К моменту, когда в небе над разрушенным стадионом и стоянкой появились семь «Кинжалов», в салоне «Рансата» вновь оставались только я и принцесса.

Аллита бубнила что-то под нос, переставляя все знакомые ей матерные слова во всех возможных комбинациях, пытаясь подвязать края светло-песочной рубашки так, чтобы она не распахивалась. Возможно, мешал фасон — узкий, приталенный, возможно — до того съеденные порции шаурмы. Под лезвием ножниц животик и в самом деле был плоский — но там что угодно втянется…

Я же смотрел на семь хищных стальных птиц в небе. Их даже не портила яркая расцветка — каждый из военных гравилетов был раскрашен в один из цветов радуги. Видимо, чтобы было проще отличить «свою» цель от чужих. Но тут — как ни крась, все равно истинная природа проглядывала. Жутковатая ассиметрия — зазубренные порты вооружения слева, словно ободранное в битве крыло. Во время полета его прикрывает гравиполе. Второе крыло нормальное — на нем стоят датчики для правильного формирования «иллюзорного» крыла по забортным параметрам и нагрузкам. Еще — там дополнительные блоки аккумуляторов с возможностью горячей замены.

Неестественный выступ хвостового оперения справа — вынесенная «точка отсчета» для гравиполя при резких маневрах. «Кинжал» просто разворачивает на нужный угол как в безвоздушном пространстве — рассерженный вой атмосферы оплачивается повышенным износом энергоустановки.

И в самом деле — «Кинжал», зазубренный с одной стороны. Возможно, один из этих семерых не так давно преследовал нас с Эффой у границы. Не догнал — или не захотел догонять?..

— Эй, — похлопали меня по плечу. — Давай свою рубашку. Моя — все. Или разврат какой-то получается… — Грустно констатировала принцесса, глядя на подвязанные под грудью края.

Я видел ее на мониторе, переключенного на камеру салона. Впрочем, она об этом знала.

— Действительно хочешь, чтобы от тебя пахло мной?

— Но ты же больше не пустишь эту долбанутую на борт?.. — Замерла Аллита.

— Хенни — хорошая девушка. — Отметил я. — И твоя подруга.

— У нее крыша течет, Тан! — Зашипела принцесса. — Я рядом сидела, там капельки кап-кап-кап.

— И тем не менее она захочет поздравить тебя после победы.

— Или всадить мне ножницы в бок, если учует. Я поняла. Не надо рубашку. — Сдернула она свою, покрутила перед глазами и, сложив по линии плеч, принялась повязывать на манер топика.

Закрепила связанными впереди рукавами — получилось очень даже мило.

— Вот видишь, ты отлично справилась.

— Хватит подсматривать. Ох, точно… — Озарила ее лицо улыбка. — Надо будет пожаловаться Хенни. Что я не даю повода, а ты, бесчувственное и похотливое животное…

— Пробуй, — предложил я. — Вызывай скорую и пробуй.

— Это почему — скорую? Я же жертва.

— Скажу, что ты меня соблазняла. Вот вместе в хирургию и поедем. Кому-то повезет, и в ране останутся ножницы… — Грустно сказал я.

— Это ведь ненормально, ты же понимаешь?.. — Подумав, серьезно произнесла Аллита.

— Ненормально, когда девчонку год гнобят сокурсники. Потом продают маньяку, а тот, к счастью, не скидывает с высоты, а проигрывает ее в гонке. Ненормально, когда она сбегает по смс от спасителя, и маньяк снова избивает ее до трещин в ребрах.

— Маньяк — это ты?

— Аллита, — с укором произнес я.

— Значит, ты ее выиграл? — Сняв обувь, села принцесса на диван и поджала под себя ноги.

— Так получилось.

— И выходила она к тебе… Хотела увидеть… А маньяк?

— Пропал.

— Ты его убил, — кивнула принцесса. — Она это знает. — Дополнила она. — Какая-то жесткая фиксация на тебе выходит. Психанутая с ножницами и Тан. Даже сочувствую немного.

— Ножницы дал ей я.

— Сам виноват.

— С ними ее никто не обижает. Все выслушивают. Никто не смеет отмахнуться.

— То есть, это ты создал из нее долбанутую психопатку…

— Она милая и спокойная большую часть времени. Ножницы просто лежат в ее сумочке.

