– Дяденька… дяденька, с вами всё хорошо? Давайте уйдём, пока никого нет, дяденька.

Наверное, Вэй Лу пришлось подключить всё своё самообладание, чтобы не закричать просто потому, что мозг едва ли переваривал информацию, полученную несколькими фэнями ранее.

Хао жив. Это… это ведь был Хао, да? Почему-то полуголый, словно воин из степей, решивший соблазнить своей красотой всех девиц в округе, но Хао! Эта вечно орущая и заносчивая пародия на Асуру, от которой у Вэй Лу либо сердце сжималось от страха, либо желчь била в горло из-за злости.

Он не знал, что делать. Идти к Асуре? Или же попытаться найти Вэй Учэнь… Если Хао жив, то и она тоже! Вэй Учэнь… жива. Жива, жива, жива – от этой мысли сердце Вэй Лу радостно затрепетало, но крупица разума не дала ему ухватиться за ложный след надежды. Пока он не увидит Вэй Учэнь собственными глазами, нельзя надеяться на лучшее. К тому же как возможно, что феникс Фэнхуан теперь являлся на зов Хао?

Отбросив бесполезные размышления, Вэй Лу поднялся с земли и, подхватив девчушку на руки, направился туда, откуда в последний раз доносились звуки флейты. Малышка Лю попыталась сопротивляться, отговорить его, но Вэй Лу даже не обращал внимания на её тщетные попытки, из-за которых она в итоге сдалась и просто крепко вцепилась в его плечи.

Забираясь по склонам, перелезая через поваленные деревья и обходя сожжённые трупы, Вэй Лу чувствовал, как с каждым шагом воздух становился всё более вязким и тяжёлым. Он понял это не столько из-за духовного чутья, сколько из-за сбивчивого дыхания девочки Лю, поэтому, использовав простое заклинание, погрузил её в сон. Она моментально отключилась, уронив лохматую голову на его здоровое плечо.

Отчасти эта малышка стала для него якорем в царящем безумии. Несмотря на то что она держалась за него своими маленькими ручками, это он чувствовал себя утопающим, жадно хватающимся за спасительный канат.

С поляны поволокло дымом. Он поднимался над деревьями, застревал в их пышных кронах, и только на самой поляне, выжженной до голого камня и земли, стоял одинокий силуэт. В первый миг Вэй Лу испугался, что Хао в порыве бешенства сжёг и Асуру, но стоило сделать шаг в сторону, как за спиной виновника торжества показался его близкий друг.

– Асура!

Оклик заставил его вздрогнуть и обратить на него взгляд, в котором рябило от хаоса и красок[96]. Казалось, от испуга и растерянности он вот-вот потеряет опору. Появление Хао не столько обрадовало, сколько обратило его в ходячего мертвеца, такого же бледного и готового свалиться в любой миг.

Вэй Лу подошёл ближе, обнаружив неподалёку от близнецов тело, в котором узнал Милин лишь по продолговатому предмету, сжимаемому в обгоревшей руке. Хао без жалости и пощады лишил жизни свою младшую сестру. Хотя стоило ли удивляться, если та пыталась убить Асуру?

– Идём, – только и отозвался Хао, направившись в лишь ему известном направлении.

Вэй Лу не рискнул приближаться и уж тем более задавать вопросы человеку, который не только восстал из мёртвых, но и достаточно странно себя вёл: то похлопывал себя по голове, то что-то бормотал под нос. Возможно, это вполне нормальное поведение для ожившего мертвеца и…

«Да какие тут могут быть “и„?! Шуан Тянь сам сказал, что видел его тело! Чем он, гуй его подери, смотрел?!»

Несмотря на то что Вэй Лу хотелось обратиться с такой претензией лично к старейшине духовной школы Тайян, он собрался с духом и, бегло оглянувшись в направлении, где затихал бой с девятихвостой лисой, пошёл за Хао. Но не пройдя и пары шагов, обнаружил, что Асура продолжал стоять на месте со столь испуганным и недоверчивым выражением лица, что Вэй Лу пришлось подойти к нему и, взяв за предплечье, потянуть за собой.

Тот неохотно, но поддался.

