Не знаю, был ли то сон или что иное, но ощущалось все при этом куда реальнее, чем во время бодрствования. Однако я понятия не имела, как сюда попала.

Я находилась в роскошной квартире в небоскребе и через огромные, от пола до потолка, окна смотрела вниз, на зеленый парк с усыпанными розовыми цветами деревьями. Напротив этих окон находились другие, открывающие вид на шумный город, часть которого сгорела. Некоторые здания еще тлели, и ветер уносил в небо дымные шлейфы.

Должно быть, это зона боевых действий, но воюющих с рогатыми демонами солдат Доминиона нигде не было видно. Возможно, с такой высоты я просто не могла разглядеть сражение или стороны устроили кратковременное перемирие. Как-никак всем требуется перерыв на обед, верно? Кроме, пожалуй, мародеров, которые совершали набеги на разрушенные здания и магазины и, быстро собрав все, что удавалось найти, рассеивались по улицам.

Я устремила взгляд на неповрежденную часть города, где люди продолжали жить своей жизнью: толпились в процветающих торговых кварталах и на улицах, гуляли, делали покупки, катались на скейтбордах или не отрывали глаз от своих телефонов, вероятно, переписываясь с кем-то или что-то в этом роде.

Сама я никогда в жизни не пользовалась телефоном – никто в Крэке этого не делал, – но слышала, что в контролируемой полубогами части мира по-прежнему доступны социальные сети.

Олимпийские боги ратовали за продолжение существования цивилизации, а Люциферу, по слухам, было на это наплевать, и на социальные сети в особенности. Он не пользовался популярностью ни в одном из недемонических городов, включая Крэк – хотя то же самое можно было сказать и про полубогов.

Я обвела взглядом квартиру, и у меня перехватило дыхание, когда через ведущие на просторный балкон стеклянные двери заметила пару расправленных во всю длину массивных черных крыльев, сливающихся с опускающимися на город сумерками.

Крылья медленно сложились и исчезли вовсе, а я обнаружила, что смотрю на обнаженное тело огромного мужчины, сидящего в кресле, специально изготовленном с учетом его анатомических особенностей. Когда он провел ладонью по густой копне темных волос, на его накачанных руках и красивой спине заиграли упругие мускулы.

Даже не видя его лица, я могла с уверенностью заявить, что не встречала никого более завораживающего. Не в силах сопротивляться желанию взглянуть на незнакомца, я решила подкрасться поближе.

Едва я сделала первый шаг, как мужчина повернулся ко мне, пронзив взглядом – настолько мощным, что я застыла на месте. В его сапфировых глазах ожил и засиял вихрь темных звезд.

– Ты вернулась, – произнес он низким обволакивающим голосом, окутывая меня мощным соблазном. – Я тебя ждал.

На моих губах заиграла улыбка.

– Очень лестно, конечно, но, по-моему, это наша первая встреча. А имя у тебя есть?

Возможно, мне также стоит попросить его номер и обзавестись наконец сотовым телефоном.

– Ты меня не помнишь? – уточнил незнакомец.

Я понурилась. Я бы прокляла вселенную, если, породив такого великолепного мужчину, она бы сделала его психом, отморозком или кем похуже.

– Может, ты принял меня за другую? – предположила я, чувствуя, как в груди нарастает тревога. Если он в самом деле перепутал меня с какой-то из красоток Академии, значит, вовсе не меня он так ждал и жаждал увидеть. Тогда мне здесь делать нечего.

Незнакомец чувственно рассмеялся.

– Иди сюда, ягненок. В прошлый раз до разговоров у нас так дело и не дошло. – Его смех стих, а голос стал текучим, точно шелк. – Какая-то сила выдернула тебя из моего сна слишком скоро, что совсем меня не обрадовало.

В его словах не было смысла. С другой стороны, он сам только что объявил, что мы находимся в мире сновидений.

Собственное тело умоляло меня пойти ближе, но я будто приросла к полу и, прищурившись, продолжала исподтишка разглядывать незнакомца.

– Я не ягненок. Ты должен исправить свою ошибку.

– Хорошо, Мэриголд, – вздохнул он.

Я втянула носом воздух, радуясь, что не оказалась девушкой, которая по ошибке забрела туда, куда ее совсем не звали.

Красавец поднялся со своего кресла, всем своим видом выражая нетерпение оттого, что я не поспешила к нему так быстро, как он того требовал. Не успела я сделать и шага, как он оказался рядом и, протянув руку, обхватил меня за талию.

