Клинки встретились с коротким металлическим лязгом.

Удар был такой силы, что меня отбросило назад. Я отступил на шаг, гася инерцию, клон повторил мое движение до мелочей. Несколько мгновений мы стояли друг напротив друга, чуть пригнувшись и держа клинки перед собой.

Я будто в зеркало смотрел. Только отражение оказалось вооружено и очень хотело меня убить. Мерзкое ощущение. С двойником мне уже приходилось сталкиваться на мясной станции, и повторять этот опыт не хотелось совершенно. В прошлый раз я каким-то чудом выбрался победителем. Однако чудеса на то и чудеса, чтобы случаться редко. Я и в тот раз-то с трудом выжил, несмотря на вмешательство Иды, а сейчас…

Впрочем, у меня нет вариантов. А значит — придется побеждать.

Клон атаковал первым.

Шаг, выпад, удар снизу. Я отвёл его клинок в сторону и рубанул в ответ. Он уклонился тем же движением, которым на его месте воспользовался бы я, перехватил мою руку и попытался довернуть кисть. Я подался вперёд, не позволяя провести приём, ударил его лбом в лицо и тут же получил коленом в живот.

Мы разлетелись в стороны.

Вроде бы всё понятно. Те же импланты, та же подготовка, те же рефлексы… Вот только это понимание ни хрена не помогало. Клон угадывал каждый мой приём раньше, чем я успевал его закончить. А я точно так же знал, что собирается сделать он. Получалось нечто среднее между спаррингом с очень знакомым противником и попыткой обмануть собственную тень. Любой финт, любая ложная атака, любое изменение стойки считывались мгновенно. И меня это начинало откровенно бесить.

— Симба, что по противнику?

«Сканирование затруднено. Экранирование идентично вашему. Конфигурация имплантов предположительно совпадает.»

— А что-нибудь полезное?

«Рекомендую не проигрывать, шеф.»

Спасибо, родной. Вот сразу стало легче.

Клон снова бросился вперёд. Клинок скользнул вдоль моего предплечья, высекая искры из защитной пластины. Я развернулся, пропуская противника мимо, и ударил локтем в затылок. Он качнулся, но устоял, резко развернулся, вскинул ладонь…

Твою мать!

Кинетический импульс ударил меня в грудь и швырнул через половину зала. Я врезался спиной в стену, со странным звуком выпустил воздух из лёгких и сполз на пол. Перед глазами потемнело, в ушах зазвенело. Несколько секунд тело вообще не понимало, чего я от него хочу, но нейроген уже разгонялся по организму, отсекая боль и возвращая конечностям управляемость. Стало чуть легче. Не хорошо, разумеется, до этого было далеко, но хотя бы появилась возможность снова двигаться.

Клон приближался. Он не торопился — знал, что я всё равно не успею подняться.

Ошибся.

Я вскинул руку и в свою очередь активировал кинетик. Импульсом противника сбило с ног и впечатало в стойку с оборудованием. Металлический каркас жалобно загудел, а один из мониторов сорвался с креплений и рухнул на пол.

Я поднялся. Бок отозвался тупой болью, дышать было крайне неприятно. Кажется, парой ушибов дело не ограничилось. Ладно. Разберёмся потом. Если будет, кому разбираться.

Клон выбрался из покорёженной стойки, тряхнул головой и посмотрел на меня. Из рассечённой брови текла кровь. Моя кровь. Даже цвет тот же.

На его ладони вспыхнула красная точка.

Я рванулся в сторону, и лазер полоснул по плечу. Ткань костюма задымилась, кожу обожгло так, будто к ней приложили раскалённый прут. Я стиснул зубы, вскинул собственный эмиттер и ударил в ответ. Клон тоже ушёл с линии, но чуть запоздал. Луч чиркнул по предплечью, оставив длинную дымящуюся борозду.

Преимущество сомнительное, но хоть что-то.

Мы одновременно шагнули навстречу друг другу. А дальше стало не до размышлений.

Удар. Блок. Короткий выпад в горло — и клинок противника уже там, где должна была оказаться моя рука. Пригнуться, разорвать дистанцию, снова попытаться войти в клинч… Он бил так, как бил бы я. Жёстко, без лишних движений, пользуясь любой ошибкой. Вот только и я дрался с ним не впервые. На мясной станции мне уже попадался такой же двойник — пустой, быстрый и очень злой.

Правда, легче от этого почему-то не становилось.

