Рома был зол на себя. Надо же было так опростоволоситься! Не следовало торопить события ни в коем случае. Глупо и некрасиво вышло. Получилось так, что он потребовал продолжения после очередного похода в ресторан. Ну согласилась с ним Оля поужинать раз, другой, третий, но это же не повод хватать ее за грудь. Идиот идиотский!

Так она сказала, оттолкнув его в машине. А он тогда думал иначе. И неправильно, как оказалось, думал. И теперь Оля с ним не разговаривает. И не замечает. Сначала то же самое происходило с Воиновым. Теперь с ним.

Выходило, что Воинов тоже попытался полезть к ней с поцелуями и дал волю рукам? Вот говнюк!

Рома припарковал машину в просторном дворе старого дома. Осмотрелся. И сделал вывод, что раньше всё же умели не только сами дома возводить, но и оформлять придомовые территории. В то время машин почти не было, а двор огромный. Сейчас же в каждой семье минимум по одной машине, а дворы многоэтажек куцые, тесные. Кое-как втиснут детскую площадку с качелями и горкой. А машину где хочешь, там и ставь. Хоть в квартиру заноси!

В его дворе именно так дела и обстояли. Не вернулся со службы вовремя — езди кругами в поисках парковки…

На нужном ему подъезде не было кодового замка, и он вошел в него беспрепятственно. И чудесные дела: новый хозяин бывшей квартиры Наташи Харитоновой оказался дома.

Открыл почти сразу. Среднего роста, поджарый, возраст не определить — и тридцать может быть, и за пятьдесят. Не моргая, он долго рассматривал Ромино удостоверение. Бледнел, что странно. И потел, вытирая лоб ладонью.

— Твою мать! — выдохнул, намочив потной ладонью белоснежную футболку на груди, поддернул спортивные шорты и проговорил: — Проходите, товарищ капитан…

Новый хозяин Наташиной квартиры уже приступил к ремонтным работам, ободрав старые обои и скатав рваный линолеум. Мебель не завез. А спал на надувном матрасе, пристроив его возле батареи. Подушка, одеяло и простыня были сложены аккуратной стопкой на матрасе. Присесть особо тоже было не на что. Положив газету на старый табурет, хозяин махнул в Ромину сторону рукой и проговорил:

— Прошу вас, присаживайтесь.

Рома нехотя уселся. Качнулся пару раз, проверяя табурет на прочность. Вроде не шатался и не скрипел. Уже хорошо. Хозяин привалился задом к подоконнику, скрестил руки на груди и спросил:

— Что вы хотели, товарищ капитан?

— Я хотел бы знать, как и на каких условиях вы приобрели эту квартиру, — глядя на мужчину в упор, отчеканил Рома.

Мужику было неуютно и от присутствия полиции в его доме, и от многозначительных взглядов. Он всё время ежился, словно мерз. Дергал шеей и беззвучно шевелил губами, словно вел диалог с кем-то невидимым.

— Квартиру купил легально. У хозяйки самой купил — Наташи, кажется. Документы в порядке. Ща покажу.

Он вышел в другую комнату. Тоже голую, без мебели, обоев и линолеума. Но документы принес в новенькой синей папочке с кнопкой. Где они могли храниться в пустой комнате, можно было только догадываться.

Документы были в порядке. Роме хватило минуты, чтобы понять: сделка была совершена по всем правилам.

— Сколько она запросила за квартиру? Тут указана смешная сумма. — Рома ткнул пальцем в нужную строку.

— Она и была смешной, цена квартиры. Потому я и позарился на эту рвань. Реально понимал, сколько еще придется в нее вложить, — подергал плечами новый хозяин.

— Квартира в Москве, не за МКАДом, не может стоить полтора миллиона рублей, — настырничал Рома, не выпуская из рук договора купли-продажи. — Меня не интересует ваш уход от налогов и всё такое. Меня интересует другое.

— Что же? — усмехнулся тот криво.

— Почему после продажи квартиры Наталья Харитонова была найдена мертвой?

Беззвучное шевеление губами обрело вдруг звук: новый хозяин Наташиной квартиры выматерился.

— Вот я так и знал, что это какая-то лажа! — перешел он наконец на нормальную речь. — Хозяйка Наташа сама не в адеквате была. Мужик еще этот с ней…

— Та-ак! — Рома приподнял зад с табурета. — Давайте-ка с этого места поподробнее…

Подробностей оказалось так много, что Рома, поначалу решивший записывать показания в блокнот, махнул на это дело рукой.

— Вы не будете против, если я воспользуюсь диктофоном? — глянул он весьма проникновенно на дядю.

— Валяйте, — позволил тот великодушно.

Рома включил диктофон и скомандовал:

— Начинаем!

— В общем, объявление о продаже квартиры выскочило на одном из сайтов. Я позвонил. Ответила девушка. Предложила посмотреть квартиру. Я приехал на этот вот адрес. Посмотрел. Говорю, дерьмо хата-то. Сколько хотите? Она плечами пожала и позвонила кому-то. Ей ответили. Она и назвала цену в три ляма.

