Сесилия открыла глаза.

Над ней был незнакомый белый потолок. Она несколько раз моргнула, пытаясь понять, где находится.

Похоже, она лежала в роскошной кровати с балдахином. Сесилия еще никогда не спала на такой мягкой и пушистой постели – ее словно положили в облако. Заглянув в зеркало, стоявшее в комнате, она увидела свое отражение – на ней была элегантная ночная сорочка, какую она никогда прежде не носила. По яркому свету, льющемуся из окна, было понятно: после того ужина с Зиком прошло уже немало времени.

– Где это я?..

– Вы проснулись?

– А?! – Сесилия испуганно вскрикнула.

Незнакомая девушка, словно возникнув из воздуха, подала ей чашу с водой.

– Пожалуйста, выпейте. Не волнуйтесь, это просто чистая вода.

– А-ага… спасибо…

Сесилия все еще не понимала, что происходит, но послушно сделала глоток.

Как оказалось, жажда мучила ее сильнее, чем она думала, и Сесилия залпом осушила чашу с холодной водой. Наверное, эта девушка – служанка при каком-то дворянине. На вид ей было около двадцати, а одета она была в простое платье для горничных. Она молча наблюдала за Сесилией, не сводя с нее внимательного взгляда.

Сесилия допила воду и принялась искать взглядом свою одежду. Без плаща, скрывающего лицо, она не могла нормально разговаривать с другими. Впрочем, и с плащом у нее это получалось не очень.

– Если вы ищете свою одежду, – сказала служанка, – то ее вернут, как только она будет постирана.

– Х-хорошо, – пискнула Сесилия, вздрагивая. Казалось, будто эта девушка способна читать ее мысли. – Э-эм… А это место… где я?.. – с тревогой в голосе спросила она.

Служанка уже собиралась ответить, но…

– Эй, эй! – перебил ее голос, раздавшийся сзади. – Ты проснулась! Ты в порядке?

Из-за плеча горничной внезапно показалась маленькая головка. Сесилия так и прилипла к ней взглядом.

«Какая… милая!»

Выглядела девочка примерно на тринадцать лет. А может быть, и младше. У нее были волнистые светло-розовые волосы, большие, широко распахнутые глаза изумрудного цвета, белоснежная кожа и нежные губки. Перед Сесилией стояла юная красавица с кукольной внешностью, как будто сошедшая с иллюстрации.

«Словно ангел…»

Сесилия не могла отвести взгляд. Девочка так же пристально смотрела на нее в ответ.

– О… так ты и правда ведьма, да?

Услышав это, Сесилия тут же отвела глаза. Она вспомнила, с каким презрением на нее смотрела та старуха. Будто на что-то грязное. Если эта безупречно красивая девочка посмотрит так же, Сесилия, наверное, уже не сможет оправиться.

– У тебя такие красивые глаза!

– А?..

В словах девочки не было и намека на то, что Сесилия какая-то странная или неприятная.

– Тебе… тебе не противно? Я ведьма…

– Противно? Почему?

Сесилия нахмурилась, а девочка продолжила так, словно это само собой разумеется:

– Ведьмы – это же круто!

«…Круто?»

Сесилия была ошеломлена таким неожиданным описанием. Она уже хотела расспросить поподробнее, но девочка внезапно сменила тему:

– Кстати, я очень удивилась, когда та нижняя часть тела принесла тебя сюда.

«…Нижняя часть тела?..»

Сесилии показалось, что она услышала нечто совершенно неуместное.

– Он привел тебя с таким видом, мол, нельзя же позволить возлюбленной ночевать в грязной рыцарской казарме!.. Первый раз вижу, чтобы у нижней половины тела командира было такое лицо.

…У нижней части тела никакого лица, разумеется, быть не может…

– Госпожа Шарлотта, – вмешалась служанка. – Пожалуй, для начала стоило бы представиться.

– Ах да, совсем забыла. Приятно познакомиться, меня зовут Шарлотта.

– Я… я Сесилия. Спасибо большое за то, что приютили меня.

Она низко поклонилась, пораженная тем, с какой грацией девочка представилась.

Служанка добавила:

– Перед вами – ее высочество пятая принцесса Шарлотта.

Сесилия тут же застыла на месте.

«П-пятая принцесса?..»

Она предполагала, что девочка знатного рода, но и представить не могла, что в ней течет королевская кровь… Она ведь буквально дочь короля.

– Госпожа Шарлотта приютила вас как возлюбленную командира Святого Ордена Рыцарей по его личной просьбе.

– Вот как… В таком случае позвольте поблагодарить вас еще раз…

Когда Сесилия склонилась в поклоне, с запозданием до нее дошло, что она услышала нечто странное.

«Что?.. Возлюбленная?»

Тем временем щечки Шарлотты надулись. Похоже, ее немного смутило, что Сесилия поблагодарила ее так серьезно.

– Святой рыцарский орден – мои крылья! Так что само собой разумеется, что тебе помогли! – с гордостью произнесла она.

Какое-то странное выражение… но очень в духе принцессы.

Вдруг Сесилия вспомнила: рыцарский орден защищает не только воздушное пространство королевства, он также отвечает за охрану юной принцессы, пятой дочери короля, которую величают сокровищем страны…

– Сесилия!

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вбежал Зик. Черные короткие волосы взлохмачены, карие проницательные глаза сияют.

– Зик! – воскликнула Сесилия.

Он улыбнулся, услышав свое имя из ее уст, но в следующий миг его резко остановили.

– Вы ведете себя недопустимо, господин Зик, – строго сказала служанка.

Рыцарь, став мгновенно серьезным, опустился на одно колено.

– Прошу прощения за мою неосмотрительность. Я не знал, что здесь присутствует и ее высочество, – сказал он и посмотрел на принцессу.

– …Все в порядке… – раздался тихий ответ.

Маленькая Шарлотта вновь спряталась за спину служанки. Теперь видны были только ее крошечные кулачки.

Почему-то на Зика она старалась не смотреть. Это не очень походило на отношения между рыцарем и принцессой. Шарлотта явно боялась его, и он это знал. Обращаясь скорее к служанке, чем к самой принцессе, он заговорил:

– Позвольте выразить благодарность за милость, оказанную ее высочеством. Несмотря на поздний визит, вы любезно приняли нас, и я бесконечно признателен за это. – Зик говорил, не поднимая головы. Видимо, он благодарил принцессу за то, что та приютила Сесилию.

Шарлотта, все еще цепляясь за служанку, прошептала ей что-то. Та кивнула и ответила от ее имени:

– Не беспокойтесь, господин Зик. Ее высочество Шарлотта намерена принять Сесилию как свою подругу. Что касается ее проживания в снежном дворце, его величество уже дал разрешение, так что все в порядке.

– Что? – неосознанно воскликнула Сесилия.

Снежный дворец – так, по-видимому, называлась резиденция Шарлотты, но того, что касалось «подруги» и «проживания», Сесилия пока не понимала.

Видимо почувствовав ее замешательство, Шарлотта выглянула из-за спины служанки и взглянула на Сесилию большими влажными глазами.

– Ты не хочешь?..

Сесилия запнулась, не зная, что ответить. Перед ней стояла настоящая принцесса – милая, благородная, словно сошедшая со страниц волшебных сказок, которыми она так восхищалась в детстве. Как она могла отказать?

