Угадал воевода с датой выхода, через неделю впрямь заморозило дороги так, что к обеду почти не отпускало. Кони во время ежедневных прогулок перестали вязнуть и оскальзываться в грязи, ничто не мешало выходу в путь. Кстати, народ эти прогулки иноземного боярина теперь иначе как объезды и не называл — никому в голову не могло прийти, что такое полезное дело задолбанец затеял ради тренировок и для развлечений.

Всяк знал — князь поручил боярину удалому охранять земли от воров и прочих злоумышленников подобно былинным богатырям прошлого. Мол, Микула Остроглаз их высматривал, а Денис Задолбанец наезжал конём богатырским и рубил в капусту волшебным мечом, который никогда не тупится. Еще одна такая прогулка в самом деле закончилась стычкой, вполне подпадающей под понятие «рубилово». Уже потом оказалось, что на Дениса непонятно за что затаил злобу брат одного из пойманных злодеев.

Затаил, но долго с этой тайной просидеть в лесу не смог — побежал изливать обиду боярину. А его особо и искать не нужно, все ж знают, по утрам он с объездом вокруг города катается, супостатов ищет. А вот вам супостат, вот вам стрела настоящая с калёным жалом, пущенная из лука умелым охотником. Не сказать, что было больно, когда она тюкнула в грудь, прикрытую бахтерцем, было неожиданно. И первая мысль: «Ага! Не зря снова в доспехе езжу!» А вторая была озвучена вслух и относилась к Микуле: «Видел, откуда стреляют⁈ Рукой покажь!»

Вместо того, чтоб показывать рукой, Микула лупанул «трассирующей» пулей по засидке татя-душегуба со своего арбалета. След от пули задолбанец не увидел, зато уловил направление и шум от попадания пули. Ухо засекло шмяк и стон в кустах, а потом и движение среди голых веток. Тактика малых групп подразумевает, что танк лезет дуром на врага, пока лукарь гасит с дистанции, а хилер отлечивает союзника, принимающего дамаг.

Не сразу Денис допёр, что хилера в их пати нет, зелий лечения — тоже. Блин, даже щита нет, нечем отбрасывать противника! И вообще, у него тут не схватка с монстром в стиле РПГшки, а суровая жизнь, физические законы, анатомия с биологией и всего одна жизнь, которую можно тупо потерять. Вместо очков урона он будет терять здоровье, а болевые ощущения в этой не игре самые что ни на есть реальные. Так что будут его ковырять в этих кустах до кровянки, раз он такой идиот. И это при удачном раскладе, а при неудачном — до смерти.

Не расковыряли — силёнок против всего из себя такого бравого сильного и одоспешенного не хватило. Один разбойник сразу словил ваншот от Микулы, еще одного дедок подранил чуть позже, когда тать начал бить в бок попаданца копьём. А третьего и четвертого соперников забил сам Денис, но не до смерти, хотя с перепугу бил острой кромкой, а не плашмя. Просто меховые тулупы чуть не из медвежьей шкуры не слишком хорошо прорубаются, когда кусты и ветви деревьев тебе не дают по-молодецки размахнуться мечом. В том числе жив остался и вдохновитель нападения — охотник по прозвищу Козелок, хоть и пострадал изрядно.

И снова боярин со слугой возвращались не «пустыми», снова сдавали «улов» тиуну. Только в этот раз статья ворам светила жёсткая: не банальный грабёж оротаев-пахарей, а покушение на жизнь боярина и одновременно князева посла. Вира, положенная за такое преступление, была столь высока, что никаких перспектив выплатить или отработать эти несколько килограммов серебра у пойманных не вырисовывалось. Ради такого дела суд вершил сам Болеслав, стоя на ступенях своего терема.

И суд вершился скорый, и исполнение приговора не задержалось. Следующим утром, выезжая на прогулку, Денис увидел зримое воплощение правила «Пока ты спишь, враг качается». Враги качались на виселице, отдавая последний гражданский долг жителям Дубков-на-Дону в качестве наглядного пособия. А и то, лишние сутки-двое кормить приговорённых — урон для хозяйства. Не покормить тех, кому и так смерть вот-вот придёт, это лишняя жестокость, такого чернь не оценит. Пытка голодом сурова и не зрелищна, эдак только сочувствие к казнимым вызовешь в народе.

