Следующим утром возмужавшая пати Ларуско полным составом спустилась на девятый этаж Подземелья. Не доставало лишь Вив. И те, кто не так давно брезгливо посмеивались над новичками, теперь молчаливо (и даже с завистью) поглядывали вслед сплоченным, проявившим себя не раз, снаряженным первоклассным оружием и доспехами бойцам.

Таня и Юн не участвовали в бою, слишком «мелко» для них, зато имели прекрасную возможность по достоинству оценить слаженность и безупречную командную работу ребят. Четкость приказов их капитана.

– Слушай, а здорово же! – восхитилась Татьяна после того, как пати в оборонительном строю отразила очередную атаку кобольдов.

Мастер, внимательно следивший за каждым шагом бойцов, согласился с выводами проверенной воительницы и старого друга.

– Ага. Давно я не ходил с ними на штурмы. Дел много. Ребята отлично сработались… Ха. А сейчас я узнаю руку Виолы.

– Естественно, – усмехнулась Татьяна. – Если Вив их обучала.

– Нет. Я не о том, – уточнил Юн. – Виола снабдила их информацией: с кем им придется иметь дело тут. Смотри, Тэс, они двигаются так, словно уже бывали на девятой ступени.

Теперь лучница действительно удивилась.

– А они тут еще не были? Странно. Пожалуй, ты прав. Перемещаются так, будто знают, что и где их ожидает.

В то самое время пати вышла к широкой арке, ведущей к просторной каменисто-песчаной россыпи. Слева природную пустошь омывала подземная река. Ближе к центру ступенчатой террасой сгрудились валуны.

Шиджу, в одиночестве игравший роль авангарда, поднял руку. Пати остановилась. Сигнал следопыта предупреждал об опасности.

– К бою! – раздался голос Кантары.

Гарольд и Кайн выдвинулись вперед. Плотная стена щитов перекрыла проход между валунами. Вернулся Шиджу, и вместе с Акиро, парни заняли нестандартное место за щитоносцами. Саса с Миланой тоже сместились, встали в третью линию. Четвертой парой в тылу в готовности замерли Хлоя и Кэтсу. Обе валькирии в демоническом облике вспорхнули над строем и улетели вдаль, туда, где за глухим поворотом притаились враги.

Кобольды. Злобные коварные существа, ростом ниже Миланки, живущие племенами. Многочисленные и неугомонные. Нападают всегда отрядами. Пусть кобольды не выделяются особенной силой, но они очень верткие, очень прыгучие, подвижные…, и они не умеют плавать, поэтому панически боятся воды.

Видимо, Виола подробно проинструктировала ребят, иначе как можно было объяснить смену тактики и то, что происходило сейчас на каменистой россыпи.

До слуха мастера донесся воинственный клекот валькирий. Затем раздались громкие писклявые голоса. Валькирии быстро летели назад к поджидавшим товарищам, увлекая за собой не меньше двух сотен врагов.

– Первая пара: стоять на месте! Стена щитов! – приказала Кантара, когда вернулась в человеческий облик и заняла место на уступе террасы.

С противоположной стороны значительно выше общего построения, на плоском валуне, в боевой стойке с обнаженными хопешами замерла Кику.

– Виола! – удовлетворенно кивнул Юн. – Вот что она делает, когда вечерами собирает ребят во дворе, а по утрам Кана тренирует новую тактику.

Шумная толпа кобольдов выбралась на пологую россыпь. Проход между скал неширок, поэтому всей массой мобы не могли накинуться на бойцов. Как следствие, часть из них отделилась, один за другим пытались забраться на камни и обойти сзади «Стену щитов», но Кана и Кику встречали врага взмахами хопешей и ятаганов. С десяток разрубленных пополам наглецов уже обозначили места гибели кровью и, конечно, магическими кристаллами.

– Ага, – улыбался Юн. – Места мало! Ха-ха. Толпой не запрыгнуть, а по одному-двое, они валькириям не страшны. Без вариантов.

– Третья линия, огонь! – раздалась новая команда Кантары.

Милана и Саса сходу выпустили по несколько стрел в единичных кобольдов, оторвавшихся вперед от остальных.

– Вторая пара – к первой, помочь держать строй! – услышали «боссы» очередной приказ.

Основная толпа кровожадных врагов почти достигла линии обороны Ларуско. Гарольду и Кайну, какими бы крепкими они ни были, вдвоем не удержать плотную массу наступающего противника. Шиджу с Хигаши уперлись им в спину.

Кику и Кана продолжали сбивать одиночек, пытавшихся по камням обойти щитоносцев. Тех, кто умудрялся по спинам и головам товарищей перепрыгивать через щиты, еще в полете с успехом уничтожали Милана и Саса. Лишь маги не двигались.

– Четверка, «Снежок»! – опять звучал уверенный голос Кантары.