К тому же… ей и самой хотелось общения с Шарлоттой.

– Я… я не против.

– Правда? Ура! – воскликнула принцесса, просияв от радости.

Однако едва она уловила взгляд Зика, ее милая улыбка тут же исчезла. Рыцарь, впрочем, в ответ лишь спокойно сказал:

– Кстати, ваше высочество, мы не виделись несколько дней. Вы хорошо себя чувствовали?

Шарлотта вздрогнула так сильно, что это показалось почти наигранным. Холодным тоном она ответила:

– Хорошо, как обычно…

– Вот как. Рад это слышать, – спокойно кивнул Зик.

Сесилия молча наблюдала за их неловким диалогом.

«Так вот о чем тогда говорил Зик… „Те, кого я охраняю, обычно меня боятся. А когда патрулирую улицы, женщины и дети начинают плакать“».

Он говорил это как нечто само собой разумеющееся, но в его голосе слышалась легкая грусть. И его можно было понять. Зик – добрый человек. Когда относишься к другим с добром, а в ответ получаешь такое отношение, становится больно.

«Возможно… именно поэтому он тогда помог мне».

Может, Зик увидел в Сесилии, которую несправедливо обвинили в краже только потому, что она ведьма, самого себя – того, кого так же неправильно понимают. Ведь он из тех людей, что чувствуют боль других.

«Хочу, чтобы и госпожа Шарлотта осознала это…»

У Сесилии сжалось сердце от смутного, щемящего чувства.

Неожиданно Зик поманил ее рукой. Она немного растерялась, но, быстро поняв, что он имеет в виду, подбежала к нему.

– Зик, ты что… – начала она, но он перехватил ее за руку и легко притянул к себе.

У самого уха прозвучал тихий, почти неслышный шепот:

– Если вдруг захочешь… приходи ко мне.

– …Что? – прошептала Сесилия.

– Я буду ждать. Всегда.

Теплая, мягкая улыбка Зика дала ей понять одно: зелье все еще действует.

Сесилия моментально залилась краской, а Зик, улыбнувшись, развернулся и ушел, но его сладкий голос все еще звучал у нее в ушах.

После этого Сесилия, не сопротивляясь, позволила служанкам о себе позаботиться: приняла ванну и переоделась. Ванная комната, огромная и роскошная, как и сам дворец, выглядела сказочно. Ее сердце учащенно билось, но она сдерживалась и не показывала объявших ее чувств, позволяя служанкам делать свое дело.

Однако когда ей принесли роскошное платье, она вежливо отказалась.

Хотя Шарлотта пригласила ее не просто как гостью, а как подругу, Сесилия оставалась обычной ведьмой-простолюдинкой. Она была благодарна за прием, но принимать чрезмерную щедрость ей казалось неправильным.

«Не то чтобы я совсем не хотела его примерить…»

Пребывание во дворце – дело временное. Если она уж слишком привыкнет к роскоши, то, вернувшись в свою хижину, не сможет вынести прежней жизни. А ведь ей еще как минимум год жить там.

«Интересно, как там Роро?»

Он всегда был свободным, как ветер, котом. Иногда пропадал на месяц, а потом внезапно возвращался как ни в чем не бывало. Наверное, и в этот раз с ним все будет в порядке…

– Что ж, позвольте проводить вас. Ее высочество Шарлотта ждет в саду. Госпожа Сесилия?

– А! Да, конечно! – поспешно ответила Сесилия, отвлекаясь от своих мыслей.

Поверх выстиранного платья с фартуком она накинула привычный плащ и последовала за служанкой Шарлотты Марией, которая вела ее по коридорам.

В голове Сесилии всплывал образ девочки, с которой она рассталась всего несколько часов назад. Розово-золотистые волосы, сверкающие, словно рассыпанные драгоценные камни, и большие изумрудные глаза. Пятая принцесса была настолько очаровательной, что казалась почти нереальной.

Имя Шарлотты было известно всем. Она купалась в чрезмерной любви короля и своих братьев, ради нее был построен огромный замок, где она теперь и жила, – тот самый Снежный дворец, в котором сейчас временно остановилась Сесилия.

Даже тот факт, что ее охраняет Святой Орден Рыцарей, говорил о том, насколько она дорога своей семье. В прежние времена этот орден был личной гвардией либо самого короля, либо наследного принца. А теперь – весь в распоряжении Шарлотты.

Пока у нее есть такая мощная защита, шансы, что кто-то посмеет покуситься на ее жизнь, крайне малы. Хотя, если честно… любой наемный убийца, увидев Шарлотту, забудет про кинжал и воскликнет: «Хочу защитить ее!»

Она была настолько ослепительно красива, что, пожалуй, оценить ее по привычным стандартам было невозможно.

Но все же одна вещь не давала Сесилии покоя.

– Эм… госпожа Шарлотта и Зик… они не слишком близки, да?

– Ах, это… – Мария слегка кивнула. – Дело в том, что госпожа испытывает трудности не только с господином Зиком, но и с мужчинами в целом.

– Со всеми мужчинами?

«Может, с ней произошло нечто ужасное из-за мужчины?..»

– Нет-нет, ничего подобного, – увидев тревогу на ее лице, Мария покачала головой. – Никаких происшествий не было.

– Тогда… в чем же дело?

– Видите ли, с самого детства братья ее высочества неустанно твердили ей, что все мужчины на свете – это существа, у которых мозг напрямую связан с нижней частью тела. И что они – сплошь мерзавцы, мусор и отбросы общества. С тех пор она испытывает глубокое недоверие ко всем мужчинам, почти не выходит за пределы дворца и заявляет, что не хочет видеть рядом с собой ни одну «нижнюю часть тела», включая его величество короля и ее братьев. Вот так она и стала избегать их.

«В итоге она всех подряд ненавидит…»

Похоже, от чрезмерной любви и гиперопеки у принцессы в итоге развилось недоверие к мужчинам.

«Она, оказывается, тоже, как я, боится общаться…»

Хотя, справедливости ради, боится она только мужчин.

«Ну конечно… вот почему Шарлотта называла Зика нижней частью тела».

В глазах Шарлотты «мужчина» и «нижняя часть тела» были синонимами. Если подумать, то ее отношение к Зику, по меркам самой Шарлотты, было относительно мягким. Она, кажется, даже пыталась поддерживать с ним разговор – как могла.

– Но ведь все члены Ордена Небесных Рыцарей – мужчины, не так ли?

– Да, вы абсолютно правы, – кивнула Мария.

Тяжело вздохнув, она продолжила:

– По мнению его величества, лучше поручить охрану по-настоящему надежным людям, чем доверить ее кому-то недостаточно подготовленному.

«А-а… теперь понятно».

Это вполне разумная причина.

Ходили слухи, что при дворце начали готовить женский отряд рыцарей, и те уже усердно тренировались. Тем не менее в силе и выносливости они все же уступали мужчинам. В критической ситуации они могли оказаться бесполезными.

– А как же всякие чаепития и светские приемы… Мужчины, наверное, не могут сопровождать госпожу Шарлотту…

Сесилия, пробормотав это вслух, вдруг почувствовала, что Мария внимательно смотрит на нее, и вздрогнула.

– Я… я сказала что-то не то?

– …Нет, вовсе нет. Напротив, я просто восхищаюсь вашей наблюдательностью.

