В глубине богатого княжеского дворца, за несколькими рядами охраны, тяжелыми дверями из черного железного дерева и многочисленными защитными формациями, располагались личные покои правителя небольшого, но весьма обеспеченного княжества. Это был не просто кабинет. Это был настоящий зал, призванный каждый миг напоминать любому вошедшему о власти его хозяина.

Высокий потолок терялся в полумраке, где переплетались искусно вырезанные балки из древесины тысячелетнего духовного дуба. Между ними свисали длинные полотнища дорогого шелка, вышитые золотыми нитями. На тканях изображались сцены древних побед рода, хотя многие из этих "подвигов" существовали лишь в семейных летописях, заботливо переписанных придворными историками.

Стены покрывали панели из тёмно-красного ароматного дерева. От них исходил легкий запах смолы и благовоний. Через равные промежутки висели старинные мечи, копья, алебарды, покрытые серебряной вязью духовных печатей. Некоторые были настоящими артефактами, другие являлись всего лишь украшениями, однако неискушенному гостю все это производило впечатление огромной военной мощи. Пол был сложен из огромных плит белого нефрита. По нему тянулись длинные ковры, сотканные из шерсти редких духовных зверей. По углам стояли массивные курильницы из черного золота, испускавшие тонкие струйки ароматного дыма.

Вдоль стен располагались шкафы, заставленные дорогими нефритовыми сосудами, древними свитками, драгоценными кубками, статуэтками и разнообразными редкостями, привезенными купцами из множества соседних государств.

Посреди зала возвышался широкий стол, вырезанный из цельного ствола дерева духовного железного кедра. На нем лежали карты. Планы… Родословные… Списки дворян… Печати… Документы… Все это свидетельствовало, что хозяин помещения привык считать себя человеком большого будущего. И сейчас именно этот человек быстрыми шагами ходил по залу. На его лице сияла широкая довольная улыбка. Иногда он даже негромко смеялся сам себе.

— Великолепно... просто великолепно...

Он остановился возле окна. За ним далеко внизу простирался город. Высокие стены. Башни. Площади. Рынки. Все это принадлежало ему. По крайней мере, именно так он привык считать. Он медленно провел ладонью по полированной поверхности стола.

— Если все получится... — Его глаза загорелись почти болезненным восторгом. — Тогда этот род станет сильнейшим во всем регионе...

Он снова начал ходить по залу. Мысли перескакивали одна через другую. Перед внутренним взором вновь возникла картина той самой площадки, где возвращались участники Турнира Тьмы и Света. Он прекрасно помнил их. Особенно молодых культиваторов. И особенно девушек. Не потому, что видел в них личности. Совсем нет. Для него они были возможностями… Инвестициями… Живыми сокровищами…

— Такая кровь... — Он почти благоговейно прошептал эти слова. — Такой талант...

В его понимании сильный культиватор являлся прежде всего ценным ресурсом. Особенно молодой. Особенно если речь шла о человеке, чья родословная могла передаться следующим поколениям. Он давно пришел к выводу, что золото заканчивается. Артефакты ломаются. Пилюли расходуются. Даже духовные жилы способны иссякнуть.

А вот сильная кровь... Она остается. Она работает поколениями. Она создает потомков. Именно поэтому последние годы его люди так старательно искали молодых одаренных. Неважно, из какой они были семьи. Неважно, к какой Академии принадлежали. Главное — талант. Остальное не имело значения.

Он остановился возле огромной карты собственного княжества. На ней были отмечены торговые пути. Перевалы. Горные тропы. Места исчезновения различных путешественников. И далеко не все эти отметки появились случайно.

Князь медленно провел пальцем вдоль одной из дорог.

— Еще немного... — Его улыбка стала шире. — И вся эта земля станет лишь началом...

Он уже видел себя намного выше. Сегодня — князь. Завтра — правитель большого государства. А потом... Кто знает? Возможно, однажды его потомки создадут собственную империю… А он сам… Сам благородный хотел бы стать Бессмертным. Но его собственный дар для этого был слишком мал. Но именно ради этого он годами собирал людей с хорошими задатками к культивации. Он искренне считал подобные действия проявлением дальновидности. В его сознании не существовало противоречия между словами "род", "будущее" и "принуждение".

Наоборот. Он был убежден, что действует во благо собственной династии.

— Когда мои наследники станут великими мастерами... — Он даже негромко рассмеялся. — Историки обязательно напишут, что именно наш род сыграл решающую роль после Турнира Тьмы и Света...

Он уже представлял себе торжественные хроники. Как спустя сотни лет придворные ученые будут читать детям:

“Наш великий предок сумел воспользоваться открывшимися возможностями после славной победы Светлого мира...”

При этой мысли он довольно прищурился. Историю всегда писали победители. А значит... Достаточно самому стать победителем. О происхождении силы потомков никто уже не станет спрашивать. Он вновь подошел к столу. На отдельном свитке были записаны несколько имен. Возле каждого стояли краткие пометки.

“Ледяная техника.”

“Высокая совместимость с духовной энергией.”

“Редкая огненная конституция.”

“Исключительный талант.”

Он вспоминал молодых культиваторов, которых успел увидеть издали. Особенно тех, кто сопровождал победителей турнира. В его памяти всплывали спокойная уверенность юной наставницы, холодная сосредоточенность Линь Сюэ, яркая энергия Лу Фэнъэр и даже необычная аура той загадочной пленницы из Тёмного мира.

Каждый подобный талант казался ему драгоценным камнем. Не как личность. Не как союзник. А как редкий ресурс, который можно обратить себе на пользу. Он был настолько поглощен собственными расчетами, что даже не замечал, насколько глубоко исказилось его мировоззрение. Люди давно перестали быть для него людьми. Каждый незнакомец автоматически превращался либо в полезный инструмент, либо в препятствие. Среднего не существовало. Он уже начал мысленно распределять роли будущих поколений своего рода. Кто станет военачальником. Кто алхимиком. Кто мастером формаций. Кто возглавит разведку. Все это выглядело для него настолько логичным, что он даже не допускал мысли, будто сами обладатели этих талантов могут иметь собственную волю, собственные цели или право выбирать свою судьбу. Именно поэтому князь сейчас пребывал в превосходном настроении. Он был абсолютно уверен, что его тщательно выстроенный план вот-вот начнет приносить первые плоды.

Он еще не знал... Что где-то далеко, на летящем к Академии Небесного Свода корабле, его люди уже провалили задание. Не знал он и того, что руководство всех трёх Великих Академий получили сведения о деятельности его княжества. Не знал, что тревожные послания уже мчатся по духовным каналам связи. И уж тем более не подозревал, что сейчас его собственное имя впервые прозвучало на Советах старейшин рядом со словами:

— Карательная экспедиция.

