У меня не было времени ждать, когда это серое облако подойдет к маяку. И подойдет ли? Между нам были десятки километров. Кроме того, я не спал уже вторые сутки. А туман, как мне представлялось, не спит вообще.

— Мирель, отнесу Бенжи сапоги, заодно проверю, как у идут дела с доработкой жилета. Как твоя рука?

— Почти здорова! — помахала русалка забинтованной кистью.

Конечно, она лукавила, глубоко промерзшие ткани требовали длительного восстановления. Но боевой характер Мирель не позволял жаловаться.

— Я буду поглядывать в показатели системы, но днем ничего произойти не должно. — взяв со стола кристалл от маяка Михаила, я отправился на первый этаж и крикнул обернувшись, — Да и вообще, тебе бы поспать, мы давно на ногах!

На последние слова девушка бодро кивнула и затопала наверх в спальню. Мне даже завидно стало.

Убедившись, что никого не пугаю на той стороне, я зашел, так сказать, в гости.

— День добрый⁉ — громко поздоровался, чтобы привлечь внимание хозяев.

— Володя! — раздался сверху женский голос.

Екатерина спустилась в фартуке, выпачканном в муке. Запах выпечки я подметил, как только ступил на маяк.

— Здравствуй, проходи! Бенжамин в мастерской. Как появился, так и не выходил.

Женщина не дала мне пойти в мастерскую, а проводила на кухню и усадила за стол. Я попытался угадать для себя, что находится в печи. Судя по запаху ванили — Интересно, откуда у неё ванилин? — готовились печенья или какая-то сдоба. Передо мной поставили ягодный чай в белой фарфоровой кружке с узким дном и синими узорами, напоминающими Гжель.

— Попробуй, пожалуйста — Екатерина протянула мне чудный ароматный кекс — Сын их не любит, а Миша… — голос дрогнул, хотя она старалась держаться— Миша обожал мою выпечку. Еще с института…

Она отвернулась, прикрыв лицо рукой. Бытовая суета не помогала заглушить потерю, а может делала только хуже.

Я надкусил румяный бок. Рассыпчатая текстура, идеальный баланс сахара и пропекания. Чувствовалось, что Екатерина вложила в них всю любовь.

— Это чудесно. — прожевав, я глубоко втянул мягкий сладкий запах, прислонив бисквит в носу. — Лучшие кексы, что я пробовал. У Михаила хороший вкус.

Екатерина повернулась, улыбка на её лице дополняла блестящие от слез глаза.

— Спасибо… Возьми для своей девочки.

Я аж поперхнулся. Так Мирель еще никто не определял. Но ответил уверенно.

— Конечно, она будет в восторге. Ей нравится человеческая еда.

Допив чай с кексом, я откланялся и пошел в мастерскую, захватив по пути сапоги возле портала.

— Привет, молодой — легкая дверь у пристройки облачного маяка отворилась со скрипом — Это тебе!

Без прелюдий, я положил сапоги на верстак. Офицерские, с высоким голенищем и начищенные до блеска. Предварительно убедился, что на них нет никаких значков вермахта. Ибо дарить сапоги нацистов сыну польских евреев, тот еще каламбур.

— Ух ты! — Бенжи оторвался от работы с горящими глазами — Вот это качество. Отец рассказывал, как определять хорошие сапоги.

Юноша помял, погнул и покрутил пару, а затем примерил, сняв поношенные тапочки Михаила.

— Идеально! Прямо в размер! Как ты угадал?

— Да случайность. Подарили с одного корабля, а у меня размер другой, представляешь. Не бросать же. Носи на здоровье. Как у тебя здесь?

Бенжамин крепко пожал мне руку, разминая ноги в новой обуви, и позвал к месту работы.

— Жилет готов. Я совместил два варианта. На облачном маяке работает адаптация, а на морском — кристаллы помещаются в бокс с землей с помощью вот этого рычага. — он передвинул небольшую металлическую полоску в прорези деревянного бокса. — И тот же жилет начинает работать от другой магии.