Хао шёл впереди, время от времени на его плечах вспыхивали фиолетовые огоньки, которые он с раздражённым ворчанием прихлопывал, словно светлячков. Чем дольше Вэй Лу наблюдал за ним, тем быстрее росла уверенность в том, что Хао тронулся умом. Но высказывать такое предположение при Асуре не хотелось, поэтому он молча ступал в неизвестность.

– Что это за ребёнок? – спустя палочку благовоний наконец обрёл голос Асура.

И тут расслабленное лицо Вэй Лу вытянулось от испуга. Он так погрузился в собственные мысли, что попросту позабыл о девчушке Лю, дремлющей у него на руках.

– Ну… с базы заклинателей.

– Зачем ты её забрал?

– Она оказалась на поле боя, пришлось защитить, а потом… я даже забыл, что она у меня на руках.

– Ты украл ребёнка.

– Да не украл я её, – проворчал Вэй Лу.

– И что ты будешь с ней делать?

– Не помогаешь…

– И чем я мог помочь? Если хотел ребёнка, сказал бы, я бы тебе помог.

– И как, прости?! – не то задыхаясь от абсурда, не то поражаясь тому, какой ответ мог выдать Асура, прохрипел Вэй Лу. – Я что, по-твоему, на женщину похож?

– О чём ты? – нахмурился Асура, теперь уже смотря на него как на полоумного. – В духовной школе много беспризорных детей, особенно тех, в ком пробудилась способность управлять тёмной ци. На крайний случай была Хуан, одно моё слово, и она…

– Вот давай не вспоминать то, чего я не хочу вспоминать, – зашипел на него Вэй Лу, испытав довольно смешанные чувства не только от упоминания Хуан, но и от затронутой темы разговора. Удобнее подхватив девочку, он нахмурился. – Мы не можем бросить Лю. Если её не убьют, то она умрёт в этом лесу одна.

– Я бы смог.

– А я – нет, – прижав её покрепче к груди, отозвался Вэй Лу, постоянно забывая, что, кроме него и Хао, Асуре ни до кого не было дела. Даже до беспризорных детей, которые сновали по базе и в один миг оказались жертвами жутких обстоятельств. – Я её не брошу.

Их путь прошёл на удивление спокойно, тьма будто прикрывала их отступление, и вскоре звуки битвы исчезли за густым лесом. Небо с каждым пройденным часом становилось всё темнее, и, когда Хао довёл их до поляны, с которой открывался вид на горную гряду, стало ясно, что вот-вот наступит ночь.

От волнения сердце забилось быстрее. Сглотнув вязкую слюну и переведя дух, Вэй Лу направился за близнецами и уже на подходе к горному массиву, нависающему над костром, заметил маленькую фигуру, расположившуюся у огня. Здесь уже не только сердце пропустило удар от волнения; если бы не девчушка Лю, дремлющая на руках, Вэй Лу бы позволил слабости взять верх и рухнул бы на колени. Ведь там сидела Вэй Учэнь, отличающаяся от себя прежней разве что странными переливающимися узорами на лице.

Как только Хао подошёл к костру, Вэй Учэнь поднялась и, склонив голову набок на манер любопытной птицы, выслушала его невнятные бормотания. Потянувшись к нему, она погладила его по волосам, словно успокаивая ребёнка, а затем остановила ладонь на щеке. Хао перестал дёргать плечами, огоньки на его коже стихли, а затем и вовсе погасли. Это выглядело так странно и естественно, что Вэй Лу не знал, как правильно реагировать на увиденное.

Почему-то трепетная радость постепенно отступала, а на смену ей приходила тревога. Вэй Учэнь всегда отличалась отстранённостью, но сейчас в её движениях не было той человечности и лёгкости; она напоминала бездушного кукловода, дёргающего за ниточки свою любимую марионетку.

Невольно поддавшись мимолётному испугу, Вэй Лу отступил на шаг, почувствовав, как страх самообмана уже потянул к нему свои тонкие холодные коготки. Он наблюдал за тем, как Хао, пошатнувшись, опустился на колени, а потом и вовсе рухнул на землю, придерживаемый Вэй Учэнь. В этот миг Асура не выдержал и бросился к нему, даже не смотря на ту, кто могла убить его одним лишь взмахом руки. Но, к счастью, Вэй Учэнь не стала отталкивать Асуру и уж тем более вредить, она позволила ему забрать брата к себе на колени.