Князь вновь остановился перед огромной картой, занимавшей почти всю дальнюю стену его покоев. Карта была необычной. На ней были отмечены не только города, крепости и торговые дороги. Тонкими цветными нитями соединялись десятки благородных домов. Возле названий родов висели небольшие нефритовые таблички с короткими пометками.

“Сильная огненная родословная.”

“Мастера формаций.”

“Потомственные алхимики.”

“Союзники лишь до смерти нынешнего главы.”

“Два наследника. Между братьями постоянные распри.”

Для любого постороннего подобная схема выглядела бы запутанной паутиной. Для князя же она была будущим. Он медленно провел пальцем по одной из нитей.

— Нет... Так слишком медленно... — Он снял одну табличку и переставил её немного левее. — А вот так гораздо лучше...

В его голове рождалась очередная комбинация. Он давно перестал смотреть на соседние государства как на независимых правителей. Для него они были всего лишь фигурами на огромной доске. Кого-то можно купить. Кого-то запугать. Кого-то столкнуть с соседом. А кого-то… Привязать к своему роду родственными узами. Именно эта мысль сейчас казалась ему самой изящной.

— Сила меча способна захватить землю... — Он негромко усмехнулся. — Но кровь удерживает ее куда надежнее.

В этом заключалась основа его замыслов. Если удастся вырастить новое поколение талантливых наследников, обладающих редкими способностями к культивации, то со временем именно их можно будет выдавать замуж или женить на представителях наиболее влиятельных родов соседних княжеств. В его представлении подобные союзы были не способом укрепить дружбу между семьями. Они являлись долгосрочными политическими вложениями. Он начал медленно ходить вдоль карты.

— Один союз... — Палец коснулся небольшого княжества на востоке. — Второй...

Следующая отметка находилась уже южнее.

— Затем третий... — На лице появилась довольная улыбка. — И постепенно весь пояс княжеств окажется связан родственными обязательствами.

Он был уверен, что подобная сеть сделает влияние его дома значительно шире, чем позволяли размеры собственных владений. В его расчетах все выглядело удивительно стройно. Сегодня заключается выгодный брак. Через несколько лет рождаются дети. Появляются общие наследники. Возникают взаимные обязательства. А затем... Если в одном из соседних княжеств начинается спор за престол, болезнь старого правителя или борьба между наследниками, всегда можно поддержать ту ветвь семьи, которая окажется теснее связана с его собственным домом. Он видел в этом возможность постепенно усиливать влияние без открытых войн, используя дипломатию, деньги, брачные договоры и давние обязательства.

— Когда соседи сами просят помощи... — Он тихо рассмеялся. — Это куда дешевле осады крепостей.

Ему нравилось считать подобный путь вершиной политического искусства. В его воображении десятилетия складывались в единую картину. Родственные связи переплетались между собой. Торговые соглашения сменялись союзами. Военные договоры подкреплялись семейными клятвами. Каждый новый шаг, как ему казалось, делал положение его дома прочнее. Он подошел к шкафу и достал старый свиток. Это было генеалогическое древо собственного рода. Развернув его, князь долго всматривался в имена предков.

— Вы строили стены... — Тихо произнес он. — А я построю целую сеть союзов.

Он искренне считал себя человеком, мыслящим на поколения вперед. Ему казалось, что именно так рождаются великие династии. Не случайными победами. Не единственным талантливым наследником. А терпеливым расчетом, где каждое решение должно приносить пользу спустя десятки лет. Конечно, он понимал, что подобные планы требуют времени. Но это его не смущало. Культиваторы жили долго. Десятилетия для них нередко становились лишь очередным этапом пути. Поэтому князь был готов ждать. Лишь бы конечный результат оправдал ожидания. Он еще раз взглянул на карту. В его сознании уже выстраивалась почти завершенная картина будущего. Большое княжество. Связанные союзами соседи. Укрепившийся род. Наследники, которыми он надеялся гордиться. Он настолько увлекся собственными замыслами, что не заметил главного. Все его расчеты основывались на одном-единственном допущении — что события и дальше будут развиваться именно так, как он задумал.

Он не подозревал, что в этот самый момент несколько Великих Академий уже получили сведения о нападении на своих учеников, а тревожные донесения стремительно расходились по духовным каналам связи. Пока князь рисовал в воображении будущие союзы и влияние своего дома, за пределами его дворца постепенно складывались обстоятельства, способные превратить эти тщательно выстроенные планы в прах еще до того, как они успеют воплотиться.

Князь еще долго стоял перед картой, однако мысли его постепенно перестали вращаться вокруг соседних земель. Они вновь вернулись к тому, что сейчас казалось ему самым важным. К будущим пленникам. Он медленно опустился в кресло из темного духовного дерева и переплел пальцы.

— Прежде всего... размещение...

Его взгляд тут же стал задумчивым. Он прекрасно понимал, что появление сразу нескольких сильных культиваторов неизбежно создаст множество проблем. Подобных пленников нельзя было содержать в обычной темнице. Даже раненый мастер Дао оставался опасным противником. А молодые одаренные, особенно воспитанные Великими Академиями, отличались не только силой, но и железной волей. Он слишком хорошо знал это по прежним случаям.

— Значит, первые недели...

Он перевел взгляд на висевший рядом план дворца. Под главным корпусом располагался целый подземный уровень. Когда-то его строили как убежище на случай осады. Позже часть помещений превратили в тайные склады. Ещё глубже находились камеры, скрытые даже от большинства придворных. Именно туда, как считал князь, следовало поместить наиболее опасных пленников. Он мысленно перебирал помещения. Одни были слишком тесными. Другие — слишком сырыми. Третьи находились рядом с оружейными складами, а значит, в случае беспорядков могли стать источником дополнительной опасности.

— Нет... — Он покачал головой. — Лучше использовать западный подземный сектор.

Там располагались отдельные изолированные камеры. Толстые каменные стены. Несколько защитных формаций. Тяжелые двери из духовного металла. Каждая камера была рассчитана так, чтобы содержащихся внутри можно было держать раздельно, не позволяя им координировать побег или поддерживать друг друга. Князь был убежден, что именно изоляция быстрее всего подрывает сопротивление пленников. Он мысленно отметил, что придется усилить охрану. И явно не обычными солдатами. Нет. Понадобятся опытные культиваторы, способные вовремя заметить любую попытку использовать духовную силу или разрушить печати. Кроме того, следовало проверить все защитные массивы. Он не хотел рисковать. Особенно если среди пленников окажутся ученики Великих Академий. О подобных людях ходило немало историй. Даже оказавшись в безвыходном положении, некоторые из них находили способ вырваться или дождаться помощи. Этого князь допустить не собирался. Он взял со стола кисть и сделал несколько пометок на свитке.

