Когда Асура сказал, что Хао пребывал в ужасном состоянии, Вэй Лу представлял себе немного иную картину, нежели ту, которую наблюдал уже некоторое время. Хао действительно нельзя было назвать здоровым: бледная кожа и залёгшие синяки под глазами приближали его по виду скорее к мёртвым, чем к живым. Но то, как на протяжении всего «осмотра» он цапался с Синь Юем, словно дворовой кот со сторожевым псом, наталкивало на мысль посадить кого-то из них в клетку. Желательно сразу двоих.

– Долго ещё?

– Ты уже спрашиваешь об этом пятый раз, – процедил сквозь стиснутые зубы Синь Юй. – Спросишь ещё раз – я за себя не ручаюсь.

– Тогда, может, тебя иглами утыкать, а? Здесь холод собачий, – гаркнул Хао, которому подскочить с места не позволяли акупунктурные иглы, перекрывающие часть потоков ци.

– И всегда они так цапались? – шепнула Вэй Учэнь.

– Да постоянно, – отозвался Вэй Лу.

Стоя вместе с Вэй Учэнь в уголке комнаты да наблюдая за представлением с долей накатывающей грусти, Вэй Лу испытывал смешанные эмоции. Он никак не мог предвидеть, что в итоге Заклинатель змей будет сражаться на их стороне… ну, или хотя бы не вредить им. Нынешнее состояние Хао оставляло желать лучшего. Синь Юй возился с ним уже шичэнь, но никаких улучшений не предвиделось.

Устав от их перепалок, Вэй Учэнь вздохнула и решительно подошла ближе, встав у лежанки.

– Что не так?

– Всё не так, – буркнул Синь Юй, но, сообразив, что вёл себя по-детски, прочистил горло и уточнил: – Судя по всему, на момент проведения ритуала ваше состояние сыграло немаловажную роль. Ваша способность поглощения, удержания и владения тёмной энергией увеличилась, но она… как бы сказать… вы застыли в том состоянии, с которого всё и началось. Тело и меридианы Вэй Учэнь были подготовлены к стойкому потоку тёмной ци, а вот твоё тело на тот момент столкнулось с неправильной работой меридианов… Для поглощённой энергии заданный ритм искажения считается подходящим, но не для твоего тела.

– И что мне делать? – скосив взгляд, уточнил Хао.

Прежде чем Синь Юй успел вынести вердикт, Вэй Учэнь подметила:

– Ему стало легче, когда я поделилась с ним энергией, выровняв поток. Совместные медитации смогут его излечить?

На лице Синь Юя появилось неопределённое выражение: он словно боролся с желанием выплюнуть очередную остроту и пожелать Хао поскорее отойти на свет иной в адских муках. Поднявшись с табурета и осмотрев присутствующих, Синь Юй остановил взгляд на Вэй Лу, и тот едва уловимо качнул головой, состроив умоляющий вид.

«Помни, что я сказал тебе. Будь сдержан, парень», – взмолился Вэй Лу, обращаясь к Небу, чтобы его мысли долетели до пылкого целителя.

– Медитациями ты его не излечишь, – мрачно подметил Синь Юй, борясь с тем, чтобы не проявить раздражения. – Но ты можешь поддерживать его состояние. Это трудно отрицать. Только ты, обладая энергией Бездны, сумеешь повлиять на потоки, которые сжигают его изнутри. Пока это единственный вариант, который позволит ему жить.

– И как долго?

– Понятия не имею, – фыркнул Синь Юй, нетерпеливо глянув на Хао. – Я останусь, чтобы проследить за медитацией. Затем можете проводить их без меня, но посмотрим, потребуется ли в дальнейшем иглоукалывание.

– Тебе бы только истязать меня… – недовольно пробормотал Хао.

– Ты жив только потому, что это стратегически выгодно, – подобно самой невозмутимости отозвался Синь Юй, обернувшись к Вэй Лу: – Через шичэнь мы закончим, потом можем встретиться, чтобы обсудить дальнейший план действий. Вместе.

Вэй Лу понял намёк, поэтому коротко кивнул.

– Я побуду с Асурой. Потом соберёмся в общем зале.

– Вы его там хоть не убили? – грозно прорычал Хао.

