А ночью после той успешной полицейской операции пришла Дана. Время было выбрано с иезуитской точностью: именно в этот день местный представитель мебельной компании собрал и представил заказчику новую двухспальную кровать по индивидуальному эскизу. То есть, собрал он её еще вчера, а сегодня пришёл, попинал с видом опытного тестировщика и выдал вердикт: клей схватился, теперь можно почивать на новом ложе.

На самом деле, все и так это чувствовали без его пинков по мебели. Вчера воняло так, что хоть не живи, а сегодня слегка попахивает. Костяной клей, он такой, чем больше вони, тем крепче потом держит. Та самая служанка, которая в принципе отвечает только за швейное производство по собственной инициативе вчера ходила с веником по опочивальне, замотав нос куском тряпки. Сразу как тесля, то бишь столяр, убрался со своим инструментом и образками деревяшек. Оказывается, вон чего, не только для боярина старалась, планы у неё были.

Самое смешное, что деревяшки у него на выходе отобрал старший слуга, мол за материалы плачено, нехрен сор и чужое добро выносить из дома. Стружки, щепочки хороши на растопку, а обрезки побольше — тем более в печь пойдут. И нечего смотреть, теслярь, как на крохобора, пускай дом богатый, он аж о двух печах, так что дров нужно много!

Ах да, Дана пришла ночью по классике, то есть с распущенными волосами и в одной рубахе на голое тело. Впрочем, она и днём обходилась без всяких чулок, трусов и прочих эротических аксессуаров. Если она думала, что это будет достаточным, то есть господин тут же овладеет ею, то обломилась. Осторожный задолбанец целое интервью устроил, пытаясь докопаться до мотивов несчастной женщины. А какой там мотив, просто человек решил поплотнее прислониться к богатому сильному удачливому боярину.

Хоть и с придурью человек, а всё одно душевный. Можно и потерпеть самодурство заморское, то руки мыть заставляет, то в горшок сходить не велит. Слугам не велит, то ладно, так и сам по нужде всегда только на улицу в нужник ходит. Интересно, что он будет делать, когда зима настанет. Один раз зад заморозит, небось раза хватит чтоб понять — ничего страшного нет, коли в доме ссаниной немного пахнет. Вонь не холод, от неё не помирают.

Когда Денис выяснил у самодеятельной одалиски всё, что хотел, то оказалось, что настроение ублажать хозяина у Даны пропало.

— Что сказала, меня ублажать смелость пропала? Так ты вон чего припёрлась!

— Что не так, господин? Хотела тебя порадовать естеством своим. Чай, ты муж справный, в ласке женской нуждаешься. Ведь нуждаешься?

— Хм, я-то нуждаюсь. А ты?

— Что я?

— Спрашиваю, ты сама в мужской ласке испытываешь потребность? А то коли тебе скоромного не хочется, то иди. Ишь ты, гуманитарная помощь подвалила! — Упрекнул боярин в непонятном.

Короче, чуть не выгнал деспот и тиран молодую вдову со своего просторного ложа, точно брезговал, ирод. А потом боярин склонил её к окончательному непотребству: заставил признаваться, что ей самой хочется мужской ласки. Стыдно было, просто не передать! Но женщина понимала, что обратного пути нет. Как её мать говорила раньше, коли заголила девка икры перед парнем, так всё — показывай теперь весь зад до лопаток.

Мать говорила это не в прямом смысле, а как народную мудрость, но этой ночью Дана исполнила совет буквально. Кто ж знал, что иноземный боярин таким охальником окажется. Вместо того, чтоб задрать подол, он вовсе с неё исподнюю рубаху стащил. А потом сам разоблачился, как в бане. И в таком непотребном виде…

Стой, читатель! Договорились же, без подробностей.Интим дело такое, непубличное. Сладилось у Дениса с Даной, и точка на том. Обычно в художественной литературе идёт пассаж на тему того, что утром домочадцы обо всём догадались по довольным (как вариант, одухотворённым) лицам новооскоромившихся. Но то может быть в замке или графском особняке немеренных размеров, где заблудиться можно. Здесь Микула с Бежаной всё поняли еще ночью, акустика в доме не премиальная, но уханье из соседней комнаты не услыхал бы только глухой. Хоть труха с потолка не сыпалась, и то ладно.

