Опыт покупки готового платья был, так что теперь Денис тщательнее высматривал следы замытой крови и аккуратно залатанные прорехи от клинков. С другой стороны, какие времена, такие и обновки. После похода Денис по части приодеться был чуть не голяком: охабень сгорел напрочь, поддоспешник, в котором он возвращался домой за цивильное плате не считается, придётся снова идти в том, в чем провалился в этот мир. А на следующий день? А если выпачкает в грязи единственное полукафтанье? В вымазать легко — проскакал кто по грязи мимо, вот уже и закидали комками. То ли ототрётся, то ли нет.

В этот раз на базаре было заметно многолюднее. Денис не стал спрашивать, с чем это может быть связано, сам догадался. По его версии всё дело в окончании всяких полевых работ. Природа ждала снега, народ выдохнул и начал вспоминать о своих потребностях. Вот и потянулись на торжище окрестные селяне, а за ними всякие персонажи типа купцов, лотошников, коробейников, скоморохов, воров…

Когда один такой ушлый отвалился от мошны Дениса, поражённый молнией, попаданцу едва хватило выдержки самому не подскочить на месте. Это чего, в самом деле инвентарь как в игре защищён от выпадения и кражи? Круто же! Немой вопрос легко читался и в глазах Микулы, мол, чего за дела?

— Молоньей владеешь, боярин?

— То не волшба, Микула, а так. Умение, как ты выражаешься.

— Ближний бой?

— Просто защита от татей. — Денис не был уверен, что он правильно ввернул это слово, но недоумения у слуги не вызвал. Значит, всё верно сказал. — У вас не принято руки рубить ворам?

— Чай мы не персиянцы кровожадные. Плетей воришкам отсыпают для науки, ди из веси или города прогоняют. Этого бы тоже неплохо стащить на площадь, но ему небось и так немало отсыпал ты своим умением. Повалился как куль. — Пояснил слуга.

Да уж, что бы Денис делал, если бы не назвался заморским сыном баронским! Ведь плавает во всех областях местной жизни. Хорошо ли, плохо ли, но кое-как получилось приодеться и решить проблему представительских костюмов на ближайшее время. А вечером Микула привёл какую-то разбитную девку, иначе не скажешь. Оказалось, что Дана вдовая жёнка некоего неудачливого охотника. По её словам, шитью обучена, горбатиться на будущего господина готовая, многого не просит, кров-еду ей обеспечь, копеечку подкинь, а во оденется она сама, с иголочки. То есть, из обрезков и отходов соорудит себе одежду на все случаи жизни.

— Проверять меня будешь, боярин? — Спросила она, смело глядя в глаза Денису.

— Конечно, буду, не кота в мешке беру, служанку в дом нанимаю.

— Добро. Только пусть твой Микул выйдет.

— А ты что, стеснительная такая? — Не понял каприз боярин. В одном доме жить будете, придётся работу справлять прилюдно.

— Охальник ты, боярин! Видишь, что заступиться некому, вот и глумишься. Да бес с тобой, я могу хоть сейчас изголиться, стыд на тебе.

— Чего⁈ Ты вообще, про что девка глупая речь ведёшь⁈

— Я тебе не девка! Мужняя жена. Была. — Дана решительно схватилась за шнурок, явно собираясь сбросить свою заношенную многослойную юбку.

— Понёву не трожь, дура! — Денис даже не понял, откуда он знает, что эта конструкция называется понёвой. — Я твоё умение шить проверить хочу, а не то, какова ты изнутри. Мне швея потребна, а не грелка ночная. Кхе-кхе.

Насчёт отсутствия потребности в ночной грелке было смело и не совсем по делу. Но и харрасментом заниматься попаданец считал неправильным. Что за удовольствие быть с женщиной не потому, что она запала на тебя всего из себя замечательного, а по обязанности или из страха? Даже из уважения… Насчет последнего варианта, впрочем, он еще толком не думал. Если его нынешнее положение само по себе повышает привлекательность процентов эдак на двести, то это как считать? Может, можно зачесть как его личную привлекательность? Гуляя по базару, Денис не раз ловил на себе заинтересованные взгляды девок разных сословий.

— Прости, господине, не поняла я, — шмыгнула носом покрасневшая Дана, — как ты проверять станешь моё шитьё, коли не хочешь мной шитое осмотреть?