“Проверить формации… Усилить охрану… Подготовить отдельные камеры… Осмотреть запасы ограничивающих артефактов…”

Каждый пункт сопровождался именем чиновника, которому он собирался поручить выполнение работы. Все выглядело привычно. Буднично. Словно речь шла о ремонте склада или строительстве новой башни. Именно это лучше всего показывало, насколько давно подобные действия стали для него частью обычного управления княжеством. Он даже не задавался вопросом, правильно ли поступает. Для него существовал лишь один критерий. Полезно ли это для его рода. Если ответ был положительным, все остальное переставало иметь значение. Наконец князь удовлетворенно свернул свиток.

— Осталось только дождаться известий...

Он был уверен в том, что вскоре гонец принесет радостную весть об успешном завершении операции. Ему и в голову не приходило, что в это самое время посланный им отряд уже потерпел полный провал, а их захваченный командир дает показания тем самым Академиям, чьих учеников князь рассчитывал сделать своей добычей. Расстояние между его ожиданиями и реальностью с каждой минутой становилось все больше, хотя сам он продолжал улыбаться, не подозревая, насколько близко к его владениям уже начинает сгущаться буря.

Князь только что аккуратно свернул очередной свиток и уже собирался подозвать управляющего, чтобы отдать несколько новых распоряжений, как внезапно...

ГРО-О-ОМ!

Глухой, невероятно тяжелый удар прокатился где-то далеко за пределами его покоев. Звук был настолько мощным, что даже толстые стены дворца едва заметно задрожали. Князь резко поднял голову. Лицо его мгновенно помрачнело. В первое мгновение он даже не подумал о какой-либо опасности. Нет. Его первой мыслью стало совсем другое.

— Кто... посмел?

Голос прозвучал холодно. В этом дворце существовали строгие правила. Каждый слуга. Каждый чиновник. Каждый офицер стражи. Все прекрасно знали, что в часы, когда князь находился в личных покоях, возле западного крыла запрещалось шуметь. Даже доклады приносили почти беззвучно. Двери открывали медленно. Шаги намеренно приглушались коврами. Никто не повышал голос. За долгие годы придворные привыкли жить так, словно рядом постоянно спал хищный зверь. А сейчас... Какой-то безумец осмелился нарушить этот порядок. Князь уже начал мысленно перебирать возможные наказания. И он собирался не просто казнить виновного. Нет. Подобное было слишком мягким. Он привык считать, что наказание должно служить примером для остальных. Чтобы страх оказался сильнее любых будущих ошибок. Он медленно выпрямился.

— Найти этого...

Но договорить он так и не успел.

БУ-У-УМ!!

Второй удар оказался куда страшнее первого. На этот раз задрожали уже не только стены. А даже и сам воздух словно сжался. По огромным окнам пробежала мелкая дрожь. Под потолком закачались тяжелые золотые светильники. Хрустальные подвески столкнулись друг с другом, издав тревожный звон. И в следующее мгновение по залу прокатилась мощная ударная волна. Она пришла будто издалека, однако сила ее оказалась настолько велика, что тяжелые портьеры взметнулись вверх. Пламя десятков ламп качнулось одновременно. Со шкафов посыпались мелкие нефритовые украшения. Несколько свитков сорвались со стола. Сам князь совершенно не ожидал подобного. Он лишь успел сделать шаг, когда его нога зацепилась за край длинного ковра. Тело потеряло равновесие.

— Что?..

Он инстинктивно попытался удержаться. Но было поздно. С глухим звуком князь рухнул вперед. К счастью для него, весь центральный участок пола в этом помещении покрывал толстый ковер из шерсти редкого духовного зверя. И именно поэтому падение оказалось не слишком болезненным. Однако… Сейчас боль волновала его меньше всего.

Несколько мгновений он просто лежал, не веря произошедшему. Он. Правитель княжества. Человек, перед которым склоняли головы сотни благородных и очень богатых людей. Только что... Упал. Пусть никто этого и не видел. Пусть свидетелей рядом не оказалось. Но сам факт подобного события уже казался ему чудовищным унижением.

Лицо медленно наливалось багровым цветом. На виске вздулась жилка. Пальцы сжались так сильно, что суставы побелели. Он медленно поднялся на ноги. Тяжело вдохнул. Затем ещё раз. Однако успокоиться уже не получалось. Наоборот. Каждое мгновение лишь сильнее разжигало внутри него ярость.

— Кто... — Произнес он почти шепотом. — Кто осмелился устроить подобное...

Он резко развернулся к дверям. В глазах сверкала холодная злость.

— Стража!

Голос прозвучал уже совсем иначе. Громко. Властно. Требовательно. Ответа не последовало. Это насторожило князя. Обычно личная охрана отзывалась почти мгновенно. Но сейчас... За дверями слышались лишь приглушенные крики. Топот множества ног. Какие-то неразборчивые команды. И... Ещё один далекий грохот. Правда, на этот раз значительно слабее предыдущих.

Князь нахмурился. Теперь охватившее его раздражение постепенно смешивалось с недоумением. Это уже переставало походить на случайность. Слишком много шума. Слишком много суматохи. Слишком необычная дрожь дворца. Он сделал несколько шагов к окну. Отдернул тяжелую портьеру. И замер. Пока он ещё не видел, что именно происходит за пределами дворца.

Но уже понимал одно. Источником этих ударов явно был не какой-нибудь нерадивый слуга и не случайное происшествие во внутреннем дворе. Происходило нечто куда более серьезное. И впервые за долгое время в душе человека, привыкшего считать себя полновластным хозяином положения, вместе с раздражением зародилось неприятное ощущение неизвестности.

Князь еще не успел до конца осознать происходящее, как новый удар заставил вздрогнуть уже весь дворец.

БУ-У-УМ!

Каменный пол ощутимо качнулся под ногами. С потолка сорвалось несколько золотых подвесок. По мраморной колонне побежала тонкая трещина. А затем... Ещё один удар. И ещё. Следующий. Словно где-то снаружи десятки гигантов одновременно обрушивали на защитные барьеры дворца исполинские молоты.

ГРОМ!

БУМ!

ТР-А-АХ!

