До этого момента Шо Фэн и не подозревал, что кожа способна буквально таять и течь от воздействия пламени. Никакая медицина и культивационные техники не помогли ему избавиться от безобразного ожога, покрывающего левую щёку и подбородок. Ему всегда нравилось любоваться своим лицом, но теперь утончённость нефрита обратилась уродством неотшлифованного камня. Это вызывало грусть, но повезло, что феникс не лишил его глаза, оставив на память лишь подобные увечья.

Вот только испорченное лицо казалось меньшей из проблем на фоне царящих беспорядков. На юге новости о провальном закрытии Разлома – точнее, о бегстве тёмных заклинателей – разлетелись подобно поветрию, и уже на севере можно было услышать, как люди обсуждали это происшествие. К счастью, энергии хватило, чтобы закрыть Разлом, но надолго ли? Если дева Шэнь Цзи не погибла, то феникс Фэнхуан получил такую мощь, которая имела все шансы нарушить равновесие и спровоцировать новые разломы. Это произойдёт не сразу, но чем больше Шэнь Цзи, а также другие выжившие тёмные заклинатели будут использовать свою силу, тем больше проблем за этим последует.

А что насчёт Хао…

Шо Фэн скривился. Услышав, как раздался звон гонга, оповещающий о наступлении полудня, он испытал ещё большее недовольство. Шуан Тянь опять опаздывал, и уже который раз Шо Фэн понимал, что ему придётся самому наведаться к нему, чтобы обсудить неприятные известия. Мог ли он винить своего друга? Нет. Но как старейшину духовной школы Тайян, он проклинал его день и ночь.

Спустившись в подземные помещения духовной школы, бо́льшая часть из которых служила темницей для содержания пленников и провинившихся, Шо Фэн раз за разом преодолевал защитные барьеры. И с каждым пройденным этапом всё сильнее ощущал воздух, насыщенный тёмной ци. Страже запрещалось сюда входить, и причина тому таилась в последней камере за широкой решёткой.

Сидя рядом с Хао, который лежал на плотном матрасе в бессознательном состоянии, Шуан Тянь положил его голову к себе на колени, мягко прикоснувшись пальцами к вискам. Он вливал в него тонкий поток своей энергии, стараясь усмирить бушующее воздействие тёмной ци. Целитель усеял обнажённый торс Хао тонкими иглами, пытаясь залечить последствия искажения ци. У ног пострадавшего сидел Асура, помогая Шуан Тяню привести Хао в чувства.

Вот уже на протяжении двух месяцев Хао боролся с искажением ци. Порой он шёл на улучшение, но зачастую тёмная энергия брала своё, вызывая помутнение рассудка. Шо Фэн не понимал, почему Хао не справился с ритуалом подчинения тьмы. Он доверил ему рискованную миссию, и, после того как Яо Мэнцзин покинула круг формации, только Хао имел шанс пожертвовать частью своей силы, но взамен приобрести нечто большее. За счёт жертвы Хао им удалось закрыть великий Разлом, восполнив недостаток энергии.

Но жертва оказалась непомерно огромной. И всё из-за девы Шэнь Цзи.

Единственное, почему Шо Фэн не торопился линчевать Хао как предателя, который с явным намерением продемонстрировал Шэнь Цзи специальную технику, – это их связь. Он находился в эпицентре взрыва, однако его кожа осталась невредима, ни один волосок не сгорел в пламени феникса. Значит, толк от совместной культивации с Шэнь Цзи всё же был. И только поэтому Шо Фэн бросил все силы на исцеление Хао от искажения ци: он мог стать оружием, способным одолеть феникса Фэнхуана.

«Вот только простой демонстрацией печатей тут не обошлось, – рассуждал Шо Фэн. – Нужно знать принцип перенаправления энергии по меридианам. А это значит, что до ритуала Хао показал Шэнь Цзи писания».