Похоже, ругать ее никто не собирался, и Сесилия облегченно выдохнула.

– Все верно, госпожа Сесилия. Именно поэтому наличие женщин среди телохранителей – огромное преимущество, особенно в местах, куда мужчинам вход запрещен. Мы не раз подавали прошения о том, чтобы хотя бы небольшое число женщин-рыцарей было назначено на службу при госпоже Шарлотте… Но, боюсь, на данный момент это маловероятно.

«Маловероятно?»

Сесилия уже хотела спросить почему, как вдруг…

– А-а-а-а-а! – раздался пронзительный визг.

Сесилия широко распахнула глаза. К тому моменту Мария уже сорвалась с места, ведь голос принадлежал Шарлотте. Задыхаясь, Сесилия побежала следом через весь сад. Когда она добралась до розария, то увидела Шарлотту, почти сползшую с кресла от страха, и неизвестного мужчину, стоявшего перед ней.

– Госпожа Шарлотта!

– М-Мария! Помоги! Он снова пришел! Эта нижняя часть тела выскочила из кустов!

– Прошу, успокойтесь, госпожа Шарлотта.

Мария крепко обняла вцепившуюся в нее принцессу и ласково погладила ее по голове.

В этот момент раздался тяжелый мужской вздох:

– Пожалуйста, прекратите выражаться так, будто я появился из кустов как какой-то извращенец. Вы выставляете меня подозрительным типом.

– Потому что ты и есть подозрительная нижняя часть тела! – Шарлотта продолжала пронзительно кричать.

Сесилия не до конца понимала, что происходит. Она перевела взгляд на мужчину, стоящего перед Шарлоттой и Марией. И в ту секунду, когда их взгляды встретились, Сесилия узнала его.

«Этот человек…»

Перед ней стоял парень с золотистыми, струящимися до плеч волосами. На нем был синий рыцарский мундир, и лицо его выглядело… поразительно притягательно.

Мягкий взгляд, аккуратный прямой нос, губы, будто созданные для легкой, спокойной улыбки. Во всей его внешности сквозило что-то благоухающее, утонченное – и одновременно опасное.

«Он тот самый рыцарь, который тогда разговаривал с Зиком в столовой».

Если она правильно помнила, его зовут… Альфонс. Когда их глаза снова встретились, он моргнул несколько раз, словно тоже ее узнал.

– О, ты же…

Он был драконьим наездником, поэтому не носил ни украшений, ни отличительных знаков, но Сесилия чувствовала себя некомфортно из-за ауры легкомысленности, которая его окутывала.

Сесилия ощутила давление – от его облика, манеры держаться, да и от всей атмосферы вокруг. К тому же… Альфонс, насколько она помнила, не слишком хорошо относился к ведьмам. Кто знает, что же такое язвительное или даже унизительное он сейчас скажет?

Да и если быть честной… она и правда подлила Зику зелье влюбленности. Конечно, он выпил его сам, без ее прямого принуждения, но оправданием это, скорее всего, не послужит.

– П-позвольте представиться… Сесилия Лампс.

Из-за страха Сесилия отвела взгляд, но все же сумела выдавить из себя приветствие.

– А, ты первая девушка Зика!

– Д-деву… шка?..

Сесилия застыла на месте от потрясения. Но Альфонс, похоже, решил, что она просто смущена, и не обратил на это ни малейшего внимания – вместо этого учтиво поклонился.

– А я Альфонс Ниар. Заместитель командира Святого Ордена Небесных Рыцарей. Приятно познакомиться.

– Пф, бабник, – буркнула Шарлотта.

– …Госпожа Шарлотта, пожалуйста, выражайтесь чуть сдержаннее.

Альфонс тем временем перевел взгляд на Марию.

– Кстати, госпожа Мария, вы сегодня особенно ослепительны.

Та, будто не слыша его, резко повернулась к Сесилии, словно Альфонса вообще рядом не было.

– Надеюсь, вы теперь понимаете, госпожа Сесилия. Из-за вот таких «ловеласов» размещать женщин-рыцарей в Снежном дворце крайне затруднительно. Этот вот… уже довел до увольнения нескольких служанок, которые перестали нормально выполнять свои обязанности…

«Понятно теперь…»

Видимо, опасались, что рыцари-женщины попадут под обаяние Альфонса и перестанут быть надежной защитой. Причина более чем веская.

– И все же… почему?.. – пробормотала Сесилия.

– Хм? – Альфонс расслышал ее тихий голос и слегка склонил голову набок.

Сесилия нахмурилась, глядя, как мягкие, струящиеся золотистые волосы легко ложатся на его плечи.

«Почему он ничего не говорит про то, что я ведьма и нахожусь рядом с Зиком?»

Из подслушанного в тот день в трактире разговора Сесилия сделала вывод, что Альфонс из тех людей, которые осуждают ее только потому, что она ведьма. Увидев ее алые глаза, он наверняка понял, кто она такая, – и все же не сказал ни слова. Это казалось странным. Сесилия думала, как бы спросить его об этом, не выдав, что подслушивала разговор, но Альфонс неожиданно сказал:

– А, ну да. Ты же ведьма.

Шарлотта метнула в него ледяной взгляд, но тот лишь беспечно продолжил, будто ничего не заметил:

– Раньше я ведьм не особо жаловал… Но на этот раз Зик всерьез на меня наехал. Сказал: если я хоть раз обижу ее только потому, что она ведьма, он меня зарубит. Даже если мы друзья.

– А? – Сесилия застыла.

– Если этот парень так говорит – он не шутит. Так что… я вам мешать не буду. Можешь не переживать.

Альфонс лениво помахал рукой, показывая, что все уже решено. Шарлотта фыркнула, задрав подбородок.

– Не мешать двум влюбленным – это само собой разумеется! И если ты вдруг вздумаешь вмешаться, я тоже молчать не стану!

– Влюбленные… – усмехнулся Альфонс. – Ваше высочество, вы прелестны. Особенно для той, кто еще понятия не имеет, что такое любовь.

– Нижняя часть тела, посмевшая насмехаться над принцессой, должна быть казнена! Казнена, слышишь?!

– А-ха-ха, страшно-то как. Что ж, ваше высочество, мне пора. Я как-нибудь еще загляну в гости.

– Да чтоб ты больше вообще не показывался!!!

Пока покрасневшая от злости Шарлотта кричала, Альфонс, хихикая, исчез в кустах.

Еще какое-то время принцесса раздраженно сопела, словно маленький зверек, но внезапно вспомнила о стоящей сзади Сесилии.

– Ах, точно! У нас же чаепитие! Садись скорее!

– Х-хорошо.

Несмотря на вторжение Альфонса, чайный стол быстро был приведен в порядок. Мария и другие служанки заварили ароматный чай, выложили на стол тарелки с пирожными и печеньем – все выглядело словно на иллюстрации к сказке.

– Сесилия? Ты устала? – спросила Шарлотта, глядя на нее.

– Н-нет, все в порядке, – быстро ответила Сесилия, но, возможно, на ее лице все же отразилась усталость.

Слишком много всего произошло за один день. Она проснулась в незнакомом месте, после чего ей пришлось повстречаться и поговорить со множеством новых людей – неудивительно, что усталость буквально валила ее с ног.

– И еще вот это печенье попробуй! Оно просто божественное. С его помощью ты точно забудешь об этой проклятой нижней части Альфонса!

