— Эм… Тео, здесь много всего, но, может, тебе стоит хотя бы до гавани вздремнуть? Все-таки рана и тебя шатает…

— Дешаль! — повысил голос принц, смотря другу прямо в глаза. — Что? Не смог съездить? Говори уже как есть.

— Смог, предупредил…

Тео расслабился и выдохнул. Значит, что-то мутит отец, а это не так важно.

— Но понимаешь… Дар Богов на прошлой воскресной службе назвала графа Эрози. В среду сыграли свадьбу, а вчера утром было произнесено пророчество. Крайне паршивое. Подробности спросишь у отца. Он запретил разглашать его под страхом смерти. Двоих уже повесили, так что не блефует.

— Погоди! Что ты сказал сначала?! — мозг Тео отказывался принимать такие новости. — То есть как назвала Эрози?! Чушь какая-то.

Дешаль, явно чувствуя себя неловко, словно он виноват, развел руками.

— Ну… женщины! Даже если они жрицы.

— Это бред какой-то! Допустим, она обиделась на меня за плавание... Джанин бы все равно так никогда не поступила! Я знаю ее, считай, всю сознательную жизнь! Ты вообще уверен в том, что говоришь?

Тео вскочил на ноги. Плечо снова прострелило огнем, но сейчас он не придал этому значения.

— Увы, я был и в храме на обряде, и во дворце на свадьбе. Его величество прямо королевский размах обеспечил.

Вот! Осознание ударило Тео совершенно неожиданно, словно молния в сухую грозу.

Его величество! Единственный вариант, почему Джанин могла так поступить, — это отец. Он ее как-то запугал или принудил. Вероятно, сообщил, что Тео женится на гвартийской принцессе?

Нет, Джанин бы не кинулась мстить или так странно выказывать обиду. Она далека от мелочности и саморазрушения! Дар Богов бы непременно дождалась его возвращения из плавания, чтобы все прояснить. Но есть ли теперь разница?

Перед глазами полыхнуло пламя, голова предательски закружилась, и Тео вынужденно оперся здоровой рукой о стол. На секунду перед внутренним взором мелькнула картинка — его нежная, милая Джанин в объятиях этого старика!

Принца передернуло, и, кажется, деревянная столешница затрещала от того, как на ней сжались пальцы. Он этого так не оставит! Он…

Тео еще не знал, что и как предпримет, но смириться с ситуацией был категорически не согласен. Они с Джанин любят друг друга и должны быть вместе.

Точка.

Если для этого нужно будет перевернуть небо и землю — он перевернет. Последнюю фразу принц, видимо, произнес вслух, так как Дешаль хмыкнул:

— Не спеши. Похоже, они скоро сами перевернутся без твоего вмешательства. Только не выдавай меня королю. Я планирую пожить хотя бы еще ближайший месяц.

— Что ты имеешь в виду? — постарался принц изменить направление мыслей.

К обдумыванию любой серьезной ситуации надо подходить с холодной головой, а не в том состоянии, что сейчас.

— Согласно пророчеству, примерно через такой срок придет цунами и Сольяди будет уничтожен. Навсегда.

— Боги мои, это отец! Он единственный, кто мог прогневать всевышних до такой степени!

Сперва Саймон убил его мать. Принц не хотел в это верить, но инстинктивно чувствовал — слухи правдивы. Затем расправился с неугодным графом Белконти. Теперь Джанин. Боги могли разгневаться на короля, только при чем здесь целый остров?!

Тео должен, обязан все исправить! Или хотя бы попытаться. Сольяди — его родина, и уступать он ее, как и Джанин, не собирается даже богам.

Вслух, конечно, такую крамолу принц не произнес. Он послушно лег, чтобы Дешаль оставил его одного, и притворился спящим. Больше всего хотелось все вокруг громить, но это тупиковый путь, много раз проходили. Принц знал, что Белконти был прав.

Тео постарался сконцентрироваться на продумывании предстоящего разговора с королем, с Джанин и вариантах, как спасти подданных.

Когда корабли зашли в гавань, солнце уже садилось. Тео распорядился обеспечить загрузку «Кракена», переоделся и… направился не во дворец. Разговор с королем лучше пока отложить, а то как бы не дошло до отцеубийства.

Даже если Саймону донесут, что сын вернулся, хотя Тео и постарался покинуть «Смелый» незамеченным, он соврет, что отсыпался с дороги. Пусть попробует доказать обратное!

Сейчас для принца было куда важнее другое — поговорить с Джанин и вырвать ее из мерзких лап того, кто теперь считается ее мужем.