– Ты это спрашиваешь уже в который раз, – устало подметила Вэй Учэнь. – Я сказала, что он жив, значит, жив. А теперь умолкни и дай нам сделать свою работу.

Недовольный комментарий Вэй Учэнь пришёлся Синь Юю по душе, что невольно промелькнуло в его взгляде. Вэй Лу порадовался, что удалось сгладить острые углы, и искренне надеялся, что Вэй Учэнь удастся вновь сойтись с Синь Юем. Несмотря на все недостатки, Синь Юй достаточно заботливый и добрый человек, и для холодной, нелюдимой Вэй Учэнь такой партнёр – лучший вариант. К тому же они уже поклонились предкам, небесам и друг другу, отчего в дальнейшем им суждено идти рука об руку до конца жизни.

Оставив маленькую комнатку, пропитанную запахом лечебных трав, Вэй Лу направился к Асуре, чтобы освободить наконец из заточения в сыром подвале. Он отчаянно сдерживался все последние дни, однако больше не мог наблюдать, как с ним обращались столь пренебрежительным образом. Да, Асуру никто не трогал, ему приносили еду и воду, но само нахождение в полумраке на любого бы подействовало удручающе.

Поскорее спустившись в подземное помещение и заранее напустив на себя грозный вид, чтобы у стражи не осталось сомнений, с какими целями он пришёл к пленнику, Вэй Лу выхватил одиноко сидящий силуэт под опорной балкой. Асура медитировал, но это скорее было лишь необходимостью, чтобы скоротать время, чем средством для развития культивации. Видеть его в темноте и одиночестве оказалось нестерпимо больно. Но куда сильнее Вэй Лу обеспокоился, когда Асура не отреагировал на его прибытие.

Хотя он и не решался его позвать, образ отстранённого воина вызвал у Вэй Лу ассоциации с сокровищем из идеально отполированного нефрита. Опустившись на колени перед Асурой, он, вероятно, побудил того разлепить веки. Встретившись взглядами, они сидели в звенящей тишине, пытаясь рассмотреть в глазах друг друга нечто большее, чем лёгкое напряжение.

– Хао здесь.

– Ты уже говорил.

– Я здесь, чтобы освободить тебя.

Асура только кивнул. Его спокойствие напоминало рассвет в тумане гор, который только-только пробивали первые солнечные лучи. Вэй Лу потянулся к нему, чтобы развязать руки, и тут же обомлел.

– Ты такой холодный.

Его пальцы казались не просто холодными – они были ледяными. Мысленно отругав себя за беспечность, Вэй Лу почувствовал прилив жгучей вины. Какой же он идиот! Только и бегал с забитой дурными мыслями головой и не подумал, что без духовной энергии в этом подвале немудрено и окоченеть.

Недолго размышляя, Вэй Лу выхватил из кармана талисман, развеивающий чары, и обезвредил вервия бессмертных. Он разрезал их ножом, стремясь поскорее освободить Асуру от плена, после чего, отбросив путы, словно опасных змей, с упрямым беспокойством принялся согревать его руки в своих.

– Не нужно, Вэй Лу, скоро духовная энергия разойдётся по телу…

– Молчи.

– Ладно.

Голос Асуры звучал безэмоционально. Вэй Лу виновато поджал губы, мысленно ругая себя за неосмотрительность. В последнее время его то и дело кидало из крайности в крайность, и теперь ему хотелось окутать Асуру заботой, испытывая накатившее чувство вины. Разминая его пальцы, массируя бледные крепкие запястья, по которым расползлись красные следы от верёвок, Вэй Лу ещё больше понял ценность моментов, проводимых с близкими людьми.

Он мог потерять Вэй Учэнь; думал, что более никогда не встретится с Асурой как союзник или хотя бы друг. Но судьба подарила ему ещё одну возможность, и теперь Вэй Лу с трудом сдерживался, чтобы не расклеиться от нахлынувшей бури эмоций. Этот человек стал для него очень близок, он пытался учиться взаимопониманию и преодолевать свою жестокость, чтобы оправдать надежды какого-то тёмного заклинателя, подобранного с улицы.

– Отведи меня к брату, пожалуйста.

– А, – спохватившись, опомнился Вэй Лу. – Им ещё занимаются Вэй Учэнь и Синь Юй: пытаются вернуть прежний баланс энергии.