Удары посыпались один за другим, не оставляя даже нескольких мгновений тишины. От этой обрушившейся на него какофонии князь невольно сделал шаг назад. Теперь дрожал уже не только зал. Казалось, вибрировал сам фундамент дворца. Тяжелые шкафы едва заметно смещались. Со стен срывались дорогие картины и декоративные свитки. На пол с глухим звоном падали нефритовые украшения. В следующее мгновение за высокими окнами вспыхнул ослепительный свет.

Князь резко повернулся. И застыл. За пределами дворца бушевало настоящее море духовных техник. Небо, которое всего несколько мгновений назад оставалось чистым, теперь было разорвано потоками разноцветной энергии. Огромный огненный поток ударил в один из внешних защитных барьеров. Пламя взметнулось на десятки метров вверх, окрашивая облака в багрово-золотой цвет. Почти сразу вслед за ним с другой стороны вспыхнуло холодное голубое сияние. По воздуху пронеслись десятки ледяных копий. Каждое было размером с осадное бревно. Они практически одновременно врезались в защитный купол дворца. Защитный барьер содрогнулся. По нему побежали тысячи светящихся трещин. Но не успел князь опомниться, как в бой вступили новые силы. Небо вспыхнуло зелеными потоками духовной энергии. Из земли поднялись исполинские корни. Они, словно живые змеи, начали обвивать защитные башни, сжимая камень с такой силой, что тот начал трещать. Следом ударили сверкающие молнии. Затем воздушные лезвия. Каменные копья. Потоки ослепительного света. Духовные печати дворца еще продолжали сопротивляться. Над крепостью одна за другой вспыхивали защитные формации. Они принимали на себя удар. Гасили часть энергии. Но... Каждый следующий удар становился тяжелее предыдущего. Князь видел, как над одной из башен вспыхнула огромная круглая печать. Она просуществовала всего несколько секунд. После чего рассыпалась тысячами светящихся осколков.

— Невозможно... — Тихо прошептал он. Защитные системы этого дворца создавались поколениями. Их усиливали лучшие мастера формаций княжества. На их создание были потрачены огромные средства. Эти печати должны были выдерживать длительную осаду. Но сейчас... Они разрушались буквально на глазах. В этот момент из глубины дворца донесся отчаянный крик.

— Враги!!

Следом другой.

— Западная стена прорвана!

Еще один.

— Отступаем!

— Барьер не держится!

— Лекарей сюда!

По длинным коридорам прокатилась волна паники. Послышался топот десятков ног. Кто-то отдавал команды. Кто-то звал подкрепление. Кто-то уже откровенно кричал от страха. И среди этого хаоса князь наконец различил слова, заставившие его похолодеть.

— На дворец напали!

— Карательные отряды!

— Это Великие Академии!

— Их слишком много!

Князь резко распахнул двери своих покоев. По коридору уже метались перепуганные слуги. Несколько чиновников, забыв о придворном этикете, буквально бежали, даже не замечая своего правителя. Навстречу выскочил окровавленный офицер внутренней стражи. Доспех его был покрыт трещинами. Одна рука безвольно висела. На лице застыло выражение ужаса. Увидев князя, он попытался опуститься на колено. Но не удержался и тяжело прислонился к стене.

— Ваше... высочество... — Он тяжело дышал. — Мы... не можем... остановить их...

— Кто это?!

Офицер судорожно сглотнул.

— Карательные подразделения... Сразу трех Великих Академий... Академии Небесного Свода... Академии Алого Пламени... Академии Звериного Дао...

Каждое название звучало словно удар молота.

— Они... — Он с трудом перевел дыхание. — Они даже не пытались вести переговоры... Сразу начали штурм...

Новый грохот заглушил его слова. В этот раз удар оказался настолько мощным, что по потолку пробежали новые трещины. Где-то далеко раздался грохот обрушивающейся башни.

Князь инстинктивно выглянул в окно. И увидел то, что окончательно разрушило его уверенность. Над внешними стенами дворца парили десятки фигур. Каждая из них излучала настолько плотную духовную ауру, что даже с большого расстояния воздух вокруг заметно искажался. Они действовали удивительно слаженно. Без суеты. Без лишних движений. Небольшие группы одновременно подавляли защитные узлы, прикрывали друг друга и продвигались вперед. Это были не разрозненные налетчики. И не наемники. Это были опытные карательные подразделения, привыкшие действовать как единое целое.

Князь с ужасом понял еще одну деталь. Среди атакующих он не ощущал ни одной слабой ауры. Каждый из тех, кто находился в первых рядах штурма, обладал силой не ниже уровня Доу Лин. Именно поэтому все происходило столь стремительно. Отряды культиваторов, которые десятилетиями собирали и обучали его предки, не успевали даже организовать оборону. Их построения разбивались несколькими сокрушительными атаками. Одни были вынуждены отступать. Другие теряли возможность продолжать бой после первых же столкновений. Штурмующие явно пришли не для демонстрации силы и не для затяжной осады. По их действиям было видно: операция тщательно подготовлена, цели определены заранее, а время переговоров давно прошло. Князь, еще совсем недавно строивший планы о расширении своего влияния, теперь впервые отчетливо понял, что буря, о которой он даже не подозревал, уже добралась до ворот его собственного дворца.

Следующий удар оказался настолько сокрушительным, что у князя даже не осталось времени осознать происходящее. Снаружи вспыхнула ослепительная вспышка. На одно короткое мгновение весь зал окрасился в ослепительно-белый цвет. А затем… Раздался оглушительный треск. Толстая наружная стена, которую десятилетиями укрепляли защитными формациями и слоями духовного камня, не выдержала. По каменной кладке стремительно побежали трещины. Они разрастались с пугающей скоростью.

Князь успел только широко раскрыть глаза.

— Нет... — Договорить он уже не успел.

С чудовищным грохотом огромный участок стены буквально влетел внутрь зала. Каменные глыбы, обломки деревянных балок и куски разрушенных печатей смешались в едином потоке. Ударная волна прокатилась по всему помещению. Тяжелый стол, ещё недавно заваленный картами и свитками, раскололся пополам. Дорогие кресла перевернулись. Шкафы с древними реликвиями рухнули, разлетаясь щепками. Осколки нефрита и металла с громким звоном посыпались по полу. Самого князя ударной волной отбросило назад. Он даже не успел сгруппироваться. Тело с силой ударилось о массивную внутреннюю стену. Воздух мгновенно вылетел из легких. Перед глазами вспыхнули разноцветные искры. Острая боль пронзила грудную клетку. Правая рука бессильно подвернулась под тело. Он попытался вдохнуть... Но вместо полноценного вдоха из груди вырвался лишь хрип. Каждое движение отзывалось резкой болью.

