Тео сидел на земле, прислонившись к каменному забору загородной резиденции Дара Богов, и гонял по рту травинку. Конь пасся тут же в двух шагах. За все годы здесь в ожидании условного сигнала принц провел в общей сложности, наверное, месяц, не меньше. Но сегодня его высочество волновался как никогда. Если бы Джанин была обычной женщиной, он бы давно сделал предложение, получил согласие и дальше бы просто ждал сегодняшнего дня. Однако Дар Богов сама выбирает супруга.

Нет, Тео был почти уверен, что девушка назовет его имя! И все-таки, все-таки… пока не назвала, крошечный червячок сомнения подтачивал нервы. А уже страшно хотелось определенности: явиться в храм, получить «браслеты» и прилюдно назвать Джанин своей женой.

Чем быстрее, тем лучше.

Дождавшись, когда с той стороны ограды раздалось бесподобное пение, Тео опрометью вскочил ногами на седло, подтянулся за край забора и спрыгнул внутрь. Конь, который давно привык к такому поведению хозяина, и ухом не повел, продолжив щипать траву.

Пение сразу стихло. Джанин смотрела на Тео и улыбалась. И была она так прекрасна, что у его высочества перехватывало дух.

— О боги, Джанин! Ты бесподобна! И наконец-то смотришь только на меня! — принц притянул девушку за талию и с наслаждением вдохнул запах ее волос.

Дар Богов же… вздрогнула. Тео даже показалось, словно ее тело, только что бывшее мягким и податливым, вмиг одеревенело. Он тут же с тревогой отодвинулся и поймал ее взгляд.

— Что-то не так?

— Я… Нет, я счастлива тебя видеть! Правда! Вот и платье надела другое, чтобы понравиться именно тебе, — неуверенно проговорила Дар Богов, пряча взгляд и принявшись теребить какую-то оборку.

От такого несвойственного для верховной жрицы поведения принц уже изрядно напрягся и сам. За шесть лет знакомства между ними никогда не было лжи или даже недомолвок.

Тео аккуратно поднял за подбородок лицо девушки, снова всмотревшись в ее глаза. Она чего-то боялась. Неужели его? Или его реакции на что-то? Холодок пробежал по венам, но любая, пусть и страшная правда лучше неизвестности.

— Скажи, как есть. Не надо меня жалеть.

Глаза Джанин удивленно округлились.

— Жалеть? — растерянно пролепетала она. — При чем здесь жалость? Просто мне приснился сон…

Тео, который, похоже, стоял затаив дыхание, резко набрал в легкие воздух. Боги! Сон!!! А он что только за эти минуты ни подумал!

— И что же в нем было?

— Плохие сны нельзя рассказывать, чтобы они не сбылись, — укоризненно произнесла девушка.

Ну да, принц, конечно, знал о таком поверье, но…

— Значит, он плохой?

Джанин лишь на секунду задумалась, потом по ее лицу скользнуло смущение, и она снова попыталась отвернуться. Тео не дал этого сделать, но и с ответом не торопил. Вглядывался в любимые черты, стараясь понять, что происходит.

Неужели можно так перепугаться от какого-то кошмара?!

— По большей части. Хотя дело не в этом…

— А в чем? — спокойно переспросил Тео, стараясь распутать клубок.

— Я боюсь, что он сбудется! — пискнула Дар Богов, таки потупив взгляд.

— У тебя уже сбывались сны? До пророчества?

— Нет! Но этот такой четкий, такой… детальный!

— Погоди, он как-то связан со мной? Ты переменилась, когда меня увидела. Хотя нет! Чуть позже, после комплимента… Я люблю тебя! И что бы я там ни натворил, клянусь — подобного не случится! — горячо заверил принц.

— Дело не в этом! — снова подняла глаза Джанин. — Фраза, которую ты сказал, она точь-в-точь из сна! А если это сбылось, что мешает и всему остальному?

Тео рассмеялся. О боги! Оказывается, столько страданий даже не из-за странного сна, а из-за случайно совпавшей фразы!

Женщины! Они такие впечатлительные!

Джанин слегка поджала губы.

