Кирилл растопил баню и положил Дашу под самый потолок, чтобы она согрелась. Туда, где жар был особенно густой и тягучий.

Он долго массировал её тело, тёр руки и ноги.

Даша не чувствовала стеснения.

Горячей пеной Кирилл стирал с неё кошмар этой ночи.

Даша молчала, не в силах заговорить.

Прошло пять минут, а может быть, час, она согрелась. Холод, который сидел где-то внутри, ушёл, взамен принося жар прикосновений горячих рук.

Даша приподнялась на локтях. Кирилл убрал руку и посмотрел ей в глаза.

– Хочешь чаю?

Даша кивнула, отчего-то чувствуя разочарование.

Они вышли в тёплый предбанник. Кирилл включил чайник и достал две кружки. На деревянных полках лежала стопка махровых полотенец, он взял одно и накинул на Дашу. Его руки задержались на её плечах.

Она чувствовала охватывающее её возбуждение. Ей захотелось самой прикоснуться к Кириллу. Она дотронулась до его ладони и поднесла её к своей щеке. Он замер и посмотрел в её глаза, будто спрашивая.

Даша поняла, что он с трудом сдерживается. Она провела пальцем по ямочке на подбородке. Кирилл склонился к ней и поцеловал долгим горячим поцелуем, потом приподнял её и подтянул к себе. Даша чувствовала грохот его сердца.

Он сначала осторожно, как бы не веря, начал ласкать её, прикасаться, целовать, чувствуя горячий отклик её тела. Было невыносимо жарко, он прижимал её к себе сильнее, дыхание сбивалось, они куда-то спешили и не спешили одновременно. Если на нём и была одежда, то она куда-то делась.

Даша ощущала спиной шершавую ткань махрового полотенца, брошенного на скамью. Ей казалось, что она где-то между небом и землёй. Кирилл был настойчив и бережен. Она упиралась в него руками, потом крепко обнимала, прижимаясь, потом ласкала его, трогала, чувствуя, что не может от него оторваться. Руки и губы Кирилла исследовали её тело. Она дрожала и выгибалась, принимая его. Она гладила его напрягшийся живот, чувствуя немыслимое желание освобождения. Их дыхание слилось. Они казались единым целым. Они были единым целым. По-другому просто не могло быть.

Нарастающее напряжение жгло их тела изнутри, заставляя двигаться в унисон к наивысшей точке наслаждения.

Сначала растущая, затем неумолимая, сокрушительная волна накрыла их с головой. Сплетённое дыхание превратилось в стон блаженства, растекающегося по каждой клеточке.

Кирилл сильнее обнимал Дашу, прижимая к себе. Он не мог представить, как жил без неё раньше.

Даша провела пальцем по его переносице, задержалась на губах, обведя их контур, а потом поцеловала ямочку на подбородке. Он тут же подхватил губами её губы. Теперь поцелуй был долгим и нежным. Ласки от порхающих прикосновений и лёгких поцелуев потихоньку снова разожгли огонь.

Кирилл держал её крепко, притягивая к себе с нежной силой. Даша таяла от его прикосновений. Он пробовал её на вкус, целовал, она перебивала, торопясь дотронуться до него. Он стонал, откликаясь на ласки. Невозможно было дышать. Кирилл чувствовал, что не сможет её отпустить, и держал, прижимая к себе, доводя движениями их обоих до безумного отчаянья и потом до жгучей, бескрайней радости наслаждения.

* * *

Он провёл ладонью по её волосам, другой рукой обнимая за плечи.

– Где же ты была всё это время? – хрипло-бархатистым голосом спросил он.

Даша улыбнулась, ничего не ответив.

Затем, внезапно вспомнив минувший вечер, она нахмурилась.

– Как ты меня нашёл?

– Я так долго тебя искал…

– Нет же, как ты меня нашёл там, в лесу?