Князь инстинктивно прижал здоровую руку к боку. Даже без глубоких познаний в медицине он понял, что получил серьезные травмы. Он застонал, пытаясь подняться. Но тело почти не слушалось. Еще несколько секунд назад он был уверен, что полностью контролирует происходящее в собственном дворце. Теперь же с трудом мог перевернуться на бок. По полу продолжали катиться камни. Пыль настолько густо заполнила зал, что стало трудно различать очертания предметов. Сквозь этот серый туман доносились крики. Звон оружия. Грохот сталкивающихся духовных техник.

Князь попытался посмотреть в сторону разрушенной стены. И увидел, что образовавшийся пролом уже не пустовал. Через него стремительно входили вооруженные культиваторы. Их движения были быстрыми и удивительно слаженными. На одежде виднелись хорошо узнаваемые знаки одной из Великих Академий. Никакой суеты. Никаких лишних выкриков. Каждый словно заранее знал свою задачу. Несколько воинов князя, успевших собраться возле входа в покои правителя, попытались организовать оборону. Они образовали плотный строй, прикрывая друг друга. Однако штурмующие не стали останавливаться. Вперед выступили мастера, владевшие огненными техниками. По их команде вспыхнули сложные духовные печати. Потоки пламени устремились вперед, заполняя широкий проход между обломками. Жар мгновенно прокатился по разрушенному залу. Защитники были вынуждены отступить, теряя строй и пытаясь укрыться от стремительно распространявшегося огня. Пользуясь этим, другие бойцы карательного отряда быстро заняли выгодные позиции, постепенно оттесняя сопротивлявшихся глубже в помещение.

В зале становилось все больше дыма. Князь, тяжело дыша, понимал, что оставаться на открытом месте смертельно опасно. С трудом подтянувшись на здоровой руке, он пополз в сторону. Каждое движение отдавалось болью в груди. Разбитые камни впивались в ладонь. Одежда цеплялась за острые обломки.

Наконец он добрался до огромной колонны, рухнувшей во время обрушения стены. Когда-то она поддерживала своды этого роскошного зала. Теперь же лежала поперек пола, частично скрывая пространство за собой.

Князь прижался к ее холодной каменной поверхности, стараясь перевести дыхание. Сердце бешено колотилось. Совсем недавно он мечтал о расширении своего княжества, новых союзах и укреплении власти. Теперь же все эти планы исчезли, вытесненные одной-единственной мыслью о том, как пережить происходящее. За разрушенной колонной он слышал тяжелые шаги приближающихся штурмующих и понимал, что бой стремительно смещается в глубь дворца, а времени на раздумья остается все меньше.

Сражение ворвалось во дворец подобно горной лавине. Только что величественные коридоры, где на лакированных полах отражались отблески дорогих светильников, а по стенам тянулись шелковые гобелены с изображениями древних побед рода князя, превратились в настоящий лабиринт из дыма, огня и рушащегося камня. Каждый следующий удар сотрясал всё здание. Где-то сверху с чудовищным треском рухнула часть перекрытия. По длинным галереям, где еще совсем недавно бесшумно двигались слуги, теперь катились клубы пыли, перемешанные с искрами духовного пламени.

— Держать строй!

— Не подпускайте их!

— Активировать второй контур печатей!

— Защитить князя!

Крики накладывались друг на друга. Но в них уже почти не оставалось уверенности. Воины княжества были хорошо подготовлены. Во всяком случае, по меркам большинства соседних земель. Они действительно имели богатый боевой опыт. Многие прошли десятки сражений. Некоторые достигли уровня Да Доу Ши. Однако сейчас они столкнулись вовсе не с обычной армией. Во дворец ворвались карательные группы сразу трёх Великих Академий. Это были те самые люди, для которых уничтожение подобных преступных организаций являлось одной из основных обязанностей. Они не спорили. Не угрожали. Не пытались демонстрировать собственное превосходство. Каждое их движение было отточено до совершенства. Каждый шаг являлся частью общего построения. Каждый удар дополнял действия товарищей. Именно поэтому вся оборона княжества буквально рассыпалась за считанные минуты. В одном из внутренних дворов капитан охраны яростно взмахнул клинком.

— Сейчас!

Из-за его спины сразу несколько культиваторов вытащили из специальных футляров продолговатые металлические цилиндры, густо покрытые древними рунами. Каждый такой артефакт стоил огромных денег. Именно подобными устройствами они уже много лет охотились на молодых одарённых. Капитан собственноручно вложил духовную силу в центральную печать. По поверхности металла побежали серебристые линии. Раздался знакомый низкий гул. Воздух словно задрожал. Пространство вокруг стало вязким. Молодой культиватор неподалёку сразу ощутил, как духовная энергия внутри меридианов начала двигаться заметно тяжелее.

— Получилось!

— Работает!

Несколько защитников даже позволили себе облегчённо улыбнуться. Однако эта улыбка исчезла уже через мгновение. Из клубов дыма медленно вышел высокий мужчина в длинном тёмно-красном плаще наставника Академии Алого Пламени. Он даже не пытался уклоняться. Гул артефакта свободно прокатился по его телу. И... Ничего. Вообще ничего. Он лишь слегка наклонил голову.

— Вот значит, чем вы пользовались против детей...

В его голосе не было ярости. Именно это пугало сильнее всего. Потому что говорил человек, который уже вынес приговор. Один из защитников закричал:

— Усилить мощность!

Сразу ещё три культиватора направили духовную силу в подавитель. Гул стал настолько сильным, что оконные рамы начали дрожать. Даже каменная кладка покрылась тонкими трещинами. Но наставник лишь спокойно сделал шаг вперёд. Вокруг его тела вспыхнуло плотное духовное пламя. Оно не боролось с воздействием артефакта. Оно просто... Подавило его. Разница в уровнях оказалась слишком огромной. Если устройство действительно могло эффективно мешать молодым ученикам, ещё не научившимся свободно управлять собственной энергией, то против мастера уровня Доу Лин его воздействие ощущалось не сильнее лёгкого порыва ветра. Наставник спокойно поднял ладонь.

— Сжечь.