Это было несколько дней назад. А сейчас попаданец снова был в седле во главе посольства. Отъехав подалее от обжитых мест, Денис вспомнил чьё-то стихотворение из школьной программы, кажется Пушкина, не всё, а строку «прозрачный лес один синеет». Нет, у Пушкина он кажись чернел. Но главное не цвет, а то, что лиственный голый лес был в самом деле прозрачным. Особенно перелески и языки, выдающиеся в поля, просматривались насквозь. Черная земля дороги с жилками белого льда, коричнево-желтые пустоши, покрытые лёгшей мёртвой травой, серый лес, серое небо — природа не радовала картинкой. Всё буквально намекало, что пора бы уже прикрыть поверхности белым снегом как пушистым одеялом — земля отходила ко сну.

В пути Денис не заморачивался вопросом, чем будут кормиться кони, для того у него есть слуга и помощник из дружинников. Микула доложился, что фураж взят в достаточном количестве, а что намешано в мешках — это лишние детали. Зерновые какие-то, просо, ячмень, овёс в нужной пропорции или как получится. Смешно, но порой и кулеш или, проще говоря, жидкую кашу с мясным приварком готовили прямо из той же смеси. Боярин пробовал, получалось вполне съедобно, только шелухи попадается много.

Правду говорят, что знакомый путь в два раза короче. Не в два раза быстрее доехали, конечно, но примерно в полтора! Уже подъезжая к раздвоенному холму, своей формой ласкающему взор любого нормального мужчины, Денис увидел, что оно того… то есть они стыдливо прикрыты как тканью лифа белоснежным снежком. Мдя, прямо символ непорочности какой-то! С которой, кстати, предстоит бороться не кому-то, а самому товарищу попаданцу. Не в смысле, что придется соблазнить и уестествить одну трёхголовую чешуйчатую девственницу, а выступить сводником. И слава всем богам, существующим и выдуманным, что от него требуются исключительно посреднические функции.

А вот еще вопрос — если Змеюка рептилия, значит она холоднокровная? А ежели холоднокровная, то должна впасть в спячку по причине замедления метаболизма? С другой стороны, огнедышащие драконы вряд ли вынуждены снижать активность из-за такой ерунды, как температура атмосферы. Чего им холод, кашлянут — вот и тепло.

— Твоё Прекрасное Величие, не спишь ли? Здравствуй! — Мысленно обратился Денис к холму.

— Здравствуй? Отчего ты повелеваешь мне быть здоровой, словно я не заинтересована в том сама? — Ответ в голове боярина пробудил знакомые ощущения чужого присутствия где-то рядом. Солидного присутствия чего-то мощного, словно за тысячетонный дизель тепловоза за тонкой перегородкой.

— Да это такая человеческая традиция. Тем, кто нам близок, дорог или приятен желаем побольше здоровья. Практического толку нет, но собеседник понимает, что о нём заботятся хотя бы в мыслях. Традиция под названием вежливость.

— И много у человеков таких бессмысленных традиций?

— Полно. Я тебе рассказывал прошлый раз про честь, теперь вот про вежливость поведал.

— Зачем всё это?

— Шаблоны поведения как рефлексы тела. Сокращают время и расход сил на выбор действий. Ты знаешь про рефлексы? Привычные движения мышц, которыми управляет спинной мозг.

— Удивлена, что ты про них знаешь. Про эти, как ты назвал, рефлексы. Ты вообще необычный человек Денис.

Из-под подножия холма взметнулась кратковременная вьюга и оттуда показалась вся туша драконицы. Если такое неэлегантное слово подходит к телу очаровательной клиентки брачного агентства «Ден энд Болек». Денис сам себя одёрнул, потому что профессионализм уважение к клиенту, каким бы проблемным он не казался. Или был. И вообще, проблемные заказчики вынуждены платить повышенные тарифы на твои услуги. Они не справились сами, от них отказались твои конкуренты, самое время показать, кто в твоей нише альфа-поставщик услуг.