— Ага, а как стресс — кровища и скорые вокруг.

— Разве она тебя зарезала? Просто задала вопросы.

— А если бы я ответила неправильно?.. — Поежилась Аллита.

— Она контролирует себя. Если бы не контролировала, плевать ей было бы на ответы.

— Тебе заточенным лезвием водили по коже? Так, чтобы тонкий слой снимался? — Напряженным голосом уточнила она.

— Угу.

— Надеюсь, она что-нибудь тебе порезала.

— Надо, чтобы ножницы превратились в талисман. Вещь, которую можно не доставать из сумочки, и оставаться уверенной в себе. До этого придется потерпеть порезы.

— А если она тебя все-таки пырнет?..

— Значит, поеду в больницу. Там она пообещает больше никогда так не делать, а когда сорвется — все придется начинать сначала. Но это — худший сценарий. Думаю, на талисмане все закончится.

— Тан, ты вообще в курсе, что есть психиатры? А не это твое лечение до первого трупа?..

— Для кого есть психиатры, ваше высочество? Для вон Альтазар? Для вон Харрит?

— Ты мою семью не трогай!

— Почему не трогать? Убийства родственников, традиция оскопления и пожизненной ссылки.

— Так устроен мир.

— Кем устроен, Аллита? — Смотрел я в небо.

— Жизнью.

— Ну вот и считай, что жизнь вложила девочке ножницы в руки, и ее больше никто не обидит.

— Ты псих, Тан. Тебе самому лечиться надо. — Убежденно произнесла она. — Когда я тебя поймаю, то заверну в белый халат с длинными рукавами и прослежу, чтобы тебе давали самые горькие таблетки. И спицу воткнули прямо в мозг.

— А ведь я даже не устраивал ядерную войну, как твой папка.

— Отца не трогай. — Поджала губы Аллита.

— Сколько миллионов он убил?

— Хватит. Он — правитель. Иногда он принимает неприятные, но нужные решения.

— Кто дал ему это право?

— Жизнь.

— Вот у меня тот же наниматель. — Кивнул я, вжимаясь в кресло.

— Ты о себе там много не думай. Хотя в психушке и такие есть.

— Чем же они отличаются от королей? Неужели наличием ядерной бомбы?

— Поставленным диагнозом!

— Аллита, никто не будет ставить диагноз королям. И Хенни вон Альтазар тоже не получит свой диагноз. Даже если ее доведут, и она возьмет ружье в руки — все замнут.

— Это очень плохо, Тан.

— Вот-вот. Я бы твоего отца пролечил.

— Я про девочку. Очень милая, — тихо произнесла она.

— С твоим отцом не знаком. Допускаю, что он очень добр с тобой.

— Все отцы такие.

— Это все международная изоляция. Некому тебя продать.

Сбоку в лицо чуть не влетела пачка пятитысячных — успел уклониться.

— Я с тобой не разговариваю. — Холодно долетело до меня.

— Неужели твои сестры замужем по любви?.. Неужели для блага государства, для укрепления союза, твой отец не пойдет на династический брак? На это неприятное, но нужное решение?..

В ответ — тишина.

— Скоро будет война, королевству понадобятся союзники. Даже мелкие, неприятные, от которых Харрит раньше воротил нос. Тогда ты уедешь из дома к какому-нибудь старику с кусками мяса между зубов, недолеченным триппером и одышкой. Возможно, он будет тебя бить.

Вновь щелкнул механизм холодильника — Аллита взяла еще одну пачку купюр, но все-таки сдержалась, не стала ее кидать.

— Тебя оденут пышно и богато, будут провожать торжественно и с почестями. Но никто не вложит в число подарков нож. Даже ножницы — и те уберут из всех комнат. Но если ты перестанешь обижаться — обещаю, как-нибудь утром они появятся под твоей рукой. Стальные, отлично заточенные. И тебя впервые воспримут всерьез.

— И ты создашь еще одного психопата?.. — Холодно произнесла она.

— Это сделает жизнь. Но, если захочешь, я заберу тебя из чужого дворца. Некоторое время после этого ты не будешь отпускать ножницы. Потом переложишь в сумочку. И они станут просто талисманом.

— По счастью, я живу в нормальном мире. А не в твоей больной фантазии.