Духовная школа Тайян блистала подобно солнцу, а теперь её затмили тучи и каждая мелкая звезда желала занять её место. Лишиться сразу феникса и змея – огромная потеря для Тайян, поэтому Шо Фэн бросал немало сил на то, чтобы лучшие целители и светлые заклинатели вернули Хао в прежнюю форму. Пока что роль Заклинателя змей мог исполнять Асура, но как долго люди будут не замечать подвоха, если он продолжит использовать только светлую энергию?

Вот только беды настигли их куда раньше.

Достав из-за пояса веер, Шо Фэн ударил им по деревянным массивным створкам решётки, привлекая внимание. Шуан Тянь медленно открыл глаза и обернулся, выражая приставшее к нему недовольство.

– Выходите оба. Есть срочный разговор.

Шо Фэна крутило от досады, что ему приходилось бегать за Шуан Тянем, словно подчинённому за своим господином. Отойдя подальше от камеры заточения Хао, где никто не мог подслушать их разговор, он раздражённо похлопывал сложенным веером по ладони. Услышав приближающиеся шаги, Шо Фэн утомлённо произнёс:

– Когда этот достопочтенный глава приказывает явиться к нему в полдень, вы должны явиться в полдень. Или же этому главе так и сносить унижения?

– Нижайше просим у достопочтенного главы прощения, – чуть склонившись, произнёс Шуан Тянь, однако его жест и суровый взгляд не выказывали ни капли раскаяния.

Даже спустя столько времени он продолжал злиться на Шо Фэна. Но тот предпочёл игнорировать столь дерзкое поведение, потому как на горизонте появилась более неприятная проблема. Как только Асура подошёл ближе, Шо Фэн уже хотел сразу перейти к делу, но в последний момент спросил:

– Как состояние Хао?

Во взгляде Шуан Тяня промелькнуло что-то неопределённое, напоминающее удивление и насторожённость.

– Стабильнее, чем обычно. Но если так продолжится, он не протянет больше месяца.

Каждое слово сочилось осуждением, будто крича: «Это ты виноват, что с ним произошло подобное!» Шо Фэн не отрицал своей вины, но и не тянулся кланяться лбом в пол, вымаливая прощение. Как бы то ни было, он крепко держался за уверенность, что поступил правильно.

Шо Фэн бегло глянул на Асуру. Несмотря на то что тот сохранял привычное спокойствие, его припухшие глаза чётко намекали на внутреннюю агонию. Если Хао погибнет, Асура окончательно сломается, и тогда от него тоже не будет пользы.

– Я послал за лучшими лекарями в восточные земли, они прибудут через несколько дней.

– Сколько лекарей или целителей ни зови, исход один и тот же. Хао становится немного легче, однако ему требуется поддержка за счёт другого тёмного заклинателя.

– И что ты предлагаешь? – нахмурился Шо Фэн. – Подыскать ему пару для совместного совершенствования? У нас нет ни одной тёмной заклинательницы, которая совладала бы с его мощной аурой. Да и если бы совладала, где гарантии, что это поможет?

– Гарантий нет, – процедил сквозь зубы Шуан Тянь. – Так что за дела?

– Спасибо, что поинтересовались, старейшина. У нас две плохие новости. Первая – духовная школа Бянь Сэ Лун закрыла свои границы для посещения официальных представителей других школ, помимо западных. Они уже неделю не отвечают на наши письма.

– И ты удивлён? – хмыкнул Шуан Тянь. – Я куда больше удивлён, что Юэ Гуан не убил нас ещё в Мёртвых землях.

– Если бы ты не сидел здесь целыми днями, то уже бы знал, что в западных землях произошло несколько восстаний тёмных заклинателей в небольших школах. И не все из них удачно подавлены. Есть немалая вероятность, что та же участь настигла и Бянь Сэ Лун.

– Подчинённые им тёмные заклинатели не смогли бы поднять бунт.