– Ко мне пришёл твой кот, мяукал и не успокаивался, пока я не пошёл за ним. Думал, ты в доме, но тебя там не было, да и кот вёл к Павлу. Я за ним. Павел видел тебя где-то в лесу за коттеджами около одиннадцати вечера, когда вы вместе искали собаку. Но собаку нашли. Ты куда-то делась. Там небольшой перелесок, сто метров до дороги, он не стал беспокоиться, посчитал, что ты сама скоро выйдешь.

– Я очень испугалась того человека, он хотел меня убить.

– Я никого не видел, он, наверное, сбежал.

– Что за дом там в лесу, где ты меня нашёл?

– Какая-то старая развалина. Я позвонил в полицию, чтобы они нашли, кто тебя привязал. Они обещали приехать, но никто не звонил. Точно! Мой телефон остался в предбаннике.

Даша рассказала ему, что произошло. Кирилл слушал очень внимательно и серьёзно. Потом разговор зашёл о следствии и о Голубковых. О давнем деле Романа Даша решила не упоминать, поскольку участники тех событий хотели сохранить случившееся в тайне.

Деревяшки впивались в бок. Баня остывала. Кирилл встал и, взяв Дашу на руки, осторожно опустил на пол. Из-за его высокого роста она сама себе казалась маленькой.

– Я не знаю, где моя одежда, – вспомнила Даша.

Он принёс ей чистую фланелевую рубашку, которая доходила почти до колен.

– А вот со штанами проблема.

– У меня в сумке, в коттедже есть ещё одни джинсы и свитер, обуви только нет.

Кирилл нашёл телефон, обнаружил на нём десяток пропущенных звонков от Павла. Перезвонив ему, он узнал, что после его ночного звонка, приезжала полиция, но в доме, в котором Кирилл нашёл Дашу, никого не было. Он давно стоит полуразрушенный, покосившийся, и заходить в него опасно. Туда никто и не ходил, потому что на двери висел затянутый пылью ржавый амбарный замок. Они его сбили, но внутри, конечно же, никого не нашли. Пол прогнил, они не стали заходить внутрь, чтобы не поломать ноги. Кирилл нажал отбой.

– Ерунда какая-то. Я точно помню, что дверь была крепкая, её пришлось выбивать. Нужно самому туда сходить.

* * *

Солнце пригревало по-весеннему. Кирилл укутал Дашу в куртку и на руках отнёс в дом. Он хотел сходить за её одеждой сам, но она боялась оставаться одна, и он снова звонил Павлу, чтобы тот принёс Дашину одежду, взяв запасной ключ от коттеджа у Романа.

Кирилл сварил кофе и сделал бутерброды. Даша никогда прежде не чувствовала себя в такой безопасности, как рядом с этим человеком, в то время как вокруг деревни всё, казалось, звенело от ужаса и тревоги.

– Можно, я всегда буду рядом с тобой? – спросил Кирилл, садясь рядом с ней на диван и обнимая её за плечи.

– Я хотела тебя просить о том же.

Он прижал её к себе и уткнулся в нежную макушку.

В домофон у ворот позвонили. Кирилл нехотя оторвался от Даши и пошёл открывать. Даша прикрыла голые ноги пледом.

Павел быстрым взглядом оценил интимную обстановку завтрака и, казалось, смутился. Он принёс два пакета, отдав их Кириллу и стараясь не смотреть на Дашу. В пакете лежали вещи, которые были на ней этим вечером. Кроссовки, куртка, джинсы, футболка и свитер и даже нижнее бельё – всё было на месте и даже телефон. Всё аккуратно сложено.

Павел повернулся к Даше.

– Извините, что я оставил вас там в лесу, я не думал, что с вами что-то случится.

– Ничего, всё уже хорошо. Спасибо, что принесли вещи. Только я не понимаю… Где вы их взяли?

– В коттедже. Я зашёл, смотрю, у входа стоят два пакета. В одном из них красная куртка. Вы же в ней были вчера? Взял пакеты и принёс. Разве не ваши?

– Мои, спасибо.

Даша не знала, что и подумать. Павел замялся.

