Настоящее время

«Кракен», пестреющий незначительными подпалинами после битвы, умеренно покачивался на волнах. Тео пробудился в своей каюте, чувствуя, что резерв немного восстановился после трехдневной гонки, однако рана в плече, обработанная и перевязанная, нещадно жгла и пульсировала.

Коновал налил ему для обезболивания какого-то пойла, после которого принц на пару часов заснул, но на большее действия этого «волшебного напитка» не хватило. Чтобы отвлечься, его высочество снова принялся обдумывать ситуацию.

Вернувшись от Дара Богов в ее день рождения, он тут же получил от короля приказ отправляться в Гвартию. Причем срочно и на торговом судне. Сразу было понятно, что его величество темнит, иначе бы не стал скрывать суть переданного с ним Физелю письма. Теперь, в скудном пересказе Айлы, если та, конечно, не солгала, он знал его содержание. И это выбивало принца из колеи еще больше.

Тео никак не мог понять, что за игру отец затеял.

Рассчитывал, что Физель согласится на брак и Теобальду просто станет не отвертеться? Но не мог же он знать, что принцесса окажется такой… необычной и заявится к потенциальному жениху среди ночи.

Или все-таки речь шла о Чарли? Тогда почему нельзя было Теобальда посвятить в суть игры, чтобы на аудиенции он не выглядел полным дураком?

А может, Саймон Третий вообще рассчитывал на отказ, чтобы получить алиби или повод? Для чего?

Впрочем, все эти вопросы он очень скоро задаст уже королю лично. Куда существеннее другое — Джанин из-за своего странного сна предвидела, что отец его туда отправит. Или все-таки совпадение?

На палубе раздались громкие голоса, и корабль ощутимо сбавил ход. Принц, морщась от боли, поднялся и, пошатываясь, вышел на палубу. К «Кракену» был пристыкован трехмачтовый красавец «Смелый». Вот это ему повезло! Разговаривающий с гвартийским капитаном офицер в форме флота Сольяди развернулся, и его глаза потрясенно округлились.

— В-ваше высочество, — запинаясь от неожиданности, пробормотал он и низко поклонился.

— Шернье, передайте графу Сальваторе, что я распорядился пропустить этот корабль в порт без досмотра. Завтра на него погрузят зерно, и «Кракен» отбудет. Вас же устраивает такой расклад? — уточнил Тео, протягивая капитану оставшуюся сумму.

— Конечно, ваше высочество, — мужчина тоже поклонился.

Принц чувствовал во всем теле предательскую слабость, поэтому, чтобы не рисковать свалиться с перекинутого между судами мостка, воспользовался поддержкой Шернье. А в следующее мгновение рядом уже появился Дешаль, который и проводил друга в каюту.

— Ты ранен, — утвердительно проговорил граф, остановив взгляд на грубовато наложенной повязке. — Вызвать доктора?

— Не надо. Меня нормально подлатали, потерплю до целителя. Балуют они, конечно, нашего брата. Привыкаешь, что от боли и ран за минуты не остается и следа. Это расхолаживает, — ответил Тео, садясь на постель.

— Может, расскажешь, что случилось?

Принц, вспоминая все события последних дней, усмехнулся.

— Если кратко — «Русалочка» сгорела в порту у гвартийцев. Я не захотел ждать предлагаемый ими корабль, нанял «Кракена» и потом меньше чем в дневном переходе отсюда, стараясь уйти от пиратов, отловил стрелу в плечо. А что у вас?

— На Сольяди спокойно, — с улыбкой отрапортовал Дешаль. — Корабли ходят, лавочники торгуют, его величество негодует… Все как обычно, в общем.

— На что негодует? — напрягся Тео, пропустив мимо ушей последнюю фразу.

Друг пожал плечами.

— Кто же знает! Но вхожие в его кабинет говорят, что, вернувшись с воскресной службы, его величество был о-очень зол.

— Ты на ней был? На службе?

— Да. А что? Прошла без сюрпризов.

— Ясно. Просто пытаюсь разговором отвлекать себя от раны. Ты со «Смелым» будешь мне нужен несколько позже. Я вылечусь, передам отцу послание, и отплывем.

Граф Сальваторе расплылся в хитроватой улыбке.

— Так горит, что даже до утра не дотерпишь? Поскачешь к своей ненаглядной?

Тео улыбнулся в ответ, но никак не стал комментировать. «Интересно, сильно ли будет шокирован Дешаль, когда поймет, кто она?» — подумал он, ложась поверх покрывала.

