– Вы тут еще живы? – Я осторожно заглянула в спальню.

Кот и беспамятный сидели на противоположных сторонах кровати спиной друг к другу и демонстративно не разговаривали.

Впрочем, для меня фамильяр сделал исключение:

– В голосе могло бы быть поменьше надежды.

– Все в порядке, Злата, – подал голос и красавчик.

– Спасибо! – Я решила начать с него. – Ты просто сокровище!

И пока сама не растаяла под его влюбленным взглядом, поспешила переключиться на кота.

– А ты, если правда хочешь однажды стать моим фамильяром, учи новые правила. – Я строго ткнула пальцем в серо-розовый нос. – Одно правило: моих друзей не доставать. Даже если они не нравятся твоему котейшеству.

Золтер обиженно встряхнулся.

– Между прочим, я полдня носился по городу, вылавливая слухи о тебе…

– А я выманила у Витты список ведьм, которые могут что-то знать. Она не ради праздных посиделок приходила.

Мне кажется или всеведущий фамильяр с огромным стажем самую малость смущен?

Некоторое время в спальне царила тишина. Мы с беспамятным не шевелились и едва дышали, боясь спугнуть удачу.

– Хорошо, я постараюсь сдерживаться, – согласился кот так тихо, словно при случае собирался утверждать, что подобного вообще не было.

Когда пыль наших склок осела, мы собрались за столом на кухне и попытались сверить собранную информацию. Обо мне говорили, но люди вообще любят почесать языками. Тут дело было больше в моей персоне, которая на время стала неприметной – и вот опять дала повод для пересудов.

Бесова Авинья!

Мраков беспамятный.

И невезучая я.

Список Витты тоже ничем особенно не порадовал. Ни у одной из ведьм в нем не было причины мне пакостить. В это даже Золтер поверил. И мы сошлись на том, что произошло досадное недоразумение. Оставалось узнать какое. Для этого я выделила двух наиболее дружелюбных ведьм розовым карандашом, с ними встречусь завтра.

Что ж, утро вечера мудренее.

Правда, воплотить благоразумное решение так сразу не удалось.

Гостей я к себе особо не приглашала, поэтому и места для их размещения в доме не предусмотрела. Кто мог знать, что однажды на мою бедную голову свалится беспамятный нарушитель спокойствия и придется его где-то устраивать на ночлег. Повезло еще, что кот явился с пожитками и пока заботы не требовал.

Красавчик смотрел на меня все с тем же тлеющим выражением, но при этом всем своим видом демонстрировал готовность принять любую судьбу. Впервые встречаю, чтобы привороженный настолько держал себя в руках. И все интереснее, кто он на самом деле, раз у него такой самоконтроль.

Сослать бы его спать на пол, но я обозрела в третий раз узкое пространство между кроватью и шкафом, мысленно прокляла свою добросердечность и принялась возводить стену из подушек посреди кровати.

– Что смотришь? Помогай, – велела беспамятному.

Он послушно приблизился, но к делу так и не пристроился.

Если кот над нами и ржал, то делал это незаметно и без комментариев, за что я была ему самую капельку благодарна.

– Ты очень красивая, Злата, – негромко заметил беспамятный и попытался утопить меня во взгляде.

Я послала небольшой импульс силы, чтобы закрыть дверь. Не хотелось давать старому прохвосту лишний повод для насмешек.

– Сладкой бессонницы, голубки, – донеслось с той стороны.

Тьфу. Сглазила.

– А ты очень приворожен, – напомнила, если вдруг кое-кто забыл.

Эффекта слова не возымели, и я как-то внезапно оказалась в кольце крепких рук. Начала таять в их тепле. Растворяться в нежной, но твердой хватке. Что-то чувствительное внутри меня замурлыкало, хотя я никогда не ассоциировала себя с кошачьими.

Лица коснулось дыхание.

В запасе было целое мгновение, чтобы остановить поцелуй, но я почему-то его не использовала.

Теплые губы коснулись моих.

Совсем не нежно…

Напор сбивал с ног, заставлял цепляться за плечи беспамятного. Ощущения, эмоции закручивались в вихрь, поразительным образом соединялись, и я очень быстро перестала понимать, где его, а где мои собственные.

