Чарли

Я попала… Манила расхаживает взад-вперед по комнате Вестона. Зажав руки между бедер, я с ужасом думаю, что она собирается мне сказать. Ее напряженное выражение лица не прибавляет мне уверенности. Мне кажется, что я совершила самую страшную ошибку в мире, хотя все, что я сделала, – это влюбилась. Не понимаю, что в этом плохого. Я люблю Вестона. От этого же никто не умер, верно?

Я не решаюсь заговорить первой. Манила хватается за голову, встряхивает несколько раз каштановыми волосами и вздыхает. Ладно, постараюсь говорить спокойно и убедительно.

– Манила… – начинаю я.

– Нет, не сейчас, Чарли. Мне нужно немного успокоиться. Я не думала застать тебя в самом разгаре… Короче, дай мне прийти в себя.

Она делает еще несколько шагов вокруг кровати, а затем снова смотрит на меня. Я виновато улыбаюсь, на что она закатывает глаза:

– Не смотри на меня так. Со мной это не пройдет. Если честно, у меня нет слов. Кто угодно, но ты выбрала Вестона. Вестона!

Я поджимаю губы:

– А что не так с Вестоном?

– Да с ним все не так, и ты это прекрасно знаешь! Огромный университет в одном из круп-

нейших городов штата, и надо же было выбрать именно его!

– Думаешь, я специально? Так получилось. Я не планировала влюбляться в кого-то из «Хаски».

– Да не в кого-то, а в лучшего друга Билла!

– О котором он никогда мне не рассказывал.

– Может, и так, но поставь себя на его место! Твой брат узнает, и что? Получается, его предали сестра и самый близкий друг!

При мысли, что такое может случиться, я хмурюсь.

– Но ведь ему не обязательно об этом знать. Пусть это останется между нами.

– Думаешь, у вас получится вечно скрываться от него? Что-то я сомневаюсь. А Бритт? Ты подумала, каково ей? Да у нее будет нервный срыв.

Хотела бы я сказать, что она волнует меня в последнюю очередь, но, пожалуй, промолчу. Но вообще, мне плевать на Бритт. Она не моя подруга, так что я ей ничего не должна.

Манила смеряет меня суровым взглядом. Я отвечаю тем же.

– Бритт и Вестон вместе пришли в тот бар, – говорит Манила. – У нее были на него планы. Тебе не кажется, что это как-то неправильно?

С моих губ едва не срывается саркастичный смешок.

– Мне кажется, ты все неправильно поняла.

– Так давай, расскажи, как все было на самом деле. Наверное, вы просто напились, а потом как-то само получилось?

– Да, я была пьяна, но в остальном ты ошибаешься.

Она снова начинает расхаживать по комнате. И останавливается:

– Тогда, может, вы заключили пари? Я права?

– Нет, ничего подобного. Мы с Вестоном встречаемся.

Манила хлопает ресницами:

– Что, прости?

– Мы встречаемся.

Она смеется и машет головой. Очевидно, она не верит ни единому моему слову.

– Нет. Бриттани и Вестон встречаются. Они были на первом свидании, пока этот кретин не решил тебя подвезти.

Я отрицательно качаю головой:

– Вестон боялся, что Билл нас раскроет. И тогда решил пустить всем пыль в глаза и начал встречаться с Бритт.

– Пы-пыль в глаза? – повторяет Манила. – Во-первых, это отвратительно, а во-вторых…

Я поднимаю руки, показывая, что это была не моя идея.

– Не смотри на меня так. Я была против и просила его прекратить это.

Манила опускается на кровать рядом со мной. Закрыв лицо руками, она вздыхает.

– Чарли, – продолжает она спокойно, – ты уверена, что вы с Вестоном встречаетесь?

Настала моя очередь моргать и хмуриться. Я не понимаю ее вопроса.

– Абсолютно.

– Это он тебе сказал? То есть… Вы об этом говорили?

Я задумываюсь. Вестон запретил мне общаться с другими парнями. Защитил меня от пьяниц несколько недель назад, забрал у меня конфетные бусы. Пазл складывается, но он никогда не говорил мне об этом прямо.

– Думаю… да.

– И ты уверена, что между ним и Бритт ничего не было?