– Не бойся, Лу, – тихо позвала его Вэй Учэнь, наконец подняв взгляд, полный виноватого блеска. – Не бойся меня.

Он смотрел на неё и теперь видел всё. Видел, как исчезла странная отстранённость, с которой она наблюдала за костром. Под её виноватым взглядом сердце пропустило удар. Неужели это она? Действительно она?.. Вэй Лу сделал шаг, другой, подступал неуверенно и осторожно, боясь вспугнуть образ близкой и так горячо любимой Вэй Учэнь.

– Это правда ты? – прошептал он, всё ещё не веря тому, что видел в опустившихся сумерках ту Вэй Учэнь, которая на долгие годы стала для него единственным понятием семьи. – Учэнь… это ты…

– Я, я. Только это кто? – опустив взгляд, в котором переливалось опасное сияние Бездны, на девочку, в недоумении полюбопытствовала она.

Не успел Вэй Лу оправдаться, как за него ответил Асура:

– Он украл ребёнка.

– Не украл, а спас! – огрызнулся Вэй Лу. – И чего ты такой недовольный? Что за поведение, Асура? Это же беспомощная девочка. Мы должны ей помочь.

– Себе помоги, – недовольно пробурчал тот.

В попытке отыскать у Вэй Учэнь поддержку Вэй Лу столкнулся только с сомнением. Однако она не стала отговаривать его или осыпать нравоучениями, лишь приглашающим жестом указала на костёр, присаживаясь рядом с Хао, который подёргивался во сне на коленях у брата.

Вэй Лу разместился рядом с Асурой, решив дать рукам отдохнуть и уложив девчушку у огня, где было достаточно тепло.

«Главное, чтобы у неё одежда не загорелась. А то такой из меня будет спаситель».

– Что с ним? Почему он так себя ведёт?

– Думаю, нужно начать с вопроса, что вообще с вами стало, – подметил Вэй Лу, опасливо поглядывая на Вэй Учэнь. – Кстати, нас здесь никто не заметит?

– Не переживай, нас охраняет сама тьма.

– Что это значит?

– Тьма защищает себя, вот что это значит. – Склонив голову и накрыв лоб Хао ладонью, Вэй Учэнь погладила его большим пальцем по переносице и нахмурилась. – Мы погибли тогда. Без ошибки.

Погибли…

Значит, Шуан Тянь не ошибся, но почему-то сейчас перед ними находились всё те же знакомые Вэй Учэнь и Хао. Во всяком случае, Вэй Лу на это надеялся.

– Похоже, всё так произошло из-за следа Бездны, который остался на мне. Благодаря ему мне удалось улучшить состояние Хао. Этот след не дал моим земным и небесным душам надолго покинуть тело, которое, подобно убитому фениксу, восстало из пепла.

– А что насчёт Хао? – спросил Асура, наблюдая, как от прикосновения Вэй Учэнь его брат становился менее беспокойным.

– Наша связь оказалась куда крепче, чем я ожидала. Мы умерли одновременно, в одном пламени рядом друг с другом. Фэнхуану такое не понравилось. И теперь он говорит через нас своей волей. То есть наше воскрешение прошло не за бесценок, и теперь наши души спутались в тугой узел с духом Фэнхуана.

– И что это значит?

Вэй Лу действительно не знал, о чём говорила Вэй Учэнь, и то, сколь безразлично она пожала плечами, даже не злило, а пугало. В её глазах блестели отголоски пламени феникса и чернела глубина самой Бездны, а меридианы сияли так ярко из-за обилия тёмной энергии, что просвечивались сквозь кожу. Если Вэй Учэнь и была талантливой заклинательницей, то теперь стала кем-то другим, и уже явно не человеком.