— Впереди — одна четвертая огромного города, мертвая, фонящая радиацией. Чья больная фантазия ее создала?

— В общем, вылечат тебя, Тан. — Бодро подытожила она. — А я на психов не обижаюсь.

— Ножницы будут под правой рукой.

— Все, молчи! Заткнись! Слышать не хочу. Смотри лучше, какое красивое шоу, — указала принцесса на небо.

Где семь «Кинжалов» на скорости демонстрировали тот самый безынерционный разворот, собираясь в разноцветные фигуры, как яркие стеклышки в детском калейдоскопе.

Я посмотрел на часы — пора. Включил тихонько радио — на частоту для участников гонки.

— … «Кинжал» под руководством полковника Ларта Фишта исполняет знаменитую фигуру «Цветение». — Послышался приятный голос диктора — мужской, весьма солидный и в годах.

Синий гравилет в воздухе раскрутился с дикой скоростью вокруг одной точки, создавая иллюзию падающего цветка — объемную, благодаря движению гравилета в плоскостях.

— … полковник Фишт с детства знал, что станет офицером ВКС Империи, и уже в семнадцать лет поступил в летное училище… — Подхватила тоном доброй учительницы женщина-диктор.

Скорее всего, трансляцию тоже дублируют с эсминца — очень чистый звук.

Тем не менее я снизил громкость до ноля, оставшись в тишине. Видимо, правила гонки и жеребьевку анонсируют сразу после летной программы.

— Зачем выключил?

— Вон там шатры видишь, — махнул я рукой в сторону стадиона. — Дослушаем — сама побежишь записываться в войска.

— А ты не очень-то и патриотичен, — смотрела Аллита вместе со мной, как с неба падали уже семь разноцветных цветков.

— Это не моя страна.

— И не моя. Но ведь красиво?

— Красиво, — прибавил я громкость обратно.

— … на смену «Цветению» приходит сложнейший маневр, — вдохновенно вещал диктор. — Пилоты формируют построение «Еж», почти касаясь друг друга хвостовым оперением — расстояние между ними составляет едва ли два сантиметра! Благодаря мастерству пилотов и новейшей системе бортового управления, гравиполя «Кинжалов» синхронизируются и кратно увеличивают свою плотность. «Еж» — построение прорыва, предназначенное для прохождения над территорией, насыщенной вражеской ПВО. Именно так была прорвана защита Сайто-Лан — важнейшего города-крепости на севере королевства Харрит.

— Хотя лучше выключи. — Передумала Аллита.

— Дальше этого городка все равно не прошли. — Пожал я плечами. — Нет смысла.

Потому что некого там селить. Плотность населения в Империи — аховая.

— Я в этом не разбираюсь, — емко отозвалась Ее Высочество.

— А надо бы.

— В войне? Мне?

— В экономике. Хотя бы отчасти. — Наблюдал я, как в небе вращается «Еж», и странно переливается небо сферой вокруг них — гравилинзы накладываются, воздух уплотняется и начинает преломлять свет.

— У меня есть образование, Тан. Я не полная дура.

— Специальность?

— Управление гостиничным и ресторанным бизнесом. Третий курс.

— Ого. Я думал, что-то вроде нашего биоэнерготеха. — Припомнил ее манипуляции с энергетикой.

— Такое у нас не преподают. Только семейные или закрытые школы.

— И только для высокородных?

— Нормальный контроль над знаниями. — Не видела Аллита в этом ничего плохо.

— Этим знаниям семьдесят лет от силы.

— Но они опасны!

— А потом король умирает от банальной лучевой болезни. — Только головой покачать.

— Как будто в Империи не умирают.

— Угу. Старики, у которых и без того полно хронических болячек. А в его возрасте — спокойно продержат лет двадцать.

— Если бы лечение было, отец бы его купил.

— Может быть, покупает, — пожал я плечами. — У Империи. У Канцлера. У наших мэтров. Потом бежит к своим врачам, и они говорят, что все идет только во вред. Иначе зачем эти врачи нужны, если бесполезны?..

— Да хорошая у нас медицина! — Раздраженно отозвалась принцесса.

— Вот и они так говорят, король верит и прекращает системное лечение. Становится хуже — растет ненависть к тем, кто обещал, но не помог.

— Тебя снова заносит. У отца хороший врач.