— Знаешь, в иные минуты я тебе чудовищно завидую! Тоже бы хотел встретить подходящую девушку и влюбиться…

Принц, не выдержав, хмыкнул.

— В тех местах, где ты, дружище, предпочитаешь бывать, вряд ли можно встретить настоящее чувство.

Граф Сальваторе не делал секрета из своего пристрастия к увеселительным домам, так что ничуть не смутился.

— У любого нормального человека есть какие-то слабости, — развел он руками. — Я не наследник престола, чтобы быть совершенством или хотя бы им казаться. А тогда в чем смысл отказывать себе в удовольствиях плоти?

— Прости, я сейчас не склонен к длинным философским беседам. Вздремну до прибытия. Разбуди сразу при входе в порт.

Граф кивнул и оставил принца в одиночестве.

Его высочество закрыл глаза и представил Джанин в сияющем платье на ступенях храма. То-то у всех откроются рты, когда Дар Богов послезавтра объявит его имя.

Тео благоговейно наблюдал, как под воздействием магии земли прямо на глазах излечивается его сквозная рана. Боль отступила почти сразу же, осталось только ощущение щекотки. Еще пара минут, и даже розовый рубец на месте прокола стал почти незаметен.

— Спасибо! — поблагодарил принц целительницу, поднимаясь и надевая свежую, только что ему принесенную камердинером рубашку.

Очень хотелось бросить все и отправиться к Джанин, но лучше с отцом все прояснить как можно быстрее. Тео не так спешил передать ответ от гвартийского монарха, сколько понять, что за игру отец затеял.

Правду ли сказала Айла про предложение брака и знает ли что-то король о покупаемых непонятно кем магах?

Надо притвориться спокойным, так больше шансов выудить из его величества истину. Только вот воспоминания о злоключениях последних дней мешали применить избранную стратегию. Принц вспомнил об упражнениях на подавление гнева, которые он практиковал с Белконти, и, зайдя в пустынный коридор, выполнил пару самых эффективных. Немного полегчало.

Время уже было позднее. Но Саймон Третий, которому доложили о возвращении сына, ждал его в кабинете. Тео вошел, поклонился и, протянув отцу свиток от Физеля, сел в кресло напротив стола. Король, даже не поинтересовавшись состоянием наследника (чему Тео вовсе не удивился), развернул свиток и погрузился в чтение.

Послание, видимо, было коротким, так что молчать долго не пришлось.

— У тебя есть вопросы? — сухо, как ни в чем не бывало, уточнил его величество, сворачивая бумагу.

— Много, — как можно сдержаннее ответил Тео. — Главный — ты действительно предложил Физелю породниться, даже не спросив моего мнения?

Саймон поморщился.

— Договорные браки в королевских семьях всегда были в порядке вещей. Ты же вроде успешно прошел курс истории? Тем более, похоже, я не ошибся, и вы с Айлой поладили. Разве тебя самого перспектива стать следующим королем не только Сольяди, но и Гвартии не манит?

— Погоди! Что значит «мы поладили»? Да я с ней чисто формально перекинулся парой слов! Да и ее отец не настроен устраивать из дочери политическую пешку…

— Видимо, — перебил Саймон спокойно, хотя в его голосе начали ощущаться нотки раздражения, — он изменил свое мнение после того, как принцесса провела ночь в твоей спальне.

— Что?! — не сдержавшись, вскричал Тео. — Это бред! Она приходила поговорить! Я к ней не прикасался! Можно мне прочесть ответ?

Принц требовательно протянул руку за свитком.

Саймон побагровел и привстал за столом.

— Ты что, мне не веришь?!

Обвинить короля во лжи — это все равно что начать восстание. Так что Тео, тоже пытаясь из последних сил не сорваться, ответил:

— Я не стану жениться на Айле. Да, я твой сын, но, как у любого жителя Сольяди, у меня есть законное право самостоятельно выбрать себе невесту.

— Теперь нет, — ядовито хмыкнул его величество, — после того как ты обесчестил Айлу. А если думаешь, что твои развлечения достойны войны между государствами, то глубоко заблуждаешься.

— У принцессы просто был приступ хождения во сне! Физель это подтвердил и даже принес мне извинения. Я. К ней. Не. Прикасался! — сжимая зубы, чтобы не сорваться на крик, отдельными словами отчеканил Тео.

— Ну и дурак, — неожиданно расхохотался Саймон, садясь обратно в кресло. — Так бы хоть удовольствие получил. А теперь и жениться придется, и идиотом в ее глазах выглядишь.

— Не стану жениться, — упрямо произнес Тео, тоже немного успокаиваясь.

