Речет Антоний слово,

Но храм пустует снова.

Тогда он на отшибе

У рек подходит к рыбе.

А рыба бьет хвостами,

С веркает чешуями.

И карпы с икрою

Всплывают толпою,

Чтоб лучше внять слову

Посланца святого.

Те карпы едва ли

Такое слыхали.

Зубастые щуки,

Извечные злюки,

Все склоки забыли,

К святому поплыли.

Те щуки едва ли

Такое слыхали.

И те фантазеры,

Худые проворы —

Их кличут трескою —

Примчались гурьбою.

Т рески те едва ли

Такое слыхали.

Угри и белуги,

Шальные хитрюги,

Что силой кичатся,

На проповедь мчатся.

Угри те едва ли

Такое слыхали.

И раки с клешнями,

Что бродят часами,

Вздымаются круто

Наверх за минуту.

Те раки едва ли

Такое слыхали.

Большие и малые,

Шустрые, вялые —

Все рыбы всплывают,

Святому внимают,

Чтоб тот Божье слово

Донес им толково.

Потом расплывались,

За прежнее брались.

По старой науке

Охотились щуки,

Угри не скучали,

Любовью дышали.

Вновь шастали раки

По дну в полном мраке,

А карпы с тресками

Носились с делами.

С лова все забыли

И стали, как были.