Клон пробил защиту и врезал мне кулаком под рёбра. В боку хрустнуло, дыхание снова перехватило. Я отшатнулся, пропустил клинок над головой и всадил колено противнику в живот. Он дёрнулся. Я добавил локтем в челюсть, перехватил его руку и рванул вниз, пытаясь повредить сустав.

Клон мгновенно сообразил, что я делаю, крутанулся в обратную сторону и сам едва не вывернул мне кисть. Пришлось отпустить. Он тут же схватил меня за броню, дёрнул на себя и швырнул в стену.

Панель за спиной треснула. Что-то посыпалось сверху, по полу запрыгали искры. Я попытался оттолкнуться от стены, но клон уже был рядом. Ударил в лицо, ещё раз — в корпус. Я заблокировал третий удар, перехватил запястье и боднул его в переносицу.

Хрустнуло.

Клон отшатнулся. Ухватив сорванный со стойки монитор за кабель, я крутанул экран над головой, разгоняя его, и со всей силы приложил его по чужой — моей — роже. Пластик разлетелся, посыпалось стекло. На этом импровизированное оружие можно было считать использованным, но задачу оно выполнило: противник потерял равновесие.

Ускорившись, я врезал ему ногой в грудь.

Клон рухнул на стойку, окончательно добивая несчастное оборудование. Металлический каркас сложился внутрь, мониторы и какие-то блоки посыпались сверху. На пару секунд противник исчез под грудой железа.

Самое время добить ублюдка.

Я шагнул вперёд — и тут же получил обломком стойки в плечо. Клон вынырнул из-под завала слишком быстро. Рваный кусок металла распорол костюм и кожу, рука онемела до самых пальцев.

— Да что ж ты такой живучий…

Он снова замахнулся. Я нырнул под обломок, ударил снизу в локоть и выбил железку из руки. Та со звоном покатилась по полу. Клон не обратил внимания: врезался в меня всем телом, пытаясь сбить с ног.

Не вышло.

Несколько секунд мы топтались среди обломков, сцепившись и пытаясь продавить друг друга грубой силой. Результат получился предсказуемым — никакого. Я давил на него, он на меня, и ни один не мог получить даже минимального преимущества. Нейроген кипел в крови, мускульные усилители аж гудели, но результата не было. Твою мать, да как же тебя убивать вообще?

В этот момент клон сменил тактику. Отшатнувшись в сторону, он вдруг бросился вперед, подсёк мне ногу и резко толкнул.

Мы рухнули вместе. Я оказался снизу, спиной на битом стекле. Он прижал мою руку коленом и потянулся клинком к горлу. Я перехватил его запястье, удерживая лезвие в нескольких сантиметрах от лица. Рука дрожала от напряжения. Медленно, почти незаметно клинок опускался.

Долго я так не продержусь.

Я дёрнул головой в сторону, ослабил сопротивление и позволил клону вложиться в движение. Клинок ударил в пол рядом с ухом. В тот же момент я вывернулся, впечатал локоть противнику в рёбра и сбросил его с себя.

Вскочили мы одновременно.

Нейроген жёг вены. Сердце колотилось где-то в горле, повреждённые рёбра скрипели при каждом вдохе. Руки налились тяжестью, перед глазами то и дело плыла красная муть, и мне приходилось постоянно моргать, возвращая картинке относительную чёткость. У клона дела обстояли не лучше: лицо залито кровью, правая рука двигалась с заметным запозданием, на груди к броне прилипли остатки разбитого монитора…

Вот только усталости в пустых глазах не было. Боли — тоже. Он просто выполнял задачу.

А я, в отличие от него, уже едва стоял.

Клон бросился на меня.

Первый удар я отвёл. Второй пропустил. Кулак врезался в скулу, мир качнулся, аварийные лампы размазались красными полосами. Я попытался ответить, но противник поймал руку, довернул и швырнул меня через себя.

Пол встретил жёстко. Повреждённое плечо прострелило болью до самых пальцев.

Я перекатился, уходя от клинка, и попытался подняться. Не успел. Клон схватил меня за горло, рывком поставил на ноги и впечатал спиной в стену.

Пальцы сжались на трахее.

Я вцепился в его запястье обеими руками, пытаясь оторвать от горла хотя бы один палец. Бесполезно. В начале боя силы были равны, но мои закончились чуть раньше. Возможно, потому, что за последние сутки мне пришлось пережить слишком много дерьма. А возможно, он просто оказался чуточку удачливее. Обидно, конечно. Столько раз выбраться из полной задницы только для того, чтобы в итоге меня придушила собственная копия у мёртвого ядра Эдема.