Обеспеченный теперь и в плане простых мужских желаний аристократ на конную прогулку выехал несколько позже обычного. Проезжая через ворота, он услыхал за своей спиной неожиданный разговор:

— Гляди, боярин-то опять с объездом отправился!

— Да уж, справно у князя служба налажена. Говорят, он своим ближникам урок установил: по пять татей в день привозить в пытошную. А кто не справит, того самого порют.

— А так с ними и надо!

— С татями?

— Да и с дружинниками тоже. Нешто мы их зазря кормим?

Денис даже хотел обернуться и посмотреть, кто это его кормит. А потом подумал, что на дураков внимание обращать только аппетит себе портить. И никого потчевать плёткой не стал. Он и коня-то ею ни разу не охаживал, побаивался. Это как турбину включать в городском потоке — здорово, но можно в ДТП влететь запросто. С одной стороны, он сейчас вроде как силовик, так что можно и нарушить. А с другой — транспорт личный, шея тоже не казённая. Поломается почём зря, никому не будет нужен.

После полудня у него было запланировано боевое слаживание. На самом деле, он решил не изобретать велосипед, в переносном смысле, понятное дело. Ратмир разрешил ему взять тот десяток, с которым Денис ходил в прошлый поход. Люди проверенные, он их знает, они тоже в теме того, что ждать от пришлого боярина. Десяток даже не стали пополнять до штатной численности: девять рядовых дружинников да Денис со слугой-стрелком было сочтено достаточным количеством, чтоб просто скататься к драконице.

Заодно договорились, что рейду быть через неделю, или чуть ранее. Уже должно схватиться, если не навалится оттепель. Всяк знает, когда не надо, тогда всё и прёт без спросу, а как чего конкретного от погоды требуется, то фиг дождёшься. В этом мире на людей действует то же правило, если только они погодной волшбой не балуются.

Кстати, недавно Денис задумался, какая в мире вообще магия бывает. Спросить не решился, побоялся спалиться на незнании мировых реалий. Потому как может выясниться, что боярин он самозванный и враль, каких поискать — начал общение с местным населением с выдуманной версии. Так что надо её и придерживаться, дабы… Что «дабы», Денис в тот вечер не додумал, у него тогда другая задача нарисовалась. Это когда Дана припёрлась на блуд, а сама раздеваться отказывалась.

Ишь, чего удумала — она ему своё тело типа попользоваться, а он за это на себя какие-то обязательства должен брать! Денис тогда достаточно быстро выстроил отношения на принципах равноправия и обоюдного удовольствия. Мол, в постели они партнёры, а в остальном он господин, она служанка. Получает жалованье и трудится. Чтоб никаких ночных кукушек и преференций. Понятное дело, что таких идеальных отношений не будет, но хоть на шею не сядут. В этом мире бабы носят юбки, взгромоздится такая тебе на шею, враз обзор сузится практически до нуля.

Получение инструкций перед отъездом «посольства» вышло душевное. То есть Денис не стоял перед троном, а сидел за столом вместе с князем, княгиней и воеводой. Стол не пустовал, да и глупо было бы звать за стол с какой-то другой целью. Денис вспомнил многочисленные совещания в той жизни, когда куча народа сидела за таким же длинными столом и обсуждала дела. С одной разницей: на столе перед умниками вместо блюд, кувшинов, кубков, ложек и ножей лежали совершенно бессмысленные блокноты, листки, авторучки и планшеты.

Бессмысленными они показались попаданцу сейчас, а тогда казались важным элементом планирования. Типа, если не записал какой-то момент, то обязательно его упустишь. А тутошний народ не боится что-то забыть: забыл, упустил, напортачил? Ответил шкурой, а то и головой. Князь напоит-накормит в процессе постановки задачи, а на отчёте о выполнении напоит вдругорядь, если не напортачишь, конечно. «Справедливый подход, в какой момент мы пошли не туда и отказались от таких вот продуктивных совещаний?» — задумался Денис.

Во, про посольство! Оказывается, это была не шутка, князь в самом деле наделил задолбанца полномочиями представлять себя на переговорах перед Змеями. Во множественном числе, чтоб по нескольку раза не наделять этими самыми полномочиями.