— Ну не дуйся! — ласково проговорил принц, погладив ее по щеке кончиками пальцев. — Ты меня хорошо знаешь, запросто могла угадать, что я скажу, вот оно и приснилось. А что я сейчас хочу спросить, как думаешь?

По правилам Тео должен был дождаться субботы и лишь в зале услышать имя, которое Дар Богов произнесет. Но Джанин точно поняла, какие у него мысли, потому что вся зарделась, однако отрицательно качнула головой. Ну ладно, он, как и положено в большинстве случаев мужчине, спросит первым:

— Я хочу стать твоим мужем. Ты назовешь в храме мое имя?

Дар Богов не начала кокетничать, а, наоборот, облегченно выдохнула, словно с ее плеч упал груз.

— Конечно, назову, Тео. Я же тоже тебя люблю.

Вот и все. И не надо мучиться сомнениями, пусть даже мелкими, и ждать воскресенья. Важное произнесено сейчас. Остальное — всего лишь формальность.

Тео потянулся губами к губам Джанин, и она ответила. Никакие слова больше не имели смысла. Кажется, в этот вечер они больше и не говорили. Только когда Дару Богов стало нужно возвращаться, она неожиданно спросила:

— Ты завтра приедешь?

— Непременно!

— Если вдруг не приедешь, не присылай графа Сальваторе, я и так буду знать, что отец отправил тебя в плавание на материк.

Принц снова напрягся. Не сбудется ли часть сна, раз Джанин ее произнесла? Такая канитель с этими предсказаниями. Он, естественно, хотел бы узнать суть кошмара целиком, но вдруг и правда запустит череду необратимых процессов?

— Хорошо. Ты, главное, ничего не бойся. Даже если это так, вот увидишь, я быстро! Я сумею тебя защитить!

И Тео, как и всегда после их свиданий, проложил себе из озера водяную лестницу на забор. Сверху он еще раз обернулся, послал девушке воздушный поцелуй, хотя от настоящих подпухли губы, и опустился в седло привычно ожидающего коня.

От быстрой скачки ветер снова бил в лицо, но принца переполняло такое счастье, что сейчас он ничего вокруг не замечал.

Уже на корабле, перед высадкой в порту, Тео сделал пару глотков граппы и побрызгал ею на рубашку для запаха. Пусть его величество думает, если вдруг обнаружит его отсутствие, что сын бурно отмечал праздник с командой. Вообще же он надеялся проскользнуть в свои покои незамеченным. Однако надеждам не суждено было сбыться: на причале принца поджидал королевский эскорт.

Саймон Третий не только так некстати вспомнил о существовании наследника, но и вручил ему секретное письмо для Физеля Гвартийского и отправил на торговом судне на материк, не позволив даже взять собственную команду.

***

Переполненная противоречивыми эмоциями после свидания с принцем Джанин никак не могла уснуть. Она выпила большую кружку молока с медом, но воспоминания о поцелуях будоражили, а о сказанной Тео фразе точь-в-точь из сна — беспокоили.

Мог ли это быть не сон, а… уже прожитый отрезок жизни, память о котором сохранилась? Выглядит, конечно, как абсолютная сказка, хотя откуда-то же ее организм помнит ощущения, которых не должна знать юная девушка?! Разве такое можно придумать?!

Мьера Арете, конечно, просветила воспитанницу, что происходит между супругами в первую брачную ночь, но в общих чертах, без вот этого всего, чтобы пробудить такие богатые фантазии. И уж точно она не стала бы представлять себя замужем за кем-то, кроме Тео.

Воспоминания об Эрози, отодвинутые на задний план мечтами о счастливой жизни с Тео, словно разбойничий нож, взрезали сознание неожиданно и яростно. Почти физической болью отдались в каждой части тела Джанин.

Нет! Точно нет! Сама бы она такого не придумала. Так что одно из двух — либо вещий сон, посылаемый богами, либо… она эту часть жизни уже прожила, умерла и снова возродилась. Это, конечно, чудо, но богам же оно доступно, значит, ничего исключать нельзя? И если один из этих вариантов верен, выходит, ей даруют шанс изменить судьбу!

Вечера следующего дня Джанин ждала с замиранием сердца. Приедет Тео или все-таки нет?

