В общежитии меня поселили с семью другими девушками.

К счастью, Деметру и ее приспешниц разместили в другой комнате, через коридор от нашей, в противном случае по ночам я не сомкнула бы глаз.

Две девушки, чья двухъярусная кровать стояла ближе всего к двери, были студентками второго курса. Еще четыре первокурсницы были зачислены четыре месяца назад, так что нам с Еленой, похоже, предстояло многое наверстать, чтобы сократить разрыв.

Однако я не загонялась так, как моя подруга. Пожалуй, я была единственной в Академии, кто не стремился привлечь к себе взгляды полубогов, быть лучшей в классе и вообще выпуститься.

Я не боялась провалить экзамен, наоборот, стремилась к этому.

Я родилась охотницей, а не каким-то трутнем Доминиона, вынужденным терпеть всякое дерьмо и выполнять приказы каждого идиотского придурка выше себя по званию.

Я никогда не признавала авторитетов, поэтому полубоги могли выгнать меня в любой момент или поцеловать в задницу.

Мои соседки по комнате настаивали, чтобы я показала им свою метку, и я в конце концов уступила. Поскольку мы не старшекурсницы, нам не полагалась отдельная ванная комната. Они бы все равно увидели меня без одежды в общественной бане.

– У тебя на коже нет ни одного символа, Мэриголд, – встревоженно ахнула одна из девушек с красивым именем Осень. – Каждый получает и носит на коже знак силы, указывающий, к дому какого бога он принадлежит. Почему же у тебя его нет, хотя ты пережила ритуал?

– Полубоги задались тем же вопросом, – сухо ответила я. – А мне плевать, что они думают. Даже Теодор ни хрена не понял.

– По-моему, ты не принадлежишь ни к одному из домов, – объявила Мисти, первокурсница, которая была придирчивее остальных. – Повезло тебе, что вообще не вышвырнули прочь.

– Надеюсь, подобное «везение» скоро закончится, – огрызнулась я.

В знак сочувствия Елена сжала обе мои ладони. Вообще-то, я не люблю, когда меня держат за руки, как будто мне требуется много салфеток, чтобы вытереть заплаканное лицо, но она правда пыталась меня поддержать.

От доброты не отказываются.

– Думаю, со временем на плече у Мэриголд все же появится руна, – высказалась Елена в мою защиту. – Просто она из тех, кто поздно созревает.

– Я слышала, что божественное пламя набросилось на тебя. – Саманта, второкурсница, одарила меня сочувственным взглядом. – Но никто не знает, что случилось потом, так как полубоги выгнали всех из зала, после того как ты начала вопить во всю глотку. Что же произошло на самом деле?

Девушки навострили уши, но я не собиралась ничего им рассказывать. Ни словечка. Уж точно им незачем знать, что два полубога поцеловали меня, а третий угрожал расправой.

Они мне не подружки.

– Ничего особенного. Огонь погас, и священник отправил меня сюда. – Я зевнула. – Пойду-ка я спать. Завтра у меня занятия с раннего утра.

Меньше всего мне хотелось, чтобы вся Академия узнала, что ритуал, возможно, открыл во мне некую аномалию. К счастью, мои соседки были не способны долго концентрироваться на чем-то одном, поэтому быстро потеряли ко мне интерес.

Да, я выжила. Однако меня неотступно преследовало плохое предчувствие, что выживание в пламени стало лишь началом моих несчастий.

Во-первых, в отличие от остальных, после ритуала Рун Крови с моей силой не произошло никаких изменений. Я не возвысилась и не пала, а просто обгорела. Кроме того, я была единственной, кто не прошел ориентацию. И из того, что успела узнать, нас с Еленой, как первокурсниц, скорее всего, будут рассматривать в качестве закуски в этом кишащем хищниками бассейне.

Елена в последний раз сжала мои руки, прежде чем вернуться на свою койку.

– Самое главное, что ты выдержала испытание. Никто не думал, что ты выстоишь в пламени, но ты это сделала.

Она намекала на всякие гадости, распространяемые обо мне членами элитной группы. Елена рассказала о том, как Деметра без конца жаловалась, что я задержала полубогов своим дешевым трюком во время священного ритуала.

Что ж, я бы с удовольствием оказала ей честь и уступила место в пламени, чтобы привлечь внимание полубогов – или любого бога. Деметре было еще горше от того факта, что Аксель лично отнес меня в общежитие и уложил в постель, пока я спала в его объятиях.

Я не помнила, как полубог войны доставил меня сюда, поскольку в какой-то момент отключилась под аккомпанемент препирательств кузенов в Олимпийском зале.

– По словам Деметры, им следовало просто посадить тебя в инвалидное кресло и попросить кого-нибудь из младших сопроводить тебя в комнату, – со смехом заметила Елена. – Все видят, что полубог войны к тебе неравнодушен.

А еще я нажила себе врага в лице полубога морей. С другой стороны, кому есть дело до этого водоплавающего парня?

Загибая пальцы, я взялась подсчитать количество недругов в новой школе: Пакстон, Деметра со своими приспешниками… кто еще? Оставалось надеяться, что им не придет в голову объединиться, но у меня было тревожное предчувствие, что они на это способны. Из этих ребят выйдет целая армия жаждущих моей крови с полубогом во главе.

Согласно собранным Нэтом сведениям, Деметра имела влияние в Академии благодаря своей баснословно богатой семье.

Несмотря на то, что полубоги возглавляли Академии Полукровок по всему миру, они ими не управляли из-за отсутствия терпения и интереса к административным обязанностям. В основном они появлялись и исчезали вновь, посвящая большую часть времени войне с демонами. Следовательно, их любимые места тусовок находились не в школах, а в зонах боевых действий.