Принц взял наемный экипаж и направился к одной из знатных дам, бывших подруг его матери.

Мьера Тильда жила почти безвыездно в своем столичном доме, дворец посещала крайне редко, крупные приемы у себя не проводила, поэтому для большинства аристократов Сольяди стала словно невидимка, и ее, похоже, это вполне устраивало. Дар, в общем-то, дама не скрывала, но в силу именитости им и не пользовалась. Разве что для ближайшей родни.

Тео она тоже в помощи никогда не отказывала. Вот и сейчас, когда принц заявился на закате с распоротым плечом, она лишь вздохнула, кивнула в сторону кушетки и, не задавая вопросов, принялась за лечение.

Принц постарался максимально расслабиться, чтобы не мешать процессу. Физическая боль после того, что он узнал от Дешаля, тревожила уже не настолько.

Бедная Джанин! Как же Тео ее подвел! Не подумал, что отец способен на такую подлость. Не смог предотвратить. Станет ли она вообще разговаривать с ним после всего?

— Мьера Тильда, у вашей семьи есть корабль? — казалось бы, из праздного интереса задал вопрос Тео.

— Естественно, ваше высочество, — ответила дама, не отвлекаясь от процесса. — И я знаю, о чем вы говорите, хотя и не была вчера во дворце.

Так, выходит, Дешаль прав. Слухи не остановить, а значит, скоро начнется и паника. Лучше бы рассказать людям правду и предложить готовое решение. Придется вопреки своим желаниям сотрудничать с отцом.

— Возможно, вам следует собрать всех близких и служащих с семьями и совершить путешествие на материк? Сейчас там как раз не очень жарко. Вернетесь через пару месяцев…

— Я передам сыну. Сама же уже не в том возрасте, чтобы бороздить моря. Позаботьтесь о молодежи и детях, ваше высочество. Его величеству, боюсь, не до этого.

— Вы что-то знаете?

— Характер короля. Он будет просто бездействовать, злиться и искать виноватых.

Сказать такое было очень смело, и Тео высоко оценил оказанное ему доверие. За разговором он не заметил, как окончательно прошла и боль. На месте прижженной коровьим доктором раны виднелась совершенно ровная, здоровая кожа. Рука свободно двигалась, не причиняя даже мелкого неудобства.

— Спасибо, мьера Тильда! Я ваш должник!

— Пустяки, — выдохнула подруга матери, грузно опустившись на расположенный около кушетки стул: лечение отняло у нее много сил. — Просто помогите, кому сможете.

Тео благодарно поклонился, накинул плащ и, выйдя с черного хода, поймал первую попавшуюся пролетку. К пригородному поместью Эрози он подъехал, когда уже совсем стемнело. Впрочем, время для визита было еще приличное. Привратник сразу узнал его, впустил в холл, а сам бегом помчался оповещать графа. Эрози появился в домашнем халате.

— Что вам угодно, ваше высочество?

— Переговорить с Даром Богов.

— Значит, с моей женой, — поправил канцлер.

То, как нагло он себя вел, свидетельствовало о том, что поддержкой короля этот внезапный брак был щедро обеспечен. У Тео и так чесались руки, а тут он и вовсе испугался, что не сдержится и прямо здесь и сейчас свернет этой мрази шею. Легче всего, конечно, вызвать канцлера на дуэль и жениться спустя положенный траур на его вдове. Жаль, принц сомневался, что Джанин одобрит такой поступок, а он и так перед ней виноват.

— С Даром Богов, — надавил Тео. — У меня вопрос сугубо государственный, касающийся пророчества.

— Все, что знает, ее светлость объявила еще вчера, в тронном зале. А сейчас прошу простить, супруга никого не принимает. Нервы, понимаете ли.

— Я вернусь с приказом от короля, — сквозь зубы, понимая, что вынужден уступить, процедил принц.

— Милости просим!

Тео вышел на улицу, едва удержавшись, чтобы в сердцах не шибануть дверью. Слишком много удовольствия — показывать свой гнев этому мерзавцу.

Внутри все клокотало от ярости, и он глубоко вдохнул ночной, уже ставший прохладным воздух, чтобы перевести дух. Обернулся и пробежал глазами по окнам. Большинство из них светилось. Эх, знать бы, за каким ее прячут!

— Ваше высочество! — раздался скрипучий женский голос из темноты. — От ворот направо дойдите до старой оливы — ждите там.

Внутри сразу окатило теплом, и губы дрогнули в улыбке. Принц быстро пошел к выходу. И, дойдя до дерева, притаился под его ветвями. Увы, Тео ждало разочарование: на встречу явилась не Джанин, а лишь пожилая незнакомая служанка. Она пугливо озиралась и куталась в палантин.