Она долго ходила вокруг озерца, пела и тревожно поглядывала на стену. Никто на ней так и не появился. Оставалось только собрать все свое мужество и выдержать завтрашний визит короля. Если он, конечно, случится.

Можно попробовать уехать из резиденции, но что это даст? Саймон Третий тогда прикажет Дару Богов явиться во дворец. Нет уж, если разговору быть, то хотя бы на ее территории. Дома, как известно, и стены помогают. Так что в «указанное» сном время Джанин, как и в прошлый раз, сидела в беседке. Она даже шкатулку с рукоделием взяла, хотя настроения что-то делать не было. Дар Богов просто поставила ее рядом на скамью и разглядывала пируэты прыгучих рыбок. Для себя она решила: будет действовать именно так, как помнит по «прошлому» разговору. Надо же убедиться, что все это не выдумка.

— Джанин! Джанин! Ах вот вы где! Слава богам, нашлись! Его величество прибыл. Срочно желает вас видеть.

Мади была взволнована и произнесла как раз то, что Дар Богов помнила. Джанин медленно, чувствуя себя актрисой в театральной постановке, поднялась с места и проговорила подсказываемую сознанием фразу. А потом, очень стараясь представить, что все происходящее лишь пьеса, направилась в зал благословений.

— Ваше верховносвященство, я помню, что вы вне политики, однако сейчас остров находится в крайне опасном положении. Нам срочно нужно пророчество! — сообщил король, когда она села около трона.

У Джанин по коже побежала ледяные мурашки. А ведь до этой минуты она все еще надеялась, что и кошмар, и нервозное состояние последних дней лишь результат адаптации к новой, взрослой жизни.

Дар Богов ответила. Дальше произошел обмен репликами, совпадающими настолько, словно их произносили с подсказки суфлера. Но в этот раз, когда его величество уехал, потрясение у верховной жрицы было не настолько сильным. Она точно знала, что надо делать: выбрать другой путь.

Ни за что не соглашаться на брак с Эрози!

В конце концов, то, что Саймон Третий приложил руку к смерти первой жены и родителей Джанин, не доказано. Да и не зверь же он казнить сына! В крайнем случае лишит Тео престола. Принц все равно много раз говорил, что она для него важнее власти. К тому же разве у нее есть выбор, когда под угрозой жизнь целого острова?

Поэтому на воскресную службу Джанин приехала совершенно спокойной и уверенной в своем решении. И когда Дар Богов пела, то видела, как переглянулись его величество и граф Эрози. Думают, что запугали?! Не в этот раз!

Последняя нота смолкла. Верховная жрица подошла к статуе Терраматиса, поцеловала его божественные сандалии и попросила помочь ей выдержать это испытание, раз уж боги его послали. А затем просто покинула зал.

Ей ужасно хотелось бы увидеть, какие лица в этот момент стали у короля с канцлером, но бросить даже беглый взгляд в их сторону было слишком опасно. Ведь по ее плану она не собиралась вступать в открытое противостояние, а лишь прикинуться размышляющей и потянуть время.

Скорее всего, его величество пошлет за ней сегодня же. Будет снова угрожать и запугивать, только до следующей службы целая неделя. А за это время, если боги к ней все-таки благосклонны, вернется Тео. По «старому» сценарию это произойдет в ночь с пятницы на субботу.

Довольная улыбка скользнула по лицу Джанин. Дальше не ясно, как пойдет, зато сегодняшний бой она выиграла. Во всяком случае девушке так казалось.

***

Двадцать четыре года назад

Саймон Третий взошел на трон всего год назад, после того как отец скончался от продолжительной болезни. К тридцати годам молодой король уже сменил несколько фавориток. Но ни одну из них не счел достойной на роль будущей королевы Сольяди. Ведь его жена должна быть безупречной! А у девушек всегда находились какие-то минусы. Впрочем, тогда возраст вполне позволял еще выбирать, а вот после смерти родителя Саймон стал всерьез подумывать о наследнике.

Поскольку Сольяди был огромным островом и чтобы пересечь его с севера на юг верхом, требовалось шесть дней, а в карете — так все десять, мало кто из королей за всю жизнь побывал в каждом из его уголков.