– С-спасибо.

Сесилия послушно взяла печенье, положила в рот и тут же распахнула глаза – насколько оно оказалось вкусным.

– Если тебе понравилось, я очень рада. – Шарлотта хихикнула. Похоже, принцесса заметила ее восторг.

Сесилия тут же опустила взгляд, покраснев.

– Ну а теперь, – Шарлотта вернула чашку на блюдце и вдруг пристально посмотрела на Сесилию, – я хочу тебя кое о чем спросить.

«Даже когда она сурово смотрит – все равно красавица…»

В обычной ситуации Сесилия, наверное, вздрогнула бы, задаваясь вопросом, почему на нее так злобно смотрят, но в остром взгляде Шарлотты не было и капли настоящей угрозы. Поэтому Сесилия не переживала.

– Слушай… Ты ведь встречаешься с той нижней частью тела, верно?

– Простите… С какой именно нижней частью тела?

Шарлотта тут же густо покраснела и откашлялась.

– Н-не заставляй меня повторять… Я про нижнюю часть командира святого рыцарского ордена!

Зик и Сесилия теперь… встречаются. Самой Сесилии все это до сих пор казалось сном. Но это действительно произошло – прошлым вечером Зик признался ей, а она приняла его чувства. Теперь они официально были парой. И Зик, будто это само собой разумеется, сообщил об этом и госпоже Шарлотте, и Альфонсу.

«…Хотя это всего лишь результат действия приворотного зелья…»

Пока Сесилия молча размышляла об этом, Шарлотта наклонилась к ней через стол, явно не в силах сдержаться:

– Эй! А ты уверена, что тебе стоит встречаться с мужчиной?! Мужчины – это же… воплощение полового влечения, самые отвратительные существа на свете! Ты в опасности, понимаешь?!

Похоже, это все из-за «уроков» ее братьев. Порой ее слова звучали чересчур резко, но, судя по всему, Шарлотта действительно волновалась за Сесилию – несмотря на то, что они едва знакомы. Да, ее забота была немного… странной, но, несомненно, она – добрая принцесса.

Взволнованная Шарлотта продолжила:

– И вообще, все мужчины – волки! Вот так – раз – и проглотят тебя!

Сесилия покачала головой:

– Зик – добрый человек.

Они знакомы совсем недавно, но в этом она не сомневалась. И говорила это с уверенностью.

– Да откуда тебе знать?! – вспыхнула Шарлотта.

Когда она начала нервно дрыгать ножками, Сесилия мягко сказала:

– Вы ведь тоже… не осуждали меня за то, что я ведьма, верно?

– Ну да. А что?

Ответив почти машинально, Шарлотта вдруг прикрыла рот ладонью.

– …Ах вот оно что. Значит, эта нижняя часть привела тебя ко мне именно поэтому.

Она пробормотала это почти с уважением – и Сесилии стало немного приятно. Похоже, доброта Зика передалась и Шарлотте. Сесилия, конечно, не верила, что может стать каким-то «мостом» между ними… Но, возможно, все же хоть в чем-то была полезной Зику.

Пока она об этом думала, Шарлотта оперлась локтем на стол и вдруг… улыбнулась. Это была настоящая, нежная, искренняя улыбка – как будто распустился большой яркий цветок. Сердце Сесилии дрогнуло.

– Сесилия улыбается, – сказала Шарлотта, тихонько посмеиваясь.

– А?.. – Сесилия растерялась.

– Тебе идет улыбка. С ней ты намного милее.

Смущенно прикоснувшись к уголкам губ, Сесилия поняла, что они и правда расслаблены.

«Я… правда улыбаюсь?»

Когда она жила в деревне ведьм и каждый день встречала одних и тех же людей, Сесилия смеялась часто.

И даже после изгнания, когда была наедине с Роро, иногда тоже. Но стоило Сесилии оказаться в окружении незнакомцев, и ее улыбка исчезала. До сих пор она жила, постоянно прячась под капюшоном, внимательно наблюдая за окружающими и стараясь казаться как можно незаметнее.

– …Госпожа Шарлотта, вы ведь сказали, что ведьмы – это круто, да?

Шарлотта, занятая печеньем, кивнула, не переставая хрустеть.

– Угу. А что?

– А… почему вы так думаете?

– Хм… Никогда особо не задумывалась… – Шарлотта слегка наклонила голову. – Наверное, потому что нижняя часть отца всегда мечтала найти настоящую ведьму.

Под этой частью она, разумеется, имела в виду его величество короля.

– Нижняя часть отца с юности искала зелье для роста волос. Что бы ни пробовал – ничего не помогало. Вечно ворчал: «Вот когда-нибудь встречу настоящую ведьму – она мне точно сварит то, что нужно!»

В разговор спокойно вмешалась Мария:

– Позвольте уточнить ради защиты чести его величества: все, что он искал, – это средство от облысения. То есть для применения исключительно на голове. Пожалуйста, не поймите неправильно.

Сесилия молча кивнула. Теперь ей стало ясно, почему Шарлотта с самого начала была так добра – и каковы были ее настоящие мотивы.

Именно поэтому, несмотря на предчувствие, что сейчас принцесса будет разочарована, Сесилия честно призналась:

– Простите, госпожа Шарлотта. Но я… еще не умею варить зелья от облысения.

– …Что?

– Как ведьма… я совсем не талантливая. Поэтому… – пробормотала Сесилия, опустив голову.

– Нет, Сесилия, – твердо сказала Шарлотта.

– А?..

Сесилия приподняла голову и увидела, как у Шарлотты надулась щечка, словно у сердитой белочки. Фыркнув, та высокомерно вздернула подбородок и откинула назад длинные локоны.

– Тебе не нужно об этом переживать. Что бы там ни происходило с нижней частью отца, меня это не волнует ни капельки.

Это прозвучало как от чистого сердца. По крайней мере, Сесилия решила именно так.

– У меня, между прочим, ни одного друга в жизни не было. Не горжусь этим, конечно, – призналась Шарлотта. – Так что, даже если нижняя часть отца будет спрашивать про тебя, я ничего ему не скажу!

– Госпожа Шарлотта… – У Сесилии тепло сжалось сердце.

Принцесса могла бы разозлиться на нее за то, что Сесилия сомневалась в ее искренности, но вместо этого она выбрала мягкий способ сказать правду – чтобы не ранить новую подругу.

И, поняв это, Сесилия тоже решила быть откровенной:

– …Если честно, у меня тоже… никогда не было друзей.

– Вот как. А мы с тобой похожи, – улыбнулась Шарлотта, показав свои белые зубки. – У меня есть чувство, что мы с тобой станем очень хорошими подругами.

Впервые их взгляды встретились. Сесилия вдруг поняла: с самого их знакомства она старалась не смотреть принцессе в глаза. Но теперь, глядя прямо на нее, она видела, как сияют ее розово-золотистые локоны и изумрудные глаза. Они были по-настоящему прекрасны. Даже самые редкие драгоценные камни поблекли бы рядом с такой красотой.

– По словам нижней части командира, ты живешь одна в лесу, – тихо сказала Шарлотта. – Знаешь, ты можешь оставаться здесь столько, сколько хочешь.

А потом она решительно выпятила грудь и добавила:

– И если вдруг будет что-то, что ты не сможешь рассказать той нижней части тела, ты можешь рассказать это мне. Я очень хорошо храню секреты!