Хлоя схватилась за флейту. Мелодия массового дебаффа прозвучала вокруг. Кобольды разом потеряли прыгучесть. Стали, словно бы ватными, вялыми. Но скилл временный, а потому, чтобы мерзким недолюдишкам стало «повеселее», Кэтсу обильно посыпал им на голову снежком. Мороз сразу не убивает, он высасывает жизнь по мере того, как враг замерзает.

– Фу-фу-фу! – прозвучал рог Кантары.

– Хэй!

Издав громкий крик, Гарольд, Кайн и помогавшие им ребята сделали сильный нажим вперед, словно продавливали толпу врага.

– Хэй!.. Хэй!.. Хэй!

Шаг за шагом кобольдов оттесняли от валунов к реке. И тут мастер Юн расхохотался, да так, что звучное эхо понеслось между каменными сводами.

– Ай, молодцы! – объяснял он Татьяне. – Смотри, что придумали! Они же кобольдов замедлили, заморозили, то есть максимально ослабили, а теперь загоняют их в реку! Кобольды не плавают! Хахаха! Виола!

Уже звучал первый визг ужаса. Уже некоторые кобольды задних рядов пытались сбежать от неминуемой участи. Как только им удавалось протиснуться к скалистому выступу, сверху обрушивался снежный ком, ледяной дождь, а «на закусочку» стрелы Сасы и Милки. Толпа мобов таяла на глазах, а когда поредела примерно до половины, прозвучала очередная команды Кантары:

– Индивидуальная атака! В бой!

Стройная пати рассыпалась. Ребята бросились врукопашную добивать обескровленного, лишенного наступательной мощи врага. Пара минут, и все кончено. Показательно и отрадно, тем более что на пути к тайному убежищу босса уровня аналогичная картина повторилась не раз, вот внутри покоев Кобольда Вождя Юна ожидал неприятный сюрприз.

– Охрана? – удивился наставник. – Откуда? До десятого уровня Подземелья у боссов охраны никогда не было.

Ребята невозмутимо пожимали плечами.

– А мы, – с нелепой улыбкой заговорила Милана. – Мы с пятого уровня, в самого первого босса с охраной сражаемся.

– Да ладно! – пуще прежнего удивился Юн. – И не сказали?

– Так мы думали, вы знаете, мастер, – хлопала глазками мелкая.

– Нет. Этого я не знал. Наверное, с обновой ввели.

Если бы мастер чаще бывал с подчиненными в Подземелье, если бы имел возможность лично знакомиться на официальном сайте игры с предстоящими дополнениями обновлений, он бы не выглядел ныне жалким нубом. Если бы!

– Дайте их мне! – попросила Татьяна. – Понимаю, босса мне трогать нельзя, но охрану-то можно.

– Чего это, нельзя? – искренне удивился Юн. – Тебя я тоже сделал членом семьи Ларуско. Еще вчера. Так что давай, разомнись малость на трезвую голову.

Глаза Тэс запылали азартом, девушка нисколечко не смутилась, будто справедливый упрек мастера относился вовсе не к ней. Выхватила стилеты и ринулась в бой.

Сегодня Татьяна сражалась иначе. От вчерашнего хмеля не осталось следа, поэтому отточенные до автоматизма движения восьмиуровневой амазонки, сноровисто, ловко, даже изящно, крошившей врагов, заслужили искренние аплодисменты товарищей. Не прошло и минуты, как о существовании охраны босса напоминали лишь фиолетовые кристаллы на полу, обильно залитом липкой кровью.

Короткого времени до респауна оказалось достаточно для того чтобы четкими слаженными действиями команды покончить с Кобольдом Вождем.

Уставшие, но чрезвычайно довольные, поднимались ребята на лифте. Уже на поверхности прочли знакомое системное объявление о взятии уровня. Счастливые и шумные, принимали заслуженные поздравления от охотников и пати других семей, пестрой многолюдной толпой наполнявших зал ожидания в холле Столетних Врат.

В таверне за вкусным обедом, как и всегда, бурно обсуждали итоги сегодняшнего сражения.

– Рано мы радуемся, – скептически высказалась Милана. – Легкая победа нас расслабляет. Нельзя привыкать. Нужны настоящие поединки. Бои с сильным соперником.

– А на ристалище тебе мало? – удивилась Хлоя. – Давайте тогда сражаться между собой. Я бы, к примеру, не против схлестнуться с мастером.

– Ха-ха-ха! – рассмеялись одновременно Виола и мелкая. – Попа соскучилась по шлепкам!

Хлоя даже не покраснела. Ничуть.

– Может быть, и соскучилась, – сказала она, чем вызвала еще больший смех друзей. – А ты, Милка, попробуй меня отхлестать. Думаешь, сможешь? Уже сомневаюсь.

Колкие слова магессы ущипнули Ушастую за живое. Рыжая вспыхнула.

– Сейчас кушай. Отдыхай и набирайся силенок, – обиженно пробурчала Милана. – После «тихого часа» мы вернемся к этому замечанию. Давай без оружия, только на кулаках.

