Субботняя короткая смена для Кости пролетела незаметно. Вечером квалифицированная комиссия собралась прямо в цехе. Парни и девушки, сдавшие экзамен на повышенный разряд, стайкой толпились в стороне.

У Кости чуть-чуть дрожали руки. «Как мальчишка», — пренебрежительно подумал он о себе и спрятал руки в карманах брюк.

А через час об этих волнениях он уже вспоминал, как о давно минувших и смешных переживаниях.

— Ты понимаешь, страшновато почему-то было, — делился он своими впечатлениями с Машенькой. — Так и думал — засыплюсь.

— А я знала, что сдашь. Такие тупицы сдают… — сказала Машенька. — А ты же у нас — академик!

— Я вижу, ты тоже что-то зубришь? — спросил Костя, беря учебник геометрии из рук Машеньки.

— Каждый день по два часа занимаюсь. В восьмой класс готовлюсь. Все ушли на каток, а я вот дома…

— Пожалуй, и я на каток двину, — неожиданно заявил Костя.

Машенька хорошо знала, что он совершенно не умел держаться на коньках, и ее рассмешило такое решение.

— Костенька, — спросила она, хитро прищуривая глаза, — что же будешь ты там делать?

— Кататься, Кнопочка, кататься. — Костя тряхнул Машеньку, взяв ее за плечи, и побежал переодеваться.

…Из больших серебристых репродукторов, установленных на четырех столбах по углам заводского стадиона, лилась музыка. По гладкому, как зеркало, ледяному полю легко и красиво скользили конькобежцы. Костя сразу отыскал глазами Иру. Она каталась одна, заложив за спину руки. Голова прикрыта ярким красным шарфиком, не туго стянутым в узел на подбородке. Он направился к ней, но тут же раздумал и остановился у обочины, ожидая, когда Ира, обойдя круг, приблизится к нему.

Ира, увидев Костю, круто свернула с дорожки, спросила:

— Ну, как?

Костя показал пять растопыренных пальцев. Ему хотелось, чтобы Ира сейчас же бросилась навстречу, схватила его за руки и начала их радостно трясти, расспрашивая об экзаменах. Но ничего этого не случилось. Всего лишь сказала:

— Поздравляю, Рябчиков.

Она была чем-то недовольна. Это Костя заметил сразу по ее рассеянному взгляду.

— А я рассчитывал на твою помощь. Думал, что ты поучишь меня кататься на коньках, — осторожно сказал Костя. — Пришел вот, но… тебе, кажется, это не улыбается.

— Нет, нет, что ты!.. — спохватилась Ира. — Надевай коньки.

На катке они пробыли около часа и вместе со всеми возвращались домой. У Иры настроение не налаживалось, и как ни старались девушки ее расшевелить, ничего не получалось.

Гурьбой зашли в общежитие. Дома была одна Машенька. Она сидела за столом, забравшись с ногами на стул, и внимательно рассматривала журнал мод.

— Так-то ты готовишься в восьмой класс, — сказала соседка по койке, склоняясь над столом. — Вот уж не знала, что геометрию можно учить по журналу мод.

— Ой, девочки! — сцепив ладони, воскликнула Машенька. — Знаете, что я придумала? Сидела учила, учила и придумала. Вот смотрите. Красиво? А? — маленький пальчик Машеньки ткнулся в рисунок, изображающий женщину в рабочей форме. — Мы на производстве одну треть своей жизни проводим. Там и женихов себе выбираем… А как мы в цехе появляемся? Даже ребят стыдно. — Понизив голос и прищурив глаза, Машенька заговорщически зашептала:

— Давайте всей бригадой сошьем одинаковую форму. Во получится! — Машенька выставила большой палец. — Девчата из других бригад от зависти завизжат.

Заговорщический тон и прищуренные глаза Машеньки подействовали на подруг. Все окружили стол и начали рассматривать фасоны. Разгорелся шумный спор. В конце концов общее одобрение получили три модели.

— Девчонки! Ну, зачем три? Нам же один нужен, — застонала Машенька. — Ира, а ты что молчишь? Ты не согласна, да?

Ира сидела в стороне тихая, задумчивая и, казалось, ко всему безразличная.

— Я, девочки, согласна с вами, — отозвалась она. — Только надо подобрать что-то потемнее, чтобы не маркое было. Станки-то у нас сами знаете какие.

— А мы и станки перекрасим, — выкрикнула Машенька. — Правда, девчонки?! Почему другие могут, а мы нет? Завтра же Ира пойдет к снабженцам и договорится о краске. Правда, Ира? — И, не дождавшись ответа, Машенька воинственно добавила: — Пусть только попробуют отказать!

Разговор о новой, модной форме так увлек девушек, что, забыв обо всем на свете, они побежали во все комнаты собирать журналы мод, чтобы другие не перехватили их идею.

А Ира, простившись, ушла домой и дома, не раздеваясь, прямо в пальто, плюхнулась на кровать.

«Неужели все… Я ведь люблю его. И давно люблю. Только боялась себе признаться в этом…»

Она решила сама объясниться с Олегом.