Всё это Денис думал внутрь себя, сам удивляясь себе, он уже научился разделять потоки сознания и направлять одни мысли наружу, а другие оставлять в голове под черепной коробкой. Это как рубиться на компе в игру и параллельно консультировать шефа по рабочим вопросам.

— Что ты там бубнишь? Я не слышу твои мысли.

— Потому что они не для тебя. Сам с собой думаю. А про функцию спинного мозга знаю и общее понимание физиологии организмов имею, потому что я не из этого мира. Я тебе говорил. Там люди гораздо больше знают о мире. Вот только про магию знания исключительно теоретические.

— Как это?

— Людям волшба в моём мире не даётся. А тех, кто мог кудесничать или подозревался в этом, тех извели.

— Да как так может быть-то! И ведь не врёшь, что удивительно. — Змеюка не понимала, как можно отказаться от такого инструмента. — Вы ж люди обычно заодно друг с дружкой.

— Ну да, так и вышло. Те, которые без магии, были заодно промеж собой и против волшебников. А против коллектива один маг ничего не может. Сегодня раскатал толпу, а завтра помер от удара в спину. Или во сне удавят, или отравят. Так всех колдунов и извели.

— Ха, потому ты из того мира и сбежал, что сам волшбой балуешься.

— Кто, я балуюсь? Я не. Я так, слегка и только тут. Раз тут можно.

К этому времени драконица уже уселась на свой любимый холм, вернее на одну из его верхушек. Теперь Денис мог её не только «слышать», но и видеть. И не только он, попривыкшие дружинники тоже расположились ввиду холма, хоть и подалее от своего начальника. Их немного потряхивало от собственной борзости, это ж кому расскажут, что стояли перед Змеюкой огнедышащей и не боялись — не поверят. То есть, поверят, но зауважают еще сильнее. Не всякому такое в жизни выпадает — увидеть вблизи и не умереть.

А они ж еще прошлый раз видели, как это чудище летает, тоже потом в городе разговоров было много. Воевода по возвращению из похода предлагал князю запретить болтать про случившееся под страхом смерти, но тот только махнул рукой, мол всё равно не утерпят. Что смерть в сравнении с такой похвальбой! А на миру и смерть красна. Денис с князем был согласен — ни в жизнь дружинники б не стерпели про такое приключение растрезвонить всему городу. Тем смешнее было письмо от Кощея, где он в завуалированной форме шантажировал Болеслава этой «Тайной». А еще то письмецо оставляло оттенок недоговоренности. Словно Кощей так и не выяснил, срослось у того боевого мага, как его, Бронислава, заполучить новый уровень, или ему сбили «прокачку» на боссе подземелья.

— Ладно, переходи уже к делу. С чем в этот раз пожаловал? — Прервала мысли «про себя» Змея.

— Князь передаёт через меня, что принимает мой долг, буде я не смогу его отдать. Если таковой долг образуется после передачи мне тобою снесённого яйца. – Денис официальным «тоном» подумал заранее согласованную с князем формулировку.

— Властителю твоему только скорлупа нужна от яйца? А то я смотрю, ты ею весь облепился как волчонок листьями.

— Нет, ему потребно само яйцо, он из него для своей самки магический напиток готовить будет. Для усиления Дара к волшбе. — Денис помнил, что с драконами надо вести дела честно. — Хотя да, ваша скорлупа тоже весьма интересный материал.

— Это точно! Выползки свою скорлупу всю склёвывают, им она сильно в пользу. У меня в логове её много, будет чем дитё усилить. Когда будет.

В мыслях драконицы пронеслось сожаление и надежда на несбыточное. Вот ведь дела какие творятся: по небу летают драконы и верят в чудо. Денису стало искренне жалко собеседницу, хотелось сказать что-то такое тёплое, утешить… Но нужные слова и так были сказаны, чего зря мысли гонять.

— Я тебя услышала, Денис. Спасибо, что вправду хочешь помочь. Мы такое чувствуем.

— Да, так и есть. Уважаемая, раз мы все так сильно хотим успеха этому делу, может быть, ты сможешь объяснить, где и кого быстрее и сподручнее отыскать из твоих сродственников по расе? Чтоб попусту земли не месили.