Удовольствие.

Пьянящее притяжение.

Волшебство взаимности.

Ладони беспамятного прошлись по спине, пересчитали застежки на платье. Лишь ощутив холодок обнаженной кожей, я опомнилась.

Вот… тьма побери! Желательно того, кто устроил нам такую подлянку.

– Стой… – Я уперлась беспамятному в грудь, отстраняясь.

Он… позволил мне это сделать. Разочарования, впрочем, не скрывал.

– Почему? – Прямота граничила с наглостью, и… на меня никогда никто не смотрел с таким жаром. – Мы уже делали это раньше. Притяжение взаимно, не отрицай.

Не будь я ведьмой, которой доступна тьма, непременно бы покраснела.

А так… все сокровенные эмоции остались надежно заперты внутри.

– Твой приворот здесь. – Я прижала ладонь к мускулистой груди в том месте, где билось сердце, и испытала почти физическое удовольствие от того, как мужчина вздрогнул от моего прикосновения.

С ответом он так сразу не нашелся, так что я продолжила:

– А точно мы что-то делали друг с другом прошлой ночью? Что именно? Вспомнил подробности?

– Н-нет, но…

– Может статься, что ничего и не было. А знаешь, что еще может быть?

– Что? – явно без желания услышать ответ, спросил беспамятный.

– Ты можешь оказаться женат. Или обручен. Тьма, ты же совсем ничего не помнишь!

Он вздрогнул, как если бы мои слова его ударили, и сам отшатнулся от прикосновения.

Укладывались в напряженном молчании. Мягкие баррикады из подушек существенно сокращали доступное пространство, так что обоим было неудобно. Но если я старательно пыталась заснуть, то беспамятный смотрел в потолок, думал о чем-то и время от времени горестно вздыхал. Раз. Другой…

После третьего я не утерпела и стукнула его подушкой.

– И что, это так и работает? – с трудом сдерживая гнев, спросил он. – Один приворот, и человек забывает, кого только что любил и начинает влюбляться в кого-то еще?

– Нужен очень темный приворот, – со вздохом объяснила я. – И не начинает влюбляться, а становится одержим объектом наведенных чувств.

Не стану лишний раз напоминать, что это запрещено. Строжайше.

– Тогда мой приворот работает неправильно, – пробормотала эта жертва магии и наконец прикрыла глаза. – Ты мне очень нравишься. Я как будто всю жизнь ждал такую девушку. И хотел бы узнать, что из этого получится. Но я контролирую ситуацию.

Вот примерно так все привороженные и думают. Наверное.

Действия настоящего темного приворота я вживую никогда не встречала.

Усевшись, я оперлась на нагромождение подушек и посмотрела на это горе луковое магическим взглядом.

– Твой приворот почти совсем не темный.

– И что это должно значить? – мигом оживился беспамятный.

– Я не знаю, – вздохнула устало.

Тишина требовала чем-то занять ее, и я наколдовала звездное небо на потолке. Иллюзию, конечно.

– Утром попробую его снять, – поделилась принятым решением с беспамятным.

– И потом мы посмотрим, что из наших отношений получится. Я же тебе тоже нравлюсь, правда?

Мужчин без дара до вчерашнего дня я вообще не рассматривала как возможную пару для себя, но взаимного притяжения не могла отрицать. Он умный, рациональный и умеет выжимать из этого максимум личной пользы. Еще симпатичный и держится так, будто ему по плечу любой подвиг. Не паникует из-за ситуации, в которой мы оба застряли.

Но где гарантия, что он останется таким, когда память вернется?

– Посмотрим. – Я неопределенно дернула плечом.

Ни о чем четко мы не договаривались.

Но он протянул руку, и я инстинктивно вложила свою ладонь в его.

– Отлично, – усмехнулся этот наглец и слегка сжал мои пальцы. – У нас есть сделка.

– А?! – Вот слов на него нет. Приличных. – Да иди ты во тьму!

– Помнится, ты уже пыталась отправить меня туда, но ничего не получилось, – хмыкнуло мое блондинистое наказание и скрылось за подушками.

– Ну тебя!

– Спокойной ночи, Злата.