Сесилия кивнула. Эти слова были невероятно приятны и согревали ей душу, но все же… Она не могла рассказать, что Зик выпил приворотное зелье.

«…Я не могу сказать это. Просто не могу».

В итоге Сесилия лишь крепче сжала кулаки и ничего не ответила.

На следующий день

Покинув Снежный дворец, Сесилия направилась к амбарам с драконами. Резиденция принцессы была построена так, чтобы держаться подальше от королевской семьи, и особенно от ее мужской части. И дворец, и драконьи амбары находились на окраине территории королевского замка, так что, выйдя через главные ворота и свернув налево по мощеной дороге, до них можно было дойти без проблем.

Чтобы выращивать драконов, существ настолько огромных, что разглядеть их целиком можно только задрав голову, требуются широкие пастбища и водоемы.

Поэтому территория вокруг амбаров представляла собой просторные владения, больше похожие на парк, утопающий в зелени.

Хотя формального запрета на проход сюда не было, посторонних все равно не пускали. Да и желающих особо не находилось: драконы – дикие, опасные создания, и в здравом уме к ним никто не приближался.

«Меня, конечно, на территорию не пропустят…»

Драконы – существа сложные в обращении. Если появится кто-то незнакомый вроде Сесилии, они могут испугаться, а то и взбеситься. А в худшем случае и вовсе улететь.

Говорят, что содержание одного дракона стоит столько же, сколько построить парочку особняков в королевской столице. Так что в случае чего у Сесилии не хватило бы никаких сбережений, чтобы покрыть причиненный ущерб.

Наконец вдалеке показались стоящие в ряд амбары. Вокруг не было видно ни одного дракона – значит, сейчас они находились внутри.

Территория была чисто символически ограждена живой изгородью. В конце концов, драконы умели летать, и никакой забор не смог бы их остановить. У самой изгороди разговаривали двое молодых рыцарей. Их синяя форма была такой же, как у Зика с Альфонсом.

– Эм… меня зовут Сесилия Лампс. Я… хотела бы увидеться с Зиком…

Два рыцаря переглянулись, после чего оба расплылись в радостных улыбках. На их лицах будто было написано: «Добро пожаловать!».

Никто еще не реагировал на Сесилию подобным образом, и это ее немного напугало, но молодые люди оживились и воодушевленно заговорили:

– Так слухи не врали! Вы леди Сесилия, возлюбленная нашего командира?!

– Кстати, он там! Эй, командир! Леди Сесилия пришла к вам! – Один из них закричал куда-то вдаль, где едва виднелась крошечная фигурка.

– Сесилия!

Фигура с бешеной скоростью понеслась прямо к ней. Зик, мчащийся, словно дикий зверь, встретился с ней взглядом, и его лицо озарилось неподдельной радостью.

«Похоже, действие зелья еще не прошло…» – Сесилия еще успела подумать спокойно, но только до следующей секунды.

– Ты пришла… я так рад, – прошептал он.

– Я… – Она не договорила.

Зик крепко обнял ее. Лицо девушки уткнулось ему в грудь, его большие ладони легли на плечо и затылок – в этом объятии было что-то трогательное, словно они и правда были влюбленной парой. Сесилия на миг перестала дышать.

Когда она робко похлопала его по спине, Зик, будто очнувшись, торопливо отстранился.

– Прости… Я не должен был так неожиданно тебя обнимать. Удивилась?

– Эа… я… у-у… уи… – Она попыталась сказать «да, удивилась», но из-за переполнявших эмоций ее слова были больше похожи на набор случайных звуков.

Зик с грустью прищурился и заглянул ей прямо в глаза с пугающей близости.

– Прости меня, я не могу сдерживаться, когда ты рядом. Время, когда мы не вместе, лишь усиливает мои чувства, и кажется, что мое сердце вот-вот разорвется. Можешь ругать меня и называть слабым, нетерпеливым мужчиной.

К сожалению (или к счастью), Сесилия не могла даже подумать о том, чтобы его упрекнуть.

Стоявшие рядом рыцари, все еще ошеломленные, переговаривались между собой отнюдь не тихим голосом.

– Заместитель командира был прав… Все-таки правда! Наш командир по уши влюблен!

– Вижу это своими глазами, но все равно не верится… Наш суровый, безжалостный командир с таким очарованным выражением лица…

– Эх… Вот бы мне тоже такую милую девушку, как леди Сесилия.

Сесилия, слышавшая эти разговоры, покраснела от смущения. А Зик… Зик уже смерил всех яростным взглядом:

– Эй! Если хоть пальцем тронете Сесилию – я вас прикончу.

Оба рыцаря одновременно вытянулись по стойке смирно.

В этот момент раздался оглушительный грохот, словно рухнуло что-то огромное.

– Ч-что это?!

Сесилия в испуге обернулась. Она увидела, как от одного из вольеров поднялось густое облако пыли, а из этой пыльной бури вырвалось огромное двуногое существо.

– Белый… дракон?

Драконы были громадными зверьми с неровной, словно выточенной из камня кожей и устрашающими клыками. Эти существа напоминают древних драконов, живших в далеком прошлом, но на самом деле они относились к подвидам виверн – существам гораздо более своенравным.

У них вытянутая, на вид добродушная морда и пронзительные голубые глаза, но под этой милой внешностью скрывался дикий нрав. Характер виверн считался даже опаснее драконьего, и обращение с ними – дело тонкое и рискованное.

Обычно тело драконов серое, а форма рыцарей синяя, чтобы сливаться с небом. Но дракон, что сейчас мчался в их сторону, был ослепительно-белым.

«Какой красивый…»

На мгновение Сесилия застыла, словно заколдованная. Белоснежный дракон, мчащийся по зеленому лугу… Это было похоже на что-то из сказки, какую-то легенду, и она не могла отвести взгляд.

– Прости, Сесилия!

Погруженная в мечтания, она вдруг ощутила резкий толчок – Зик оттолкнул ее в сторону. Она приглушенно вскрикнула, а в следующий момент ее подхватил один из рыцарей.

– Уводите Сесилию отсюда! Быстро!

Отдав приказ, Зик без колебаний рванул навстречу дракону.

Существо выглядело явно дезориентированным. Судя по его скорости, оно вполне легко могло проломить ограду и устремиться прямиком к королевскому дворцу… Нет, скорее к Снежному дворцу, где жила Шарлотта. Сесилия поняла: Зик пытается остановить его в одиночку, чтобы этого не произошло.

«Но тогда… Зик же может погибнуть!»

Если дракон не заметит его под ногами – он попросту раздавит его. А если заметит, может счесть угрозой и просто разорвать…

И как только эта мысль вспыхнула в голове, Сесилия решилась.

– Извините!

– Леди Сесилия!

Воспользовавшись моментом, она выскользнула из рук рыцарей и помчалась вперед – вслед за Зиком.

Тот, похоже, даже не заметил ее. Он стоял, раскинув руки в стороны, пытаясь показать дракону, что не несет угрозы. И в этот миг Сесилия, обогнав его, выскочила прямо перед бегущим на них белым драконом и впервые в жизни закричала изо всех сил:

– Сто-о-ой!

От одного только слова дракон действительно остановился. Вернее, он сделал еще пару тяжелых шагов вперед, а затем, слегка покачнувшись, опустился на землю. Дракон улегся, как будто демонстрировал покорность.