– Довольно трудно совладать с волей Фэнхуана. Теперь я слышу его голос, и эта птица весьма занудна. Хао же пришлось труднее, ведь его род не заключал контракта с фениксом, да и вряд ли он испытывал давление духовных змей каждый миг своей жизни. Ему непривычно и даже больно приспособиться к воле Фэнхуана. Только когда я рядом и имею прямой контакт с ним, мне удаётся заглушить влияние феникса.

– А это как-то можно вылечить? – с надеждой поинтересовался Асура. – Ты можешь избавить моего брата от мучений? Чтобы он опять был… собой.

Помолчав, Вэй Учэнь нехотя подняла на собеседников тяжёлый и в то же время сожалеющий взгляд. В треске тлеющих деревяшек и тихом стрёкоте насекомых повисшее молчание казалось намного более горьким, чем разлетающийся по округе дым.

– Как бы это странно ни звучало, но… вам придётся принять, что те Хао и Вэй Учэнь мертвы. И больше не вернутся. Мы – их тела, их воспоминания и их воля, но вот наши души стали чем-то иным. Их поглотил феникс Фэнхуан. Возможно, вскоре мы с Хао потеряем свою идентичность как Вэй Учэнь и Хао и станем другими людьми. Но чтобы совсем вас не пугать, мы будем всё помнить о прошлой жизни, и не только события, но и чувства.

Последние слова, конечно, немного притупили боль от удара, который нанесла Вэй Учэнь своими словами. Однако глупо было радоваться столь внезапному и волшебному воссоединению. И это был тот самый подвох, которого искал Вэй Лу в этой ситуации. Вэй Учэнь, что сидела перед ним, могла быть уже не Вэй Учэнь, а лишь отпечатком её воспоминаний и эмоций. Его дорогая тётя имела все шансы уже ссориться со своим отцом на небесах. Но то, как Вэй Учэнь смотрела на него сейчас, с каким сожалением и любовью, не оставляло Вэй Лу иного варианта, кроме как поверить.

– Хао не может быть мёртв, – крепко держа брата за руку, прошептал упавшим голосом Асура. – Только не после того, что мы пережили. Я не смогу принять тот факт, что человек, которого я вижу, не мой брат.

– Это твой брат, – заверила его Вэй Учэнь. – Вопрос лишь в том, кем теперь он стал. И кем теперь стала я.

– И кем же? – рискнул спросить Вэй Лу.

– Это ещё предстоит узнать. Но пока что я знаю лишь одно: нас тянет к Разлому.

– Разлому? – напрягся Вэй Лу. – Ты говоришь о великом Разломе, из-за которого нас чуть не принесли в жертву?

Сосредоточенно посмотрев на Хао, Вэй Учэнь только кивнула.

– Мне кажется, мы с Хао сможем закрыть этот Разлом. Навсегда. Об этом нам шепчет Фэнхуан.

Здесь даже Асура не удержался и поднял на неё не то удивлённый, не то испуганный взгляд. Вэй Лу же отчего-то не изумился столь уверенным речам, напротив, для него это казалось даже чем-то правильным. Тем, к чему шло их долгое путешествие.

– Вы отправитесь в Мёртвые земли?

– Да. Именно потому, что мы задержались и отправились спасать вас, Фэнхуан так недоволен. Но в Мёртвых землях нас точно никто не тронет. Для нас тьма теперь станет лучшим домом и приютом. А для вас лучший из вариантов – сесть на корабль и уплыть из этой страны как можно дальше.

– И оставить вас? – с куда меньшими эмоциями уточнил Вэй Лу, ожидая от себя большего негодования.

– Феникс не желает, чтобы о нас с Хао знали. Поэтому я осталась здесь. А следы пепелища могут подсказать духовным школам, что это ты, Лу, призвал Фэнхуана. За тобой начнётся охота, и, в отличие от меня и Хао, ты не сможешь выжить в Мёртвых землях. Не говоря уже об Асуре и… грузе ответственности, который ты притащил в порыве благородства.

– Вообще-то, её зовут Лю.

– Не забудь, что Лю человеческий ребёнок и ей нужна вода и еда.

Почувствовав себя уязвлённым, Вэй Лу надул губы и потупил взгляд. Что-то теперь ему стало страшно брать ответственность за жизнь незнакомого ребёнка. И какого гуя он вообще решил, что сможет заменить ей родителя?

