Он был диким и властным, но в этом была и другая сторона.

Я чувствовала это в связи, словно изменчивое существо. В одно мгновение — очарован, а в следующее, услышав шум из другой части нашего дома, он превращался во что-то искаженное и напуганное.

Он так долго сражался, что, думаю, никогда не замедлял шаг. Никогда не прорабатывал свою боль, и теперь ему было трудно не превращаться в зверя, которым ему приходилось быть в «Анархии».

Я обнимала его, пока он заявлял на меня свои права, зная, что ему это нужно. Что ему нужна я. Я была его балансом, так же, как мои альфы балансировали меня.

Когда он излился внутрь меня, его разрядка затуманила мои мысли. Его сперма обладала стимулирующим действием, обостряя все чувства. Мои руки отчаянно вцепились в его плечи; я выгибалась и кричала, оргазмы накатывали на меня волнами, приближая к краю моей собственной течки.

Он не отстранился даже тогда, когда мое тело обмякло. Син оставался внутри меня, и я моргала, глядя на него сквозь ресницы.

Такой великолепный.

Мой.

Я могла бы оставаться так близко к нему вечно, но я попыталась вывернуться, когда мне показалось, что его хватка ослабла.

Вандл, Фантом и Карма еще не пришли. Я чувствовала их в связи, их желание, но они знали, что нам нужно подождать, пока он не будет готов.

Дело было не только в том, что я хотела своих альф, потому что у них были узлы, которых жаждало мое тело. Я хотела… чтобы они все были здесь. С нами обоими — со мной и Сином.

Я хотела, чтобы наша стая была единым целым.

Однако Син не отпускал меня, а я не хотела с ним бороться.

Наконец, кто-то из остальных постучал в дверь. Син резко обернулся, в его горле зародилось рычание. Это был Карма, он вошел с подносом, на котором стоял кувшин с водой, и выглядел полным надежды.

Мне пришлось обвить Сина руками и вонзить зубы в его плечо, чтобы заставить его отстраниться.

Его не было… здесь в тот момент, на самом деле.

Как будто Карма был врагом.

Предупреждение Вандла оказалось верным. Карма смог лишь оставить поднос на расстоянии от нас, прежде чем рычание Сина стало слишком сильным, но были и хорошие новости — его аура не вырвалась наружу.

Как только дверь закрылась, он снова заявил на меня свои права, на этот раз оставив свежий укус на моей шее. Его бедра бились о мои, пока даже вблизи мое зрение не стало немного размытым, и я не знала, было ли это из-за отчаяния от приближающейся течки или нет.

Когда этот раунд закончился, я выскользнула из постели и осушила целый стакан, прежде чем отдать второй Сину. Его веки отяжелели, а когда он закончил пить, то взял меня на руки.

В нем проглядывала частичка его настоящего, туман его течки пока немного рассеялся, хотя и не до конца. Я подумала, что сейчас самое подходящее время.

— Могу я использовать наручники? — спросила я, моргая, глядя на него снизу вверх.

— Ты хочешь меня связать?

Я сняла ключ с ожерелья и прикусила его, на моем лице играла восхищенная улыбка.

— Я смогу тебя освободить.

Он усмехнулся.

— Хорошо, Светлячок.

Мне было немного не по себе, когда наручники защелкнулись на его запястьях, но мне действительно был нужен узел. А ему действительно были нужны его альфы. К тому же… Ну, Син с руками за спиной был самым горячим зрелищем, которое я когда-либо видела.

Что оставалось делать омеге?

В наручниках он оказался в ловушке, стоя на коленях на полу со связанными за спиной руками. В гнезде не было кровати, вместо нее пол был устлан уютными матрасами, чтобы я могла свернуться калачиком где угодно. Но именно здесь из-под постельного белья выходили цепи крюка. Он мог менять положение, чтобы ему было удобно, что было хорошо для течки.

Моя игрушка.

Я опустилась вниз, мой кулак нашел его член, прежде чем я опустилась на него, опираясь руками о его плечи.

— Блядь… — застонал он, когда я оседлала его, багровые глаза тускло мерцали.

— Я люблю тебя, — сказала я ему.

Мои пальцы впились в его плечи, когда я поднималась и опускалась, и по мне пробежала дрожь от той власти, которая у меня была. Ключ на моей шее контролировал, сможет ли он вообще ко мне прикоснуться.

Я надеялась, что он не сочтет то, что я сделала, предательством, но без наручников, сдерживающих его, его инстинкты никогда не позволили бы мне взять то, что мне было нужно.

Их всех, вместе.

Я прижалась губами к его губам, заявляя на него свои права поцелуем, пока пыталась успокоить жар его тела своим. Его зубы впились в мою нижнюю губу, и я застонала, извиваясь у него на коленях.

Затем пространство наполнил землистый запах железного дерева и тлеющих углей: течка все сильнее захватывала меня.