— Ваше высочество, Дара Богов нет в доме. Она вообще не приезжала, и вещи ее не привозили. Днем после свадьбы хозяин вернулся один, злой, как демон, и все ругал мать-настоятельницу. Думаю, Дар Богов оставили при главном храме.

Принц щедро насыпал женщине монет за эти сведения и вернулся к ожидающей его пролетке. В храме — это хорошо. Значит, пока она в безопасности. Это даже замечательно! Ведь куда выходит окно кельи верховной жрицы, он точно знал!

По уже засыпающему городу Тео добрался до храмовой площади и отпустил экипаж. Убедившись, что поблизости никого нет, обошел храм со стороны моря. Подсвеченный лунным светом, он хорошо выделялся над обрывом на фоне неба. Ни у Джанин, ни в соседних окнах свет не горел, и все они были распахнуты — жрицы ложились спать рано, а в маленьких комнатках без этого стояла жуткая духота.

Третий этаж. Храм казался неприступным… но не для принца. Он развернулся и быстро пошел в порт к «Смелому». Они хоть и не пираты, однако абордажные кошки на борту корабля имелись.

***

Джанин не стала зажигать светильник — как и большинство жриц, легла почти сразу после заката. Голову одолевали мысли одна горше другой. Мать-настоятельница таки прислушалась к ней и нанесла визит во дворец. Совершенно бесполезный.

Король встречался только с канцлером и командующим армией. Что они обсуждали, никто не знал, поэтому смятение в королевских апартаментах царило даже большее, чем на городских улицах. Здесь-то о произнесенном пророчестве еще многие не знали. Джанин же привыкла к размеренной понятной жизни, но не к бездействию. Все ее нутро требовало что-то предпринять, хотя Дар Богов совершенно не понимала, что именно.

Внезапно среди стрекота цикад раздался глухой, шаркающий звук, словно огромный зверь когтистой лапой скребет о камень.

Джанин села на кровати и напрягла слух. Какое-то время не было ничего необычного, и девушка уже сочла, что ей почудилось, как странный удар и скрежет повторились, кажется, громче и ближе. Стараясь понять, что происходит, Дар Богов метнулась к окну и… чуть ли не нос к носу столкнулась с Тео.

— Впустишь? — прошептал юноша, с трудом протискиваясь в узкий для него проем.

Джанин растерянно посторонилась, и принц, тихо спрыгнув на пол комнаты, смотал веревку со странным приспособлением на конце, напоминающим разветвленный на четыре крюка гарпун.

Сколько-то времени они просто смотрели друг на друга. Дар Богов никак не ожидала этой встречи и не представляла, что сказать. Глаза Тео не были ненавидящими или осуждающими… «Может, он еще не знает?» — промелькнуло у Джанин в голове.

— Ты сможешь меня когда-нибудь простить? — глухо проговорил он, не отводя взгляда.

— За что? — пролепетала Дар Богов, совершенно не понимая, что происходит. Может, это лишь очень реалистичный, странный сон?

— Я ушел в плавание и не смог тебя защитить. Допустил твой брак… с этим, — дыхание Тео сбилось, и на секунду он до боли сжал челюсть, чтобы задавить ярость, но потом все же продолжил: — Не подумал, что отец дойдет до шантажа или запугивания. А должен был!

Инстинктивно Джанин шагнула вперед на столь близкое расстояние, что теперь между ними могла разве что мышь протиснуться.

— Откуда ты знаешь?! — едва слышно спросила она.

— А что, мог быть другой повод?! Чем он тебе пригрозил?

— Смертью, — пряча глаза, выдавила из себя Дар Богов.

Обманывать она еще не научилась, но ведь в этом слове содержалась и правда, пусть и частичная. Не стоит Тео знать, какие страшные вещи говорил его отец. Чем он для своих целей был готов пожертвовать.

Вернее, кем. А что если принц, даже услышав так мало, решит… Джанин испуганно подняла взгляд и порывисто взяла любимого за плечо.

— Поклянись, что сделаешь вид, будто ничего не знаешь! И никому не расскажешь! Иначе… иначе будут страшные вещи!

— Страшнее, чем гибель всего острова через месяц? — невесело хмыкнул Тео и притянул ее к себе, обняв за талию свободной рукой.

— Для меня да, — пробормотала Джанин. — Как ты вообще сюда смог попасть?

— Под обрывом есть колодец. Сперва, использовав силу воды, создал лестницу, дальше — это, — и он кивнул на приспособление в своей руке.

— Сумасшедший! Ты же мог убиться!