Спихнуть бы его на пол за такие выкрутасы, но я слишком устала.

* * *

Беспамятный был бы идеальным поклонником, если бы наши отношения начались как-то иначе. Это я со всей неотвратимостью осознала, когда утром он приготовил мне кофе и вполне аккуратный бутерброд.

Чудо же, право слово.

И магия его не пугала и не вызывала зависти, как у большинства неодаренных.

Оставалось лишь вздыхать и искать выход из затруднительного положения.

– Учтите, если соберетесь завести потомство: фамильяр нянькой не работает, – не смог не испортить настроение кот.

Ему достался точно такой же бутерброд, как и нам с беспамятным. И чистую воду в мисочке кто-то заботливо сменил. Кто-то – не я.

Ну-ну.

– Ничего мы не собираемся заводить! – нашипела на всех возмутителей спокойствия я. – У нас вообще не такие отношения!

– Все так говорят, а потом: «Золтер, посмотри за малышом, ну что тебе стоит!» И начина-а-ается…

Тут я не вытерпела.

– Золтер, прекращай брехать, ты же вроде не собака! С тобой и бабушкой я стала жить, когда мне исполнилось шесть, так что качать люльку и греть для меня молоко тебе точно не приходилось.

Глазищи кота таинственно блеснули.

– Злата, тебе прекрасно известно, что я был фамильяром твоей бабушки Греты всю ее жизнь, – принялся привычно занудствовать кот.

– Ага, – лениво кивнула я, попивая кофе.

– Но ты не знаешь, что я верно служил двенадцати поколениям ведьм вашей семьи. – Золтер принял важный вид… и вроде бы даже не выделывался. – Эти ведьмы рождались и умирали на моих глазах. В некоторых случаях – буквально.

Что сказать… кофе я все-таки подавилась.

Утро стало тихим, и так продолжалось, пока по улице не прошел почтальон и в ящик не опустилась газета.

За «Ворзафским вестником» мы втроем бежали едва ли не наперегонки. Чуть не растерзали несчастную газету.

Так, что тут у нас…

Лидия Блэр поспешно уехала в столицу. Поговаривают, причиной тому стала ссора с женихом.

Приметы для осенних свадеб.

Чем вылечить следы неудачного применения черной магии на руках.

Рецепты, объявления, немного рекламы.

Врана Роман сегодня будет выступать на площади Искусств. По неофициальным непроверенным сведениям.

Никто не искал моего беспамятного.

Сердце заныло от сочувствия, стоило мне посмотреть на его растерянное лицо.

– Ты обязательно все вспомнишь. – Я сжала его плечо в попытке поддержать.

– Разумеется, – вяло согласился он. – Наверное, у меня не было родственников. Я почти в этом уверен.

Если он вырос в сиротском приюте в каком-нибудь забытом покровителями уголке страны, могло так статься, что он не соприкасался с магией до определенного возраста. Часть загадки решается.

– И еще мне кажется, что я работал не только с законами. Это сопутствующее.

– Пока слишком расплывчато, – вздохнула я.

– Но память возвращается!

Или тебе хочется в это верить.

Хорошо, я не успела сказануть это вслух, потому что так себе была бы из меня поддержка.

– А приворот-то уменьшился! – обрадовал нас кот, который зрил если не в корень, то в самое сердце.

Приворот. Точно. Обещала же попытаться его убрать. Розовая пиявка в груди беспамятного вроде бы правда немного подтаяла.

Ла-адно… Я мысленно потерла ладошки.

– Приготовься, – велела беспамятному. – Сейчас попробую избавить нас от части проблем.

Он сосредоточенно кивнул.

Тьма ощущалась совсем немного. Крупицу ее использовали, чтобы приворот прицепился к жертве, но и все.

Интересная методика. Как ведьма я оценила.

Додумался же какой-то умник! Пока изучала чары, я перебрала в голове едва ли не всех знакомых ведьм, даже по ведьмакам прошлась, но приписать авторство необычных чар никому из них не получалось.

– Золтер?

– Я здесь! – И действительно поднырнул мне под руку, чтобы занять угол стола поближе к нам с беспамятным.

Всем своим видом кот демонстрировал, что фамильяр к исполнению обязанностей готов.