Тем не менее плакаться о том, что возможность ускользнула подобно склизкой рыбе, уже поздно, да и к тому же Вэй Лу не простил бы себя, если бы оставил ребёнка в том побоище.

– Я же с тобой ещё увижусь, да? – самым жалостливым и унылым голосом поинтересовался Вэй Лу, бегло глянув на Вэй Учэнь.

– Я ведь с тобой ещё не прощаюсь. Мы с Хао проведём вас через горный хребет к городу Ляо, откуда вы уже сможете сесть на корабль и уплыть отсюда. Деньги и вещи мы также вам дадим: успели припасти кое-что, – кивнув на мешочки с провиантом и прочими пожитками, отметила Вэй Учэнь. – Отправляйтесь в путешествие. А потом, лет так через двадцать, попробуйте вернуться. Для вас, заклинателей, двадцать лет – это ничто. Если будете тренироваться и культивировать, и в сотню лет будете выглядеть как сейчас.

– Так-то оно так, но… за это время может произойти что угодно. В том числе и с Мёртвыми землями, – подметил Вэй Лу.

Вэй Учэнь не стала спорить и просто кивнула, отчего между ними повисла долгая пауза. Однако напряжения больше не ощущалось. Грусть, тоска и ноющая боль от неизбежного расставания, но только не тот кошмар, в который они с Асурой погрузились на несколько забвенных дней.

– Кстати, – наконец поймав мысль, которая не давала ему покоя, обмолвился Вэй Лу, – ты не знаешь, что случилось с Синь Юем? Он ведь был с вами, когда всё это началось.

При упоминании знакомого имени Вэй Учэнь нахмурилась. Она молчала так долго, что казалось, едва ли найдёт в себе силы заговорить. Но всё же ей удалось преодолеть внутреннее напряжение, чтобы поделиться мыслями:

– Мне удалось вытолкнуть его за защитный барьер. Это всё, что я знаю… – Она отвела взгляд. Казалось, собственные слова смутили её. – Вроде бы на момент взрыва он был жив, но, после того как я умерла и обрела связь с Фэнхуаном, наши брачные узы оборвались. Буквально сгорели.

– Значит, если Синь Юй жив, он вдовец при живой жене… Странно, конечно.

– Страннее, чем то, что ты меньше чем за день стал отцом?

– Да хватит уже! – взвился Вэй Лу. – Что мне было делать?! Не оставлять же девочку на поле боя!

– Оставлять.

– А ты вообще умолкни, бесчувственная скотина, – огрызнулся он на Асуру. – Что ты к бедной девочке пристал? Если хочешь, чтобы тебя тоже на ручках в объятиях подержали, вон, – не удержавшись и слегка пнув Хао по ноге, буркнул Вэй Лу, – пусть он с тобой возится.

– Зачем ему брать меня на руки?

– А зачем ты меня с ума сводишь своими выходками? Надоел уже! Всё, я обиделся. Возьму пример со своей названой дочери и пойду спать.

Отодвинувшись от Асуры и улёгшись за Лю, защищая её хрупкое тело от холодного ветра, Вэй Лу ненароком посмотрел на сидящих у костра братьев. Асура явно не торопился отходить от Хао хотя бы на шаг, однако по его взгляду уже было видно, как он привыкал к мысли о необходимости расставания. Вэй Учэнь, так и не сменив позу, продолжала убаюкивающими движениями гладить Хао по голове, отчего пульс тёмной энергии в их меридианах стал схожим.

Как же он надеялся, что это не сон. Даже если им суждено пойти разными путями, пусть Вэй Учэнь и этот невыносимый баран Хао окажутся живы. Пусть они проснутся утром у тлеющих углей костра и обнаружат друг друга целыми и невредимыми. А остальное уже не будет иметь никакого значения: ни духовные школы, ни Синь Юй, ни Бянь Цянь и Яо Мэнцзин, ни народ ху и никто другой. Только они: два тёмных заклинателя с фамилией Вэй и двое мужчин с одинаковыми лицами – четверо путников, затерявшихся в истории этого мира.