— Был бы хороший — королевство не готовилось бы к войне.

Ну не может король оставить страну на трех идиотов, которые спорят в газетах, вместо того чтобы обхаживать отца и подводить ему фавориток посмазливей. Он обязан хотя бы попытаться решить проблему с соседями. Иначе скоро просто будет нечего передавать. Территории Империи не нужны — но, если будет возможность, от восстановления старых границ и выкачивания ресурсов с покоренных земель она не откажется. Подвесят «Титан» сверху и армейское руководство на местах — и можно будет дома из мрамора строить в столице. Харритцам оставят подножный корм — три поколения сменилось, «своими» их в Империи уже не считают. Впрочем, это взаимно.

— Да заладил ты со своей войной! Не будет ничего! У нас праздник на празднике! Вы, вон, тоже деньгами бросаетесь!

— Ладно. Не будет. — Вздохнул я.

— Правда?..

— Планшет бери в руки. Гравилеты завершают программу.

— Тан?

— Иногда я тебе вру, и тебе это нравится. Сейчас-то что случилось?..

— Мне про войну — вообще не понравилось.

— А это и не вранье. — Хотел я прибавить радио громкости, но замер после следующего вопроса.

— Это из-за тебя, да? Из-за того, что ты не дал убить моих родных — будет война? Так тебе сказали?..

— Дам тебе потом листочек и карандаш отниму у Чалыча. Нарисуешь мне две колонки. В левой — названия фирм-производителей в Империи. В правой — фирмы-аналоги вашего королевства.

— Зачем?

— Затем, что слева будет хорошо и дешево. А те, что справа, дадут на войну любые деньги. Мир их погубит.

— Так пусть умирают!

— Угу, и страна вместе с ними. — Поморщился я. — Аллита, да не важно, кто у вас король. Нет у него другого выхода. Как корону напялит, так сразу начнут в спину толкать и на север показывать.

— У тебя ошибочное представление о королях. — Невозмутимо отметила она.

— В общем, если что-то случится, помни — у тебя тут дед. — Наклонился, чтобы поднять кинутую в меня пачку денег и перекинул обратно. — Положи обратно.

— А как хочется снова кинуть… Ладно, — убрала принцесса купюры в холодильник.

Прислушался к радио — бубнят про льготы для призывников.

— Рация, — спохватившись, включил ее и передал назад.

— Ну наконец-то! — Проворчали из динамика голосом Эффы. — Я уже хотела к вам идти.

— Хенни, прием, — бодро произнесла принцесса.

— Прием-прием.

— Так, — вмешалась строгим голосом мисс Сойер. — Никакой болтовни на канале. Обращение по позывному. Сначала позывной вызываемого, потом свой. Пример: «Первый ответь Второму», слово «ответь» не говорим, экономим время. Первый — второму. Все ясно?

— Назначаю позывные, — вмешался я. — Эффа — «Пенсионер», Хенни — «Подруга», Аллита — «Тактик», Тан — «Босс».

— Возражения, — задышали возмущенно в динамик. — «Пилот», «Подруга», «Майка», «Клоун».

— Возражения, — тут же повторила за ней Аллита. — «Стерва», «Подруга», «Красотка», «Кучер».

— Возражения! Я не хочу быть «Подругой!» — Возмутилась Хенни. — Я хочу быть «Оонси — Разрушительницей Небес»!

— Ой, ты тоже смотришь «Оонси»? — Обрадовалась принцесса.

— Ага! Как тебе шестой сезон? Чума-а — ну скажи?..

— А у нас только середину пятого показывают…

— Ты чего-о! Срочно надо смотреть!

— Короче, мы никуда не летим, — вздохнул я.

— РАЗГОВОРЧИКИ НА КАНАЛЕ! — Рявкнула мисс Сойер, даже рация засвистела. — Тан — «Загонщик-Первый» или просто «Первый». Эффа — «Загонщик-Второй» или просто «Второй». Хенни — «Стрелок». Аллита — «Ловчий». Всем все понятно? Или кому-то запихнуть ботинок в задницу?

Донеслось когнитивное молчание — всем было все понятно, и хотелось ответить «да», но так как ботинок кое-куда не хотелось, поэтому это «да» каждый оставил при себе.

— Ловчий — Второму, разобралась с планшетом?