В следующее мгновение мы перенеслись на балкон, причем я сидела у него на коленях, а моя рубашка куда-то исчезла. Эти отношения развиваются чересчур быстро. Я даже имя его узнать не успела, а уже обнимаюсь с ним, будучи полуголой!

– Не мог дождаться, когда снова к тебе прикоснусь, – сказал незнакомец, прижимаясь носом к моей шее и вдыхая мой запах.

От него пахло чистым телом и маскулинностью, смешанной с ароматами золы и ночи. Его запах ласкал меня, возбуждая до безумия.

Проведя пальцами по его рельефным мускулам, я прижалась грудью к его твердому телу, сгорая от желания ощутить прикосновение его кожи. Он похотливо рассмеялся, и я ягодицами ощутила пульсирующую сквозь его брюки эрекцию. Стремление оседлать незнакомца казалось таким сильным, что я едва не капитулировала.

Секундочку!

Я моргнула, пытаясь вернуть самоконтроль. Мне совершенно не хотелось, чтобы этот прекрасный мужчина счел меня дикаркой. Может, стоит притормозить. Но что, если сон внезапно закончится, прежде чем я успею получить удовольствие?

С другой стороны, даже во сне негоже с такой готовностью стремиться в объятия незнакомца, верно?

– В чем дело, ягненок? – поинтересовался он с искренним беспокойством в глазах. – Ты так надуваешь губы, когда тебя что-то тревожит. Что именно? Ты же знаешь, что можешь все мне рассказать.

У меня потеплело в груди. Он хочет поговорить, услышать о моих проблемах, а не сразу затащить в койку.

– Я случайно попала в новую школу, – сообщила я, накручивая на палец прядь его шелковистых волос. – Там все, кроме меня, знают свое место и к какому дому они принадлежат. Я же не ведаю, кто я такая и какой силой обладаю. Все неофиты усилили свои способности, а меня охватило пламя. Выходит, я аномалия.

Я вспомнила, как руны плясали по моему телу, а потом исчезли под кожей, чтобы никогда больше не проявиться, – ни дать ни взять золотые монеты, упавшие в морские глубины.

– Глупости, – возразил незнакомец, и его сапфировые глаза потеплели. Сколько же в них любви! – Ты не аномалия. Ты – женщина моей мечты.

Я улыбнулась ему с искренней легкостью, которую никогда не чувствовала ни с кем другим.

– У тебя лучшая улыбка во вселенной, – добавил он, нежно проводя большим пальцем по моей нижней губе.

– Знаю, – ответила я. – Но только для тебя.

Он был самым приятным мужчиной из грез, и с ним так легко разговаривать. Если бы в реальности все хоть немного на него походили, в мире было бы куда больше спокойствия и меньше насилия и смертей.

– Я не намерен ни с кем тобой делиться, – заявил он. – Ты моя.

Выходит, этот парень – настоящий собственник, что все равно ни к чему не приведет, поскольку он может обладать мной исключительно в мире сновидений. Однако я не хотела говорить ничего такого, что могло его расстроить и омрачить наши прекрасные мгновения вместе.

– Я даже не знаю, есть ли у меня магия или нет, – добавила я. – Может, и есть, но, похоже, она не хочет проявляться – и я ее не виню в этом. Я тоже не доверяю тем людям в Академии. Они просто хотят сделать из меня убийцу. Для них мы такие и есть – орудия убийства.

Высвободив пальцы из его волос, я прижала ладонь к его щеке. Красавец ответил на мое прикосновение, явно им наслаждаясь. Какая теплая у него кожа! Отросшая щетина покалывала руку. А у меня удивительно реалистичный сон, со всеми запахами и текстурами.

– Три больших засранца, которые правят школой и половиной мира, не могут разгадать ни меня, ни мои способности, – пробормотала я, благодарная за то, что он внимательно слушает. – Мне нравится, что это их бесит. Они не любят загадки. И неизвестность им не по нраву. Поэтому я останусь для них тайной – такова будет моя поэтическая месть ради торжества справедливости. Однако, – продолжила я, и моя ухмылка померкла, – я опасаюсь, что, если моя сила не проявится в ближайшее время или если я действительно окажусь неудачницей, им от меня никакого проку не будет. Устав от меня и моего отношения, они щелкнут своими грубыми пальцами и избавятся от моей скромной персоны. Держу пари, один из них уже представлял, как стирает меня с лица Земли. Я сильно его разозлила.