– Вот ещё что… Сегодня на пороге нашего коттеджа я нашёл игрушку Алёны – мопса – копию Жакони, но без головы.

Даша ахнула.

– Егору Андреевичу я уже сообщил. Рома тоже знает. Юля и Алёнка ещё спят. Расстроятся. Им нравился этот игрушечный мопс. Они вроде его на заказ делали. Всё восхищались, как похож. Ну, пусть спят. Сегодня выходной, праздник, первое мая!

– Первое мая! – Даша совсем забыла, какое сегодня число.

Павел нахмурился, что-то вспомнив:

– Правда, у нас ещё тот праздник. Нам с Полинкой скоро ехать в участок, давать показания.

Павел ушёл.

– Кажется, у меня сегодня день рождения, – призналась Даша Кириллу.

– Второй?

– И второй, и первый. Самый настоящий.

– С днём рождения, Даша! Видишь, как бывает, целых два дня рождения у тебя, а подарок получил я.

Кирилл обнял её и посадил к себе на колени. Горячей ладонью он забрался к ней под рубашку, трогая, узнавая её снова и снова, словно проверяя и не веря, что она здесь, она рядом.

* * *

Днём, с трудом оторвавшись друг от друга, они направились в «Чудо-деревню».

Даша первым делом бросилась к Василию, а Кирилл пошёл узнать, как дела у Павла, так как возле дома Песковских снова стояла полицейская машина.

Вася ждал у входа. Даша сжала кота в объятьях.

– Тише ты, тише! Раздавишь! – проворчал Василий. – Вспомнила, наконец. А я всё из коробки доел. Время к обеду. Тебя нет. Я уже подумывал о мышах. Ты купила корм?

– Ой!

– Понятно. Не до этого было.

– Хочешь, я открою французский гусиный паштет? Видела на полке в холодильнике.

– О! Шерше ля фам, которая на всё готова, лишь бы не ходить в магазин. Так и быть. Не помирать же с голоду, пока ты личную жизнь устраиваешь.

– Васенька, он такой! Такой!

– Влюбилась-таки! Я же говорил!

– Да, я влюбилась! – Даша закружилась по кухне.

– Не опрокинь паштет, с пола есть не буду.

* * *

В дверь постучали.

Даша вернулась на кухню в сопровождении Егора Андреевича.

– Кофе? Чай?

– Спасибо, выпью кофе. У вас есть молоко?

Даша занялась чашками и кофе. Егор Андреевич сел за стол, положив перед собой блокнот и ручку.

– Ночью пропали девочки. Полина и Алёна, – сообщил он, сохраняя каменное выражение лица.

– Как?

– Родители считали, что они спят, а они сбежали.

– И никто не слышал?

– Нет. На записи с камеры, которую Роман повесил у себя, видно, что Алёна ушла в сторону коттеджа Песковских где-то в половине первого.

– Может, они отправились на поиски Жакони?

– В полпервого Жаконю уже нашли и девочки об этом знали, значит, не могли отправиться на его поиски.

– Заявили в полицию? Ах да. Я же сама видела машину.

– Девочек ищут, привлекли полицию, но поиски пока не дали результата. Прочесали окрестности – нигде нет.

– Куда они могли уйти?

– Одно то, что они исчезли вдвоём, – обнадёживает, поскольку есть вероятность, что они просто сбежали в поисках подростковой романтики.

– А если их поймал тот человек?

– Какой человек?

Даша рассказала о ночном происшествии. Егор Андреевич смотрел на неё с подозрением.

– Подобного человека раньше встречали в этих местах. Но это всё не более чем легенда почти двухсотлетней давности. Вам, должно быть, привиделось. Или, наверное, кто-то знал, что вас пригласят сюда, и подстроил похищение, так сказать, на основе местных баек. Вот результат. Как вы вообще себя чувствуете? Вас вчера искали. Павел сказал, что уже всё в порядке, вы были в деревне в гостях.

Даша поняла, что спорить не имеет смысла.