«Блин! Дурь на дури! Она чего, собиралась мне свою юбку показать на предмет качества швов?» — Денис чуть не саданул себя по лбу. Теперь всё вставало на свои места. Получается, девка просила Микула выйти, потому как в одной рубахе остаться при всех стеснялась. Не девка, молодуха, то есть вдова.А он-то чего себе напридумывал! Срамные картинки продолжали лезть в голову.

— Мне без надобности смотреть, как ты бабьи тряпки шьёшь. Возьми у Микулы холст, потребное, свечу да сшей к завтрему на меня исподнюю рубаху с портами. Я проверю. Поняла ли?

— Прости, господине! Дура я.

— То-то, что дура. Остроглаз, выдай всё Дане да накорми её как следует прежде, чем за труд сядет. А ежели порадует она меня искусством своим, сразу думай, где жить будет. Зима близко.

Сказал про зиму и прямо ощутил себя Старком, таким же харизматичным вождём, как персонаж сериала про драконов. Вот только хотелось верить, что он умнее и не закончит жизнь на плахе. Смотреть надо в оба глаза, чай не в сказку попал. Кругом суровое магическое позднее средневековье. Что оно позднее, было видно по темени за окошком.

Сказать честно, Денис уже принял решение насчет новой служанки, что-то в ней было такое… Но включать заднюю боярину невместно, так что пускай старается. Всё одно, шить умеют в этом кусочке Бытия все бабы, если не неумеха и не тупая, то подучится и отшлифует мастерство в процессе. Это как с работниками широкого профиля, поставь человека на одну операцию, он станет в ней профессионалом, если мозги есть. А без головы никакие «корочки» не помогут.

Дана всего этого не знала, она старалась всю ночь, так что сработала задание почти под утро. И то могла возиться дольше, но свеча догорела. Зато утром Денис держал в руках обновку. И это был не тот простецкий вариант исподнего, в котором щеголяли дружинники или Микула, тут всё было прямо по-господски. Обычная холстина, но уже не простой прямой крой, а в сборку к верхней детали, так, что подол рубахи расширялся книзу. А плечи украшала вышивка до самого горла. И вроде нитки коричневые самого незатейливого растительного крашения, а любо-дорого. С такой исподней рубахой можно и ворот верхней не застёгивать наглухо, пускай будет как бы невзначай видно, что у боярина вся одёжа расшитая. Понты не понты, но встречают по одёжке.

Денис повертел в руках обнову, скинул прямо при дворне ту рубаху, которая была на нём и примерил новую. «Принята-нанята!» — бросил он, улыбнувшись. По-хорошему, надо было и порты примерить, но светить причиндалами вот так обыденно, а не в бане он не был готов. Да и чего тут мерить, по ширине плюс-плюс, лишнее утянется шнурком, по длине приложил к ногам — нормально.

Движением руки, лучше даже сказать, мановением длани, он отослал челядь заниматься своими делами, а сам подумал и вздохнул. Хорошо, что у него теперь дворни как у нормального боярина, хорошо, да не очень. Расходов больше, надо повышать доходы, чтоб соответствовали расходам и статусу. А лучше, чтоб было заметно выше. Но так ведь не бывает, не бывает у нормального человека, чтоб доходы росли, а расходы на одном месте топтались, такой скупец станет противен своим партнерам по бизнесу, а тогда и доходы рухнут. Заработанное обязательно надо тратить, если оно не пущено в оборот, не вложено в недвижимость.

Завтракал боярин вместе с челядинами своими, видал такой уклад в нескольких фильмах, в одном эпизоде барон допускал до своей трапезы ближников, в другой картине малоземельный помещик со всей немногочисленной дворней вечерял за одним весьма скудным столом. Ну а чего, нормальный расклад, решил он и завёл тот же порядок. Вот как будет у него свой терем да дворни дюжина, тогда и столоваться будет с ограниченным кругом.

Заодно совещание провёл по планам на день, проверил расстановку кадров, нарезал дополнительных задач. В первую очередь, Дане, которая должна в кратчайшие сроки обшить боярина, а для того прямо с утра ей путь-дорога на торг. С Микулой, понятное дело. Большую сумму бабе никто не доверит к расходованию, даже купец не согласится продать дорогой товар. А ну как придёт муж или кто из семьи, оспорит сделку с недееспособным членом общества? Да и просто ходить с деньгами женщине опасно, неровён час, отберут мошну или товар.