— А по поводу иной посольской службы, будем посмотреть, — сказал Болемир. — Подтвердишь уговор, узнаешь, когда за яйцом приезжать, вернёшься доложишь. И по поводу обещания моего сосватать Змеюку трёхглавую выспроси её толком. Куда тебе ехать, где икать охотников в женихи.

— Знала бы, небось сама бы уже дёрнулась в этом направлении. — Вслух засомневался Денис.

— Эх, мужи умные да башковитые! — Махнула рукой Марфа. — Ничего вы в женщинах не смыслите! Представь себе, каково это: самой напрашиваться в невесты!

Денис представил, пожал плечами. Потом вспомнил, как к нему ночью приходила Дана и опять ничего не понял, поэтому сказал на всякий случай:

— Да понятно, чего там! Спрошу, где кто из неженатых перспективных кандидатов в половые партнёры. Выступлю свахой Змеюкиной перед чешуйчатыми кавалерами. — Смысл его слов был интуитивно понят, не взирая на чуждые русскому языку слова.

— Так и сделай. А пока на, вот, почитай, что Кощей пишет.

Князь передал Денису рулончик пергаментной бумаги стрёмного коричневатого цвета. Больше всего это было похоже на тряпку, которую вымочили в крови, а потом попытались отстирать. Впрочем, так и было по сути. Попаданец даже не успел сказать, что не разумеет старославянского языка, как пергамент развернулся в его руках, повисну чуть не до пола.

— Голубиная почта?

— Голубиная… что, почта? Что сие слово значит? И где ты видел голубя, который бы такой свиток донёс. С аистом прислал сосед наш, его земли к восходу от моих простираются. — Пояснила Марфа.

— Всё не читай, неинтересно. Начни с того места, где я отчеркнул. — Подсказал князь.

— Ага, сейчас.

И Денис начал всматриваться в текст. Он видел кириллицу в прошлой жизни, а потому был уверен, что нихрена не разберёт. Свиток удивил. Читать было трудно, буквы, как и ожидалось, «радовали» хвостиками, завитушками и хохолками, но это явно был латинский алфавит. Беззвучно шепча губами, Денис Помелов пытался складывать буквы в привычные английские сочетания, а потом допёр — текст состоял из русских слов, написанных латинскими буквами. Как эсэмэска на допотопном мобильнике, у которого не прописана русская клавиатура. «Это чего, у них святые Кирилл с Мефодием ничего не изобрели? Ах да, тут же христианской церкви нет! Да тут по ходу никакой нет» — пронеслось в голове Дениса. А потом до него донёсся шёпот княгини: «А я говорила, что он умеет читать. У них там все читать умеют, кто из благородного сословия».

Да уж, словно мало было Денису самого факта наличия Кощея, возможно Бессмертного в этом мире, пожалте письмецо от него прочесть! Аисты тут, понимаешь, вместо младенцев письма носят. С трудом продираясь через сложное письмо и порой угадывая слова (или не угадывая), Денис прочёл нужный фрагмент послания: «… А еще сообщаю тебе, Болемир, что со Змеем Трёхголовым у тебя вышло не дюже тихо. Слух прошёл, что неизвестные воры напали на некоего мага-огневика по имени Бронислав, когда он возвращался с добытым драконьим яйцом. Мнится мне, что то были твои люди, пришедшие за тем же по моей подсказке. Бронислав сильный маг, ежели он прознал, кто ему сотворил обиду, решится на месть. Твоих людишек, что напали на его отряд, жалко, остаётся надеяться, что они очень быстро погибли, не успев выдать своего господина. Он не я, мёртвых допросить не сумеет…» Тут Денис оторвался от чтения.

— Это вообще как понимать? Что курил ваш Кощей? — Денис увидел непонимание в глазах собеседников и пояснил, — что за бред тут написан? И про какую подсказку он пишет?

— У нас в таких случаях говорят: Кощей слышал звон, да не понял, откуда он. Волшебник, с которым вы воевали, выжил и вольно или невольно пустил слух, что его отряд положил не он сам, а какие-то супостаты. А он якобы тех ворогов сжёг. Вот Кощеюшка и решил, что этот Бронислав с прибытком вернулся, а вы все в тех лесах угольками легли.