Асура недоверчиво прищурился, поэтому Вэй Лу пришлось ободряюще улыбнуться и, поднявшись с пола, потянуть его за собой.

– С ним всё хорошо, они хотят попробовать совместную медитацию с Вэй Учэнь, потому как Синь Юй оказался бессилен. Давай немного прогуляемся, ты здесь наверняка засиделся. А затем навестим их. Ты ведь веришь мне?

– Верю, – задумавшись лишь на мгновение, кивнул Асура, принимая помощь и поднимаясь на ноги. Но уходить он не спешил. – Моему присутствию явно не будут рады. Никто по глупости не нападёт?

– Ты со мной, и я защищу тебя.

– Ты-то?

– Ты ниже меня на полголовы, – обиженно нахмурившись, пожаловался Вэй Лу, – да и я шире в плечах, у меня больше шансов раскидать всех.

– Напомнить, как я тебя повалил на землю, когда мы потерялись в горах?

Состроив кислое выражение лица, Вэй Лу мгновение подумал и направился к выходу со словами:

– Не помню такого, значит, не было.

Асуре оставалось лишь смириться с его театральным способом избегания проблем и направиться следом.

* * *

Тёмная энергия напоминала влажный липкий туман, из-за которого становилось всё сложнее дышать. Она обволакивала, успокаивала, топила в себе и смешивала два источника силы, заставляя их пульсировать в едином ритме.

Вэй Учэнь чувствовала Хао куда лучше, чем во время совместного совершенствования. Концентрированная энергия, наполняющая тела, оплетала их, пока они сидели, прислонившись спина к спине, в долгой медитации. Искажение ци серьёзно повредило меридианы Хао. Даже не будучи целителем, Вэй Учэнь понимала, что ему понадобится долгое восстановление. Возможно, оно займёт не меньше пары лет. О мощных техниках вообще стоило забыть.

Тёмная энергия не желала так просто подчиняться. Вэй Учэнь и самой приходилось нелегко, отчего требовались частые медитации. Лечение Хао не входило в планы, однако он являлся одним из сильнейших тёмных заклинателей, а его брат отличался искусным мастерством светлого пути школы Тайян. Они являлись мощным оружием, и если не она, то хотя бы Асура сможет защитить Вэй Лу.

Грудь обожгло будто раскалёнными углями. Вздрогнув и зажмурившись, Вэй Учэнь постаралась перетерпеть боль, осторожно отпуская путы энергии, чтобы недуг не сказался и на них с Хао. Как только тёмная дымка ослабла, Вэй Учэнь накрыла ладонью грудь, словно желая вдавить пылающую пульсацию обратно под рёбра.

– Хм, – издал неопределённый звук Хао, – так странно чувствовать облегчение после минувших недель мучений.

Вэй Учэнь не сомневалась, но не нашла в себе сил отреагировать, сосредоточившись на возрастающем давлении в груди. Казалось, будто рёбра стремились раскрыться и разорвать тонкую кожу, отчего и дышать становилось всё сложнее. В горле запершило.

– Ты в порядке?

Дёрнувшись от чужого прикосновения и уже подумав огрызнуться, Вэй Учэнь только и успела глубоко вздохнуть, как её затрясло от тяжёлого влажного кашля. Прикрыв рот ладонью и завалившись на бок, она надеялась, что всё быстро закончится, но стоило об этом подумать, как сильный спазм скрутил её пополам, заставляя сплюнуть кровь.

– Вот же гуй подери, я позову…

– Нет!.. – хрипло бросила Вэй Учэнь, подавшись вперёд и вцепившись в предплечье Хао. Казалось, если ослушаться, она превратится в злобную кошку и выцарапает ему глаза.

Но больше ни слова не сорвалось с её губ, только натужный, рвущий лёгкие кашель, который держал Вэй Учэнь так же крепко, как и она вцепилась в Хао. Синь Юй поставил вокруг комнаты защитный барьер, не позволяя тьме прорваться наружу, поэтому он не спешил бросаться на спасение Вэй Учэнь. Она старалась не вызывать колебания ци, чтобы не привлекать лишнего внимания.