Слуга князя пришёл среди дня, когда Денис на своём дворе упражнялся с оружием, пришёл и сказал, что князь ожидает боярина завтра к полудню. А Денис уже давно был готов, он бы и сам пошёл уже, если бы не боязнь накосячить по незнанию обычаев и этикета. Он справедливо считал, что «разбор полётов» правильнее производить сразу по приземлению, а не через три дня. За это время что-то важное может забыться, а то и хуже — может случится какая-нибудь хрень, про которую не доложили как раз из-за неспешности тутошнего бытия.

К полудню приходить, это когда? Как определить время точно, если осень, хмарь и всё недо скрыто пеленой туч? Светает поздно, солнце не то что не видно, начинаешь сомневаться в его существовании как астрономического объекта. Есть вариант: воспользоваться подсказкой голосового помощника.

— Микула! Напомни мне, что завтра в полдень надо быть у князя! А то с вашим солнцем боюсь время перепутать.

— Боярин, что не так с нашим солнцем? Аль у вас за морем оно какое-то иное?

— Истинно так! Там его видно каждый день! Понимаешь, Микула, солнце днём видно на небе.

— Ах это. — Слуга вздохнул. — Ну да, осенью его порой неделями не найдёшь на небосводе.

— А со снегом у вас тут как?

— Со снегом всё здорово! Снега всем хватает. — Обрадовался старик тому, что есть чем похвастаться. — Бывает, столько навалит, что из дому не выйдешь! Красота!

Ну да, подумал Денис, к зиме ж еще надо готовиться. Не только запасы обеспечивать, надо и одежду тёплую готовить. А об этом он не подумал, да и не видел большого разнообразия меховых изделий на торгу. Тоже, небось, всяк для себя бьёт и скорняжит-пошивает. Но время пока было, по утрам пока даже ледок на лужах не хрустел, инея на листьях тоже не имелось.

Как понять, не опоздал ли ты к начальству без часов на руке или на стене? Да всё просто: начальство в добром настроении — значит, вовремя ты припёрся. А ежели хмурится и по любой ерунде собачится — тогда или рано, или поздно. Короче, не в то время пересёкся с шефом. И тут уже неважно, на какой час тебе было назначено. Судя по лицу князя, Денис явился в правильный час.

Пронька, принявший его в просторном помещении, предваряющем «тронный» зал, кивнул головой, мол, ждали, велено пущать сразу, и побежал вперёд оглашать: «Боярин Денис по твоему призыву, князь!» Во как, отметил для себя попаданец, уже не боярин из Задолбании, а просто боярин Денис. Ну хоть не Дениска. Он уже выучил эти тонкости обращения: суффикс «-ка» в конце имени превращал персонажа в низкоуровнего ничего не решающего статиста, а полное имя намекало на вполне уважительное отношение.

Ещё у человека бывает прозвище, заменяющее здесь фамилию. В его случае это прозвище Задолбанец, уже прилипло. Князей и владетельных бояр могут величать по местности, которой они правят, а шибко уважаемых, но безземельных величают по батюшке. Так что у Дениса в плане карьерного роста впереди маячит «звание» Денис Сергеевич, если он не хапнет себе какую-нибудь землю. Ха-ха три раза.

— Здрав буди, княже! — Молвил (именно молвил, а не сказал) боярин и махнул рукой в отработанном куртуазном европейским поклоне.

— И тебе здравия, боярин! Никак ты не отучишься свои заморские штучки выкаблучивать. А и ладно, всё нескучно с тобой. Люб ты мне, боярин!

Неожиданно Болеслав встал с кресла и прошёл вперёд к Денису. Бить сейчас будет что ли? А нет, обошлось — князь слегка приобнял попаданца, скорее демонстрируя действие. Ага, понял Денис, это он мне честь оказал, получается. И чего делать, благодарить смиренно или по плечу похлопать в ответ? Делать он ничего не стал, просто стоял и ждал развития событий. Судя по всему, это было правильное решение. Потому как князь вернулся в своё кресло, исполнив ритуал и буднично продолжил:

— Ратмир рассказал в подробности про ваш поход. Понятно, что мог, то и обсказал. О чём вы со Змеёй речи вели, того он не знает. Жду с нетерпением, поведай. — А потом не дал раскрыть рта Денису и замахал руками. — Постой! Сейчас Марфу позову, а то обидится княгиня, два дни дуться будет. А пока по твоей защите от грома поговорим.