– Верно. Думаю, ты прекрасно понимаешь, кто мог им помочь. Учитывая то, что наши разведчики собрали слухи, как кто-то видел девятихвостую лисицу и белого оленя, полагаю, труда не составит догадаться.

При упоминании белого оленя Асура отвёл болезненный взгляд, словно слова причиняли ему физическую боль. Он до сих пор думал о том мальчишке, что лишь сильнее нервировало Шо Фэна.

– И чем мы можем помочь в такой ситуации? – нахмурился Шуан Тянь. – Бянь Сэ Лун одна из наиболее влиятельных и сильнейших школ, они бы выстояли даже против феникса и девятихвостой лисицы. Точнее, те бы не пробрались к ним без потерь.

– Это меня и беспокоит. Всё выглядит так, словно они сговорились либо пошли на уступки.

– Вряд ли, учитывая, сколь Синь Юань ненавидел главу Юэ за принудительный брак госпожи Синь Лин. К тому же Юэ Гуан принёс её в жертву.

– Ситуация остаётся непонятна, но мы не можем оставаться в стороне. Нам придётся нарушить запрет и вторгнуться на их земли, чтобы узнать причину таких действий.

– С чего бы?

– С того, – устало вздохнул Шо Фэн, выглядя весьма опустошённым, – с того, что народ ху племени Ланбэй находится уже в нескольких днях от столицы.

– Ланбэй?

Одного только упоминания общины, считающей себя гордым племенем кочевников, но по факту являющейся сборищем варваров, хватило, чтобы Асура оторопело затаил дыхание. Он и до этого выглядел чересчур бледным и уставшим, но, стоило ему услышать о народе, из которого ему и Хао когда-то помог сбежать Шуан Тянь, его охватил ужас.

Шо Фэн с трудом подавил желание раздражённо вздохнуть. Они и так оказались в незавидном положении, а теперь ещё Асура, их единственная ключевая фигура, трясся, подобно мыши перед сворой котов.

– Почему они решили выбраться из своих земель? – с лёгкой опаской поинтересовался Шуан Тянь.

– Ну, давайте подумаем, – не удержался от язвительности Шо Фэн, с наигранным удивлением глянув на собеседника. – По пустыне к Мёртвым землям им не пройти, да и переходить горный хребет – опасное занятие, учитывая разбушевавшуюся нечисть. К тому же они хотят лично посмотреть в глаза тому, кто совершил фатальную ошибку, упустив лисицу и феникса.

– Но как они могли узнать?

– Как-как? – всплеснув руками, устало переспросил Шо Фэн. – Южные школы, конечно. До них вести долетают быстро. Да и у общины есть свои способы узнать о происшествиях. Я направил Ту Сина, своего ученика, встретить их и сопроводить. Придётся мне проявить всё своё красноречие, чтобы они действовали под нашим началом. Они наверняка пришли охотиться на тёмных заклинателей. На крайний случай сопроводим их в западные земли, а там пусть делают что хотят.

– А нам с Хао что делать? Да и… учителю?

Шо Фэн непонимающе изогнул бровь, переведя взгляд с Асуры на Шуан Тяня, а потом вспомнил, как долго хранят обиды люди из народа ху. Груз ответственности всё сильнее давил на его хрупкие плечи, отчего хотелось просто запереть эту парочку в подземелье вместе с Хао.

– Ту Син выехал сегодня утром. Я хочу, чтобы ты нагнал его и вместе с ним встретил посланников из Ланбэй.

– Ты обезумел?

– Тебя, Тянь-эр, я действительно не могу послать: это бы выглядело как насмешка, если, конечно, те люди ещё помнят тебя в лицо. Но вот Асура говорит на их языке, он знает их культуру. Мы должны продемонстрировать свою силу, и Асура будет прекрасной демонстрацией.

– Думаешь, увидев его, они не оскорбятся?