— Ага.

— Соблюдать протокол!!!

— Второй — Ловчему. Да. А сериал на него скачать можно?..

В ответ донесся грустный вздох.

— Второй — Ловчему. Требую зарегистрировать жалобу.

— Ловчий — Второму, это военный планшет.

— Второй — Ловчему. Жалоба на Первого. Он обманом заставил меня заключить соглашение, связанное с победой на соревнованиях. А потом вынудил эту победу обеспечить! — Искренне возмущалась Аллита на заднем сидении.

Странно, что только сейчас спохватилась.

— Ловчий — Второму. Соглашение содержит в себе секс?

— Нет!

— Соблюдать протокол!!!

— Второй — Ловчему. Нет.

— Ловчий — Второму. Жалоба отклоняется.

Аллита, посмотрев на рацию, вывернула микрофон на минимум и возмутилась уже в голос.

— То есть, либо я выигрываю тебе гонки и хожу в костюме бобра, либо не выигрываю, и милая Хенни пыряет меня ножницами!

— Ваше Высочество, вы однобоко смотрите на ситуацию. А как же шестой сезон «Оонси — Разрушительницы Небес»?

— Да я бы и так скачала!

— Вы в Империи, а не этом вашем Харрите. Тут ничего не скачать, по рукам надают. А денег у вас нет.

— Ха! Да целый холодильник!

— Воровство — какая низость.

— Тан, одолжи денег. — Уже другим тоном попросила она.

— Есть вариант заработать. Ты знаешь как.

— Похотливое животное.

— Да в планшет свой внимательно смотри, — поморщился я. — Поможешь выиграть — куплю.

— А прогулки в костюме бобра?..

— Если отменишь условие о моем проигрыше.

— М-м… Нет. — С сожалением отказалась Аллита. — Три тысячи участников, семь гравилетов. Хочу эксклюзивное видео.

— Но будешь стараться?

— За шестой сезон «Оонси»? Шутишь, — фыркнула. — Все силы приложу. — Крутнула она шайбу обратно.

— Ловчий — Второму. Переключатель микрофона был слева. Вы выключали динамик.

— Ой…

— Ловчий — Стрелку. Я никого пырять не буду. — Хмуро отозвалась Хенни.

— Всем! Закончили разговоры. Радио прибавили, слушаем!

«Кинжалы» замерли в небе над площадью — достаточно близко, чтобы рассмотреть их в деталях. А голос мужчины-диктора степенно и спокойно повторял примерно то же самое, что недавно говорила Эффа.

Действительно — на семь гравилетов будет охотиться семь армий; Южной — достанется ярко-красный, Юго-западной — оранжевый, Западной — желтый, Северо-Западной — зеленый, Северной — голубой, Восточной — синий, Центральной армии — фиолетовый. Только в отличие от сухой информации мисс Сойер, слушателям доставались и пояснения, что красный — это цвет пролитой крови на рубежах, а оранжевый и желтый — как знак степи и песка. Северо-Запад следит, чтобы тяжело доставшийся мир не был нарушен. Голубой — это цвет льда северных пределов. Там, за северным полюсом, не так уж и безлюдно — два континента оживают после давней войны и готовы на многое. Синий — цвет могучего океана, омывающего Империю с востока. Ну а фиолетовый объяснили как-то скомкано, привязав к науке и лабораториям. Хотя центральное войско прикрывало столицу, и служили там самые пижонистые и блатные.

Награды, сообщенные Эффой, тоже зачитали очень близко — только тут подключалась диктор «добрая учительница» и разъясняла, что служба в вооруженных силах и без того отлично устроена, а предлагаемое оборудование — это просто «люкс». Который, разумеется, во все времена должен доставаться только лучшим.

Не совсем ясно, как воинская часть должна зарабатывать на тот же портал. Этих частей в Империи, вообще-то, пять тысяч — на семь разноцветных «Кинжалов». Некоторые воинские части не представлены вовсе — далеко не у всех студентов есть гравилеты. Пятьдесят тысяч «практикантов» и три тысячи участников — всего шесть процентов обладают такой роскошью. В следующем году ситуация изменится, но вряд ли сильно.