— От молний. — Тактично поправил Денис. — От грома затычку в уши спасают. Так что, готово железо, что я кузнецу рисовал?

— Готово уже. Сам пойдёшь посмотришь, ладно ли сковали. И ты говорил, ставить надо под твоим присмотром. Сам всем тогда и руководи, я уже велел слушаться тебя. Завтра займёшься. Чего-то еще надобно будет?

— Гвозди да рога коровьи.

— Так и знал, волшбу творить почнёшь.

Денис не решился перечить, волшба так волшба. Прощу согласиться, чем объяснять про проводники и диэлектрики. Рога ему понадобятся при монтаже молниеотвода не как ингры для громоотворотного зелья, а в качестве изоляторов. Чтоб электричество при ударе молнии не сорвалось на стену. Если после его рукожопства в грозу загорится терем, репа с местными упадёт до отрицательных значений.

Эти игроманские словечки типа «репа» вместо «репутация» и «ингры» вместо «ингредиенты» вспыхивали в мозгу как напоминания о той беззаботной жизни, утраченной безвозвратно. Эх, с каким бы удовольствием он сейчас бы послушал, как его пилит супруга. Никакого золота бы не пожалел, двух коней бы отдал за час нотаций от жены.

А потом в зал ворвалась Марфа. Плавные движения, потупленный взгляд, неторопливая походка лебедушки — это всё не про мага-огневика в женском обличье. Избитое выражение «коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт» в этом мире незнакомо, но очень точно отражает характер и настрой жены Болеслава. С поправкой, что сама героиня ту избу и подпалила движением чёрной брови.

Когда супруга уселась на маленькое креслице по левую руку от князя, он дал понять кивком головы, что уже можно начинать дозволенные речи. И боярин начал. Не только о чём беседовал с драконицей, а вообще по порядку. У воеводы свой взгляд на события, у Дениса своё видение ситуации. Какая точка зрения правильнее? Комплексный подход рулит, это и так понятно.

— Чудеса! — Резюмировал князь, когда Денис окончил.

К слову сказать, сесть ему не предложили, ибо доклад сюзерену о выполнении порученного, ритуал, так сказать. Вот же смешные люди, подумал Денис, сами огненной магией владеют, в зверей превращаются, а мыслеречь им чудеса. Воистину, к чему привык, то не чудо.

— Да, боярин, рассказ твой удивителен и невероятен. — Согласилась с мужем Марфа, которая и не подумала спрашивать князя разрешения влезть в разговор. — Со Змеями неслышные речи вести, да на расстоянии… Другому бы не поверила. Каких только за морем чудес не сыщется!

— Так и за морем мой Дар не обыденность. Больше того, признаться, я и сам не ведал, что этой волшбой владею, княгиня.

— А еще что умеешь из волшбы? — Князь прищурился. — Слыхал я, молнии в супротивника пускать способен. Или показалось видакам? Оттого и сам, небось, умеешь небесный огонь укрощать.

— Не, то не магия, простое умение. Когда кто-то на мои вещи покушается, его бьёт несильно, не до смерти, а чтоб думал вдругорядь, как к чужому добру руки протягивать.

— Хорошее умение. Мне бы такое, чтоб пошёл сосед мою деревеньку оттяпать, а ему хренак молнией по всему войску! Несмертельно, а чтоб все к своей границе поотлетали. — Развеселился князь. — Так твоя волшба может?

— Своей деревни у меня отродясь не было, так что не знаю пока.

— Ха! Марфа, ты слышала, какой умник наш Денис! Может, в самом деле ему деревеньку пограничную подкинуть, как считаешь?

— Чтоб он сидел там в глуши и в земле ковырялся да медведей гонял? А кто будет службу служить для тебя?

— Видишь сам, задолбанец, — притворно вздохнул Болеслав, — пока не могу тебя деревней оделить. А что другое могу! Дом тебе нравится, который я тебе дал для проживания?

— Справный дом, княже. Нравится!

— Вот и владей! Дарю на веки вечные! Расскажешь заодно, если кто полезет, бахнет по нему молонья али пустит. И женить тебя надобно.

— Зачем? Посмотреть хочу, как твоя волшба от жены охочих подмигнуть отгонять будет.

— Вот же охальник! Это ты на что намекаешь! Кто мне подмигивал, а⁈ Как подпалю бородёнку твою рыжую, чтоб ты чёрным лисом перекидывался, смолёным! — милые бранятся, только тешатся.