Редко когда все четыре полубога одновременно находились в одном месте, поэтому сейчас все в Североамериканской Академии были в восторге, особенно девушки. Менее чем за двадцать четыре часа я услышала больше сплетен о полубогах, чем за последние двадцать лет.

Я давно перестала обращать внимание на болтовню, а мои соседки продолжали с энтузиазмом спорить о том, кто из полубогов самый притягательный, и делали ставки, кому посчастливится стать их следующими любовницами.

Четверо из шести проголосовали за полубога смерти как самого горячего и загадочного. То, что он был совершенно недостижим, делало его еще более желанным.

Неожиданно их разговор привлек мое внимание. Пакстон пригрозил, что они с Гектором объединятся против меня, поэтому мне нужно узнать как можно больше о своих врагах, особенно о том, с которым я еще не встречалась.

– Почему он недосягаем? – спросила я.

– Ты что, совсем ничего не знаешь о мире полубогов, а? – удивилась Неа, еще одна первокурсница. – В какой пещере ты до сих пор жила?

– Очевидно, в своей собственной. – Я пожала плечами.

– Хорошо, что ты наконец-то из нее выползла, – фыркнула Неа.

– Меня заставили, – со вздохом призналась я. – Мне было вполне комфортно там обитать, знаешь ли.

– Ты безнадежна, – постановила она. – Зачем я вообще с тобой разговариваю?

– И ты продолжаешь это делать, – заметила я.

– Да, просто предупреждаю: смотри, куда идешь, – сказала она.

Ни для кого не секрет, что с новыми студентами часто обращались как с грушей для битья.

Хотя большинство девушек в этом общежитии тоже были первокурсницами, они опережали нас с Еленой и, придерживаясь традиции, полагали, что имеют полное право обращаться с новичками так, как считают нужным. К примеру, я стала свидетельницей тому, как пребывающий в скверном расположении духа старшекурсник стукнул по голове одного из неофитов.

Я втайне пообещала себе, что если кто-нибудь вздумает задирать Елену или меня, то быстро дам им понять: приставая к нам, не оберешься хлопот.

– Никто не выдержит прикосновения полубога Гектора, – подхватила Елена, снова приходя мне на помощь. Очевидно, что я здесь единственная невежа, жившая в пещере с отличной звукоизоляцией в виде мха, – никакие новости не долетали. – Тот, до кого он дотрагивается, мгновенно умирает.

– Вот бы и мне такую суперспособность, – мечтательно протянула я, вспоминая своих врагов. – Хочу принадлежать к его дому.

– Гектор очень одинок, – добавила Неа таким тоном, будто знала его лично. – Мне так его жаль. Вся его эротичность пропадает зазря.

Выходит, полубог смерти – самый желанный парень в Академии благодаря своему смертоносному прикосновению в сочетании с чертовской природной притягательностью и, конечно же, идеальным мужским телом.

Неудивительно, что на второе место девушки поставили Акселя. Каково же было мое изумление, когда я узнала, что на самом деле он студент четвертого курса Академии Полукровок!

Будучи полубогом, он не подчинялся никаким правилам и прогуливал большинство занятий, лишь эпизодически заглядывая в класс, чтобы подшутить над профессорами или доставить неприятности всем вокруг. В остальное время он ошивался в зоне боевых действий с отцом или, если верить сплетням, проводил время с девчонками в кампусе.

Вот черт, выходит, полубог войны немногим старше меня, а я-то считала его таким же древним, как его кузены.

В следующий раз, когда он выведет меня из себя, скажу ему, что из-за детского личика у него рейтинг наименее сексуального полубога в Академии. Держу пари, это станет большим ударом по его непомерно раздутому самолюбию.

Номером третьим был Пакстон, которого в основном боялись.

– Попасть к нему в немилость – все равно что получить на лоб клеймо смерти, – с дрожью в голосе прошептала Джессика, еще одна первокурсница. – Но какой же он горячий. Я могу целыми днями любоваться тем, как он играет мышцами. В прошлый раз, когда он направился в мою сторону, я чуть не хлопнулась в обморок от одного вида его мощных ног.

Бедняга Зак оказался последним в списке, вероятно потому, что держался на максимально возможном расстоянии от новобранцев и был слишком серьезным. Он правда никогда не улыбался.

По словам моих соседок по комнате, он жил уже много веков и был самым могущественным из четырех кузенов. Один из перворожденных полубогов, он вернулся на Землю около ста лет назад, когда война богов с демонами потребовала его присутствия здесь.

При таком продолжительном существовании кто бы не впал в апатию? Мне даже стало его немного жаль. Выходит, бессмертие может обернуться проклятием.

Что касается Пакстона, то он появился на свет в самом начале войны между Люцифером и Аресом и, по сути, являлся продуктом этой распри. Неудивительно, что он был самым мерзким из всех полубогов. Вероятно, когда он рос, то не видел ничего кроме насилия, которое и сформировало его мировоззрение и личность.

Вот, значит, какова жизнь в Академии?

Днем все посещали занятия и испытывали друг друга на прочность, а по ночам девчонки безудержно сплетничали о горячих парнях, практически пуская по ним слюни, особенно по полубогам.

Интересно, о чем в своих комнатах говорят студенты мужского пола?

Когда мои соседки в очередной раз принялись обсуждать одинокого, но горячего полубога смерти, я забралась под одеяло и закатила глаза.

Мне было любопытно, как поживают Джаспер и Цирцея, хорошо ли устроились.

Я не знала, что принесет завтрашний день, но, проведя в Академии всего ничего, не испытывала ни малейшего желания это выяснять.