Огненная волна сорвалась вперёд. Не как хаотичный поток. Нет. Она двигалась узкой управляемой полосой. Прошла между колоннами. Обогнула союзников. И точно накрыла группу операторов подавителя. Раздались отчаянные крики. Артефакты один за другим начали раскаляться. Руны вспыхнули ослепительно-белым светом. Через мгновение металл не выдержал собственной энергии. Хлопок. Ещё один. Третий. Все подавители одновременно взорвались изнутри. Осколки раскалённого металла градом ударили по своим же владельцам. В другом крыле дворца похожая картина повторялась вновь и вновь. Защитники пытались активировать запасные устройства. Пытались выстроить ловушки. Пытались заманить противника в узкие переходы. Но карательные отряды явно были заранее предупреждены. Каждая группа двигалась с таким расчётом, словно заранее изучила внутреннее устройство дворца.

Впереди шли самые сильные мастера. Следом — наставники, прикрывавшие фланги. Позади двигались специалисты по разрушению защитных печатей. Стоило где-нибудь вспыхнуть новой духовной формации, как один из них сразу наносил несколько точных ударов по узлам построения. И сложнейшие защитные массивы, которые княжеский род создавал десятилетиями, один за другим гасли. Будто кто-то просто тушил свечи. В этот момент один из старейшин Академии Звериного Дао даже усмехнулся, заметив очередной подавитель.

— Любопытная игрушка.

Рядом с ним громадный духовный зверь, похожий на исполинского чёрного медведя, тяжело ударил лапой по полу. От ударной волны ближайшая стена сложилась внутрь. А сам подавитель, не выдержав чудовищной вибрации, просто рассыпался на десятки металлических обломков.

— Слишком слабые материалы. — Спокойно произнёс старейшина. — Для борьбы с учениками ещё годится. Против настоящих мастеров — бесполезно.

Постепенно по всему дворцу становилось очевидно одно. Главное оружие княжества оказалось полностью бесполезным. Его создавали для охоты на молодых культиваторов. Для засад. Для нападений исподтишка. Для тех, кто ещё не успел обрести достаточного опыта. Но сейчас во дворце находились люди, десятилетиями совершенствовавшие собственное Дао. Они не только значительно превосходили пределы, на которые были рассчитаны эти устройства. Они ещё и заранее знали об их существовании благодаря сведениям, полученным от захваченных охотников.

Поэтому никто не пытался бороться с подавителями привычными способами. Их просто уничтожали. Методично. Хладнокровно. Без малейших колебаний. И вместе с каждым разрушенным артефактом исчезала последняя надежда защитников остановить наступление. Дворец, ещё недавно казавшийся неприступной крепостью, стремительно превращался в ловушку уже для своих собственных хозяев.

Под сводами полуразрушенного дворца ещё долго перекатывалось гулкое эхо сражения. Где-то продолжали осыпаться каменные блоки. Тлели дорогие ковры. Дымились разбитые колонны. Запах благовоний, ещё недавно наполнявший покои князя, давно исчез, сменившись тяжёлым запахом гари, раскалённого камня и пыли. Бой уже почти закончился. Лишь изредка в дальних коридорах ещё раздавались короткие вспышки духовной силы — последние очаги сопротивления быстро подавлялись карательными группами. Именно в этот момент несколько культиваторов Академии Звериного Дао остановились возле груды обломков. Один из них медленно поднял руку.

— Здесь.

Духовный зверь, напоминавший массивного каменного барса, шумно втянул воздух. Затем негромко зарычал. Он отчётливо чувствовал человеческий запах. Двое бойцов быстро принялись разбирать завал. Огромный кусок колонны откатился в сторону. Следом подняли расколотую мраморную плиту. Под ней, прижавшись к полу и пытаясь даже не дышать, сидел князь. Его дорогое одеяние превратилось в лохмотья. Когда-то белоснежные рукава были покрыты кровью и пылью. Лицо стало серым. Сломанная рука бессильно висела вдоль тела. Каждый вдох сопровождался болезненной гримасой — сломанные рёбра не позволяли даже нормально дышать. Он поднял взгляд. И впервые за долгие годы в его глазах не осталось ни высокомерия, ни чувства собственного превосходства. Только страх.

— Не... не убивайте...

Ответом стало молчание. Один из культиваторов спокойно наклонился. Одной рукой поднял князя за ворот дорогого халата. Будто тот весил не больше ребёнка. Другой быстро надел на него специальные духовные оковы. Тонкие серебристые кольца сомкнулись на запястьях. По поверхности металла сразу побежали десятки мелких рун. Князь мгновенно почувствовал, как духовная энергия внутри его меридианов словно погрузилась под тяжёлый камень. Попытка призвать хоть каплю силы окончилась ничем.

— Ведите.

Его буквально волоком вытащили наружу. Полуразрушенный внутренний двор уже был полностью очищен. По обе стороны стояли карательные отряды. Дисциплинированные. Молчаливые. Никто не выкрикивал угроз. Никто не злорадствовал. Эта тишина производила куда более тяжёлое впечатление. В центре двора стояли трое пожилых культиваторов. Их одежды почти не были повреждены. Лишь слабые остатки духовной силы ещё мерцали вокруг рукавов. Именно они руководили всей операцией. Великие старейшины трёх Академий. Академии Небесного Свода… Академии Алого Пламени… Академии Звериного Дао…

Князя поставили перед ними на колени. Он попытался подняться. Но один из сопровождавших лишь слегка положил ладонь ему на плечо. Колени сами ударились о разбитую каменную плитку. Раздался болезненный стон. Несколько мгновений никто не говорил. Старейшины спокойно рассматривали человека, из-за которого сюда пришлось направить столь крупные силы. Наконец вперёд сделал шаг старейшина Академии Алого Пламени. Его голос звучал ровно.

— Теперь ты понимаешь, почему мы пришли?

Князь тяжело сглотнул.

— Н... нет...

— Правда? — Старик чуть прищурился. — Тогда мы напомним.

Он медленно поднял руку. Рядом один из наставников развернул несколько свитков.

— Некоторое время назад исчезла группа учеников Академии Алого Пламени.

Следующий свиток.

— Затем исчезли молодые культиваторы Академии Звериного Дао.

Ещё один.

— После этого начали пропадать ученики других школ.

Князь молчал. На его виске выступила крупная капля пота. Старейшина продолжил:

— Мы долго не могли понять, что объединяет эти случаи. Затем была предпринята попытка нападения на возвращавшихся участников Турнира Тьмы и Света.

При этих словах лицо князя заметно дрогнуло. В этот момент он понял… Именно тогда всё и рухнуло… Старейшина внимательно наблюдал за этой реакцией.

— Значит... догадался.

Рядом спокойно заговорил глава Академии Звериного Дао.

— Люди, которых ты отправил. Замаскированные под торговцев… Сонное зелье… Артефакт подавления духовной силы. Попытка захватить молодых культиваторов живыми. — Он сделал небольшую паузу. — Один из них оказался достаточно разговорчив.