Если вспомнить слова техника о «столичных» — их усилия не так чтобы лишены смысла. Конкуренции в этот раз меньше, а желаемый приз — гораздо доступней. Естественно, «столичным» ни рестораны, ни другие локальные блага даром не нужны — они целятся на опцию, гарантирующую повышение в звании. Пять тысяч баллов — с одной стороны, много. С другой — всего три «Кинжала» «поймать». Нам, например, надо четыре.

Летать «центральные» будут на «Спектрах» — тогда как на площади гоночных машин едва ли процентов десять, да и они — в основном, устаревших серий. «Полетать» пришли студенты — а у них, если гравилет с документами и не падает, то уже считается за роскошь.

Между тем, диктор-мужчина сообщил и кое-что интересное — безусловное страхование всех участников и выдачу новеньких военных (!) гравилетов взамен безнадежно потерянных в заезде. Потому как «Кинжалы» будут огрызаться и просто так окружить себя не дадут.

А там, словно мимоходом, уточнил о личных наградах за гонку — чем ближе гравилет участника к «Кинжалу», тем больше ему начисляется личных баллов. Причем, отставание от него — снижает их, поэтому бороться надо до конца. Начисление ведется в полукилометровой зоне от цели — по мне так, главное просто не расшибиться, и будешь в плюсе. Список же того, что можно купить «себе» был обещан в приложении — чуть позже. Но сказано это было так, что сомнений не оставалось — никаких технических накладок, но умело нагнетаемая интрига.

Последовала ощутимая пауза, и женщина-диктор наконец-то приступила к жеребьевке, призывая всех занимать подсвеченные «Кинжалами» сектора согласно сообщаемых номеров. Повторив сообщение, та принялась чеканить номера с добротной скоростью печатной машинки — я от такого поднял «Рансат» в небо, внимательно вслушиваясь, чтобы не упустить свой. И не я один — рядом поднялась «Сверхновая». Только Хенни зазевалась — но ее задача занять позицию и ждать, для этого не нужно вырываться вперед.

— Они, что, будут стрелять по участникам? — Пробормотала Аллита, словно сомневаясь в том, что услышала.

— Ловчий — Второму. По тебе когда-нибудь стреляли? — Донеслось из рации.

— Второй — Ловчему. Нет.

— Ловчий — Второму. Там все просто, просто не дай в себя попасть.

— Да как, я же на диване… — Тихонько проворчала она.

— Двадцать четыре ноль три, сектор красный, четыре — два! — Донеслось из радио.

«Рансат» резко рванул вверх, чтобы тут же оказаться на размеченном сверху секторе.

— Ловчий — Первому. — Спокойно смотрел я на побледневшую принцессу. — Пристегнитесь.

Та суматошно защелкнула замок.

— Ловчий — Первому. Во время огневого контакта крайне важно быть пристегнутым. Труп, зафиксированный к креслу, будет найден быстрее и избавит родственников от излишней волокиты по оформлению выплат.

— Пошел к черту! — Зло отозвалась она, вызвав улыбку у меня и смешок в рации. — Я вообще не хочу тут быть! Я не хочу умирать!

— Прямо как я на первом вылете, — ностальгически пробормотали в рации.

— Соблюдать протокол! — Рявкнул на этот раз я.

— Внимание, уважаемые участники! — Добродушно говорил дедушка из радиостанции. — До гонки остались считанные минуты! Пока участники занимают свои места, мы хотели бы отметить интересных участников состязания. В фиолетовом секторе находится дважды призер чемпионата столицы Наиль вон Лем. Рядом с ним — финалисты прошлого года Авин Сано и Нэд вон Хаас. Судя по активному радиообмену, участники договорились действовать сообща. Четвертым участником их группы является Ренни Далега, призер олимпиады Империи по истории. Приглашаем перенять их опыт и создавать отряды и группы внутри ваших воинских частей — ретрансляция связи обеспечена эсминцем «Алмаз». Частоты для вашей части можно уточнить в приложении на мобильном устройстве. Не печальтесь, если вы одни — помогайте вашей армии и приглашайте на вашу частоту друзей!

Не такие уж мы и хитрые — вон, у Ренни и ее новых соратников тоже налажена связь. Гонщики, надо же — да так удачно оказались в одной части… Обожаю совпадения.

— Первый — Второму. У твоей Ренни отличная компания.

— Второй — Ловчему. Кто такая Ренни? — Заинтересовалась принцесса.