Новая конструкция была проработана до мелочей. Хитрый механизм перемещения кристалла в землю выглядел как технологический прорыв. Учитывая, что все было изготовлено из дерева, кожи и чуточки железа.

— Хм, инженерный подход, уважаю — я похлопал парня по плечу — Сразу вижу, что работает. Но проверь на физическое воздействие. Потряси, подергай, чтобы ничего не выпало и не оторвалось в полете. Помни, что на морском маяке у тебя самого не будет антигравитации. Ты упадёшь, как камень, и хорошо, если в океан.

Бенжи задумался и медленно прерывисто покивал. Затем подтянул какой-то винт и потряс жилет с турбинами и небольшим боксом для земли. Конструкция выдержала, но кристалл внутри грунта выскочил на поверхность, и доспех мгновенно прибавил пару килограммов живой массы. Парень не ожидал и уронил его на стол.

— Я вот об этом…

— Понял, ты прав. Надо намертво фиксировать кристалл в земле, ручка слишком свободно двигается. Сделаю — он отложил прототип в сторону — Смотри, вот что есть.

Бенжамин подвинул то, что визуально походило на петарды.

— Интересно, объясняй

— Это ручные гранаты, три кристалла, можно синие, можно черные, связываем между собой — юноша рассказывал с удовольствием, активно жестикулируя — Но это не главное! Главное между ними, активный заряд!

И это было правдой, между тремя камнями был плотно зажат бумажный сверток из которого торчал небольшой фитиль. Внутрь свертка был засыпан порох, который и запускал детонацию кристаллов.

— Их можно как просто кидать, так и с рогатки бахнуть! Не нужна твердая поверхность, о которую он сработает. Как тебе?

— Ну даешь, отличная вещь. Для летяги самое то! — я вертел в руках нехитрую вещицу — Всё проверил? А если разлететься? А погаснет?

— Проверил! — гордо и с улыбкой заявил парень и кивнул в конец мастерской, где между полом и стеной проглядывал обледеневший угол. — С той стороны стена вся обмерзла!

— Хах, ну ты осторожнее, конечно — я пожал парню руку, — Но молодец! Бери на вооружение.

— Только есть одна загвоздка — Бенжи смутился, подняв одну из петард — В мастерской мне есть, чем их поджигать. А воздухе? Свободной будет лишь одна рука, спичками не обойдусь.

— Хороший вопрос — сказал я, даже не задумываясь, потому что ответ уже знал — Есть тут одна штука.

Сунув руку в карман, извлек железную зажигалку и положила на стол.

— Только заправил!

— Воу! — воскликнул Бенжи, и повертев в руках, откинул железную крышку в сторону. — Какой приятный звук… Что это?

— У отца не было? Это зажигалка. Норма в нашем мире. Смотри — я слегка провернул колесико, выбив несколько искр. — Надо посильнее, чтобы получить пламя, попробуй сам.

Он немного поигрался с крышкой и чиркнул колесом по кремнию. Пламя вспыхнуло, и парень чуть не выронил зажигалку, успев подхватить ее второй рукой.

— Охренеть… — выдал он, не сводя глаз с пламени — Костер в руках… Туман не знает, с кем связался.

Вспомнив угощение Екатерины, я решил узнать, как и что.

— Слушай, твоя мать говорит, что ты не ешь её кексы. А для кого она их печет?

Бенжамин взял отвертку и начал ковырять жилет, словно скрываясь от неудобного вопроса.

— Да просто печет… — сказал он немного раздраженно, — У отца сегодня день рождения…

— Понял, тяжело вам — я слегка хлопнул парня по плечу — Ты поддержи её, поешь эти кексы. С тебя не убудет.

Юноша положил отвертку, и глядя в стол, кивнул. Ему было не менее сложно, чем матери, просто он старался быть мужчиной в свои восемнадцать.

Я еще раз похвалил его смекалку, попрощался и пошел домой, захватив пару гранат на пробу в полевых условиях, а по пути заскочил за кексами для Мирель.