Какая теперь разница?

Я ударил его в локоть. Ещё раз. Попытался достать коленом до паха. Хватка на мгновение ослабла, в лёгкие прорвался короткий глоток воздуха, но клон тут же сжал пальцы сильнее.

Перед глазами поплыли тёмные пятна.

«Симба… Лазер…»

«Откат — еще двенадцать секунд. Откат кинетики — тридцать».

Да твою мать! Через двенадцать секунд меня, может быть, уже не будет!

Клон смотрел мне в глаза спокойно и безразлично. Ни злости, ни удовольствия. Ему поставили задачу меня убить — он убивал. Такая вот простая и незамысловатая жизнь.

Сознание начало уплывать. Звуки стали глухими, будто я снова оказался под водой. Где-то далеко выла сирена. Ещё дальше кто-то кричал.

— Отпусти его!

Знакомый голос.

Клон вздрогнул. Хватка ослабла, и я рухнул на пол, судорожно втягивая воздух. Дерьмо. Это что, картины из жизни перед глазами проносятся? Потому что эту я определенно уже видел!

За спиной клона стояла Ида. Обеими руками она держалась за древко пожарного багра, крюк которого вошел между лопаток клона, а кончик высовывался из груди. Девушку трясло, лицо побелело, но багор она не выпускала и даже пыталась вдавить его глубже.

Какого хрена она здесь делает? Я же велел ей ждать наверху! Там Рокот, Вьюга, инженеры, целый зал людей… Там хотя бы относительно безопасно. А здесь — я и обезумевшая машина для убийства с моим лицом. Только полный идиот добровольно полез бы в такую драку!

Или человек, который не смог бросить другого умирать.

Твою мать, Ида…

Клон повернул голову. Медленно, будто пытаясь рассмотреть напавшую на него девушку через плечо. Потом завёл руку назад, ухватился за древко и одним рывком выдернул багор из собственного тела.

На стену плеснула кровь.

— Беги… — прохрипел я.

Ида отступила на шаг. Ещё один. В её глазах мелькнул страх — настоящий, животный, такой сильный, что на мгновение лицо девушки превратилось в неподвижную маску. Она всё поняла. И то, что сделала, и то, чем это сейчас для неё закончится. Развернуться и броситься к двери она уже не успевала.

Клон ударил багром наотмашь. Крюк зацепил её за плечо и швырнул в стену. Ида вскрикнула, сползла на пол, но тут же попыталась подняться.

— Нет!

Клон перехватил багор двумя руками и шагнул к ней.

Я рванулся вперёд. Тело не слушалось, ноги скользили по битому стеклу, лёгкие после удушья всё ещё отказывались нормально работать. Между нами оставалось всего несколько метров. Смешное расстояние для синтета с усиленной мускулатурой и разогнанными нейрогеном рефлексами…

Но для меня сейчас — непреодолимое.

И я не успел.

Острый конец багра пробил Иду насквозь и с глухим стуком ударил в стену.

Она дёрнулась и обмякла. На лице девушки отразилось недоумение, будто Ида до последнего не верила, что такое действительно может произойти.

Внутри что-то оборвалось. Не взорвалось, не заполыхало праведной яростью — просто исчезло. Боль, усталость, страх, остатки здравого смысла. Осталась одна-единственная мысль, простая и ясная.

Убить.

Я врезался клону в спину, сбил с ног и вместе с ним покатился по полу. Он попытался развернуться, ударил локтем мне в лицо. Я перехватил руку, заломил за спину и дёрнул, оскалившись от звука хрустнувшего сустава.

Клон рванулся, едва не сбросив меня. Я прижал его к полу коленом, ухватил за волосы и выщелкнул клинок.

Противник ещё пытался подняться.

Я полоснул его по горлу, придавил, вложил в это движение все оставшиеся силы. Отделившаяся от тела голова качнулась в моей руке. Размахнувшись, я с яростным криком швырнул ее в серверную стойку. Та отскочила от нее, будто мячик, с глухим стуком упала на пол и закатилась в угол

Клон дёрнулся несколько раз и затих. Я всё равно не сразу его отпустил. Ещё какое-то время прижимал тело к полу, ожидая подвоха. Ждал, что безголовая тварь снова попробует подняться или отрастит новую башку — после всего увиденного я бы уже ничему не удивился.

Но он не двигался.

Без головы не способны существовать даже синтетические клоны.

Я оттолкнул обезглавленное тело и пополз к Иде.