– Успокойся, мне не нужна твоя помощь, – охладила его пыл я. – Лучше посмотри на чары? Узнаешь?

– Нет.

– А плетения Лидии Блэр…

– Видел много раз. Это не она.

Симпатичная версия рассыпалась прямо на глазах. Жаль, ну да ничего, придумаю новую.

Но сперва надо бы озадачить кота, а то сидит тут с таким видом, будто я его пожитки только что за дверь выставила.

Как ни странно, выгнать его сегодня хотелось чуть меньше. Даже несмотря на то, что вчера он меня изрядно достал.

Посему…

– Вот тебе задание фамильяра: узнай, с кем именно помолвлена Лидия. Случайно, не с ним? – Я кивнула на нашего беспамятного.

– Нет, – немедленно и с полной уверенностью возразил тот.

– Нет, – поддержал его кот.

Начинаю жалеть о своей доброте.

– И как ты это выяснил, не сходя с места?

– Вчера еще справки навел, – с легким превосходством нарочито медленно заговорил хвостатый. – Лидия Блэр вообще ни с кем не помолвлена.

– Но…

– И у нее не роман. Ну, не совсем роман.

Вот теперь вообще ничего не понятно стало. Умеет этот кот все объяснить!

– А что у нее? – Я решила, что не отстану от Золтера, пока не добуду подробности. – Рассказывай нормально!

– Все сложно, – заявил прохвост и принялся намывать лапой нос. – Вряд ли ты этим интересовалась, но в столице выбирают нового мэра. И наша Лидия работает секретарем у одного из трех кандидатов.

– Секретарем?! – изумилась я. – Она же ведьма!

То есть запросто могла бы найти куда более оплачиваемую работу.

– Личной помощницей, точнее, – мурлыкнул кот. – Но смысл примерно один, и работа не по части магии.

Переезжать в столицу мне окончательно расхотелось.

Если там с лучшими ведьмами такое делают…

– И у нее с тем типом что-то есть?

– Они отрицают отношения, но ходят слухи. – Непостижимым образом мой кот знал больше светских обозревателей. Он всегда знал больше. – А после того как Дабриел Кресент устроил ей сцену ревности на балу и немедленно вызвал к себе, в наличии там любовной истории уже никто не сомневается. Да и мать Лидии не упускает случая намекнуть. Знаешь же, как эта женщина любит, чтобы о ней говорили.

И чтобы обязательно завидовали.

Знаю.

– Но я – не он, – сказал свое слово беспамятный.

– Несомненно. – Кот невозмутимо продолжал себя намывать. – Он тебя лет на десять старше и вообще не похож.

Плюс этого фамильяра в том, что по части сбора информации ему нет равных. Мне всегда было интересно, как он это проворачивает, но Золтер тщательно оберегал свои секреты. Интересно, сколько еще плюсов в нашем сотрудничестве обнаружится в ближайшие дни? И смогут ли они перевесить взаимную неприязнь?

Вернемся к чарам.

Точнее, к привороту.

При втором взгляде он действительно выглядел послабее. Сейчас попробую его убрать.

– Приготовься, – напомнила беспамятному, а то что-то слишком расслабился.

Почему-то в его понимании приготовиться значило сцапать меня за талию.

Я раздраженно шевельнулась, но тратить время на то, чтобы поставить кое-кого на место, не стала. Уже начала вмешиваться в чужое плетение.

Приворот совсем не обжигал, что еще раз доказывало неприменение темной магии.

Занятно.

Выход виделся простым: убрать кроху тьмы, которая служит креплением. Приворот отвалится и развеется. Идеально же!

Но неведомый умник это предусмотрел.

Сперва я даже не поняла, что именно не так. Только когда беспамятный охнул, а у меня самой перед глазами поплыли фиолетовые круги, шандарахнуло осознанием.

Да во тьму вас всех! Почему хоть что-то не может получиться легко?!

– Голова болит, – проинформировал нас с котом беспамятный.

– Угу, у меня тоже, – признала я.

Подразумевалось, что так быть не должно.

Бабушкин фамильяр, видимо, наконец призвал на помощь накопленный опыт, потому что от уничижительных замечаний воздержался.