Я входил в портал с замиранием сердца. Но в этот раз маяк встретил меня домашней тишиной. Нас никто не атаковал, а волны не выламывали окна. На кухне в кресле спал Боцман. Услышав шаги, он медленно открыл свой глаз, зевнул длинными клыками и снова свернулся в калач.

Кофе покрепче и вкусный кекс, вот что мне было нужно, чтобы не уснуть. Оставалось еще два неисследованных маяка, и место, где держат Лили. Она не заложник, она гарант, что Артур не откажется сотрудничать.

Впрочем, грозовой кристалл у меня был лишь один, поэтому ни затягивать, ни перебирать варианты не приходилось. Я сунул за пояс рогатку, подкинул над головой последний грозовой кристалл, выбрался из маяка на берег, чтобы не попасть в засаду, и открыл портал недалеко от воды.

— Так, человек, уже неплохо — я наблюдал через границу, — Пожалуй, он не накинется, если просто войти.

Первый же шаг в портал пришелся на камень, который пошатнулся и громко стукнул о соседний. Нога соскользнула, и я чуть не упал, взмахнув руками для баланса. На берегу сидел старик, он тихо рыбачил, но рядом с ним не было даже ведра. Удочка лежала на рогатине, поплавок неподвижно стоял на воде.

Мужчина слегка повернулся, опираясь рукой на колено, улыбнулся и приветственно кивнул. Одежда его была поношенной, но чистой. Длинный серый сюртук с большими латунными пуговицами, крепкие кожаные сапоги, с глубокими линиями вмятин от хождения по камням. Седые волосы и небольшая борода делали его похожим на мудрого старца. Я помнил, как выглядел в свои семьдесят, и ему было явно больше. На фоне всей серости и пепельности его красок выделялись зеленые глаза. Не потускневшие от времени, старческие, а яркие. На секунду мне показалось, что они светятся, и природа их свечения такая же, как у меня.

— Клюет? — поинтересовался я, решив начать с чего-то непринужденного

— Паршиво. — ответил старик голосом, полным песочного треска. Так звучит механизм, когда в него попали крупицы. Тем не менее, он говорил уверенно и не выглядел увядающим. — Давно не рыбачил, всё с кораблей.

— Меня Владимир зовут, я смотритель маяка.

— Очень приятно, Владимир, — старик повернулся в пол оборота — Марсель, и как видишь, тоже смотритель. Смотрю на поплавок уже битый час.

— Даже с чувством юмора дедуля —

— Садись, не стесняйся, — мужчина кивнул на камень рядом — Давно я не ходил через эти порталы. Что тебя привело? Или так, изучаешь местную магию?

— Я по делу, Марсель — присев, я вынул из кармана письмо. — Но, если честно, не знаю, надо оно тебе или нет. Я не знал, что смотрители доживают до такого возраста. Это целая жизнь…

Старик рассмеялся раскатисто с треском старых связок.

— Да… лет прошло не мало, мне, кажется, восемьдесят пять. Но жизнь, — он мечтательно посмотрел на горизонт, — Это прекрасно, Владимир, я люблю жизнь. Много бы отдал, чтобы не умирать. Так что за дело?

— Туман… — глаза старика блеснули, а на губах почти скрытых в густой бороде, появилась легкая улыбка, будто я упомянул его старого друга — Он убивает смотрителей.

— И ты хочешь их спасти?

— Хочу

— Почему?

Я говорил не с Тьяго, который хотел дистанцироваться от чужих проблем, пока они не стало его. Мне казалось, что я говорю с адвокатом дьявола.

— Почему? Потому что умирают люди. Я видел сотни трупов. Без маяков корабли беззащитны.

— Разве эти люди не были мертвы? — старик обвел взглядом океан — Где мы, по-твоему, находимся?

— Мне известно, где мы. Но мы живы! Живы, потому что говорим, чувствуем и надеемся.

— Выходит, и туман тоже жив?

— От этой дряни пахнет смертью. Почему ты так говоришь? Ты же любишь жизнь… и…

— Должно быть, туман тоже любит жизнь. — неожиданно перебил меня мужчина.