Князь почувствовал, как сердце болезненно сжалось. Его пальцы непроизвольно задрожали.

— Он рассказал многое. — Теперь заговорил великий старейшина Академии Небесного Свода. — О ваших методах. О специальных кандалах. О похищениях. О тайных темницах. О принудительном удержании одарённых. И о том, что это происходило далеко не первый год.

Каждое слово словно становилось всё тяжелее.

— После этого мы сопоставили сведения. Проверили исчезновения. Проверили торговые пути. Проверили деятельность ваших людей. — Он медленно посмотрел прямо князю в глаза. — Картина оказалась весьма... цельной.

Князь попытался что-то сказать.

— Это... недоразумение...

Никто даже не шелохнулся.

— Недоразумение? — спокойно переспросил старейшина Академии Алого Пламени.

— Наши ученики исчезали. И их следы обрывались возле ваших земель. Ваши люди использовали специализированные артефакты против молодых культиваторов. Затем они же попытались повторить это против победителей Турнира Тьмы и Света. — Он слегка покачал головой. — Слишком много совпадений для одного… недоразумения… Во дворе вновь воцарилась тишина.

Князь медленно опустил голову. Теперь он уже понимал. Не нападение стало причиной их появления. Оно лишь сорвало завесу. Именно провал той группы охотников, отправленной за победителями турнира, дал Академиям живых свидетелей, захваченные артефакты и достаточно сведений, чтобы связать воедино целую цепочку давних преступлений.

То, что долгие годы оставалось скрытым за стенами княжества, наконец вышло наружу. И теперь перед ним стояли не люди, приехавшие за выкупом или переговорами. Перед ним стояли представители трёх Великих Академий, прибывшие выяснить масштаб произошедшего, найти всех причастных и положить конец охоте на молодых одарённых культиваторов, которая, как теперь стало ясно, велась на этих землях уже много лет.

Князь уже не пытался сохранять достоинство. Стоя на коленях среди развалин собственного дворца, с растрёпанными волосами, покрытый пылью и кровью, он метался взглядом между тремя Великими старейшинами, отчаянно пытаясь найти хоть малейший признак того, что с ними ещё можно договориться.

Но лица стариков оставались совершенно спокойными. И именно это спокойствие пугало его сильнее любого крика. Первым нарушил молчание Великий старейшина Академии Алого Пламени. Его ладонь медленно окуталась ярко-алым духовным огнём. Пламя не обжигало окружающий воздух. Оно словно горело само по себе, не нуждаясь ни в чём. Даже каменные плиты под ногами начали медленно краснеть. Старик сделал один неторопливый шаг.

— За нападение на учеников Академий...

Ещё один.

— За похищение молодых культиваторов...

Пламя стало выше.

— За использование их в качестве живого ресурса... — Температура вокруг заметно поднялась. — Я могу прямо сейчас сжечь тебя заживо.

Только теперь князь окончательно сломался.

— Нет!

Он буквально закричал.

— Нет! Это не только я! — Голос князя сорвался почти на визг. — Почему только меня?! Все так делают!

Несколько наставников переглянулись. Князь же продолжал выкрикивать слова, уже почти не понимая, что именно говорит.

— У нас все дворянские семьи этим занимались! Все! Каждый крупный род! Это обычное дело! — Он судорожно ткнул пальцем куда-то в сторону. — И соседи тоже! В соседних княжествах тоже похищают талантливых! Да, не так много... Не так открыто... Но делают! Почему только меня вы решили наказать?! Почему отвечать должен только я?!

Он всё говорил и говорил, захлёбываясь словами. Каждое новое признание делало окружающее молчание всё тяжелее. Старейшины не перебивали. Они внимательно слушали. Не потому, что хотели узнать что-то новое. А потому, что человек собственными словами подтверждал масштаб происходившего. Когда поток бессвязных оправданий наконец иссяк, Великий старейшина Академии Небесного Свода спокойно произнёс:

— Значит... — Он медленно обвёл взглядом остальных. — Это не случайность. Это система.

Старейшина Академии Звериного Дао коротко кивнул.

— Причём существующая уже давно.

После этих слов наступила короткая пауза. После чего глава Академии Алого Пламени произнёс всего одну фразу:

— Тогда наказание должно стать таким, чтобы о нём узнали все.

Никто не возразил. Решение было принято. До самого рассвета над столицей не стихал грохот. Жители города видели, как над небом один за другим вспыхивали силуэты могущественных культиваторов. Словно три огромные армии духовных мастеров окружили весь город. Но удары наносились не хаотично. Было видно, что карательные отряды действуют по заранее составленному плану. Сначала были полностью подавлены все оставшиеся защитные печати. Затем уничтожили склады оружия, арсеналы и казармы. После этого началась основная операция.

Главной целью стал Верхний город. Именно там располагались дворцы знати. Резиденции самых богатых родов. Поместья чиновников. Сокровищницы. Архивы. Все те, кто долгие годы пользовался плодами преступной системы или, по меньшей мере, знал о ней и не препятствовал ей. Над районом один за другим вспыхивали духовные массивы. Небо окрасилось в десятки оттенков. Ледяные техники покрывали улицы сияющими узорами. Порывы ветра срывали крыши дворцов. Каменные укрепления разрушались под ударами тяжёлых техник земли. Молнии рассекали башни.

А затем своё слово сказала Академия Алого Пламени. Высоко над Верхним городом вспыхнул огромный огненный массив. Казалось, будто в небе открылось второе солнце. Энергия этой огненная техника не разлеталась во все стороны. Она была направлена точно в центральную часть квартала знати. Через несколько мгновений раздался ослепительный всплеск света. А затем — удар. Настолько мощный, что его ощутили далеко за пределами столицы. Когда сияние постепенно рассеялось, Верхнего города больше не существовало. На его месте осталась огромная воронка, края которой представляли собой оплавленный камень. Там, где ещё недавно возвышались роскошные дворцы, широкие площади и древние особняки, теперь не осталось ни одного уцелевшего здания.

Остальные районы столицы также понесли тяжёлые разрушения. Военные объекты, административные здания и укрепления были выведены из строя, а многие кварталы оказались разрушены в ходе боевых действий и применения различных стихийных техник.

К утру город уже не напоминал прежнюю столицу. Над развалинами медленно поднимался дым. По улицам двигались только карательные группы, завершавшие проверку территории и освобождавшие обнаруженных пленников из подземных темниц.