– Никто тебя не тронет, – прорычал красавец. – Ты моя. Я никому не позволю причинить тебе боль, даже в мире снов. Я уничтожу их всех.

Его крылья агрессивно распахнулись.

– Спасибо, – поблагодарила я. Было приятно, что он так защищает меня, пусть даже во сне. Когда я проснусь, он исчезнет.

Но как же тогда мы оба поняли, что грезим? Разве это не странно? А может, это и не сон вовсе, а мы встретились в альтернативной вселенной? Черт, в таком случае я не стремлюсь покидать эту реальность, не хочу просыпаться.

– Спасибо, что выслушал меня, – сказала я. – В последнее время я много ною, что совсем не в моем стиле. С этого момента перестану жаловаться. Совсем. Буду мыслить позитивно. В основном для сохранения собственного здравого смысла.

– Узнаю своего ягненка, – одобрительно прогудел красавец, зажмурившись от желания.

В следующее мгновение он прильнул к моему рту.

Он и так долго сдерживался, выслушивая мои стенания. Хороший мужчина – редкость в наши дни, поэтому им нужно дорожить. Но в данный момент нам обоим требовалось горячее обнаженное действо.

Незнакомец провел своими широкими ладонями по моим бокам и, поднявшись выше, обхватил набухающие груди. Я застонала, не отрываясь от его рта, и его язык проник сквозь мои приоткрытые губы.

Мое тело захлестнула волна удовольствия. Перехватив язык красавца своим, я вовлекла его в элегантный интригующий танец. Поцелуй с этим великолепным крылатым существом казался таким естественным, словно мы и правда созданы друг для друга. Его исполненные звездного света сапфировые глаза ярко блестели.

– Ты – единственная женщина, к которой я могу прикоснуться, хоть и во сне, – нежно и в то же время с благоговением признался он. – Другие мне не нужны, и я бы предпочел тебя здесь, в моих грезах, любой другой женщине в реальной жизни.

О какой реальной жизни речь? Он же плод моих фантазий. Но времени размышлять логически у меня не было. В стремлении притянуть красавца к себе я снова вплела пальцы в его густые волосы.

Я не хотела, чтобы он исчезал.

– Какая же ты сегодня нетерпеливая, моя собственница, – усмехнулся он.

От звуков его хриплого низкого голоса мое тело воспламенилось.

– Хочу прикасаться к тебе везде и сразу, и никак не могу решить, с чего начать, – признался он. От вожделения его французский акцент усилился. – В твоем присутствии я точно в огне.

Господи, помилуй!

Я с силой впилась губами в его рот. Наши языки переплетались, сражались и танцевали. Через наши тела пронесся жаркий смерч, соединяя нас. Рука красавца поползла вниз по моей теплой коже, и с каждой его жадной лаской удовольствие все сильнее разгоралось во мне.

Я шевельнулась у него на коленях, и он застонал.

– Никогда не думал, что прикосновения к женщине могут быть такими восхитительными и вызывать привыкание, – пробормотал он. – Ты моя навсегда, ягненок.

Приподняв меня, он нежно скользнул рукой к моему тайному месту. Я откинулась назад, чтобы дать ему больше места для любовных игр. Здесь, в прекрасном мире сновидений, он мог делать со мной все что угодно.

Медленно лаская меня пальцем, красавец внимательно изучал мою реакцию, словно я была его новой зависимостью – всем его миром – и я поприветствовала его своим откликом.

– Как приятно, – простонала я, запрокинув голову. – Не останавливайся. Ни за что не останавливайся.

Его палец еще глубже проник в меня и принялся двигаться в размеренном ритме. Вскоре к первому пальцу добавился второй, открывая новые невероятные ощущения.

Я вскрикнула от удовольствия, которое пронзило меня, освещая каждую клеточку тела. Я хотела этого мистического мужчину больше всего на свете. Хотела его полностью, мечтала насладиться каждым дюймом его твердой длины.

Я подалась вперед, усиливая взаимодействие, и мой красавец сладострастно чертыхнулся. Не в силах больше сдерживаться, он спустил брюки, явив моему взору предмет своей гордости – огромный, пульсирующий, гладкий.

Какое поразительное зрелище!

На секунду я замешкалась, не уверенная, удастся ли мне его принять. В следующее мгновение я качнула головой, решив не беспокоиться о размере. Мы можем делать все что угодно, потому что во сне обстоятельства всегда складываются наилучшим образом.

