Глава 45

Упырь

Пятнадцать лет назад

Я прожил в пещере в одиночестве уже целый год, когда он пришел за мной.

Тьма стала моим другом. Тишина превратилась в знакомую мелодию. Люди не забредают в эти края. Зловещая сила, которую я излучал, заставляла всех, включая животных, держаться подальше. Поэтому, когда до моего слуха доносится глухой ропот взрослых мужских голосов, я резко сажусь, а мои глаза впиваются в далекий свет над небольшим лазом в пещеру. Я с осторожностью ползу к нему, на случай, если это снова люди с оружием. Но затем голоса затихают, а топот ног, пробивающихся сквозь джунгли, уносится в противоположную от моей пещеры сторону.

Переводя дух, я задумчиво принюхиваюсь к воздуху. До меня доносится запах. Едва веря собственному носу, я выскакиваю наружу на четвереньках, протирая глаза одной рукой. Горячая еда. Прямо передо мной на чистом зеленом банановом листе. Я обнюхиваю ее со всех сторон в поисках яда или дурной магии, потому что подобное со мной уже проворачивали. Но чую лишь нечто похожее на стряпню моей матери. Специи, которые она использовала, тепло наваристого топленого масла гхи. В моей голове не остается иных мыслей, когда я набрасываюсь на еду: лепешка обжигает язык теплом, а картофель и тушеное мясо тают во рту, проникая в самое сердце. Мой стон — это чистое блаженство, когда я откидываюсь назад, сидя на корточках.

Голод стал для меня нормой. Иногда я пытаюсь охотиться после заката, но вокруг моей пещеры никогда нет дичи, а рисковать и идти в деревню я не могу. Не могу рисковать встречей с кем-то из знакомых, после которой мне не избежать треска паленой плоти и запаха пепла. Смерти настолько быстрой, что нет времени даже на крик, и я никогда не был способен ее контролировать. Мое сердце и без того разбито, и я боюсь, что еще одна рана просто убьет меня. Поэтому с полным животом я уползаю обратно в глубину пещеры и сладко засыпаю.

На следующий день глухие голоса снова долетают до моего слуха, и мне становится любопытно, кто же осмелился прийти сюда с едой, когда никто другой ни разу не потрудился этого сделать. Кто вообще стал бы проявлять доброту к чудовищу из пещеры? К чудовищу из деревни?

На четвереньках я подкрадываюсь к выходу, зажмурившись и внимательно прислушиваясь. Один из акцентов, более тяжелый и властный, кажется чужим. Голоса местных испуганные, но его — нет.

— Добрый день, дитя, — говорит он на моем родном языке.

Мои глаза распахиваются, и я отскакиваю назад, чтобы случайно не навредить человеку, принесшему мне еду.

— Не бойся. Мои глаза завязаны.

Нахмурившись, я снова выползаю наружу, озираясь в поиске возможных нападающих. Но там стоит лишь один мужчина в английском костюме кремового цвета, с узорчатой белой полосой ткани, туго повязанной поверх глаз. Он высок, его кожа темнее, чем у белого человека, и инстинкт подсказывает мне, что перед мной королевская кобра. Мой ум переполняют вопросы, но самый главный из них.

— У вас есть еще еда?

Два мгновения спустя мы сидим друг напротив друга, пока я уплетаю пряный рис с курицей.

— Я искал кого-то вроде тебя всю свою жизнь, — тихо говорит он. — Змею с великой силой.

Он по-прежнему не видит меня, но я активно киваю, потому что мои щеки забиты едой. Я так долго был один. Настолько нежеланным, что изголодался по любой связи. Изголодался по простой беседе.

— Ты хочешь жить, дитя? Жить без страха? Жить как король, имея под своим началом множество змей?

Жуя, я внимательно слушаю.

— Я пришел из такого места, — говорит он, — где такому зверю, как ты, поклонялись бы. Где ты мог бы научиться управлять своими силами.