– Он бросил ее в баре, чтобы подвезти меня. Разве этого мало?

Манила делает глубокий вдох, а затем смотрит на меня:

– И как давно вы встречаетесь?

Я колеблюсь. Если отвечу честно, значит, признаюсь, что я солгала ей и Биллу о том, как провела ту ночь у Фрэнка. Ладно, я так больше не могу. Настало время сказать правду.

– С той вечеринки у Фрэнка.

– То есть барбекю?

– Нет, с вечеринки в честь начала учебного года, там еще не было Билла.

Ее глаза округляются.

– Погоди, то есть вы вместе уже больше месяца?

Не вдаваясь в подробности, я киваю, и она снова вздыхает.

– И как часто вы встречаетесь?

– На тренировках и не только.

– О… Значит, у вас все серьезно?

Я открываю рот, чтобы ответить, но не могу подобрать слов. Мне бы хотелось заявить, что у нас серьезные отношения, но чем больше я спорю с Манилой, тем больше понимаю, что ни в чем не могу быть уверена. Я нервно закусываю щеку, а глаза подруги вдруг становятся огромными.

– Ты его любишь!

Я пожимаю плечами:

– Да.

– Но Чарли…

– И что в этом такого? Это ты притащила меня на ту вечеринку. А мне, значит, нельзя было влюбиться?

– Можно. Конечно, можно, просто… Билл будет вне себя от ярости.

– И пусть. Я уже достаточно взрослая и могу отвечать за свои поступки.

– Понимаю, Чарли… И я бы с тобой согласилась, будь это кто угодно другой. Твой брат говорит, Вестон связался с опасной компанией, и…

– То есть мне нельзя с ним встречаться, а Бриттани можно? В чем же логика? Раз он такой плохой парень, тогда никому нельзя с ним встречаться.

Манила смотрит на меня, а затем переводит взгляд на ковер.

– Зря я, наверное, тебе это рассказываю, но они с Биллом серьезно поссорились, месяца два-три назад. После того, что случилось с Марком.

– Если ты пытаешься сказать, что Вестону угрожали, я в курсе, – прерываю я.

– Тогда ты должна понимать, от чего тебя пытается защитить брат.

Я приподнимаю брови. Я думала, что для Билла Вестон – просто плохая компания. Мне и в голову не приходило, что он хочет меня от чего-то уберечь.

– От чего же он хочет меня защитить? Что между ними произошло?

– Билл никогда не вдавался в подробности. Я знаю только, что Вест опасен. Незадолго до нападения ему пришла записка, а в ней были наши с Биллом имена. В больнице сейчас могли бы лежать твой брат или я. Понимаешь? За ошибки Веста могли поплатиться мы. Бриттани не имеет никакого отношения ни к «Хаски», ни к хоккею. Ее отец коп, так что никто не рискнет ей угрожать.

Улыбнувшись, я киваю и встаю:

– Знаешь что? Мне плевать. Что бы ни случилось, я не перестану любить Вестона и я не откажусь от своих слов. Пусть угрожают – мне все равно.

– Чарли… Боюсь, ты не понимаешь, насколько все серьезно.

– Нет, это ты не понимаешь! Всю жизнь я только и делаю, что подчиняюсь. Я всегда была тише воды, всегда слушалась родителей, оставляя свои желания при себе. Единственный раз я сделала что-то, ни на кого не оглядываясь. Больше не стану подстраиваться, будь то брат или чокнутые фанаты. Они думают, что могут решать за меня? Хватит!

– Билл желает тебе добра, он волнуется за тебя.

– Нет. Я устала выслушивать: «Делай так, Чарли. Это все ради твоего блага, Чарли. Мне лучше знать, Чарли». Я вас очень люблю – и тебя, и брата, – но перестаньте мне указывать. Это моя жизнь, и решения принимаю я.

– Я понимаю, но все же подумай. Билл не станет говорить, что Вестон опасен, если на то нет веской причины. И еще эта история с Бриттани… Нет, я не пытаюсь тебя запугать. Но это как-то странно.

– Так что, дадите мне право самой решать хоть раз в жизни?