— Что ты хочешь сказать? — такую позицию мне встречать не приходилось.

— Борется за жизнь, за пищу, разве ты не делаешь того же? — он кивнул на поплавок.

— Наверное… — я вертел в руке конверт, не зная, отдавать его или нет — В таком случае, мы тоже боремся. Не боишься, что он придет за тобой?

— Я свое отбоялся. Здесь на редкость тихое место, он сюда не захаживает.

— Зайдет. Он захватывает все маяки, а теперь у него появился сообщник смотритель.

— Да что ты говоришь? — старик изобразил интерес

— Зовут Артур, смотритель со второго маяка. Туман пообещал ему вечную жизнь — на этих словах я ехидно усмехнулся — Выгодное предложение?

— Артур… так мы знакомы. Его маяк следующий— он пригладил бороду после порыва ветра — Ты смеешься, считаешь, обманет?

— А разве нет? Чтобы держать слово, нужна мораль. Тварь, которая убивает сеет смерть ради своих амбиций, лишена морали

— Прямо, как человек?

Я не знал, что на это ответить. Старик улыбнулся, поднялся, оставив удочку на рогатине и сделал несколько шагов в сторону маяка.

— А предложение, пожалуй, выгодное. Ты в любом случае выбираешь жизнь там, где все мертвы.

С минуту мы оставались на своих местах. Я понимал, что союзника в его лице не нашел, и сунул письмо за пазуху. Мне была непонятна эта философия, я жил среди людей, и людей был готов защищать.

— Чтобы встать на сторону тумана — я поднялся с камня — Нужно стать его частью. А я человек.

— Ты все правильно понял, смотритель. — сказал старик и пошел в сторону маяка. — Заглянешь? Кажется, ты хотел отдать мне какое-то письмо.

— Спасибо, но мне пора.

— Тогда, знаешь, — он вынул из кармана что-то мелкое — Возможно, тебе это будет нужнее.

Следом он бросил в мою сторону стекляшку, которая блеснула на солнце гранями и приземлилась мне в руку. Грозовой кристалл…

— Спасибо. — я махнул ему в след. — Загляну вечерком. Надеюсь, ты еще будешь жив.

— Непременно… — донеслось из дверей маяка, в которых скрылась его фигура.

Пожалуй, более странного человека я в этом мире не встречал. Его манера держаться и жизненные взгляды интриговали и настораживали. Я вернулся домой со странным чувством и грозовым кристаллом от последнего маяка. И, судя по тому, что я узнал, от маяка номер 5.

Дед упомянул, что остров Артура следующий, а он был вторым по счету с значит, я только что вернулся с маяка по номером 1. Цепочка была восстановлена, хотя и загадок прибавилось, один только дед чего стоил.

С кухни раздалось звонкое и возмущенное:

— Бооцман! А ну верни! — следом мимо окна промелькнула фигура Мирель, несущаяся вверх по лестнице.

— Я дома… — улыбка растянулась сама собой.

Собрав кристаллы от портала, я забрался в окно по веревке. Сверху спускалась русалка, держа в руках хвост от жареной рыбы и смачно его объедала.

— Отбила! — сказала она, усевшись за стол

— Стой, это ты у кота отбила? — получив утвердительный кивок головой, я продолжил — То есть, он его по полу волок и еще жевал вдобавок?

— Даа! — довольная своей охотой, ответила Мирель.

— Господи…

Я еще не отошел от странного деда, а тут это.

— Вы меня в гроб сведёте, ей богу. — тряхнув головой, чтобы прогнать сон,

я рассказал Мирель о том, что со мной произошло. Девушка внимательно слушала, уплетала ванильные кексы и запивала сладким черным чаем.

— Но там не было никакого старика — облизав пальцы, сказала русалка.

— А ты откуда знаешь?

— Я была на том маяке в прошлом году, и там был молодой смотритель. Чуть старше тебя, у него уже был подводный маяк, поэтому я там не укрылась и перебралась сюда.

— Вот это поворот… — я сидел и не понимал, как реагировать на эту информацию. С кем я говорил?