— Так-то не было бы ничего проще. Но… А впрочем, я тебе покажу, а там посмотрим, удержишь ли в голове знание, не расплескаешь, будет легче и тебе и твоим человекам.

Денис внезапно почувствовал головокружение. Картинка в его глазах категорически перестала соответствовать ощущениям тела, и он шлёпнулся на задницу: «Ох ты ж мама моя!» Сейчас он сидел, закрыв глаза и держась за какой-то куст, чтоб не улететь. Но помогало слабо, потому что он именно что летел! Летел недостаточно высоко и небыстро ниже уровня облаков, словно на легкомоторном самолёте.

А потом понял, что его тельце не летит, ему просто показывают виртуальную картинку. Раз показывают, значит не зря, а с какой-то целью, надо запоминать. И он принялся внимательно отсматривать ролик из жизни драконов, запоминая локации мест, над которыми «летел». Кстати, начался маршрут как раз от раздвоенного холма, так что получалось привязаться к местности. С топографией Денис был худо-бедно знаком, карты читать умел, в том числе немного ориентировался в спутниковых снимках местности. В прошлой жизни даже было интересно сравнивать вид со спутника на знакомые места. Вершиной угадывания был надувной бассейн во дворе тёщиной усадьбы, который блестел в космос подобно удивительному брильянту на фото со вражеского ресурса на букву «Г».

— Живой да в трезвом уме! Да еще и удивляешься не сильно! Человек, признавайся: ты уже летал?

— Живой… То есть, мог умереть? Добрая ты, Змеюка. А про полёты, да, в оставленном мире летал много раз. И гораздо выше, чем летают Змеи. — Денис открыл глаза, вроде голова уже не кружилась.

— Да не может быть такого!

— Мысли не врут. А в доказательство могу сказать, что наверху очень-очень холодно, а самые широкие реки смотрятся как тоненькие ручейки.

— Всё верно, Денис. А говорил, что в твоём прошлом мире магия под запретом.

— Обычная — да. Там в почёте магия техники. Когда огонь, железо, воду, горючий камень и молнию запирают в одном артефакте и заставляют работать на людей.

— Это же опасно! Чуть ошибся с формулой, и всё! Смерть всем.

— Опасно, гибнут сотнями и тысячами. На смену им приходят другие и продолжают развивать техно-магию. Это называется прогресс.

— Да уж, вас людей не остановить. Плодитесь как мыши и всюду лезете. Неразумный вы вид.

— Скорее, неуёмный. Я не знаю, сколько лет обычно живёте вы, но мы люди как не берегись, всё равно через шестьдесят лет уже дряхлые да старые, а через сто лет после рождения помираем при любом раскладе. — Денис вспомнил тутошние реалии и уточнил. — Если не владеем магией жизни или смерти.

— И что?

— И чего тогда её жалеть, такую короткую жизнь! Успеть увидеть хочется побольше, значит бегать нужно быстрее и головой вертеть на бегу.

— Точно, так вы себя и ведёте. Об жизнь убиваетесь с разбегу.

Попаданец подумал, что только что он с этой драконицей сформировали целое философское направление. Будет жалко, если он ни с кем не поделится такими мудрыми размышлениями. С другой стороны, оценить такие глубины способны только умствующие бездельники, учёные всякие. В Дубках-на-Дону он учёных не встречал. Грамотные попадаются, ушлые да бывалые тоже через одного, а вот теоретиков нет, видимо, не выживают они в суровом климате.

— Спасибо, так будет легче ориентироваться, теперь представляю, где первого кандидата в женихи искать. Но ты тоже… — Денис искал правильные слова для мыслей.

— Что я тоже?

— Ежели отыщется будущий отец для твоего змеёныша, не крути головами в смысле «Чего поупитаннее да посолиднее не нашли?»

— Человек, не путай меня с человеческими самками! У меня три головы, в каждой мозг!

Денис чуть не подумал, что женщины всех рас не всегда пользуются головами, но успел заткнуться. У дамочек еще и с юмором не очень порой.