— Ага, понял. А этот ваш знакомый Кощей, он некромант и именно он дал наводку… э-э-э, подсказал, где искать нам логово Змеюки, так?

— Зело разумен ты, задолбанец. Так и есть, Кощей повелевает мёртвыми, как Марфа огнём. И именно от него мы узнали, где искать яйцо. Вот только никто не мог предположить, что ваш отряд столкнётся с отрядом другого мага, да еще и такого сильного.

— А случайно ли это произошло? — Денис не то чтобы спросил, скорее вслух подумал. Но его услышали.

— Какая тонкая мысль, — Марфа заёрзала на своем кресле, словно у неё начало подгорать. — А и верно, совпадение ли? Ведь мог в самом деле старый хрыч продать тайну сразу двоим покупателям. Тайна не корова, её за рога тянуть на торжище нет нужды. Пока не простыла весть, торгуй.

— Успокойся, Марфа, это всё слова. Мог или не мог, а ничего мы не предъявим в качестве доказательства Кощею.

— Но недоброе затаим, супруг мой?

— Это вестимо.

— Княже, по письму выходит, что Кощей не знает подробностей замятни промеж нами и магом-огневиком. Так выходит?

— Если не пытается сызнова нас обмануть, то так. И что ты хочешь сказать, Денис?

— А я не понимаю, с какой целью он это всё вам написал. Сильно переживает за ваше спокойствие? Или всё наоборот, не хочет ли он с вас еще стрясти золота за молчание о принадлежности отряда?

— Пока напрямую ничего не просил. Но может, натура у него весьма паскудная, верно. Жар загрести чужими руками, а того лучше золото — это он любит.

Денис бы решил, что всё это очень интересно, что градус интриги подогрел его внимание к ситуации, но нифига подобного. Он, а никто другой оказался втянут во всё это дурно пахнущее непотребство. Сказать, что он на такое не подписывался? А фигушки, подписался. Когда согласился служить, когда принял в качестве не то оплаты, не то награды дом в центре города, когда назвался благородным Денисом из Задолбании, баронским сыном. Потому он почти промолчал. Только чуточку уточнить решил:

— Мне вы это письмо с какой целью показали? От меня что требуется?

— Да ничего особенного, боярин. Просто служи честно да справно. Собирайся, как было говорено, да езжай к Змеюке своей. Заем письмо дал прочесть? Чтоб был ты осторожен. Знаешь, какое чудище самое страшное?

— Знаю, князь. Страшнее человека зверя нет. — Эта истина сквозила в большинстве прочитанных им книг. Да и свой опыт подсказывал, что именно люди самые злобные, коварные и изобретательные в части истребления людей существа.

— Ступай, тогда. Пускай Ратмир тебе поможет со сборами, всё необходимое для посольства у тиуна через него стребуй. Сам пока вряд ли справишься с нашим аспидом. Запаслив Авдал и бережлив, порой чересчур. Бережёт моё добро, пуще зеницы ока своего. Даже от меня бережёт. Только Камня да супруги моей боится.

Тиуна Денис уже знал, было время пообщаться, когда сдавал ему пойманных воров. Нормальный дядька вроде показался, власть его не испортила. А что власть немалая, с тем не поспоришь. Вроде простолюдин, а непростой человек, по сути, стоит во главе всего хозяйства, решает вопросы снабжения, планирования, кадров. Да даже мелкие судебные споры на нём. Только те вопросики кому-то мелкие, а для кого-то вопросы жизни и смерти. Авдал формально подотчётен только князю, а по факту — Марфе, которая верхнеуровнево контролирует его.

Ладно, Денис решил попробовать самостоятельно выбить ресурсы: из-за чужого плеча авторитет в княжестве не заработаешь. Не получится, тогда уже пойдёт к воеводе. И да, надо начинать подготовку, чай не на два дня уедут и не вдвоём — фураж, транспорт, питание, запчасти для сбруи — всё нужно собрать, проверить, распределить. А потом не пролюбить на этапе сборов. В походе уже легче, в походе каждый отвечает за выданное имущество, а пока не отправились, оно как бы в подвешенном состоянии. Именно тогда всё и теряется, когда непонятно, это уже на командире отряда или еще на интенданте. Один типа уже выдал, а второй якобы еще не получил. Даже интересно, так только на Руси бывает или повсеместно?