Пока Зик и остальные рыцари стояли с открытыми ртами, Сесилия, нисколько не испугавшись, спокойно подошла к огромному существу и погладила его по широкой груди.

– Ну вот, хороший мальчик, хороший.

Дракон тихо заурчал в ответ.

– Сесилия… что это вообще было?

– Ну… Меня с детства животные любят… – Смущенно бормоча, она попыталась объяснить произошедшее. Из-за крика у нее першило в горле, но она прокашлялась и привела голос в порядок.

– Но ведь дракон – это тебе не кошка и не собака.

Он был прав. Среди всех живых существ драконы – одни из самых необычных. Они привязываются только к тому, кто лично за ними ухаживает. Всем остальным достаются только когти и клыки. Но сейчас недавно бушевавший дракон вел себя удивительно спокойно и довольно урчал, принимая ласки от Сесилии.

– Точно…

Сесилия вдруг вспомнила. Ведьмы в сказках были разные, но всегда обладали не только магией, но и способностью приручать любых животных.

«Может быть, дракон почувствовал во мне кровь ведьмы?»

Говорили ведь, что когда-то эти существа были дикими и неуправляемыми монстрами и лишь благодаря вмешательству ведьм их удалось приручить.

Пока она размышляла об этом, к ним подошел рыцарь с таким видом, словно ему было невероятно стыдно… Более того, он был буквально зеленым от ужаса. Он опустился на оба колена перед Зиком. Тот, стоя спиной к Сесилии, бросил строгий взгляд вниз и произнес:

– Сирил. Почему ты выпустил Снежка?

– П-простите! – воскликнул юноша. – Просто… мой дракон подошел слишком близко, и Снежок, взбесившись, проломил ограждение… Я…

Сирил был серьезным на вид юношей с черными волосами и в очках. Скорее всего, он был примерно одного возраста с Сесилией. Сейчас выглядел он болезненно бледным, словно вот-вот упадет. В глазах за стеклами очков блестели слезы.

– Прости-прости, – без малейшего смущения подошел Альфонс. – Я тоже был рядом, но, честно говоря, остановить Снежка в тот момент было невозможно…

Смерив взглядом этих двоих, Зик тяжело выдохнул.

Сесилия напряглась. Заметив это, Снежок насторожился и приоткрыл один глаз. Девушка поспешила успокоить его, улыбнулась и продолжила гладить, чтобы тот снова не начал паниковать.

Неужели Зик вынесет строгое наказание? Сесилия была уверена: Сирил вовсе не хотел зла. Вслух она этого не сказала, но Зик наверняка и сам все понимал. Все затаив дыхание ждали решения, а Зик нервно почесал затылок.

– Придется опять все чинить… Этот зверь сносит любые заграждения, вообще меня не слушается.

Сесилия невольно растерялась: неужели все? А за ее спиной Альфонс громко расхохотался:

– Вот уж правда, Зик, ты слишком добрый. По-хорошему, за это нужно наказать.

– Он… напишет объяснительную. И да, минус тридцать процентов от жалования за этот месяц. Понял, Сирил?

– Д-да! Больше такого не повторится!

Зик протянул руку и помог Сирилу встать. Сесилия наконец позволила себе выдохнуть и на мгновение отвлеклась от поглаживания дракона. И тут же услышала недовольное ворчание.

– Ой, прости! Сейчас, сейчас, я еще тебя поглажу, вот…

Похоже, этот дракон и правда был напарником Зика. И теперь она узнала его имя.

– Снежок… – прошептала она. – Тебя так назвали, потому что ты белый, как снег? Какое милое имя…

Стоило ей это произнести, как Снежок вдруг насторожился – будто получил какой-то ясный только ему сигнал. Он медленно поднялся.

– Снежок? Что такое?

Сесилия и дракон на секунду встретились взглядами.

Не произнося ни звука, Снежок раскрыл пасть и… Сесилия оказалась внутри.

«А… Похоже, я умерла».

Стоящие рядом члены рыцарского ордена выпучили глаза. Дракон держал Сесилию во рту. Сначала оттуда еще торчали ее ноги, но дракон чуть приподнял голову, снова открыл пасть и поглотил ее целиком.

Снежок довольно проурчал. Из его пасти все еще выглядывали края подола.

– …Похоже, Сесилию просто целиком проглотили, – ошеломленно пробормотал Альфонс.

Еще никогда не было случаев, чтобы дракон убивал кого-то настолько хладнокровно.

– Бедняжка… Ай!

Зик легонько стукнул Альфонса по голове.

– Сесилия не умерла. Если бы он ее съел, то горло двигалось бы. А это не так. Значит, Снежок просто держит ее в пасти. Обычно драконы так переносят своих новорожденных детенышей.

– Подожди… хочешь сказать, Снежок принял Сесилию за собственного ребенка?

Но времени на беззаботные разговоры не было. Снежок расправил крылья и начал мощно взмахивать ими. Поднялась такая пыль, что невозможно было даже открыть глаза.

– Снежок, стой! – крикнул Зик.

Но Снежок готовился взлететь. В этот момент его не заботили крики хозяина. Раздраженно цокнув языком и набрав разгон, Зик вскочил на спину дракона. У него не было ни седла, ни поводьев. Он сел прямо на его твердую, как камень, кожу и, обернувшись, крикнул в сторону Альфонса.

– Ал, дай веревку!

– Что за жуткие предпочтения… У меня с собой нет таких извращенных предметов, – лениво ответил Альфонс. А затем все же достал из-за пазухи веревку и метнул ее вверх.

Зик в несколько движений привязал свои ноги к телу дракона. Картина была настолько шокирующей, что Сирил не выдержал и закричал:

– Командир! Это безумие!

Резкий поток воздуха от взмахов крыльев ударил ему в лицо, очки треснули и впились осколками в кожу. Но даже раненый, Сирил продолжал кричать:

– Это слишком опасно!

Зик же и не думал слушать. В пасти этого дракона находилась самая дорогая для него девушка на свете.

– Если я сейчас отступлю, то какой же я после этого мужчина?!

Снежок откинул голову назад, собрал силу и, ударив лапой о землю, оттолкнулся и взмыл в небо. Зик стиснул зубы и крепко вцепился в дракона, борясь с мощным напором восходящего воздуха.

Тем временем в пасти у Снежка…

«Дракон?! Я в драконе?!»

От ветра, с силой врывавшегося между губ Снежка, рот Сесилии совершенно пересох.

Дракон некоторое время продолжал подниматься строго вверх, но, как только они оказались над облаками, видимо, успокоился. Его движения стали плавными, и он просто планировал по воздуху. Каждый раз, когда крылья взмахивали, издавая глубокий гулкий звук, Сесилия вздрагивала. Она до сих пор не понимала, что происходит, и это неведение пугало ее еще больше, бросая в мелкую дрожь.

И вдруг Сесилия услышала голос Зика:

– Сесилия! Ты в порядке?!

«Подождите… Зик тоже умер?»

– Э-э… да? – с трудом выдавила она, напряженно сжав губы.

Спокойным ее состояние точно нельзя было назвать.

– Зик… я умерла?.. – Она была в полном замешательстве.

Кажется, Зик это понял и спокойным тоном отозвался сверху:

– Ну почти. Это… как бы сказать… что-то вроде свидания в небе.