– Мы же не Хао, тёмного заклинателя, собираемся к ним отправлять. По донесениям, к нам направляются Кухань-тегин и Милин-кунчюй[65], средний сын и младшая дочь хана[66] юго-восточной общины… племени, если на то пошло.

– О Кухань я слышал, но не о Милин, – нахмурившись, отметил Шуан Тянь, неодобрительно покачав головой.

– Вот поэтому, Тянь-эр, я и хочу, чтобы отправился Асура: ты их даже по полному имени не называешь.

– Словно они достойны уважения после того, как обошлись с Хао и Асурой.

– Вот об этом я и говорю: от тебя там будут только проблемы, – ядовито отозвался Шо Фэн, отмахнувшись от собеседника и сосредоточив всё внимание на Асуре, который своим состоянием совсем его не радовал. Но выбирать не приходилось. – Асура, этот глава понимает, что тебе будет нелегко встретиться со своим старшим братом, но этот глава рекомендует не скрывать свою личность. Будет сложно, однако знай, что ты делаешь это ради Хао. Какими бы агрессивными ни были господа из Ланбэй, они не станут вытворять глупости. Напротив, мы можем использовать их против тёмных заклинателей. Это нам на руку, понимаешь? В это время мы сосредоточимся на исцелении Хао.

Шумный вздох со стороны Шуан Тяня прозвучал осуждающе, но Шо Фэну требовалось только убедить Асуру встретить гостей и оказать им должное уважение и почёт. Он один из немногих, кто хорошо знал их культуру, к тому же Асура напомнит Ланбэй, что он, как их родственник, стал залогом их хороших отношений. К тому же служит великой стране, самому Сыну Неба, императору.

– Боюсь, достопочтенный глава не понимает, – напряжённо отозвался Асура, подняв на него сосредоточенный взгляд. – Ланбэй жаждут нашей смерти: моей и Хао. Если бы не учитель, родной отец убил бы меня, потому что именно я заступился за Хао и сказал им, что владею тёмным искусством. Рождение близнецов для ху очень дурной знак, а я…

– Но сейчас ты не член племени Ланбэй, ты адепт духовной школы Тайян. Нам нельзя выглядеть слабыми.

– С чего ты вообще решил, что они вспомнят об Асуре и Хао?

– Да с того, что они тактично напомнили об их существовании в письме, которое я хотел с тобой обсудить. Они желают видеть Асуру и Хао. Но не тебя. А учитывая состояние Хао, я могу послать только Асуру. Это всего лишь формальности.

– Глава, боюсь, вы не понимаете…

– Асура, я многое не понимаю! – потратив последнюю каплю терпения, прикрикнул Шо Фэн, хлопнув веером по раскрытой ладони. В его глазах блестело раздражение, громкие некрасивые слова так и крутились на языке, желая сорваться острыми стрелами. – Ты позволил сбежать мальчишке Шэнь, из-за этого мы были вынуждены пустить в расход Шэнь Цзи. Ты больше месяца сидишь рядом с братом, позабыв о своих обязанностях. Этот достопочтенный глава действительно очень глуп в твоих глазах, не так ли?

Сообразив, что к чему, Асура поспешно опустился на колено, склонив голову, и торопливо произнёс:

– Прошу простить этого недостойного, он забылся.

– Если никто здесь не хочет разговаривать по-хорошему, значит, поговорим по-плохому. Ты отправишься за Ту Сином и встретишь людей из Ланбэй, если хочешь, чтобы к твоему брату допустили лекарей.

– Шо Фэн!..

– А ты! – резко взмахнув рукой и указав на Шуан Тяня веером, ощетинился Шо Фэн. – Ты будешь управлять делами школы на время моего отсутствия. Либо сам, если желаешь, отправишься объезжать всех чиновников и кланяться в сотый раз императору, обещая защиту его превосходительству и всей великой стране от тёмных заклинателей, которых мы не просто упустили, а сделали в десятки раз сильнее.