— Значит, пойдешь посидишь в тюрьме, пока не образумишься!

Принц не смог сдержать потрясенного взгляда. В тюрьме?! За отказ от брака?!

Саймон между тем позвонил в колокольчик, вызывая охрану.

— Отведите его высочество в камеру! И чтобы такая, как у всех, ничем не лучше! И еда, как и для прочих заключенных! А воды… не больше трех стаканов в день! И не выпускать до моего личного распоряжения!

Воины виновато взглянули на принца.

— Ваше высочество…

Ну да, не хватать же его, все-таки наследник. Сегодня близкие ссорятся, а вдруг завтра власть сменится?

Тео чувствовал, как у него играют желваки. Вот, значит, как. Не вышло подчинить словами, решил прогнуть силой. Не дождется!

Принц поднялся.

— …и отстегните, пожалуйста, меч, — пряча глаза, проговорил начальник охраны.

Не глядя на отца, Тео снял перевязь и шагнул к выходу. Эх… Главное — придумать, как передать весточку Джанин, чтобы она не волновалась. Три стакана жидкости в день — это и для человека мало, а уж для мага воды вообще издевательство. Впрочем, в камере, конечно, магический резерв не нужен. Можно посидеть и пустым.

***

Неделя у Джанин прошла на удивление спокойно. Никто от короля не приехал, никакого письма не прислал, и ее во дворец тоже не вызывали. Дар Богов даже начала сомневаться, не проверкой ли все это было? Точнее, она бы так наверняка подумала, не будь у нее опыта прошлого… сна? Жизни?

Верховная жрица пока до конца не определилась, что это, но если ориентироваться на те сроки, то Тео как раз должен вернуться. Сегодня уже суббота, а тогда принц влез к ней в келью при храме как раз в прошедшую ночь. Впрочем, волноваться рано. Что-то могло пойти не так, ведь и она не огласила имя графа Эрози.

Джанин спокойно позавтракала в неизменной компании мьеры Арете и преподавательницы и, взяв толстый том «Истории предсказаний острова Сольяди», пошла с ним в любимую беседку. Как только принц появится, она уже будет его ждать.

«История» была по сути настольной книгой всех верховных жриц, и Дар Богов, конечно, и раньше ее много раз пролистывала. Но тогда все это казалось скучной хроникой — списки имен провидиц, произнесенное предсказание, где, в чьем присутствии… Скупые факты.

Сейчас же девушка ее перечитывала с особенной тщательностью. Пытаясь за сухими данными, между строк найти какие-то подсказки. Что если подобные ситуации уже возникали? Вдруг и ее предшественниц посещали накануне вхождения в силу странные сны?

Читая в обратном порядке, Джанин уже провалилась на сто пятьдесят лет назад, но все пророчества словно под копирку благоухали славой, победами, открытиями, небывалыми урожаями и прочими божественными поощрениями, точнее рекомендациями, как их можно получить. Короли, естественно, выполняли все требования, и остров процветал.

— Ваше верховносвященство! Ваше верховносвященство! — неожиданно раздался совсем рядом громкий шепот Мади.

Джанин подняла глаза и обнаружила перед собой запыхавшуюся и покрасневшую от бега служанку.

— Сюда идет его величество в сопровождении мьеры Арете. Я решила вас предупредить!

Дар Богов благодарно кивнула и снова опустила глаза в книгу. Мысли метались, как стайка рыбок в озере, когда туда сыплют корм.

Почему ее не вызвали?

Чего король от нее хочет?

Она уже раньше решила, если встреча произойдет, притворяться дурочкой, которой нужно время подумать, и любой умысел отрицать. Но вдруг дело вообще не в выборе ею мужа? Тогда в чем?

На дорожке послышались шаги — мягкие, семенящие, немного шаркающие наставницы и тяжелая поступь Саймона, звенящая подкованными каблуками. Сердце Джанин тревожно заметалось, и она решила сделать вид, что слишком увлечена и не замечает подходящих к ней людей.

— Ваше верховносвященство, — непривычно официально обратилась к ней мьера Арете, — к вам его величество с неформальным визитом.

Джанин подскочила, присела в реверансе и потом повела приглашающе рукой в сторону скамьи.

— Располагайтесь, ваше величество. Или лучше пройдем в зал благословений? Прикажете подать напитки или обед?

Кажется, Дар Богов выпалила все это не столько из желания показаться гостеприимной, сколько с подсознательным пониманием, что, пока она говорит и суетится «по хозяйству», Саймон Третий будет молчать.