– Свидание?! – Сесилия в изумлении распахнула глаза.

«Свидание в небе!»

Стоило ей задуматься об этом, как все вокруг приобрело совсем иной облик. Если внимательно присмотреться, то через пасть Снежка можно было увидеть бескрайнее голубое небо и пушистые белые облака.

Сесилия впервые наблюдала, как облака плывут на одной высоте с ней, и этот удивительный момент наполнил ее сердце теплотой. Все происходящее казалось воплощением заветной мечты, сказочным свиданием только для нее и ее возлюбленного.

– Думаю, во всем мире мы первая пара, которая отправилась на такое удивительное свидание: один верхом на драконе, а другая в его пасти, – заговорил Зик.

После этих слов страх Сесилии окончательно испарился.

– З-Зик…

– А?

– Эм… это… это мое первое… свидание.

Зик непринужденно рассмеялся:

– У меня тоже.

Воодушевившись, Сесилия расслабилась и легла поудобнее на драконий язык. Он был теплым, липковатым, со слегка странным запахом, а на ее волосы иногда падали вязкие капли, но все это казалось такой мелочью. Когда сердце бьется так сильно, разве это вообще имеет значение?

– Хотя, – вдруг сказал Зик, – мне немного завидно.

– Что?.. Почему?

– Мой язык еще тебя не касался, Сесилия.

«Да что с ним не так?!»

Лицо Сесилии вспыхнуло. Даже с учетом действия приворотного зелья, только что Зик сказал нечто невообразимо непристойное. Сесилия взвизгнула, задергалась, замахала руками и ногами, и в ответ Снежок страдальчески замычал.

Зик, оставаясь невозмутимым, ловко дернул за веревку и подал дракону сигнал. Он собирался возвращаться на землю. И, судя по всему, что дракон, что Сесилия начали понемногу приходить в себя. Но девушка вдруг заговорила:

– Скажи, Зик… Снежок – это самка?

«Да уж, а еще недавно тряслась от страха…»

Любая другая благовоспитанная девушка на ее месте давно бы уже потеряла сознание, едва оказавшись у дракона в зубах. А она уже успела привыкнуть и вела себя так, будто все происходящее – обычная часть ее дня. Глядя на это, Зик чувствовал, что ее поведение действует на него успокаивающе. Он невольно усмехнулся:

– Да уж. Забавная женщина.

– Все-таки самка, да?

Так прошло их необычное свидание в небе, полное недоразумений и взаимных недопониманий.

Несколько часов спустя

В одном из кабинетов казарм Зик разбирал документы, а Альфонс, кряхтя и пыхтя, помогал ему.

– Ремонт ограждения обойдется совсем не дешево, – проворчал Зик, с мрачным выражением лица уставившись на расценки от подрядчиков. – Может, ну их? Сами все починим – дешевле выйдет.

Хотя ордену выделялись значительные средства из государственной казны, выращивание драконов требовало огромных расходов, поэтому они старались по возможности сокращать ненужные траты.

– Фу. Опять ты затеваешь что-то хлопотное.

– Ты все равно толком помогать не будешь.

– Ну, в общем-то да.

Альфонс часто пропускал даже важные тренировки, так что Зик и не рассчитывал, что он будет полезен при ремонте. Но, несмотря на его легкомыслие, заместителя командира очень любили члены отряда. Если бы в ордене было больше старших по возрасту, то красавчика Альфонса могли бы невзлюбить. Но поскольку большинство были моложе него, то тут, то там встречались те, кто им восхищался.

– Кстати, о Сесилии, – неожиданно заговорил Альфонс.

Он развалился на стуле, вспоминая образ девушки. Мягкие льняные волосы, застенчивые алые глаза. Глаза, считающиеся признаком ведьмы, таили в себе какую-то опасную красоту. Даже повидавший и понюхавший множество прекрасных цветов Альфонс считал, что…

– Эта девочка довольно милень… – только начал говорить он, как вдруг что-то со странным звуком пронеслось возле его уха.

Прядь ухоженных волос упала на пол. Медленно оглянувшись, чтобы понять, что происходит, он увидел короткий кинжал, глубоко вонзившийся в стену позади него. Зик, даже не взглянув, пробормотал низким голосом:

– Убью.

– Эй, ты серьезно целился в меня?!

– Жаль, что не попал.

«Страшно!»

Самое пугающее, что слова Зика прозвучали совсем не как шутка.

– Интересно, спала ли температура у Сесилии? Надеюсь, с ней все в порядке.

Несмотря на начало лета, на свидании в небе Сесилия немного замерзла. Когда они вернулись на землю, Зик обнаружил, что она без сознания. У девушки был жар. Альфонс никогда не забудет, как Зик тогда переживал.

Зик Штайн всегда был человеком настолько хладнокровным, что это граничило с жестокостью. Поэтому видеть его обеспокоенным было чем-то особенным.

– Угу. – Зик без эмоций кивнул на вопрос Альфонса.

«О, неужели он успокоился?»

В этот момент перо в руке Зика с жалким хрустом треснуло пополам.

– Ой. Какое хрупкое перо.

«Совершенно не успокоился…»

Очевидно, он все еще переживал за Сесилию и был не в себе.

Стук в дверь немного разрядил обстановку.

– Кто там? – спросил Зик.

– Это Сирил. Я принес объяснительную.

Получив разрешение, Сирил вошел, двигаясь скованно и неуклюже. На его щеке был пластырь, но, похоже, поранился он несерьезно.

– Показывай.

– В-вот! – Самый робкий из членов отряда с напряженным видом передал Зику свою объяснительную.

Через некоторое время Зик шмыгнул носом. Альфонс взглянул на него и увидел, что тот смотрит в потолок, чтобы сдержать слезы.

– …Очередная превосходная объяснительная. Я тронут.

– Спасибо, командир!

– С каких пор объяснительные могут быть трогательными?!

Более того, Зик впечатлялся ими каждый раз. Альфонсу казалось странным писать так много объяснительных, хотя сам он их написал еще больше, чем Сирил.

– Я подрабатываю писателем, а командир часто читает мои работы…

– Что? Писатель? А зачем ты тогда вступил в орден?

– Подумал, что это будет хорошим материалом для сюжетов. К тому же зарплата высокая.

Нужна недюжинная смелость, чтобы вступить в суровый рыцарский орден с такими мотивами.

– Молодец. Кстати, с очками все в порядке? – спросил Зик

– Да. У меня есть десять запасных пар, так что все нормально.

«Многовато».

Судя по всему, очки, в которых он сейчас пришел, тоже из запасных.

– Как твои раны?

– С ними тоже все в порядке.

– Может, стоило спросить об этом в первую очередь?

Альфонс, слушая этот разговор, лишь раздраженно вздохнул, а Сирил был доволен.

Зик, который до этого молча кивал, резко встал.

– Что ж, у меня срочное дело, поэтому я ненадолго отлучусь.

«Срочное дело, значит…»

Куда же пропал тот Зик, о котором всегда говорили, что он бесстрастен и никто не знает, о чем он думает? Мужчина, беспокоящийся о девушке, может направляться только в одно место.

«Слишком очевидно, куда он идет».

Альфонс проводил взглядом спину Зика, выбегающего из кабинета, с чувством, будто наблюдает за ребенком.