В воздухе витал запах крови и лечебных масел. Стоя на четвереньках и переводя дыхание, мысленно радуясь, что приступ унялся, Вэй Учэнь отпустила Хао и поспешно вытерла губы и подбородок тыльной стороной ладони. Она не рассчитывала, что кто-то станет свидетелем её недуга, и уж тем более Хао, который мог использовать это знание далеко не во благо. Подняв на него предупреждающий мрачный взгляд, Вэй Учэнь готовилась разразиться угрозами, однако увиденное замешательство её удивило.

В звенящей тишине они напоминали двух застывших друг напротив друга хищников, шедших по одному следу и столкнувшихся нос к носу. Но, в отличие от зверей, в них не пылала ярость и жажда крови. Хао озадаченно свёл брови и спросил:

– Зачем ты помогаешь, если?..

Фраза осталась недосказанной, отчего Вэй Учэнь почувствовала себя засыхающим побегом, который так и не дождался спасительного дождя. Эмоции выплеснулись в хриплом нервном смехе, который звучал с долей необъяснимого веселья. Точнее, Вэй Учэнь увидела в ситуации насмешку судьбы, которая странными узами связала её с ненавистным врагом.

Скривив алеющие от крови губы в издевательской ухмылке, она снисходительно посмотрела на Хао. Ей даже не пришлось ничего говорить, чтобы он всё понял. Он прочёл это в её взгляде, улыбке, сама сила подсказала столь очевидную, но грустную истину.

– Ты всё помнишь.

Неопределённо качнув головой, Вэй Учэнь подползла к лежанке и опёрлась о хлипкий каркас спиной. Устало выдохнув и откинув голову, она прикрыла глаза, пережидая момент. Как только Хао подсел рядом, терпеливо ожидая объяснений, она хрипло прошептала:

– Помню, но не всё. Помню то, что накрепко связало меня с прошлым. Тех, с кем у меня… есть узы. Помню Вэй Лу, события после обмена клятвами с Синь Юем. Помню страх.

– Кхм. – Прочистив горло, Хао осторожно уточнил: – Значит, и меня?..

– Да, тебя тоже помню. Урывками, с того момента как Шуан Тянь заставил меня лечь под тебя.

Хао ничего не сказал, только шумно втянул воздух через нос и отвернулся. Вэй Учэнь бегло глянула на него и подивилась, что того мучила совесть, хотя он и пытался это отчаянно скрыть за дерзостью.

– Никому не говори об этом.

– О чём именно? – недовольно полюбопытствовал Хао. – О том, что многое помнишь, или о том, что тьма тебя убивает?

– Обо всём.

В полумраке, который едва ли развеивала одинокая лампа на столе, Вэй Учэнь словно уже оказалась в мире, где блуждали потерянные души. Наблюдая за тем, как в тусклом свете переливались остатки тьмы, она наслаждалась тишиной. Хао, сидевший довольно близко, грел её сбоку, и, если бы не боль в груди, Вэй Учэнь нашла бы этот момент весьма уютным. Только тоска и печаль оказались сильнее мимолётного умиротворения.

– Как долго тебе осталось? – спросил Хао.

Переведя дух, Вэй Учэнь вдруг поняла, что ей хотелось ответить, хотелось высказаться и снять тяжкую ношу, которая давила на неё последние месяцы. Она не считала Хао близким человеком, напротив, держалась бы от него подальше, но отчего-то некое осмысление друг друга всегда манило её. Пусть они и грызлись, словно дворовые собаки, однако чувствовали настроение друг друга, понимая всё без лишних слов. Хао стал для неё лучшим врагом, которому оказалось не страшно доверить свою слабость. Ведь он также был полностью открыт перед нею.

– Не знаю, – честно призналась Вэй Учэнь. – Не думаю, что больше года. Я не настолько сильный тёмный заклинатель, чтобы обуздать поглощённую мощь. И чем чаще я буду прибегать к использованию энергии, тем меньше времени у меня останется.

– Значит, поэтому ты предпочла соврать о своей памяти и отталкивать всех подряд? Если они возненавидят тебя, им будет проще отпустить.

– Верно. С Вэй Лу, конечно, такое не получится сделать, но, возможно, я сумею обезопасить от лишних переживаний Синь Юя.

– Глупая ты женщина, – проворчал Хао. – Какой смысл страдать последний год жизни, когда лучше насладиться им, да ещё и в кругу близких?