Вместо этого выдал полезное:

– Очевидно, приворот связан с блоками на вашей памяти.

Святые Покровители! И темные, и светлые, ага. Я всех уважаю.

Это должна была колдовать не обязательно сильная, но демонски умная ведьма.

– Сможешь чем-то помочь? – Я решала забыть о гордости и обратиться к идейному врагу.

– Надо понаблюдать за этими чарами. – Золтер как раз покончил с утренним туалетом и принялся гипнотизировать взглядом чужое плетение, будто его «понаблюдать» следовало понимать буквально.

– Никакой от тебя пользы! – вспылила я.

– Лучше никакой пользы, чем постоянный вред. – У этого кота всегда было что ответить.

Беспамятный взял со стола салфетку и утер мой кровоточащий нос. У него кровь не пошла, так что мне досталось больше. Видимо, чтоб знала, куда не следует соваться со своими магическими усилиями.

Щекотливое положение, конечно, обязывало, но забросить работу я себе позволить не могла. Зачахнут травы – нечего будет продавать. Поэтому, как только пришла в себя, я отправилась в огород. Что-то полила, злобно глянула на повылезшие сорняки, отчего они тут же скукожились, подпитала участок с особыми травами тьмой. Где нужно, организовала тень.

Собрала немного зелени и овощей в салат. Углядела свеженькую порчу, прицепленную к забору. По мою сторону. Чуть дальше обнаружилась вторая. Мне желали упасть и сломать себе что-нибудь и неконтролируемо выболтать все секреты.

Серьезно?

Место среди ворзафских ведьм я занимала не самое значимое, но с Авиньей справиться могла. Устранение ее вредительства даже нескольких минут не заняло. Не знаю, в какой именно момент беспамятный начал наблюдать за мной в окно и понял ли хоть что-нибудь из моих действий. Хорошо хоть, ему хватило ума не выйти из дома.

– Все хорошо, Злата? – Встречали меня вопрос красавчика и встревоженный взгляд кота.

– Ага. – И небрежно кивнула. – У меня с первого дня вражда с соседкой, но сегодня она что-то разошлась.

– И кто в вашей вражде виноват? – подал голос кот.

Ладно, он слишком хорошо меня знал, поэтому имел право сомневаться, но обидно, что мой фамильяр не безусловно за меня.

– Я купила заброшенный дом и привела его в порядок. Но пока этого не случилось, Авинья считала мой огород своим. Сам понимаешь, появление соседки ее не обрадовало. Но если бы не это, думаю, она бы доставала меня из чистой вредности.

– Ничего, мы ей покажем, – протянул Золтер, и его почти круглые глаза опасно вспыхнули.

– Могу подсказать как, – воодушевился беспамятный.

Смерив его оценивающим взглядом, я покачала головой, заранее отметая предложение.

– Прости, но я не в настроении писать кляузы.

– А как насчет одной маленькой порчи? – Красавчик хитро прищурился. – Совершенно законной, что главное.

Сердце пропустило удар.

Нет, он точно идеально подошел бы ведьме!

Любой ведьме, не обязательно мне.

– Нет закона, запрещающего ведьме колдовать справедливую порчу, – подхватила я, процитировав знакомую с детства истину.

– Особенно если для собственной защиты, – кивнул беспамятный.

– О чем это ты? – Мои брови неконтролируемо приподнялись.

Вид победителя в нем совершенно не раздражал. В последние два дня этот человек многое пережил, так что он заслужил немного веселья. И он умеет заставить моего кота помолчать, что определенно достойно уважения.

– Надо сделать так, чтобы каждый раз, как попытается наговорить про тебя гадостей, получалось что-то милое и приятное, – объяснил свою идею беспамятный. – Защита репутации не карается законом.

– Злата это может. – Как ни странно, план получил одобрение фамильяра. – И маскировку создать тоже может.

Да, я очень особенная ведьма. Когда-то это почти разрушило мою жизнь, но… кто сказал, что нельзя использовать изъян себе на пользу?

Настроение неожиданно сделалось безбашенное.

– Отвлечешь ее? – Я провокационно посмотрела на кота.

– Да легко! – неожиданно согласился тот.