Да и зачем?!

Земли процветали, заинтересованные аристократы приезжали в столицу по делам или на регулярные балы, а кто не приезжал, до них монархам и подавно не было дела. Налоги, главное, поступают вовремя в казну, да и ладно.

Но Саймон Третий оказался не из таких!

Не слишком любя морскую стихию, он после совершеннолетия предпочитал путешествовать по суше, каждый год посещая одну из девяти провинций. Будущий король считал, что таким образом располагает к себе подданных, ну и, конечно, в чем он бы и сам себе не признался, тешил свое тщеславие. Везде его встречали с положенным для столь высокой особы почетом и уважением, а Саймон, естественно, все это воспринимал как должное.

В этом году на очереди была Лирака, пожалуй, самый далекий от столицы регион. Местность там гористая, труднодоступная, и гостей из нее нечасто видели в других провинциях.

Саймон Третий, уставший от долгой дороги, поскольку решил, что его новый статус обязывает ехать в карете, пребывал не в настроении, но все же к встречающим перед замком камерария [1] аристократам вышел с приветствием. Ведь он желал, чтобы потомки запомнили его как просвещенного монарха, благоволящего к наукам, искусствам и морским путешествиям.

Точнее, еще раньше он мечтал прославиться, вернув острову огненную стихию. В старинных свитках, датированных еще эпохой до появления Дара Богов, говорилось, что на острове жили маги всех четырех стихий. Почему и когда перестали рождаться огневики, нигде не упоминалось.

Саймон нанял уйму людей, которые перечитывали все имеющиеся на острове старинные рукописи, заплатил ученым за исследования, советовался по этому вопросу с самыми опытными магами острова. И ничего.

За несколько лет бесплодных поисков он смирился и решил обрести славу другим путем. Обо всем этом почему-то молодой король вспомнил именно сейчас, пока глава провинции произносил ответную речь. Она была длинной, поэтому у Саймона еще осталось время и осмотреть застывшую в поклоне местную знать.

Забавная здесь все-таки одежда!

И мужчины, и женщины украшали верх наряда плотными гофрированными и тщательно накрахмаленными воротниками, полностью скрывающими шею, словно опасались, что без этого она не выдержит вес головы и та свалится. От этой мысли королю стало весело, и он великодушно подал знак рукой, что присутствующие могут распрямиться. И именно в этот момент Саймон увидел ее!

Девушка на верхней ступени лестницы в последних лучах заката словно была отмечена богами специально для него. Тонкие черты лица, нежная персиковая кожа, изящные руки и идеальные женственные формы, которые угадывались даже под этим странным платьем. Ее стеснительный опущенный взгляд и легкий румянец будоражили воображение.

Хозяин замка, граф Сарто, провел гостей в праздничный зал, где к ужину накрыли достойный короля стол. Возможно, для провинции он был и шикарным, но Саймон привык к роскоши и подобным приемам, так что куда больше еды его сейчас интересовала незнакомка.

— Срочно узнайте о ней все, что сможете, жду доклад перед сном, — кивнув в сторону девушки, шепотом распорядился его величество сопровождающему его графу Белконти.

Граф давно являлся правой рукой Саймона и, пожалуй, даже другом, несмотря на то что был на шесть лет моложе. Они общались с детства, и король не понаслышке знал упрямый характер Белконти, но ценил его за ум и преданность. Конечно, сам граф не отправится собирать сведения, ему и не по статусу, для этого есть другие люди и рычаги. Впрочем, Саймону было безразлично, как, лишь бы узнать все о девушке как можно быстрее. Пока же за столом ее почему-то не представили.

Его величество наелся, выпил потрясающего высокогорного вина и вдосталь развлекся многочисленными танцевальными и песенными номерами, один из которых исполняла единственная дочь графа Сарто — Джоржиния. Надо сказать, голос у девушки был весьма заурядный, как и внешность. Так что, выйдя из-за стола, король тут же про нее забыл.