Когда первые лучи солнца коснулись горизонта, три Великих старейшины уже стояли за пределами разрушенной столицы. Позади них медленно собирались отряды Академий. Великий старейшина Академии Алого Пламени ещё раз посмотрел на лежащий внизу город. Его голос прозвучал спокойно:

— Пусть эта ночь станет предупреждением.

Глава Академии Небесного Свода добавил:

— Любой, кто решит превратить учеников Академий в добычу, должен понимать цену такого выбора.

А старейшина Академии Звериного Дао лишь коротко произнёс:

— Теперь проверим соседние княжества.

Если слова пленённого князя окажутся правдой, карательная экспедиция на этом не закончится. Рассвет после уничтожения столицы наступил в необычайной тишине. Ещё накануне по всему региону расходились столбы дыма, а теперь над дорогами уже неслись десятки духовных птиц-посланников, сверкающих полосами света в утреннем небе. Новость распространялась быстрее любого гонца. За одну ночь перестало существовать целое княжество. И причиной стало вовсе не восстание, не вторжение Тёмных миров и не война между соседями. Три Великие Академии собственными руками уничтожили государство, чьи правители превратили молодых культиваторов в товар. Одного этого оказалось достаточно, чтобы по всему региону началась настоящая паника. Уже следующим утром карательная экспедиция разделилась. Вместо единой армии по дорогам, рекам и воздушным путям разошлись десятки самостоятельных отрядов.

В каждом находилось несколько мастеров уровня Доу Лин. Их сопровождали наставники, специалисты по духовным печатям, следопыты и алхимики, умевшие определять следы запрещённых техник. Их задачей больше не было уничтожение одного конкретного княжества. Теперь они проверяли всё. Каждый донос. Каждый слух. Каждое исчезновение молодых культиваторов за последние десятилетия. Любую странную историю, которую раньше предпочитали списывать на случайность.

И страх сделал то, чего не смогли добиться никакие угрозы. Правители соседних земель начали наперебой уверять представителей Академий в собственной непричастности. Во многих княжествах архивы открывали ещё до прибытия проверяющих. Начальники стражи сами приносили списки заключённых. Хозяева крупных родов торопливо приглашали наставников Академий осмотреть собственные владения. Некоторые правители даже лично сопровождали карательные отряды, словно пытаясь доказать:

— Нам нечего скрывать. Осматривайте всё. Любые подземелья. Любые склады. Любые тайные комнаты.

И всё лишь бы подозрение не задержалось на их землях. Но были и другие. Страх оказался прекрасным стимулом не только для оправданий. Он породил поток доносов. Иногда искренних. Иногда продиктованных старой враждой. Иногда — желанием избавиться от неудобных соседей руками Академий. Именно так один из князей небольшого приграничного княжества, встретивший карателей с подчеркнутым почтением, после завершения проверки неожиданно попросил разрешения поговорить наедине. Когда рядом остались лишь трое старейшин и несколько наставников, он низко поклонился.

— Почтенные... — Он явно колебался. — Если ваша цель — искоренить подобные преступления... Тогда вам следует обратить внимание на моих соседей.

Великий старейшина Академии Небесного Свода спокойно посмотрел на него.

— Продолжай. — Князь глубоко вдохнул, и виновато опустил взгляд. — Несколько лет назад неподалёку от их земель бесследно исчезла группа странствующих культиваторов. Потом ещё одна. Мы тогда не придали значения... Но позже начали ходить слухи. О подземных темницах. О клятвах крови. О духовном рабстве. О том, что сильных культиваторов заставляют сражаться вместо собственной дружины. А тех, кто пытается отказаться...

Он не договорил. Старейшины и без того прекрасно поняли смысл. Проверка началась немедленно. На этот раз каратели действовали ещё быстрее. Им уже не требовались месяцы расследований. Они прекрасно знали, на что обращать внимание. Следы специальных духовных оков. Кровавые алтари для принудительных клятв. Подземные камеры, стены которых были покрыты подавляющими духовную силу печатями. Остатки ритуальных формаций. И самое главное — живые свидетели. Когда в одной из крепостей нашли сразу нескольких истощённых культиваторов, всё ещё носивших духовные кандалы и связанных клятвами крови, сомнений уже не осталось. Люди были живы. Но их духовные ядра оказались настолько истощены постоянным принуждением к сражениям, что некоторые едва могли самостоятельно стоять. Один из освобождённых дрожащим голосом рассказал, как хозяева крепости годами отправляли их в самые опасные столкновения. Если погибнет наёмник — ничего страшного. Если погибнет собственный наследник — совсем другое дело. Поэтому впереди всегда шли рабы.

После этого разговоров уже никто не вёл. Приговор выносился прямо на месте. Карательные группы действовали одинаково. Сначала освобождали пленников. Затем выводили мирных жителей из опасной зоны. После чего уничтожали укреплённые усадьбы, крепости или замки, где были обнаружены подтверждённые свидетельства подобных преступлений. Никаких долгих осад. Никаких переговоров. Никаких выкупов.

Месяц спустя карта региона изменилась до неузнаваемости. Там, где ещё недавно возвышались богатые родовые поместья, теперь зияли огромные воронки с оплавленными краями. Некоторые крепости превратились в груды щебня… От других остались лишь обугленные фундаменты… Где-то стихия льда расколола башни на тысячи осколков... Где-то каменные стены были буквально смяты чудовищной силой техник земли… А в местах, куда приходили мастера Академии Алого Пламени, сама почва ещё долго оставалась чёрной и сплавленной в единый стекловидный пласт.

Не все доносы подтверждались. Некоторые оказывались попытками свести личные счёты. В таких случаях каратели уходили, не применяя силу. Но там, где находились прямые доказательства — пленники, запрещённые ритуалы, следы принудительных кровных клятв или систематического использования культиваторов как расходного ресурса, — решение принималось без промедления.

С точки зрения Великих Академий, подобные действия подрывали сам порядок мира культиваторов. Если сильный начинал безнаказанно превращать идущих по пути Дао Цзы в инструмент или имущество, это разрушало те правила, на которых держалось взаимодействие между школами, сектами и государствами. Поэтому наказание должно было быть не только суровым, но и показательным.

К концу месяца слухи о карательной экспедиции разошлись далеко за пределы нескольких княжеств. Многие правители поспешили сами распустить незаконные темницы, освободить удерживаемых силой культиваторов и отказаться от практик, которые могли привлечь внимание Академий. И хотя никто не мог с уверенностью сказать, что подобные преступления исчезли окончательно, одно стало очевидно для всех. После этой кампании цена за подобные злоупотребления выросла настолько, что желающих рисковать стало значительно меньше.