Открыв глаза, Сесилия увидела белый потолок, к которому уже успела привыкнуть. Она несколько раз моргнула и попыталась подняться, но почувствовала, что ее плечи налились тяжестью.

– Ой…

Кто-то услышал шум и отодвинул кружевные занавески. Оттуда показалось лицо Марии.

– Госпожа Сесилия. У вас жар, вам нельзя вставать.

– Жар?..

Если подумать, ей действительно было жарко.

Мария протянула руку ко лбу Сесилии и сменила мокрое полотенце на другое.

– Даже в начале лета в небе холодно. Неудивительно, что вы заболели, устраивая свидание в пасти дракона.

– Теперь, когда ты говоришь об этом… Неужели Снежок держал меня во рту?

Может, из-за жара, но сознание Сесилии было затуманено, и она все еще не могла ясно вспомнить произошедшее. Пока она продолжала измученно стонать, Мария осторожно принюхалась к ее волосам и шее.

– Вонь почти исчезла. Отлично.

К счастью для и так уже измученной девушки, этот шепот остался неуслышанным.

Несколько часов назад, вернувшись на землю, Сесилия потеряла сознание. Зик принес ее в Снежный дворец на руках, всю покрытую слюной дракона. От Сесилии исходил ужасный звериный запах, но помещать обессилевшую девушку в ванну было не очень хорошей идеей. Мария и другие постарались как можно быстрее обтереть тело Сесилии, тщательно устраняя запах и согревая девушку.

– Ну же, хватит стонать, лучше поспите еще. Вы очень устали, госпожа Сесилия.

– А можно мне воды…

– Конечно-конечно.

Сесилия чувствовала себя беспомощной, и Мария ответила на ее неосознанное желание получить ласку. Придерживая Сесилию за плечи и помогая ей приподняться, она наклонила чашку, давая ей испить теплой воды.

– И госпожа Шарлотта, и все мы очень беспокоимся, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о своем здоровье.

– …Хорошо…

– Я еще вернусь проверить, как вы себя чувствуете.

Укрыв Сесилию одеялом до плеч, Мария вышла из комнаты. Проводив взглядом удаляющуюся спину, Сесилия медленно закрыла глаза.

– Ох…

Голова была тяжелой, сознание – затуманенным, и вскоре она погрузилась в сон.

Возможно из-за накатившего чувства одиночества, впервые за долгое время ей приснился сон о доме, где она жила с родителями.

Отец и мать весело беседовали. Эти двое, известные по всей округе как любители поворковать друг с другом, даже во сне кокетничали так, что было почти неловко на них смотреть. Они всегда улыбались. Глядя на них, Сесилия испытывала странное, неописуемое чувство – какую-то смесь смущения и зависти.

Дрожащий голос прошептал:

– Мама, я ошибалась?

Это был голос Сесилии из далекого детства, еще до того, как она узнала правду.

«Может, ты все-таки была права и любовь, полученная с помощью приворотного зелья… это настоящая любовь?»

Грета ничего не ответила. Обнимая отца, она лишь посмотрела на Сесилию и нежно улыбнулась.

Интересно, что чувствовали ведьмы из сказок? Когда они с помощью приворотного зелья искажали сердце принца, влюбленного в принцессу, что они испытывали? Были ли они счастливы? Чувствовали ли удовлетворение? Или, может быть, были ночи, когда на них давило чувство вины?

«А как я себя чувствую? Я, завладевшая сердцем того, кого люблю…»

Сесилия застонала от боли в груди. Словно плывя сквозь горячее море, она попыталась открыть глаза. В залитой лунным светом комнате виднелся чей-то силуэт. Она бессознательно наблюдала за движениями его крепких рук, как они выжимают смоченное в воде полотенце, меняют потеплевшую от жара ткань на лбу на новую…

– Зик?..

Это определенно были не руки Марии. Услышав свое имя, он замер. Тихо выдохнув, Зик с неловкой улыбкой посмотрел на Сесилию.

«Это сон? Если это сон, не хочу, чтобы он заканчивался».

Сесилия высунула руку из-под одеяла и протянула ее к Зику.

– Не уходи…

Она не знала, правильно ли произнесла слова, но Зик молча взял ее руку. Чувствуя, как их пальцы переплетаются, молодая ведьма испытала облегчение. Теперь они точно смогут всегда быть вместе. Его рука была намного больше ее. Длинные пальцы, грубая кожа. Рука воина, закаленная тренировками.

«Раз это сон, могу же я спросить?»

То, что слишком страшно сказать в реальности, можно спросить во сне.

– Зик, почему ты такой добрый?

И действительно, ответ последовал.

– Я не со всеми добрый. Просто я хочу быть нежным именно с тобой.

Это был ответ, который она хотела услышать.

– Хочу быть нежным, потому что люблю. Хочу баловать тебя.

В его шепоте было что-то настолько притягательное, что Сесилия невольно вздрогнула. Она тихо засмеялась, словно подшучивая над ним. Ей казалось забавным и в то же время печальным, что Зик говорит такие вещи, не зная, что на самом деле с ним произошло.

– Ты даже не знаешь, какой я плохой человек.

– Плохой человек? Ты?

– Да. Я плохая.

Притянув его руку к себе, она поцеловала ее.

– С-Сесилия…

Девушка почувствовала, как Зик вздрогнул, и тихонько захихикала.

– Если бы ты знал всю правду, ты бы точно разозлился на меня.

Хотя Сесилия не по своей воле напоила его приворотным зельем, именно она принесла снадобье в то место. Если дойдет до выяснения, никакие оправдания не помогут.

– Я не стану злиться на тебя, что бы ты ни сделала.

Сквозь жар и туман в глазах она взглянула на Зика, так решительно произнесшего эти слова.

– К тому же милые шалости я только приветствую.

Он нежно поцеловал ее в лоб, словно успокаивая. В этой ласке было что-то по-настоящему родное. Она думала, что улыбается, но Зик с беспокойством посмотрел на нее.

– Сесилия, ты плачешь?

Губы коснулись ее мокрых глаз. Она уловила запах парфюма – лесной аромат. Прохладный запах, которым всегда окружен Зик. Оказывается, она уже давно запомнила его. Мысль об этом заставила ее сердце встрепенуться.

– Нет. Просто ресница в глаз попала.

– Может, я уберу ее поцелуем?

– Что ты такое говоришь?

Неужели приворотное зелье так легко делает человека настолько смелым? Зик погладил покрасневшую Сесилию по голове. И этот жест был таким нежным, что хотелось плакать.

«Люблю».

Сесилия всей душой чувствовала, насколько он ей дорог.

«Я так сильно люблю тебя».

Она продолжала кричать эти слова в своем сердце. На самом деле ей хотелось произнести их вслух. Но в таком случае пути назад уже не будет. Зик не влюблен. Он просто находится под действием приворотного зелья. Ему лишь кажется, что он ее любит. Зная это, она не могла выразить свои чувства.

«Интересно, что бы подумала моя детская версия, увидев меня сейчас?»

Презирала бы она Сесилию, утопающую в фальшивой любви, которую сама так ненавидела? Сесилию, которая, как настоящая ведьма, манипулирует чужим сердцем?

Сколько бы ее ни винили, назад дороги нет.

«Я злая ведьма».

Но еще хотя бы чуть-чуть, пока магия действует, она хотела оставаться рядом с ним.