Постучали. Она пошла открывать дверь. В прихожую шагнул Кирилл.

– Я на секунду. Пропали девчонки. Мы с деревенскими снаряжаем команду на поиски.

– Я с вами.

– Тебе, наверное, не стоит идти. Да и идут в основном мужики. Кругом болота, а ты не знаешь местности.

Они посмотрели друг другу в глаза. Даша обняла Кирилла за талию и прижалась щекой к его груди, где громко ухало сердце. Он взял её подбородок, наклонился и поцеловал долгим нежным поцелуем.

Потом он ушёл.

Егор Андреевич ждал в столовой. Вася на всякий случай караулил полбанки паштета, стоящей на самом виду. Мало ли.

– Ещё Павел сегодня утром нашёл у своих дверей игрушечного пса с оторванной головой.

– Я слышала от Павла. Вы думаете, это знак? Но что он означает?

– У Песковского раньше была кличка Пёс.

– Вы мне можете не верить, но я видела человека, оторвавшего голову у игрушки. Видела, как вас сейчас. В лесу ходит кто-то странный и опасный.

У сыщика были ещё кое-какие соображения относительно этого дела, но он не стал делиться с Дашей. Эти подозрительные видения, в которых она попыталась уверить всех: у девочки, возможно, проблемы с головой. Не было никаких подтверждений ночному происшествию.

Егор Андреевич что-то отметил у себя в блокноте, допил кофе и тоже ушёл.

* * *

Даша не могла усидеть на месте. Она решила узнать у сторожа Сергея что-нибудь о верзиле, живущем в лесу.

Дойдя до домика сторожа, Даша поднялась на крыльцо. Собака-алабай для приличия два раза буркнула в будке. Дверь была открыта, в проёме летала занавеска. Даша постучала. В доме слышался разговор. Она постучала громче. Никто не откликнулся, и Даша решила войти.

Звуки, которые она приняла за разговор, оказались работающим на кухне радио.

– Сергей? Это Даша из гостевого коттеджа.

По радио передавали новости. На кухонном столе лежала пачка крупной соли, у мойки стояла перевёрнутая кверху дном чашка.

Даша заглянула в комнату. Никого. На кровати с железной спинкой, по-армейски ровно заправленной выцветшим одеялом, наполеоновской треуголкой позировала подушка.

На прикроватной тумбочке, опираясь на стопку книг, стояла фотография.

Даша взяла снимок в руки, чтобы получше рассмотреть. Надпись на оборотной стороне сообщала: «Малышевы, 1980».

Даша легко узнала главу семейства. Сергей с младенцем в одеяле на руках, а рядом женщина держит на коленях маленькую девочку с огромным бантом на голове, прижимающую к себе игрушечного медвежонка. Фото цветное. Фотографировались, видимо, в студии.

– Что вы здесь делаете?

Даша не услышала шагов. Она обернулась и испугалась. Лицо Сергея было напряжено, будто она держала в руках опасное оружие, а не фотографию.

– Я хотела узнать у вас об одном человеке. Стучала, подумала, вы не слышите, и зашла.

– Я был недалеко. – Лицо охранника расслабилось.

– Это ваша семья?

Сергей кивнул.

– Красивая.

– Была.

Он забрал у Даши из рук фотографию и поставил на место.

– Почему была? Что случилось?

– Что случилось, то случилось. Я не собираюсь с вами это обсуждать. Мне нужно уходить, пойдёмте. Я закрою дом.

Он выставил Дашу на крыльцо. Дальнейшие попытки расспросить ни к чему не привели. Даша в задумчивости вернулась в коттедж и набрала номер Романа.

– Не могу говорить.

– Это важно. Скажите, какая фамилия была у Ольги? Ну той, которая дружила с Катей и погибла?

– Не помню, надо у Пашки спросить. Извините, я не могу говорить, если что-то узнаю, позвоню.

Даша посмотрела на экран телефона. Куча пропущенных. Конечно, у неё день рождения. С другой стороны, пусть все думают, что она на отдыхе и ей не до разговоров.