Мысли же о незнакомке оказались столь всепоглощающи, что Саймон всерьез начал подумывать, что с ним случилось невиданное дело — любовь с первого взгляда. Поэтому, разместившись в отведенных ему апартаментах, король нетерпеливо вышагивал в ожидании вестей от графа.

Что же он так долго копается?!

Неужели так сложно все разузнать о какой-то девушке?

Наверняка во дворце камерария полно алчных и разговорчивых слуг!

Наконец Белконти объявился.

— Ваше величество, я исполнил поручение, угодно ли вам сейчас…

— Угодно! Угодно, давай уже быстрее! — скомандовал Саймон и, присаживаясь около стола, в нетерпении кивнул на второй стул.

— Девушку зовут Вирнетта. Ей недавно исполнился двадцать один год, она под опекой графа Сарто, и говорят, он заботится о ней не хуже, чем о своей дочери. Вообще же она племянница его жены. Из тех, с кем разговаривали, никто о ней и слова плохого не сказал. Добра, покладиста, любит заниматься рукоделием, хорошо рисует…

— Двадцать один и до сих пор не замужем? — выгнул бровь его величество.

— В этих землях строгий обычай: младшую дочь, в положении которой она сейчас находится, не выдают замуж вперед старшей. А Джоржинии двадцать два.

— Хм-м… И что, до сих пор не нашлось охочих до ее знатности и состояния? Внешне-то там не на что позариться, но вот первое!

— Говорят, предложения поступали, только в глазах отца девушка — подлинный бриллиант, и он не готов ее отдать абы за кого. А насчет Вирнетты… — Белконти на секунду замялся, словно засомневался, стоит ли рассказывать.

— Выкладывай все! — поторопил его Саймон, которого ситуация лишь раззадоривала.

— К ней недавно сватался один мелкопоместный аристократ. Сарто отказал ему, несмотря на то что кандидат заручился предварительным согласием девушки. Причем отказал не до замужества Джоржинии, а категорично. Вероятно, роль сыграло не только незавидное финансовое состояние юноши, но и ярко-рыжий цвет волос. В Лираке это плохой знак. Однако, судя по всему, Вирнетта отвечала молодому человеку взаимностью.

— Ты так мягко намекаешь, что она испорчена? — поджав губы, уточнил Саймон.

— Нет, что вы! — встрепенулся Белконти. — В этих землях суровые нравы, да и знатные девушки всегда под присмотром. Я просто о том, что ее сердце, скорее всего, несвободно.

Король самодовольно улыбнулся. Сердце! У него был богатый опыт ухаживаний, да и кто сумеет устоять перед обаянием короля?!

Граф напрягся.

— Вы хотите взять ее в любовницы? Простите, ваше величество, жизнь девушки потом будет полностью сломана, здесь не столица.

— Белконти! Ты ли меня не знаешь?! Хоть одной из своих милашек я испортил судьбу?

Граф отрицательно покачал головой, но было заметно, что возражения у него не иссякли.

— Все вышли замуж с отличным приданым! Разве хоть на одну при дворе косо смотрят?

— Нет, ваше величество. Вы планируете забрать девушку в столицу?

— Я, может, вообще на ней жениться планирую! — рявкнул Саймон, которого раздражали неодобрительные интонации Белконти.

Рявкнул и в этот же момент подумал: «А почему бы и нет?! Стране нужен наследник. Девушка вроде всем хороша, а внезапное чувство… разве не по божьей воле происходят такие вещи?»

— В общем, организуйте завтра встречу с графскими дочерями. Пусть они мне компанию на прогулке в парке составят, что ли. Желаю познакомиться с Вирнеттой поближе! Что же до Джоржинии…

С камерарием напрягать отношения не хотелось. Собственный образ просвещенного монарха Саймону Третьему очень нравился.

— А Джоржинии сделаете предложение вы! Всем отличная партия и для графа Сарто, и для вас. От себя гарантирую по такому случаю герцогский титул и шикарный подарок. Что скажете про Ишкисский дворец? Триста пятнадцать гектаров земли, парк с редкими растениями, замок больше чем на тысячу комнат?

Глаза Белконти на секунду расширились, кажется, от шока, а следом он твердо произнес:

— Простите, но нет.

[1] Главы провинций на острове.