— Не стоит, — величественно отмахнулся король, располагаясь напротив и приглашая мьеру Арете занять место рядом с ним.

Ого, так беседа будет не конфиденциальной? Королю нужен свидетель? Но для чего?!

— Вы очень огорчили меня, дитя, на прошлом богослужении, не назвав имя того, кто станет вашим супругом, — начал его величество, и его тон был по-отечески назидательным. Хотя… Белконти никогда так фальшиво-снисходительно не отчитывал дочь. — Я же прояснил вам в прошлый визит, насколько остров именно сейчас нуждается в пророчестве!

Джанин потупила глаза и, пытаясь изобразить смущение, принялась теребить пышную кружевную манжету на рукаве.

— Простите, ваше величество. Мне необходимо время подумать. Это очень важный шаг. А вдруг… вдруг я ошибусь и мой выбор как-то отразится на всем острове?

И она подняла глаза, стараясь моргать испуганно-невинно. Еще ни разу в жизни Джанин не приходилось так изощренно врать, пусть и не словами, а самим действом. И она очень-очень боялась… не навлечь на себя божественный гнев, а оказаться неубедительной в своем спектакле.

— Что за глупости? — продолжил король все тем же тоном, хотя в нем стали угадываться следы готового прорваться гнева. — Многие века твои предшественницы оглашали свой выбор, нередко, кстати, и в день двадцатилетия. Ни на одном из пророчеств это не отразилось! Я требую, чтобы завтра имя было произнесено! В прошлый раз, помнится, ты намеревалась назвать графа Эрози, — король выделил последние слова голосом. — Уверен, это отличная кандидатура, и я ее поддерживаю.

Мьера Арете набрала уже воздух и хотела что-то вставить, но король одарил пожилую даму таким взглядом, что та, даже не начав говорить, замолчала.

— Я буду молиться всю ночь и просить богов наставить меня на путь истинный, — с видимой покорностью произнесла Джанин, снова опуская глаза.

Молиться и просить — это не обещание. Да и «истинный путь» Дару Богов виделся совсем другим. Но так, возможно, король успокоится, уедет, а она, если Тео не появится на воскресной службе, выиграет еще минимум неделю.

— Вот и хорошо, — с облегчением выдохнул Саймон. — Может, тогда и вообще сыграем две свадьбы вместе! Это пока секретные сведения, однако вам, дорогие мьеры, я могу доверять! — и он подмигнул растерянной мьере Арете. — Теодор обручился с гвартийской принцессой Айлой и не намерен тянуть со свадьбой!

В первое мгновение Джанин почувствовала себя как в детстве, когда поскользнулась на мокром мраморном полу и, рухнув всем телом, поняла, что от удара не может вдохнуть. Но очень скоро пришло осознание: король ее специально провоцирует. Она видела глаза Тео, стоящего здесь чуть больше недели назад, а они говорили весомее любых слов.

— Вы лжете! Он бы так не сделал! — выпалила Дар Богов, лишь потом сообразив, что и кому сказала.

Но отступать было поздно, так что Джанин в этот раз даже глаз не отвела и видела, как лицо его величества наливается кровью.

— Лгу? — выплюнул он, тяжело дыша и поднимаясь. — Ну да, пока они просто переспали! Но уж будь уверена, развязать войну я не позволю. Женится как миленький! Дворцовые казематы остудили много горячих голов!

Казематы?! Значит, Тео вернулся и в тюрьме? Переспали? Очередное вранье! Джанин больше не верила ни одному королевскому слову. Зато, как на грех, о своих прошлых обещаниях вспомнил Саймон.

— А если не согласится… Раз уж он уже в тюрьме, то мне ничего не помешает казнить его за заговор!

Мьера Арете ахнула, а король, видимо, забыв в ярости, что они с Джанин не одни, потрясенно обернулся. Секунду стоял молча, а потом подытожил:

— Ну а чтобы ты не подумала, что я блефую…

Дар Богов не успела понять, что его величество сделал. Он лишь поднял руку, а стоящая в паре шагов мьера Арете резко схватилась за горло, словно ее душат, и покраснела. Джанин кинулась к пошатнувшейся наставнице, но не успела. Женщина завалилась на лавку, тело пару раз вздрогнуло от судороги, и глаза остекленели.

Король поцокал языком.

— Какой кошмар! В таком возрасте очень вредно нервничать. Сердце не выдержало! Пойду позову вашего целителя.

Дар Богов в панике прижала ухо к груди наставницы. Сердце пожилой леди не билось. Ужас накатил на Джанин стремительно, и она от осознания, что произошло, дико закричала.