* * *

На поиски девочек ушли почти все мужчины. В «Чудо-деревне» практически никого не осталось. В Новолисино тоже собирались люди и прочёсывали лес в разных направлениях.

Девочек не видели на станции, но они могли уехать на автобусе, а всех водителей автобусов пока не удалось опросить.

Юлия уехала в город на случай, если девочки появятся там. Вера поджидала Полину и Алёну в коттедже.

Сын Песковских, Никита, играл во дворе. Он кидал камни в жестянку из-под кофе. Иногда попадал. Вскоре ему надоела эта игра. Он поджёг бумажку и начал сбивать пламя камнями. Бумажка долго не хотела гореть, а когда загорелась, то быстро погасла. Тогда он запихнул бумажку в банку, сунул туда же пучок сухой травы и поджёг. Потом кинул в банку камнем и попал. Огонь взметнулся вместе с пеплом, и банка упала вниз. Мальчишка издалека посмотрел на банку, затем подошёл и с опаской поднял её, тщательно осмотрев. Постучал камнем по жестяному боку, проверяя крепость банки, и принялся строить новую конструкцию.

Даша подошла к мальчику.

– Привет, чем занимаешься?

– Тренирую меткость! Разведчики должны метко стрелять.

– Ты знаешь, куда ушли девочки?

– Меня уже спрашивали!

– И что ты ответил?

– Не знаю.

– То есть будущий разведчик не слышал, как Полина ушла среди ночи?

– У нас разные комнаты! Я не сторож.

– Понятно. Значит, ты ничего не видел и не слышал?

– Да, я же сказал.

Даша собралась уходить, но тут её осенила догадка.

– Скажи-ка, а коврики у коттеджей ты зачем поджигал? Какой навык тренировал?

– Откуда вы узнали?

– Значит, я права?

– Да, я проверял, хорошо ли они горят.

– И как? Какой лучше горит?

– Все плохо. Они одинаковые.

– Хорошо, то есть не очень хорошо. А стекло зачем разбил? Меткости не хватило?

– Понимаете, я катапульту смастерил. В общем, так получилось. Никто не видел. Откуда вы знаете? Родителям расскажете?

– Не скажу. Но ты будь аккуратнее со своими экспериментами. Главная черта хорошего разведчика – уметь думать головой и просчитывать свои действия.

Даша уже почти дошла до своего коттеджа, когда её догнал Никита.

– Полинка чего-то испугалась. К нам вчера приходила полиция. Она потом плакала у себя в комнате. Я слышал.

– У Полины есть мобильный телефон?

– Да, только она его не взяла. Он в комнате остался. Полицейский уже спрашивал, я слышал. Она только Соню взяла.

– Соню?

– Совёнок такой, маленький. – Никита разжал ладошку и показал лежащий в ней камень. – Вот такой. Она как-то сказала, что никогда с ним не расстанется. Когда я узнал, что Полинка с Алёной сбежали, я посмотрел на её столе. Сони нет. Значит, взяла с собой.

– Никита, спасибо тебе! Удачной тренировки!

– Спасибо!

Мальчишка убежал, а Даша задумалась. Что же это получается? Вредительством занимался будущий разведчик Никита. Голуби, кирпичи, собака – дело рук странного и неприятного человека из леса. И человека ли? Был он на самом деле или привиделся: Даша уже начала сомневаться в собственном рассудке.

И охранник. Как-то странно он отреагировал, когда увидел Дашу с фотографией в руке. Конечно, ему могло просто не понравиться, что она вошла в дом и без спросу трогает вещи. Чем не аргумент в пользу такой реакции? Нет, тут что-то ещё. Даша чувствовала, что с этой фотографией всё не так просто.

Можно было спросить напрямую или попросить это сделать Егора Андреевича. Только, кажется, сейчас охранник не расположен отвечать на вопросы. Как будто он собирался куда-то уходить. Она вспомнила, что так и не узнала о странном человеке в лесу.