Операцию назначили на поздний вечер. У Авиньи это самое вялое время, я же, наоборот, благодаря специфике дара, в темное время суток больше способна на подвиги. Используем преимущество.

Пока же внимания требовали другие дела.

– Куда собралась?

Не знаю, с чего беспамятный возомнил, будто стану перед ним отчитываться.

– К ведьме, которая продает амулеты. Хочу узнать уже наконец, было между нами что-то или нет.

Он кивнул и отошел в сторону.

Золтер и вовсе задевался куда-то, даже хвост ниоткуда не торчал.

Ладно, иду.

На сей раз обошлось без встрясок в виде неожиданных встреч, но мысли все равно крутились возле Лидии Блэр. Если она уехала к жениху, то мой беспамятный ни при чем. От этого одновременно легче и еще страшнее.

Откуда-то же он взялся…

Нужная лавка расположилась в той же части города, где жила и я. Район для одаренных, но таких… которые звезд с неба не хватают, но и не промышляют незаконными чарами. Мне всего-то и надо было дойти до конца улицы и обогнуть старое колесо обозрения над рекой. Небольшая площадь как раз и начиналась с затейливо оформленной витрины лавки готовых амулетов.

Хорошо, что здесь была возможность взять что нужно в зале и просто отнести покупки ведьме за прилавком. Или даже отдать ей сразу нужное число монет. Именно эта лавка имела так себе репутацию, потому что сюда частенько приходили люди, желающие решить свои проблемы без лишних объяснений. Работающая здесь ведьма никогда не задавала вопросов и никого не осуждала. Покупатели, как правило, были довольны, а вот злые языки… думаю, тоже довольны, но по-другому.

Я решила проявить осторожность и отдала просто деньги, не показывая ведьме, что именно взяла.

Она, наверное, все равно узнает.

Да и ладно!

В Ворзафе считали, что ей можно доверить личное.

– Как дела, Злата? – проявила сдержанный интерес ко мне Алишана. – Правда, что у тебя появился мужчина?

– Демоническая сущность, ты хотела сказать?

– Эти слухи мимо меня тоже проходили, но я не верю, что ты правда такое сделала.

Приятно убедиться, что разумных людей все-таки больше.

– Спасибо, Алишана. – Я даже искреннюю улыбку себе позволила. – У Авиньи язык без кости, а у меня теперь шлейф из пересудов.

Слова ведьмы настигли меня почти у самой двери.

– Вообще-то, Вивика об этом раньше Авиньи говорила. Ну… если тебе вдруг интересно.

Одна из ведьм, которые были на празднике.

Я раздумала уходить.

– И… что именно она говорила?

В затылок неприятно вцепились коготки страха.

– Что ты призвала кого-то. Без подробностей.

Передо мной вновь разверзлась пропасть. Ощущение не из приятных.

– Спасибо, – повторила я.

И припустила к дому.

По дороге думать ни о чем не могла, лишь вертела головой по сторонам в попытке понять, как на меня смотрят встречные. Хорошая новость: они вовсе не смотрели. Знакомый плотник поздоровался и пошел дальше. Совсем не похоже, чтобы кому-то было до меня дело.

Жизнь текла как обычно. Во всяком случае, так казалось. Но руки мелко дрожали и… кто знает, сколько у меня еще времени.

В дом влетела стрелой, пронеслась мимо ошалевших беспамятного и кота и скрылась в спальне. Фуф… Остановилась у зеркала. Момент истины настал. Думала, будет страшно или хотя бы волнительно, но Алишане удалось меня напугать сильнее.

Вытащила из кармана розоватый кристалл и повесила его на шею. Зажмурилась на несколько мгновений. Когда же открыла глаза и решительно взглянула правде в лицо, кристалл сделался прозрачным.

Одну хорошую новость сегодняшний день для меня все же припас.

С тем и вышла из комнаты.

– У тебя такой вид, будто все стало хуже, чем было, – заметил беспамятный, скользя по мне обеспокоенным взглядом.

– Либо тебе в ночь праздника было по какой-то другой причине хорошо, либо было хорошо не со мной. – Победные нотки в голосе скрыть не удалось. – Потому что лично у меня близости с мужчиной на празднике или после точно не было.