— Ловчий — Стрелку. Была такая, с во-от такими бидонами. Как у Нао-уо во втором сезоне.

— Стрелок — Ловчему. Серьезно? А как они разошлись?

— Эй, я вообще-то, тут. — Возмутился я.

— Соблюдать протокол! — Рявкнули на два голоса Хенни с Аллитой, причем, вторая — почти в ухо.

— Всем! Тихо! Про нас говорят.

— Второй очаг радиопереговоров зафиксирован в красном секторе. Шифрованный канал, три станции, закрытые профили участников! Что объединяет их, кроме сонма загадок? Далекая и сказочно красивая воинская часть на Тиронском хребте! Величественные горы и хрустально-чистый воздух южных пределов нашей родины! Даже гравилеты у участников — особенные. Наградной «Рансат» врученный Тану Савою за выполнение особо важного поручения за пределами Империи! Именно он сверкает на солнце, уважаемые слушатели — как положено медали, надетой на парадный китель. «Сверхновая» мисс Эффы Сойер, удостоенной высочайших наград Министерства Внутренних дел. Несмотря на стандартный вид гравилета, список зарегистрированных улучшений базовой конструкции достигает двух страниц. «Спектр-9» мисс Хенни вон Альтазар. Прототип гравилета, готовящийся к серийному выпуску, впервые будет испытан именно на наших соревнованиях!

«А-а… Во-от, что это…»

— Стрелок — Второму. Дай порулить, а?..

— Второй — Стрелку. Хорошо. Но потом, ладно?..

Хенни — добрая.

— Мы будем с интересом следить за этими двумя группами. — Включился женский голос. — Уверены — они еще не раз порадуют нас!

«Не надо за нами следить!» — Чуть не возмутился я в голос, снимая ботинки и касаясь обнаженной ступней педали ускорения.

Таллиумного энерговода нет. Зачем? Тут все педали им покрыты. Не пластиной, как у меня на Аликсе — тонким слоем, но и этого будет достаточно.

— Внимание участникам! «Кинжалы» покидают небо над стартовой площадкой!

Семь гравилетов с места рванули на юго-запад.

— Внимание участникам! Следите за небом! За тридцать секунд до команды «Старт», эсминец «Алмаз» укажет на ваши цели поисковым лучом нужной окраски! Преследовать чужой «Кинжал» до поимки своего — запрещено! Отрывать второе крыло гравилета от линии крыш — запрещено! Наносить прямой вред другим участникам вне рамок погони за одной целью — запрещено! Останавливаться для оказания медпомощи другим участникам — запрещено! Нарушение правил ведет к дисквалификации и понижению индекса лояльности Империи!

Правила, в общем-то, были в описании гонки. Но многие ли их читают?..

— Второй — Ловчему. Они еще и таранить нас будут⁈

— Ловчий — Второму. Коньячка бы тебе…

— Второй — Ловчему. Есть — коньячка!

— Первый — Второму. Откуда⁈

— Второй — Первому. Саватский. Контрабандный. — Емко отозвался я. — Ловчий — Первому. Отставить коньяк!

— Первый — Ловчему. Никакого праздника! — Возмущенно ставила Аллита бутылку обратно.

— Внимание участникам! До старта тридцать секунд! Поисковые лучи активированы!

Где-то далеко над городом стали видны тонкие конусообразные разноцветные полосы света — ведущие куда-то за горизонт.

— Внимание участникам! Опубликованы списки личных наград.

Для интереса глянул — и как-то слегка удивился от трехкомнатной квартиры на одной из центральных улиц среди первой десятки. «Спектры», гравилеты попроще, машины, квартиры — от «трешек» до студий, денежные сертификаты в солидные туристические конторы — это просто если оглядывать список, цепляясь за случайные пункты. «Баллы не переносятся на следующий заезд и будут обнулены» — а значит, все это достижимо прямо сейчас, в рамках одной гонки.

«Да они убивать за это будут», — чуть обескураженно смотрел я на соседствующие нам «Профессионалы» и «Курьеры» с «Вояжами».

— Внимание участникам! До старта пять секунд! Четыре секунды!.. — И отсчет огромными буквами, видимый в разломе стадиона перед нами, на главном его экране.

— Внимание участникам! СТАРТ! СТАРТ! СТАРТ!