Глава 13
Упырь
Это, пожалуй, одна из немногих причин, по которым леди Катерина Крокодилус покидает свое поместье и оставляет там самые ценные экспонаты своей коллекции. Она все же берет с собой Ксандера, по-прежнему не доверяя молчаливому дракону, и когда она входит в Дом Нага, он шествует перед ней, а затем отступает в сторону, точно телохранитель.
Я демонстративно вытягиваю шею, чтобы убедиться, что его наушники на месте. Эти светящиеся глаза не показывают, куда направлен его взгляд, но я знаю, что он ухмылялся бы, будь у него выбор.
— Серебряный ошейник почти подходит к его глазам, — говорю я вместо приветствия.
— Генерал, — воркует Коллекционерша, одетая сегодня вечером в кожаные брюки и черный топ с бретелькой через шею. Она напоминает мне Женщину-кошку своей красной помадой.
Мне никогда не нравилась Женщина-кошка.
— Все, что тебе нужно, — это маленькие черные ушки, — говорю я, приставляя указательные пальцы в перчатках к голове и направляя их вверх. — И тогда ты готова умыкнуть у еще одной Регины ее стаю.
Ее темные глаза закипают, пока она разглядывает меня.
— Ревнуешь, милый? Я бы хотела, чтобы Мейс позволил мне забрать твою задницу василиска. Ты смотрелся бы так мило на цепи.
Я скалюсь в улыбке.
— Как бы я ни любил цепи, моя леди, я обычно убиваю своих любовниц. Так что… возможно, из нас получилась бы отличная пара.
Она прикрывает глаза, не особо впечатленная, но не успевает ответить, так как Шарлотта Нага в сопровождении генералов Гадюки, Брауна3 и Тайпана торопливо выходит из столовой.
— Вы здесь. Прекрасно. Проходите, леди Крокодилус.
Титус уже сидит в столовой с бурбоном и пустой тарелкой перед собой. Он был в отвратительном состоянии, когда появился здесь, едва ли не в истерике, а теперь свирепо смотрит на нас, когда мы присоединяемся к нему за столом. Мейс стоит на противоположной стороне, возле двух кресел с высокой спинкой. В них сидят королевы волков и птиц, их запястья скованы турмалиновыми кандалами.
— Ты действительно сделал это, — говорит Катерина, застывая на месте и глядя на пленниц. — Я впечатлена, Мейс.
— Разумеется, он сделал это, — говорит Титус сквозь свою металлическую челюсть. — Все они были кучкой ебаных идиотов, и человеческим политикам это понравится.
— Твое собственное достижение весьма веско, — говорит Мейс так, что ничем не выдает своих настоящих чувств. Каждый находящийся здесь — предатель истинных. По меркам любого человека, наихудшие люди на этой планете собрались в этой комнате. Но все поворачиваются к Ксандеру, который тоже сохраняет спокойствие на своих утонченных драконьих чертах. Интересно, что он видит своими магическими глазами.
— Я выполнила свою часть работы сполна, — говорит Коллекционерша, присаживаясь за стол. — Мы устранили наших главных врагов. Каков твой следующий шаг?
— Следующий гребаный шаг — отомстить за моего отца, — рычит Титус, грохая мясистым кулаком по столу. — Я хочу, чтобы эта девчонка-Костеплет была мертва.
— Я не хочу смерти последней Костеплет на этой планете, — ровно говорит Мейс. Катерина кивает в знак согласия.
— Тогда с ней нужно что-то делать, — огрызается Титус. — Она вышла из-под контроля, и это только начало, помяните мое слово. — Он умолкает, свирепо уставившись в пространство. — Вы не видели ее глаз. Они были безумными. Уберите ее из этой ебаной страны. Черт, заберите ее с этой ебаной планеты, если это необходимо.
— Она будет истощена после этой атаки, — говорит Мейс, бросая взгляд на меня. — Я с этим разберусь.
Мои тени тянут меня. У них всегда была своя собственная воля, и теперь они ласкают мою брачную метку, щеку, поднимаясь к глазам, где они всегда гуще всего, защищая остальной мир от меня.
Порыв убить всех — то, с чем мне всегда приходится бороться. Маленький лазерный луч тут и там — и мир стал бы совершенно другим. Такого уровня силы остальные всегда опасались. Но Мейс никогда не подпустил бы меня к своей семье, если бы не был уверен, что я не поддамся соблазну. Различные метки на моем теле чешутся. Яд Мейса. Мой собственный. Аурелии.
— Если я могу предложить… — тянет Катерина, проводя красным ногтем по лакированному махагони. — Девчонка доказала свою силу. Даже то, что сделали мы с Флоресом, не сломало ее. Но я думаю, что мы подступили близко с потерей ее истинных. Она дикая в своих действиях. Если она продолжит буйствовать, то будет действовать без точности. Я думаю, мы можем подобраться еще ближе всего за один маленький толчок. — Коллекционерша откидывается назад. — Я все еще хочу получить свое за свои деньги за эту девчонку. Слишком много нулей за отсутствие яиц, Мейс.
Ее волнует только ее бизнес. Ее не волнует благополучие Аурелии, только то, что она получит шанс разводить то, что держит в темноте под своим поместьем. Того, что даже я еще не разгадал.
— Надеюсь, ты пытаешься разводить не ленивца, — говорю я. — Или какого-нибудь экзотического голубя из Перу.
Коллекционерша одаривает меня взглядом, который говорит о том, что она хочет выколоть мои глаза и поджарить их, как маршмеллоу над костром.
— Мне нужно возвращаться.
— Ты не останешься? — с удивлением говорит Шарлотта. — Уже почти рассвет.
— Я хочу вернуться, — повторяет Катерина. Огромное наслаждение доставляет мне видеть, как она дергается. Видеть ее паранойю.
— К своей стае, — уточняю я. — Или к болоту? Как там называется группа крокодилов?
— Группа крокодилов называется смертельной ловушкой, — рычит Титус, в очередной раз доказывая свою бесполезность.
— А железноголовый знает кое-какие слова, — говорю я удивленным голосом, пока Коллекционерша поднимается из-за стола, бубня себе под нос.
— Я буду на связи, — объявляет она.
Мейс подступает ближе, разглядывая Ксандера, который спокойно стоит и слушает у двери.
— Твой отец не принял бы тебя обратно, если бы не я, — шепчет он тихо и высокомерно. — Я предположил, что это может быть одной из немногих вещей, способных разбить компанию Косы Харкоруса, и я был прав. — Он ухмыляется, протягивая руку, чтобы похлопать дракона по щеке. — Ты справился с работой лучше, чем кто-либо другой. — Ксандер не дает никакой реакции. Ни единого движения губ, ни вздрагивания глаз. Я впечатлен. Мейс поворачивается к Катерине: — Посмотри вечерние новости сегодня. Ты не захочешь пропустить мое заявление.
Ах, да. Фаза два вот-вот начнется.