Рома укоризненно качнул головой. Мужчина отреагировал мгновенно:

— Ну да, да, в договоре по моей просьбе указали половину цены. Я алименты плачу. Вынужден скрывать доходы. Ну вы меня понимаете…

— Нет, — жестко отреагировал Рома.

Мать воспитывала его одна. Папаша так же вот, как это чучело, скрывал свои реальные доходы и платил копеечные алименты. Мать выкручивалась как могла.

— Что было дальше? После того как вы посмотрели квартиру?

— Я сказал ей, что мне надо подумать. Она снова позвонила. И там ей, видимо, велели упасть в цене. Три сотки еще выторговал. И на другой буквально день всё оформили. Быстро!

— Где встретились для подписания документов?

— У нотариуса. Тут недалеко его контора. Наташа вела себя как-то заторможенно. Нотариус у нее даже спросил, всё ли с ней в порядке. Взгляд мутный, походка неуверенная. Пришлось несколько раз переспросить, не совершает ли она сделку под воздействием давления и всё такое. И я, умный человек, взял и всё записал на видео. И как потом она к машине шла, записал.

— К машине? Такси?

— Нет. Ее ждала машина. За рулем мужик в черной куртке, кепке и капюшоне. Лица не рассмотрел. Но машину потом пробил по номерам.

— Видео с машиной записали?

— И еще как! У меня на телефоне функция есть хитрая. Запись видео с приличным увеличением и отменным качеством. Даже VIN-код можно рассмотреть на стекле. Мало ли, думаю, может, номера машины липовые. Девка странная. Короче. Снял тачку со всех сторон. Пробил потом.

— И что выяснили? На кого зарегистрирован автомобиль?

— Тачка принадлежит Свиридову Илье Васильевичу. Номера не липовые. Всё сошлось.

— Та-ак… — Рома разволновался. — И адрес Свиридова удалось выяснить?

— Так точно, товарищ капитан. С корешем моим даже скатались на адресок тот. Незаметно так. Но всё тип-топ, никакой левоты. Не, нормальный чел друг этой Наташи. Живет по прописке. — И новый хозяин Наташиной квартиры назвал точный адрес местожительства Свиридова Ильи. — Обедать и ужинать ходит в пельменную по соседству. За продуктами в магазинчик на углу дома. Всегда только туда.

— Сколько же вы за ним наблюдали? — удивился Рома.

— Пару дней после сделки. Всё подвоха ждал. Мало ли, думаю, Наташа эта очнется и начнет чего-нибудь мутить с отменой сделки. Сейчас это запросто…

— Это всё?

— Всё. Больше я их не видел. Ни ее, ни его, — широко развел руки в стороны мужчина. — Все видеоматериалы сейчас вам скину. Да, чуть не забыл! Тут тетка какая-то ломится который день ко мне в дверь. Уверяет, что она мать Наташи и права имеет и всё такое.

— И что?

— Нет, ничего. Просто, если вы по ее жалобе сюда пришли, сразу скажу, что еще раз она позволит себе такую хулиганскую выходку — я полицию вызову.

— Я с ней поговорю, — соврал Рома.

— Поговорите, поговорите. — Мужик засеменил к порогу. — А то как-то некрасиво получается.

— Согласен. — Рома вышел на лестничную клетку и глянул на мужика с противной ухмылкой: — Особенно некрасиво своего ребенка пособия лишать. Кто, по-вашему, должен это делать? Дядя чужой?

— А при чем тут…

Мужик снова побледнел, вытер потный лоб и через мгновение захлопнул входную дверь.

Рома вышел на улицу, еще раз удивленно осмотрел огромный двор. Тот даже наполовину не был заставлен машинами. Он медленно прошелся по тщательно вычищенному от снега тротуару, сел за руль и только тогда полез в карман за телефоном.

Надо было доложить Воинову о результатах. Но не хотелось до желудочных колик. У Ромы всегда прихватывало желудок, когда он психовал или когда ему страшно чего-то не хотелось делать.

Вот в настоящий момент до боли не хотелось звонить майору. Потому что именно он, Рома, обладает важной информацией. Кажется, он нашел преступника, который десять лет — предположительно — совершает идеальные преступления. И Рома может самостоятельно его задержать. И тогда все почести достанутся ему. И возможно, ему присвоят звание майора досрочно. И он…

— Черт! — ударил он кулаком по рулю. — Опасно, блин!

Опасность попасть под пули существовала реальная. Преступник — если, конечно, под именем Свиридова Ильи скрывался именно он, беглый зэк Геннадий Хомутов — был очень опасен. И пойти с ним в рукопашную один на один Рома не сможет. Он проиграет бой. И тогда вместо почестей его ожидает позор.

— Товарищ майор? — позвонил он всё же Воинову спустя пять минут душевной ломки. — Я нашел его.

— Кого? — поинтересовался тот осторожно. — Нового хозяина квартиры Натальи Харитоновой?

— Нет. С этим проблем не возникло. Он был дома и снабдил меня всеобъемлющей информацией. Я знаю, где проживает Хомутов. Надо ехать на адрес…