С хорошо скрываемым удивлением глянув на Хао, Вэй Учэнь лукаво подметила:

– Вот от кого-кого, а от тебя уж точно не ожидала, что начнёшь сводить меня с Синь Юем.

– Вот ещё! – фыркнул он, с раздражением отмахнувшись. – Заставь его страдать своими прихотями и желаниями, он же всё тогда сделает. Хоть ты и глупая женщина, но уж точно достойна куда лучшего мужчины, чем этот петух!

– На себя намекаешь?

– Да он для меня всё равно что блоха во рту[78]! Разумеется, я лучше него.

Задержав на Хао неопределённый, в какой-то степени неловкий взгляд, Вэй Учэнь отвернулась и прочистила горло.

– Что?! – вспыхнул тот. – Что это за выражение лица было? Только не говори, что я неправ.

Притянув к себе колени, Вэй Учэнь показательно опёрлась локтем об одно из них, пряча от собеседника лицо за ладонью. Тот напыщенно фыркнул, сложив руки на груди, и с гордостью подметил:

– Хотя, знаешь, вы оба глупые, поэтому неудивительно, что сошлись. Я даже рад, что твоим мужем стал этот выскочка. Приструнишь его, как собачонку, чтобы от его гордости ничего не осталось. Да. Так ему и надо.

Вэй Учэнь чудом сдержала тяжкий вздох, но не поленилась закатить глаза, покачав головой. То ли Хао действительно так ненавидел Синь Юя, то ли перед ней выпендривался – трудно судить. Может, и влюбился в неё, только сам этого не понимал. Этот мужчина казался ей загадкой, и вся сложность заключалась в его непредсказуемости: вот он вроде бы вёл себя адекватно, а потом – раз – ляпнет или сотворит какую-то гадость.

– И какие планы у вашего маленького сопротивления? – с ноткой издёвки поинтересовался Хао, явно не веря в успех тёмных заклинателей.

– Это не моё сопротивление. В моих планах сейчас убраться как можно дальше отсюда, желательно сесть на корабль и уплыть в другую страну.

– Ты даже не знаешь, говорят ли там на нашем языке. Тем более ты женщина, куда ты одна пойдёшь?

– Я бо́льшую часть жизни притворялась мужчиной. Если бы ты ко мне не прикоснулся, то никогда бы и не догадался.

– Словно там было что трогать, – придирчиво пробубнил Хао.

Вэй Учэнь проигнорировала его ворчание, задумавшись о дальнейшем плане действий. Ведь куда там до трудностей будущего, если она ещё не разобралась со сложностями настоящего. Она бы хотела уплыть как можно дальше с Вэй Лу, посмотреть новый свет и более не бояться преследований. Ранее они не отваживались на такой шаг, потому как не знали, что творилось за пределами страны: неизвестность пугала, а отсутствие денег не позволяло продвинуться дальше одной провинции. Теперь у них имелось достаточно средств, чтобы сесть на корабль и жить без забот как минимум год.

Но даже при лучшем раскладе время Вэй Учэнь было на исходе.

– Насчёт Синь Юя я, пожалуй, промолчу, но… Вэй Лу не сможет жить один. Он слишком привязан ко мне, и ему нужен человек, который поддержит его, когда меня не станет.

– Не факт, что я проживу дольше тебя, – с будничной невозмутимостью подметил Хао. – Одиночество губительно для Асуры. Ему тоже… нужен кто-то.

Вэй Учэнь понимала, к чему он клонит, и, как бы её ни настораживал Асура, не брезгающий сомнительными методами манипуляций и странным поведением, его близость с Вэй Лу могла обернуться для них спасением. Если Асура действительно питал к Вэй Лу искреннюю симпатию, то за них можно не переживать.

– Главное, чтобы они уцелели. Вместе.

– Вместе, – эхом тяготящей судьбы отозвался Хао, запрокинув голову и устало выдохнув. Невесело ухмыльнувшись, он прошептал: – Не думал, что всё в итоге закончится вот так.

– И линчжи, и полынь – все сгорят[79], – философски заметила Вэй Учэнь. – Мы просто отправимся на небеса чуть раньше.

– На небеса ли? Как по мне, тёмных заклинателей может ждать только десять судилищ диюйя[80].

– Во всяком случае, гореть будем вместе. Хоть какая-то стабильность.