Закусив губу, она смотрит на меня несколько долгих секунд, а затем кивает:

– Ладно… Послушай, все, что я могу тебе обещать, – это отложить разговор с Биллом до следующей недели. В среду вечером «Хаски» играют с «Гризли», и, если между двумя нападающими – твоим братом и Вестоном – будет разлад, они точно проиграют. А это очень важный матч.

Манила встает. По ее глазам видно, что она волнуется. Я чувствую себя виноватой. Я никогда не задумывалась, что мои отношения с Вестоном могут как-то отразиться на «Хаски». Я считала нас свободными электронами, летающими где-то вдали от всех, но это не так. Мы все связаны: дерни за ниточку, и последствия ощутит каждый.

– На игре в среду будет тренер «Кракенов», – говорит Манила.

Мой непонимающий взгляд требует объяснения.

– Это тренер сиэтлской хоккейной команды. Он посмотрит на Билла и Вестона и, возможно, предложит им подписать контракт.

– О… звучит серьезно.

– Считай, это их счастливый билет в профессиональную лигу. Так что давай пока все отложим.

Я утвердительно киваю, и она продолжает:

– Обсудим это в четверг, вместе, сразу после матча. Договорились?

– Да, давай так. Но я не хочу, чтобы Билл узнал все от тебя – я сама ему расскажу.

Улыбнувшись, она соглашается, а затем жестом приглашает меня выйти из комнаты. Мы спускаемся по лестнице в гостиную, где нас ждут Фрэнк и Вестон. Они сидят на диване, и Сокол, кажется, более напряжен, чем его товарищ. Он следит за мной своими бездонными голубыми глазами, пытаясь понять, чем закончился разговор с Манилой.

– Каков вердикт?

– Ни слова Биллу до четверга, – объявляет Манила.

– Согласен, – говорит Вест, заметно расслабляясь. – Да, для игры так будет лучше.

– А теперь, господа, прошу нас простить… У меня в багажнике полно продуктов, и их срочно нужно засунуть в холодильник. А еще, если мы не поторопимся, сюда примчится Билл, а я очень сомневаюсь, что это вас обрадует.

Манила идет к выходу. Я стою, не решаясь сдвинуться с места, и бросаю взгляд на Веста. Он поднимается, чтобы проводить нас до двери. Когда он догоняет Манилу, она взрывается.

– А ты, хотела бы я знать, что ты затеял, – шипит она.

Что ж, этого следовало ожидать…

– Ничего, – отвечает он.

– Провел одну – проведешь и другую. Если ты понимаешь, о чем я.

Известный своей импульсивностью, Вестон облизывает губы. По венам, пульсирующим на его висках, я могу сказать, что он с трудом сдерживается.

– Я все улажу, – обещает он.

– Давай. С радостью посмотрю, – рычит она. – Одна – моя подруга, вторая – сестра моего парня и по совместительству твоего лучшего друга. Я за тобой слежу. Не забывай об этом.

– Принял к сведению. Что-то еще?

Он явно пытается уколоть ее, но Манила не реагирует. От их дуэли у меня мурашки бегут по коже. Я скрещиваю руки на груди.

– Вы закончили? – бросаю им.

– Если Маниле больше нечего добавить, то да, – заявляет Вест.

Кажется, я слышу, как Манила скрипит зубами. Вздохнув, она закатывает глаза.

Вестон подходит ко мне. В его глазах, все еще потемневших, я вижу проблеск радости. Среди проблем, которые ждут его впереди, он знает, что я всегда буду рядом. Даже когда от него все отвернутся. Он гладит меня по щеке так нежно, будто мы здесь одни. Затем его рука соскальзывает на шею, и он притягивает меня к себе. Его дыхание ласкает меня, а темно-голубые радужки пытаются поймать мой взгляд. На его губах расплывается улыбка, и он целует меня. Манила вздыхает:

– Что вы там застряли?

Еще один поцелуй. Манила смотрит, разинув рот, не в силах ничего сказать. Но за нее говорит вдруг возникший в дверях Фрэнк:

– Понимаю. Вчера у меня было такое же лицо, когда Вест заявился с Чарли на руках. И если ты спросишь моего мнения… смирись. Они в любом случае сделают все по-своему.