— Пока ты меня любишь, не мог. Ты же любишь?

— Люблю, — смущаясь от этих слов, ответила Джанин.

Да, она замужем, и ей нельзя любить чужого мужчину. Только какой же Тео чужой? Он даже сейчас самый родной ей, самый близкий. Хотя бы во сне она может быть честной?!

— И я тебя. А со всем остальным мы справимся! — твердо произнес принц.

Дар Богов подняла взгляд, хотела что-то сказать или спросить, но Тео накрыл ее губы своими.

Их солоноватый от морского ветра вкус, его запах и бескрайний, вмиг растворяющий все сомнения и мысли восторг… Это не могло быть сном! Джанин ахнула, слегка отстранилась и уставилась на принца потрясенными глазами.

— Ты мне не снишься!

— Абсолютно точно! Вот смотри, я колено немного ободрал, пока с карниза первого этажа на второй крюк закинуть пытался, — и принц чуть отставил ногу в сторону, указывая на дырку в брючине, сквозь которую виднелась краснота и проступала сукровица.

Джанин неожиданно почувствовала себя такой счастливой! Тео не подумал, что она предательница! Не ненавидит ее! Девушка стремительно прижалась к широкой груди принца и всхлипнула.

— Не плачь, — ласково проговорил он, целуя ее волосы. — Я обязательно что-нибудь придумаю. Например, вызову твоего мужа на дуэль…

— Да ты что? — Джанин дернулась, сразу перестав плакать. — Обещай! Обещай мне хотя бы этот месяц не ссориться и не провоцировать ни отца, ни графа Эрози! Ты нужен Сольяди! Не создавай проблем. В храме я в безопасности и выходить отсюда не собираюсь, можешь за меня не волноваться.

Тео выдохнул с легкой улыбкой, которая Дару Богов показалась вымученной.

— Исходя из твоего воспитания, я так и думал, но попытаться стоило. Хорошо. Только и ты обещай — если переживем этот месяц, то, не важно, что будет и как, мы останемся вместе. Я найду способ аннулировать твой брак, чего бы мне это ни стоило.

Джанин смотрела в лицо Тео и не находила там признаков того, что он шутит.

Принц был очень похож на отца — такой же волевой подбородок, широкий лоб, выразительные скулы. Но все, что отталкивало в короле, в Тео она трепетно любила. И теперь, после его слов, где-то внутри начала шевелиться надежда.

Неужели, неужели еще не все потеряно? Неужели счастье для них возможно? Однако…

Стремительно краснея, девушка инстинктивно опустила голову и положила руку на свой пока абсолютно плоский живот.

— Но будет ребенок… — ее голос прозвучал виновато, и у принца от этого все внутри сжалось.

Он старался вести себя как обычно, разговаривать, слегка подшучивая, но… они оба понимали, что как обычно никогда уже не будет. Тео не может ничего поменять в прошлом, зато очень постарается исправить будущее. Чтобы Джанин больше никогда не приходилось страдать или делать то, чего она не хочет.

Принц, замирая от нежности к девушке, положил ладонь поверх ее.

— Это будет моя дочь, Джанин. Как мы и планировали. Я буду ее очень любить, ведь она часть тебя.

— Граф Эрози может с этим не согласиться…

— Значит, все-таки дуэль. Или лучше насыпать ему в обед крысиного яда, как считаешь? — засмеялся Тео, стараясь перевести все в шутку.

Они так общались всегда — легко и понимая друг друга с полуслова. Но сейчас было трудно. Произошедшее висело на них тяжелым камнем, и Тео понимал, что им обоим предстоит очень постараться, чтобы он не утянул их под воду.

Джанин рвано выдохнула и потерлась головой о его плечо.

— Уходи. Если кто-нибудь узнает, что в храм проник мужчина… Мать-настоятельница относится ко мне, как к дочери, однако такого святотатства не потерпит.

— Я не в храм. Формально кельи — это всего лишь жилые комнаты, а не место для богов. Но ты права. Не будем дергать волка за хвост. Жди. Я найду как с тобой связаться.

«В конце концов, снова влезу в окно», — подумал Тео, не произнося этого вслух. Он еще раз притянул к себе девушку и поцеловал ее так аккуратно и трепетно, словно перед ним была лесная эфемерная нимфа, способная развеяться от слишком страстного прикосновения.

Джанин неумело ответила. Да и он, признаться, действовал больше интуитивно. С того момента, как Тео осознал, кто Дар Богов для него, у принца враз пропало желание «обучаться» на других девушках.

Только ее губы имели смысл, и только они могли утолить любую боль, жажду и подарить настоящее счастье.