В доказательство покрутила у него перед носом кристалл, как если бы он что-нибудь понимал в магических штучках.

Но он не понимал, конечно, поэтому на меня посыпались вопросы:

– А не может быть так, что прошло слишком много времени и амулет не сработал? Или неправильно сработал? Или…

– Прозрачный как слеза кристалл подтверждает невинность девушки, – не выдержал кот. – Злата не спала ни с тобой, ни с кем-то другим. Еще.

Так… Где у меня тут тапки?!

– У тебя что, смысл жизни – трепаться о моих тайнах? – зашипела я на Золтера.

– Я всего лишь объяснял, как работает магия, – нисколько не смутился тот.

Впрочем, о чем это я? Смутить это существо в принципе невозможно.

Беспамятный вон и то тактично стушевался.

– В следующий раз окажи мне любезность и делай это без вываливания сокровенных подробностей! – Я решила, что самое время заняться воспитанием будущего фамильяра.

– Да чего ты так завелась? – нисколечко не проникся поганец. – Если девственность нынче не в моде, то вон у тебя стоит прекрасный экземпляр, готовый помочь с проблемой. На меня за что злиться?

Нет, он правда не понимает…

И тапкой я промазала.

А от другой он ловко утек… так ловко, что я даже не поняла куда.

– Я ничего не слышал, – заверил беспамятный и поднял руки в беззащитном жесте. – Кратковременный приступ глухоты.

– Если бы было по-другому, тебя я бы вообще прибила.

– Думаешь? – Светлая бровь дернулась нагловато приподняться, но беспамятный проявил сообразительность и удержал прежнее выражение лица.

– Ты крупнее кота, попасть в тебя проще.

Подтверждая сказанные слова, я бросилась вперед, схватила его за рубашку и притянула к себе.

Не знаю, чего от этого ожидал беспамятный, но его глаза вспыхнули искрами.

Веселье.

И что-то еще…

Мне на поясницу легла твердая ладонь, вынуждая придвинуться ближе.

Выловив в кармане вторую покупку, я поймала беспамятного за свободную руку и застегнула на запястье браслет. Мужской, из темных бусин – бежевых, коричневых и черных – с добавлением древнего символа на медном кругляше.

– Это что? – Красавчик немного напрягся.

– Маскировка. Сделает тебя нечитаемым для одаренных недели на две.

Хотелось бы верить, что нам потребуется меньше времени.

Он одобрительно вздохнул.

– Дома только не носи, Золтеру надо следить за твоим приворотом.

– Я понял, Злата.

На этом бы нам и закончить, но во мне внезапно проснулась щедрость. Предчувствую, что придется жалеть, но…

– Закрой глаза.

Подчинился беспамятный, не раздумывая. Ему что, не объяснили, что с ведьмами так нельзя? Хотя, наверное, если бы объяснили, его бы здесь не было.

– Учти, это ничего не значит, – предупредила я.

Он что-то там себе хмыкнул.

Привстав на носочки, я поцеловала его в глаза.

В один, потом в другой.

Тьма пронеслась по венам, смешалась с магией. На какой-то миг я сама стала магией.

Волшебство усилилось, достигло самой высокой точки и оставило меня. Затихло под грудью, свернулось уютным клубком, оставив после себя легкую слабость.

– О… – Беспамятный моргнул. Потом еще раз моргнул, ошалелое выражение на его лице сменилось восторгом. – Злата…

– Получилось? – На самом деле я знала ответ.

– Я вижу чары!

Взгляд светло-зеленых глаз – хотя мне казалось, что вчера они были еще светлее – перемещался с одного на другое, стремясь ухватить как можно больше.

– Наслаждайся, – фыркнула я. – Не знаю, сколько продлится эффект. Скажешь потом, я добавлю.

– Другие ведьмы так тоже могут?

– Нет. Не думаю.

Я очень особенная ведьма. И самый крупный провал в истории ворзафских ведьм.

Однако беспамятный думал иначе:

– Злата, ты невероятная!

Его внимание прекратило метаться по окружающему пространству и остановилось на мне.

Рука настойчиво надавила на поясницу, вынуждая прижаться к сильному телу. Губы накрыл поцелуй, которому почему-то совсем не хотелось сопротивляться.