Вандл был здесь.

Син мгновенно напрягся, в горле зародилось рычание, и я отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом.

СИН

Кресцент была моей милой богиней-светлячком, ее прекрасные золотистые глаза сияли в ярком свете огромного гнезда.

Я был в ловушке, мои запястья были связаны за спиной, а с ожерелья свисал красивый, блестящий ключ. Компанию ему составляли лишь светлые пряди ее волос, покоящиеся между ее грудей.

Жар поднимался в моей груди, остывая от каждого ее прикосновения.

Я отчаянно нуждался в ней.

Ее ладони прижались к моему животу, скользнули вверх, и это смыло очередную волну этого жара.

Она была тем, что мне было нужно.

Но все же дисбаланс гудел, тепло не рассеивалось полностью.

Это пройдет, мне просто нужно было — я подался вперед, запястья вжались в наручники, когда я углубил наш поцелуй и прикусил ее губу. Она выдохнула стон, проталкивая язык в мой рот.

Я был изнывающим от жажды человеком, а она — богиней, в которой я мог утонуть.

Блаженство нарастало от каждого прикосновения, и на мгновение, пока она держала меня, я был целостен. Дискомфорт исчез.

Это было почти идеально…

Почти.

Пока я не заметил движение.

Мой пульс участился, в горле зародилось рычание.

— Син, — прошептала Кресцент, пытаясь взять мое лицо в ладони, пока я наблюдал за движением у нее за спиной. — Они наши. Мне они нужны, и тебе они нужны.

Я не мог отвести от него взгляд — тень альфы, приближающаяся к ней.

Вандл?

Я попытался стряхнуть с себя инстинкты, охватившие меня, но это было невозможно. Моя аура вспыхнула, и он остановился, переводя взгляд с меня на нее. Я попытался подавить ее, но безуспешно.

Я дернулся в наручниках, зная, что могу их порвать; в груди заклокотало рычание.

Она была моей.

Моя омега.

Моя течка.

Но металл удержал, приковав меня к месту. Я нахмурился, сердце внезапно забилось быстрее.

Что?

Моя аура снова вспыхнула, по телу разлилась еще большая сила. Больше силы, чем должно быть у кого-либо.

Но металл выдержал.

Я был в ловушке.

Вандл остановился, его разноцветные глаза пристально смотрели в мои. Осторожно, но без почтения. Я снова зарычал, но на этот раз заметил ее прикосновение. Она все еще была рядом, прямо надо мной, золотистые радужки сверкали. Ее киска все еще сжималась на моем члене, хотя она и прекратила свои ленивые движения бедрами.

— Они мне нужны, — повторила она шепотом. — Они нам нужны…

Я прервал ее очередным рычанием.

Я не мог этого сделать — она не понимала.

Затем, когда мой взгляд упал на ключ, блестящий на ее коже, до меня дошло.

Она… обманула меня?

Она крепче сжала мой подбородок, и в ее взгляде было больше решимости, чем я привык видеть.

— Они нам нужны.

В этих словах слились воедино облегчение и паника.

Я не знал, готов ли я.

Это была правда, от которой я бежал.

Вандл сел на одеяла рядом с нами, не сводя с меня глаз, и поднял руку, чтобы провести костяшками пальцев по ее обнаженной руке.

Я не мог защитить ее от них.

Я не мог защитить их…

Меня было недостаточно, я застрял в невозможной ситуации, никогда не зная наверняка, где мое место и кем я должен быть. Я находился в свободном падении, терпя неудачу во всем.

— Не трогай ее! — Слова сорвались с губ прежде, чем я успел их остановить; приказ так легко зафиксировался. Рука Вандла отдернулась.

— Син! — голос Кресцент прозвучал уязвленно. — Отпусти.

Я не мог.

— Все в порядке, Принцесса.

Челюсти Вандла были сжаты, когда он попытался снова, поднимая руку. Он на мгновение заколебался, и я практически чувствовал через связь, как он собирается с духом. Это заставило меня замереть, раздражение начало нарастать, когда он попытался преодолеть приказ.

Он этого не сделает.

Но на моих глазах он переместился за ее спину. В его груди зародилось низкое рычание, когда он нарушил приказ; все его тело напряглось, когда он обхватил ее шею, прижавшись губами к ее плечу; красный и белый глаза были прикованы ко мне.

Я не мог почувствовать боль, которую он сейчас испытывал, агонию, которую ему причиняла борьба с приказом, но я чувствовал через связь, насколько он был выбит из колеи.

Наша… связь…

— Я люблю тебя, и ничто не удержит меня от тебя во время течки, — прорычал он.

Я моргнул, пораженный убежденностью в этих словах, и отпустил приказ прежде, чем осознал это; инстинкты наконец-то нашли передышку.

Вандл расслабился.

Когда я позволил своей стороне связи открыться шире, я смог почувствовать правдивость его слов.