Положив руки на плечи красавца, я прильнула к нему.

– Хочешь меня, ягненок? – спросил он, завороженно наблюдая за каждым моим движением.

Голодный взгляд, которым я смотрела на его мужское достоинство, вызвал на его великолепном лице самодовольную удовлетворенную улыбку.

– Больше всего на свете, – промурлыкала я, затаив дыхание.

Я и не подозревала наличие у себя этой сладострастной ипостаси. М-да-а-а, я умею преподносить сюрпризы, но на этот раз в хорошем смысле.

Из его груди вырвался звериный рык, возбудивший меня еще сильнее. Обхватив мои бедра руками, красавец меня приподнял, словно я была легкой, точно перышко. Поместив свой стальной стержень между моих бедер, он легонько толкнул меня, побуждая откинуться назад, и я с готовностью повиновалась.

Наконец он вошел в меня.

Некоторое время мы оставались неподвижными, смакуя и празднуя невероятное чувство близости и единения, потом красавец начал медленно двигаться, давая мне время привыкнуть к его размеру.

Я потеряла терпение первой. Я хотела его всего – и принялась поднимать и опускать бедра, скользя по его твердой как камень длине. Я была не уверена, что все делаю правильно, но ощущения были приятными, и мы оба задыхались от удовольствия.

От страсти сапфировые глаза моего возлюбленного потемнели, черты лица исказились. Одной рукой он сжал мое бедро, наращивая темп, а другая зарылась в мои волосы цвета лаванды.

– Позволь мне сделать всю работу и доставить тебе удовольствие, – прошептал он мне в губы. – А ты просто наслаждайся. Мне хочется позаботиться о тебе.

Приподняв мощные бедра, он вошел в меня еще глубже, движимый грубой потребностью впиться в меня, уничтожить. Каждый дюйм его восставшей плоти заполнял мое разгоряченное лоно, и мое тело с готовностью поглощало его мужское естество.

Мои груди подпрыгивали, когда мы соединялись, расходились на секунду и снова сходились.

Я почувствовала, как напряжение медленно отпускает меня, и только сейчас поняла, что долгое время пребывала на взводе.

Вожделение, тепло и аромат моего возлюбленного обволакивали меня, как мелодия неба, океана и земных недр. Он брал меня все сильнее и быстрее, погружая в море блаженства. Мне хотелось, чтобы эти ощущения длились вечно.

Последовала новая серия сильных толчков, от которых, казалось, он стал еще больше внутри меня. Я застонала. Красавец издал низкий гортанный звук, и его ритм стал ослепительно быстрым.

Некоторое время мы не издавали ни звука. Он без устали входил в меня с сокрушительной силой, а я принимала его с не меньшим энтузиазмом.

– Моя женщина, мой ягненок, – пробормотал он. Страсть изменила его, превратив в эротического бога. – Ты была создана специально для того, чтобы я нашел тебя в своем сне и насладился, доведя до чистейшего экстаза.

– Вообще-то, это мой сон, – возразила я между задыхающимися стонами, но он не принял мои слова во внимание.

– Приходи ко мне во сне каждую ночь и позволь обладать тобой до самого рассвета, – велел он.

Я почувствовала, что внутри меня все сжимается, стискивая каждый дюйм его стержня. Он зашипел от удовольствия и, высвободив свои бархатистые черные крылья, обнял меня ими одновременно в защитном и властном жесте. Наш ритм сделался нестабильным из-за его ускоренных толчков.

Наслаждение вознесло меня на небеса, и что-то внутри полностью ослабло или даже с треском сломалось.

Светящиеся руны – все двенадцать символов двенадцати главных богов – закружились на моем теле, словно звездная карта галактики.

Я ощутила, как устремляется на поверхность все, что во мне было заключено: лед, ветер, огненные бури, молнии, урожай, смерть, рождение и тьма. Воцарился хаос, сменившийся порядком – и снова хаосом.

Откинув голову, я принимала своего возлюбленного.

Назови меня своей. Возьми меня всю.

Я почувствовала себя обновленной, как при появлении новой вселенной на свет.

Крылатый красавец в крайнем изумлении смотрел на меня своими невероятными сапфировыми глазами. Его чувственные губы приоткрылись.

– Мэриголд, что…

Налетевший волшебный ветер оторвал меня от него прямо перед тем, как сжигающая дотла дикая страсть достигла кульминации.

– Мэриголд, проснись, – настойчиво звал чей-то голос.