Таких высоких гостей еще не видели даже у Дельфийского оракула. Семь мудрецов, умнейших мужей античной Греции, предприняли дальнее, утомительное путешествие и встретились в этом святилище. Для того чтобы толика их мудрости осталась в священном месте, жрец оракула предложил каждому из них оставить на камне храма свое изречение. Первым увековечил себя государственный деятель Хилон из Спарты. Над входом в святилище он начертал слова: «γνώθι σεαυτόν» («Познай самого себя»).

Так начинается один из древнейших в истории споров об авторском праве. Действительно ли максима «Познай самого себя» была идеей Хилона? Или он только позаимствовал ее? Принадлежит ли она Фалесу, одному из семи мудрецов, которому многие приписывают эти слова? Другие источники приписывают их третьему мужу, жившему в ту пору: афинскому государственному деятелю Солону.

Кого же надо благодарить за одну из древнейших цитат? К кому восходят эти слова, которые мы считаем первой искрой западноевропейской философии? Уже в античную эпоху этот вопрос занимал многих греческих мыслителей.

Через сто лет после упомянутого события Анаксимен, который, как и Фалес, был родом из Милета, высказал мнение, что Хилон украл эту сентенцию у Фалеса из чистого тщеславия. А спустя столетие мудрый Антисфен назвал автором высказывания первую сивиллу Дельфийского оракула, знаменитую Фемоною. У нее-то, мол, Хилон потом и заимствовал изречение. Даже если мы никогда не сможем внести окончательную ясность в этот спор, здравый смысл говорит в пользу авторства Фалеса. Ибо фраза «познай самого себя», кажется, создана для того, чтобы обозначить начало европейской философии, а именно с Фалеса Милетского она, по мнению многих, и начинается.

Почему же именно Фалес считается одним из первых философов? Давайте обратимся к историографии. В большинстве случаев она обнаруживает истоки философии у греческих мыслителей 650–450 годов до н. э. Этих мыслителей называют досократиками, поскольку они излагали свои взгляды до Сократа, который затем в 450 году проложил новое направление в мышлении. Досократиков часто называют и натурфилософами, потому что они прежде всего старались понять существующие в природе взаимосвязи. Неудивительно, что почти каждый из них сочинил трактат «О природе вещей». Фалес считается первым из этих досократиков, или натур-философов, к которым принадлежат также его ученик Анаксимандр, упоминавшийся уже Анаксимен, пифагорейцы, элеаты (Ксенофан, Парменид и др.), атомисты (Левкипп, Демокрит и др.). Софистов вроде Протагора тоже частенько присоединяют к досократикам, хотя они в строгом смысле ими не являются.

Натурфилософы искали пронизывающую мироздание первоматерию, из которой все возникло. Они хотели познать сущность бытия. Для Фалеса источником жизни была вода. В пользу этого он, по свидетельству Аристотеля, приводил такие доводы, что все растения влажны, даже их семена. Напротив, все мертвые тела высыхают. Фалес зашел так далеко, что полагал, будто мир является плавающим на воде плотом. Причины тесной связи Фалеса с водой можно понять. Все-таки бо́льшую часть своих знаний он приобрел в Египте и Месопотамии — у Нила, Евфрата и Тигра — то есть там, где воду особенно почитали.

Слова «познай самого себя» склонны приписывать Фалесу еще и потому, что именно он показал, как восприятие собственного «я», его сильных и слабых сторон, способствует разрешению жизненно важных вопросов. «Ты, — так можно истолковать изречение, — существуешь только один раз. Только ты в состоянии понять себя и выбрать свой собственный путь».

Это крылатое выражение призывает отказаться от веры в богов и начать задумываться о зарождении и развитии мира, в котором все взаимосвязано. Одним тем, что слова «познай самого себя» ставят человека в центр познания, они знаменуют начало философии. Вот уже более двух с половиной тысяч лет эти слова призывают каждого задуматься над собой и своим местом в мире. На то, что это выражение пережило тысячелетия, указывают слова Оскара Уайльда: «Над вратами античного мира было начертано: „Познай самого себя“. Над вратами нашего нового мира следовало бы начертать: „Будь самим собой“».

Фалес был «самим собой». Большую часть времени он прожил в Милете, богатом греческом портовом городе, расположенном на полуострове у западного побережья Ионии, в сегодняшней Турции. Милет был подходящим местом для рождения философии, «любви к мудрости». Ибо состоятельным милетцам не нужно было заботиться о том, как пережить завтрашний день. Свободное время они использовали для того, чтобы размышлять о природе вещей. Фалес гораздо дольше находился в обучении, чем многие из его сограждан, поскольку был сыном зажиточных финикийских родителей. По сегодняшним понятиям он был наполовину естествоиспытателем, наполовину технарем. Науки еще не разделились на самостоятельные дисциплины. Молодым человеком он совершил путешествие в Египет, на Ближний Восток, а также побывал в Афинах. Прежде всего от египетских жрецов он усвоил тогдашнее знание математики, навигации и астрономии. Вернувшись в Милет, он попытался было заняться городской политикой. Однако вскоре возобновил наблюдения за природой и посвящал им все свое время. Молва о Фалесе пошла по городу, его называли придурковатым малым. Казалось, он изо всех сил старался создать философам славу странных и рассеянных людей. Так, однажды ночью Фалес на ходу рассматривал звезды и, не обращая внимания на дорогу, свалился в ручей. Служанка, видевшая это, со смехом сказала ему, что, хотя он и занимается небесными материями, он совершенно не видит того, что лежит на земле.

Мать Фалеса, вероятно, согласилась бы с нею, и, вздыхая, добавила: «Если б он обращал внимание хотя бы на женщин». Ибо сколько она ни уговаривала его, он наотрез отказывался жениться. Даже если, как утверждают некоторые источники, у Фалеса была жена, а то и сын, следующее предание слишком красиво, чтобы не поверить в его истинность: на настоятельные увещевания своей матери Фалес годами упрямо отвечал: «Время еще не пришло», пока наконец не смог ответить: «Время уже прошло».

Звездой науки своего времени Фалес стал, когда, опираясь на старые источники, предсказал — не без доли везения — солнечное затмение, которое затем можно было действительно наблюдать в Анатолии. Письменных трудов Фалеса не сохранилось. Если они и были, то, как предполагал крупный историк философии Диоген Лаэртский, Фалес составил два трактата по астрономическим вопросам. В центре его мышления, несомненно, стояли естественные науки, и среди них прежде всего астрономия. И даже если Фалес верил, что мир — это диск, а небо — полусфера, которая его накрывает, он достиг значительных успехов.

Фалес умер, когда ему было около восьмидесяти, хотя некоторые источники утверждают, что он дожил аж до девяноста лет. В момент смерти он смотрел за состязаниями на стадионе. Философ воды умер от жары и старческой слабости.

Однако следовало бы прояснить еще одну вещь. Пусть Фалес не был автором знаменитых слов, но что он сделал, когда Хилон повелел высечь их на камне? Каким изречением увековечил себя сам Фалес? То была простая сентенция: «Помни друзей». И кто знает, о ком Фалес в тот момент думал.