Клянусь, глаза Кресцент вспыхнули в полумраке, улыбка тронула ее губы, когда она смотрела на меня. Ее ладонь прижалась к моей груди, большой палец нежно поглаживал кожу, успокаивая… ободряя.

Это было тяжело, как тугая дверь, которую никогда раньше не пытались открыть. Я всегда чувствовал их там — находил утешение в ощущении их присутствия. Но я никогда не впускал их по-настоящему.

Не так.

Не так, как мне было нужно.

Наконец, в этом мирном месте, свободном от угроз и неопределенности, я увидел истинную природу своей связи. Как далек я был от них, теперь, когда мне было с кем себя сравнивать.

С того дня, как я оказался в ловушке в «Анархии», с тех пор, как на меня чуть не заявили права только из-за моего статуса, я был закрыт на все замки. Даже когда Вандл, Фантом и Карма спасли меня, я никогда по-настоящему не чувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы впустить их. Как будто, в тот момент, когда я это сделаю, я могу их потерять.

Я боролся за нее и за них, и я победил не один — мы победили.

Мы были свободны, здесь, в этом гнезде в лесу, окруженные бесконечным чистым небом, запахом сосен и моей стаей.

Наконец-то, мне действительно больше не от чего было бежать.

Глава 57

КРЕСЦЕНТ

Я почувствовала его, этот идеальный момент, когда Син наконец отпустил себя. Когда его связь открылась так, как никогда, никогда прежде.

По моей щеке скатилась слеза, но я поспешила смахнуть ее, не желая, чтобы он подумал, будто я расстроена. Все было как раз наоборот. Я была счастливее, чем когда-либо в своей жизни.

Я помогла вернуть его!

Всего несколько недель назад я так боялась, что никогда не буду достаточно хорошей омегой. Боялась, что прокляну любого, к кому прикоснусь.

Теперь мой Син возвращался ко мне.

Я заерзала у него на коленях; его член внутри меня все еще был твердым, даже после того, сколько раз он уже заставил меня кончить. Течка была безжалостной, и я… Заскулив, я схватила Вандла за руку и потянула.

— Альфа, — простонала я. — Дотронься до меня.

Кажется… вот оно. В самом моем центре расцвело тепло, растекаясь по венам и кружа голову.

Течка!

Моя течка наконец-то пришла.

Одинаковые стоны вырвались у Вандла и Сина, оба придвинулись ближе. Син мало что мог сделать, все еще скованный специальными наручниками. Но он открыл связь и теперь был так глубоко во власти течки, что я не думала, что он снова прикажет моим альфам уйти.

Но руки Вандла легли мне на бедра, стягивая остатки ненужной одежды, прежде чем он помог мне подпрыгивать на члене Сина, пока мой ритм не стал ровным. Каждый раз, когда он снова насаживал меня на себя, я вскрикивала, а Син кряхтел, подаваясь бедрами мне навстречу.

— Хорошая девочка, — прошептал Вандл мне на ухо. — Скачи на нем.

Он провел пальцами вверх по моему животу, дразня соски, пока не добрался одной рукой до передней части моего горла, чтобы ласкать его. Син зарычал, его багровый взгляд был прикован к руке Вандла.

От нежного прикосновения к его зажившему следу от укуса меня бросило в дрожь, но я не могла остановить неистовые движения своих бедер. Я гналась за кайфом, который показался намного ближе, когда я почувствовала прикосновение другой руки Вандла.

Он провел по моей смазке, собирая влагу моего возбуждения и сперму Сина, затем его рука скользнула назад, пока один мокрый палец не протолкнулся в мое другое отверстие.

Я вскрикнула.

Ох.

Это было…

Я с жадностью попыталась прижаться назад к Вандлу и одновременно податься вперед на Сина, в погоне за этим удовольствием.

Палец Вандла погрузился глубже, заполняя меня, но этого было совершенно недостаточно. Я оглянулась на него, вонзая зубы в нижнюю губу и издав тихий скулеж.

— Еще.

— Все, что захочешь, Принцесса.

Он добавил второй палец, наконец даря мне приятное растяжение.

Син крякнул, его бедра теперь неистово вбивались в меня, словно он соревновался с Вандлом. Пытаясь заставить меня кончить быстрее всех. Но на самом деле именно они оба заставили меня закричать от разрядки, когда Вандл протолкнул в меня третий палец, и мое тело забилось в конвульсиях от удовольствия.

— Блядь, — прошипел Син ругательство, за которое я даже не могла его винить. Он излился глубоко в меня, и я содрогнулась от удовольствия; скулеж сорвался с моих губ, когда его сперма так сильно возбудила каждый мой нерв, что у меня посыпались искры из глаз. Мои глаза все еще были крепко зажмурены, чтобы отгородиться от волн желания, когда я почувствовала, как мягкая головка члена Вандла прижалась к моему отверстию. Я заскулила.