те, кто бежал, превратились в неуправляемые снаряды, взметающие своими телами клочья пепла и каменной породы.

— Достаточно! Надеюсь, вы достаточно опробовали свои силы против владыки и вынесли уроки. Особенно тот, что все это ничтожно. — Надавил я силой, отчего мастера превратились в беспомощных жертв, бросающих все силы на защиту себя от стихии пикового познавшего.

— Кто чувствует в себе силы, может пойти со мной. Если нет, то нет. У вас десять вдохов. — Давление исчезло. А я мысленно чуть поморщился. Саманта, узнав бы, что я отпинал абсолютно всех сильных мастеров, одновременно, прямо перед вызовом, пришла бы в бешенство. Я же сейчас через духа читал информацию о прорыве. Нью-Мексико. Почти на границе с чужим дистриктом. Фотографии и видео с высотных дронов давали весьма неприятную картинку разлетающихся во все стороны практиков на мечах и лодках. И хоть у Федерации были способы борьбы и с этим, вроде тех же высотных дронов со снарядами-кристаллами. Но именно затем, чтобы не тратить каждый раз такие ценнейшие ресурсы, таких как я и ставили на эту должность.

— Что по поводу отбора? — Отвлек меня все тот же старик, что явно не собирался отступать. И выглядел довольно свежо, хоть пару раз, вроде как, и от него я получал атаки. Насколько свежим можно быть после такой зарубы, ведь вокург на полкилометра все было перепахано.

— Ты прошел. — Ухмыльнялся я.