Она лежала у стены, завалившись набок. Багор всё ещё торчал из живота, под ней быстро растекалась кровь. Слишком много — я это понимал. И всё равно продолжал надеяться, что Симба сейчас найдёт вариант. Предложит вколоть какую-нибудь дрянь, пережать сосуд, активировать аварийный протокол, отнести Иду в Медлок — что угодно. Мой ассистент не раз вытаскивал решения буквально из ниоткуда. Может, получится и сейчас?

Однако Симба молчал.

— Ида. Ты меня слышишь?

Глаза девушки приоткрылись. Несколько секунд она смотрела куда-то мимо, потом всё же нашла меня взглядом.

— Антей…

Пауза.

«Критическое повреждение внутренних органов. Массивная кровопотеря. Требуется немедленное хирургическое вмешательство.»

Формулировка звучала почти обнадёживающе. Требуется вмешательство — значит, ещё можно вмешаться. Нужно только донести её наверх. Там инженеры, медицинское оборудование… Что-нибудь обязательно найдётся.

— Значит, тащим наверх.

Я взялся за древко, собираясь обломить его или отрезать лазером, но Ида накрыла мою руку ладонью.

— Не надо.

Голос был едва слышен.

— Надо. Сейчас выберемся, наверху есть медики…

— Антей, — повторила она чуть громче. — Не надо. Я всё понимаю. Это конец.

Я замер. Можно было продолжить врать. Ей, себе, Симбе — неважно. Сказать, что всё будет хорошо, выдернуть багор, схватить Иду на руки и потащить наверх, оставляя за собой кровавый след. Заняться хоть чем-нибудь, лишь бы не признавать то, что и так было понятно…

Она смотрела на меня спокойно. Пожалуй, спокойнее, чем я когда-либо её видел. На губах появилась слабая улыбка.

— Ты выполнил обещание. Теперь я свободна…

Каждое слово давалось ей с трудом. Ида делала паузу, набирала немного воздуха и только тогда продолжала. А я сидел рядом и ничего не мог сделать. Ни сила, ни импланты, ни грёбаный боевой режим здесь не помогали. Всё, на что меня хватало, — держать её за руку и слушать.

— Ты ещё жива!

— Пока — да.

Ида попыталась вдохнуть и поморщилась. Из уголка ее рта потекла кровь. Пальцы на моей руке едва заметно дрогнули.

— Спасибо тебе.

— Потом поблагодаришь. Когда выберемся.

Она качнула головой.

— Теперь я могу уйти спокойно.

— Ида…

Пальцы девушки разжались. Рука соскользнула с моей ладони и упала на пол.

Несколько секунд я ещё смотрел на неё, ожидая следующего вдоха…

Но его не было.

— Ида?

Глупо. Я прекрасно понимал, что она уже не ответит. Потом ещё раз сжал её ладонь, будто это могло что-то изменить.

«Шеф… Мне жаль.»

Я ничего не ответил.

Осторожно закрыв Иде глаза, я ещё некоторое время посидел рядом. Где-то наверху выла сирена, аварийные лампы заливали зал красным светом, где-то потрескивало повреждённое оборудование… Всё это происходило будто очень далеко и не имело ко мне никакого отношения.

Потом я всё-таки поднялся и тут же ухватился за стену. Ноги дрожали, повреждённые рёбра отзывались болью при каждом вдохе. На полу валялось обезглавленное тело с моим лицом. Рядом лежала Ида.

Ещё одна смерть, которой не должно было случиться.

Мне хотелось снова сесть рядом. Просто сесть и больше никуда не идти. Просто сидеть и все. Не думать о Демьянове и его мании. Не думать о том, что рассказал мне Эдем. Не решать, что делать дальше. Просто сидеть — и все. Несколько минут назад я отключил суперкомпьютер, погубивший человечество, убил Кудасова и вроде бы сделал то, ради чего сюда пришёл. По всем законам жанра самое время было праздновать победу…

Вот только победой здесь и не пахло.

Наверху ждали Рокот, Вьюга и остальные. А снаружи уже начинался штурм. Я не мог позволить себе развалиться на части. Во всяком случае — не сейчас.

На это у меня не было времени.

— Симба, все усилия наноботов — на регенерацию, — скомандовал я, жалея, что не могу поделиться этими удивительными целебными машинами с девушкой. Впрочем… Они лишь помогают устранить повреждения. Воскрешать мертвых не способны даже они.

Я в последний раз посмотрел на Иду, с трудом поднялся и медленно пошёл к выходу.