Мой позвоночник выпрямляется.

— Правда?

Он улыбается.

— Ты хочешь этого? Научиться управлять своими силами?

— Если я смогу перестать убивать людей, то да! — восклицаю я. — Куда бы я ни пошел, везде умирают люди.

— Что ж, хорошо. Я могу помочь тебе… если ты кое-что сделаешь для меня взамен.

Уйти из этой пещеры? Вести нормальную жизнь с едой?

— Все что угодно!

Он залезает в карман и достает маленький драгоценный перочинный ножик.

— Лишь маленькая клятва, чтобы присягнуть мне, — мягко произносит он. — В том, что ты всегда будешь повиноваться и никогда не предашь и не солжешь мне. И тогда ты свободен от этой никчемной жизни.

* * *

Мы добираемся до доков в самый разгар тропического шторма, на пике сезона муссонов. Дождь падает на моряков, словно пули, выбивая дробь военного барабана по деревянным доскам больших кораблей, бороздящих океаны. И в эту буйную погоду я не мог бы быть счастливее. Я чувствую себя совсем другим мальчиком. Мои глаза закрыты и туго перевязаны мягкой, удобной тканью, а сам я одет в новую одежду и обувь, которая мне как раз и оставляет место на вырост.

— Поможешь мне, дитя?

Король уже так сильно мне помог, что ответить «да» кажется благодатью, когда он шепчет мне инструкции на ухо. И снимает мою повязку.

Они не видят, как на корабле, уносящем меня в новую жизнь, к ним приходит смерть. Первый падает, словно тяжелый мешок с рисом. Ко второму я подкрадываюсь сбоку, к следующему — со спины. Они падают один за другим после последнего искаженного страхом лица. Последний, взглянув на мой чудовищный облик, прыгает прямо в море.

— Я упустил того, — ворчу я, закрывая глаза и спеша обратно к высокой фигуре моего спасителя, пока его люди захватывают корабль.

— Неважно. Ты хороший мальчик, — говорит Королевская Кобра, гладя меня по волосам. — Такой хороший мальчик.

Я прижимаюсь щекой к его ладони, смакуя ощущение человеческой руки на своем лице. Чувство, что я впервые сделал что-то хорошее, наполняет меня, словно сладкое молоко. Я верю ему. Каждому слову.

Путь предстоит долгий, но король-кобра и его змеи коротают время за величественными историями. Место, куда мы направляемся — настоящий рай. Это земля возможностей для такого ребенка, как я, полная бескрайних пространств, где мне не придется прятаться. Где нет нужды в тайной пещере среди джунглей. Он сказал мне, что те дни остались позади.

В глухую ночь мы прибываем в новый мир, и он ощущается совсем иначе, чем мой прежний. Воздух здесь сухой и холодный. Вокруг столько автомобилей, столько новых звуков и чудесных запахов. Но я впитываю все это, и впитываю быстро. Я хочу учиться. Я хочу быть свободным. Мой король обещал мне теплое пристанище с настоящей кроватью и телевизором, и он сдерживает обещание с улыбкой в голосе.

Небольшой домик стоит на задворках большого участка, а рядом с ним, словно защитники, возвышаются огромные деревья, и шелест их листьев напоминает друзей. Дом выглядит новым, внутри пахнет свежей краской и лимонами.

— Ты будешь жить здесь, — говорит король змей. — Ты будешь в безопасности и заботе, пока обучаешься своим навыкам.

К тому времени, как я покидаю этот дом и меня выпускают в мир, здание оказывается разрушено моей силой. Балки начинают прогибаться под моими тенями, окна трескаются от напряжения. А во время одного из неуклюжих превращений мой хвост пробивает дыру в потолке. Мои топорные попытки залатать ее приводят к тому, что каждый раз во время дождя с потолка капает.

Проходят годы, прежде чем я возвращаюсь в это место, и когда я прихожу, в нем уже живет кое-кто другой.