– Не ссорьтесь по пустякам, – строго прервала перепалку Виола. – В сути Ушастая права. У слабого противника ничему не научишься, поэтому возобновляем тренировки со старшими. Слава богам, я теперь не одна. Мы, с Таней и Шиджу, к вашим услугам, народ. А что касается ваших попок, отныне будем мазать учебные деревяшки сухой известью, а потом поглядим, какого цвета и у кого окажутся задницы. Сами напросились. Теперь не ныть.

Смех смехом, но обеденное время заканчивалось. Под привычный шум охочей до сплетен публики в таверне появилась Илона.

– Мы вместе пойдем? – спросила девушка после того как вежливо поздоровалась и присела за стол. – Или ты с Арвеном?

Мастер услужливо наполнил бокал вышеградским ягодным муссом с кисловатым сиропом и подал его девушке.

– Конечно, я с Арвеном. Не ровен час, случайный глаз заметит нас на подходе с Залу Собраний. К тому же тебе переодеться необходимо, а Мэрия не совсем по пути. Ты все помнишь?

Илона с благодарностью приняла прохладный напиток, идеально освежавший после жары. Отпила несколько глотков и отставила в сторону.

– Помню, любимый. Только руки трясутся, – призналась она. – А ведь собрание еще даже не началось.

Да, мастер сразу заметил, девушка нервничала. Вполне объяснимо, конечно. Впервые Илоне приходилось выступать в роле единовластной правительницы провинции. Это тебе не в пати инструктаж проводить. Это ж дворяне. Заносчивые, самолюбивые и тщеславные.

– Ты вспомни, как поступила на корабле, – посоветовал Юн. – Будь собой. Будь гордой и сходу пресекай разброд. Не позволяй устраивать «новгородское вече». Твое слово для них окончательное. Это ЗАКОН…

Часом позже в гостевом зале Дворянского Собрания мастер Юн в компании Арвена прохаживался туда-сюда и вслушивался в тишину. Да, в тишину, потому что за плотно закрытыми дверями ничего из того, что обсуждалось внутри, не было слышно. Оставалось только гадать.

Несколько раз эльф, слегка на нервах из-за переживаний, выдвигал разные предположения. То же ответно делал и Юн. А время шло. Вот уже три часа заседают бароны. Три часа!!! Но никто пока так и не пригласил глав семьи и топовой гильдии сервера. Оба начинали всерьез беспокоиться. И устали, конечно, впустую ждать.

И вот, когда запас терпения практически исчерпал все лимиты, массивные двери Зала Собраний распахнулись. Административный Распорядитель вышел к гостям.

– Господа, вас обоих ждет Ее Светлость.

Внутри просторного помещения, по форме и интерьеру здорово напоминавшего драматический театр без партера, стояла полная тишина. Пока Арвен и мастер Юн продвигались к центру, куда и сопровождал их Распорядитель, многочисленные пытливые взгляды сверлили их со всех сторон.

Возле красной площадки с невысоким подъемом, предназначенной для ораторов, наконец приглашенных гостей остановили, а впереди, всего в нескольких метрах, на инкрустированном золотом троне величественно восседала Илона. И, надо сказать, выглядела девушка потрясающе.

– Миледи! Господа, члены Дворянского Собрания, – заговорил Распорядитель. – Позвольте представить вам главу топовой гильдии Аркадии «Серебряный Грифон», гильдмастера Арвена. – Арвен низко склонился перед Илоной. – И главу семьи Ларуско, не менее известной в широких кругах обывателей, мастера Юна.

Юн так же поклонился Герцогине Аркадии. Причем сделал это настолько изысканно, что даже у самых высокомерных баронов округлились глаза.

– Господа Дворяне, – обратилась Илона к собравшимся. – Мы долгое время обсуждали ряд важнейших вопросов и предстоящих реформ, выдвинутых Его Светлостью моим супругом, Герцогом Аркадианским, но так и не пришли к согласию. До сих пор я терпеливо слушала ваши доводы и ни одного из них не нахожу достаточно убедительным.

Илона многозначительно замолчала, сделав сознательную паузу. Паузу для мужа и Арвена, ибо этого короткого промежутка времени хватило с лихвой, чтобы понять все, что происходило тут в течение прошедших трех с половиной часов. Упрямые бароны никак не желали внять аргументам, предложенным Герцогом. Высказывали лишь взаимные претензии, жаловались на бесконечные проблемы с гоблинами и все то, что накануне предполагал Юн в разговоре с женой.

– Многие, наверное, задаются вопросом: зачем сюда пригласили этих людей? – продолжала Илона. – Не теряйтесь в догадках, все равно не поймете. Я скажу вам! Их пригласили затем, чтобы два этих лидера стали первыми доказательствами правильности пути, избранного Герцогом и предложенного вам. Пригласили затем, чтобы крикуны и жалобщики услышали своими ушами о состоятельности внесенных в повестку дня предложений. Услышали не от кого-то, а от известных и уважаемых людей всей Аркадии.

После заявления Герцогини по залу пронесся негромкий ропот.

– Мастер Арвен, – обратилась Илона. – Вы недавно приобрели поместье Урочище Белого Зуба, ранее принадлежавшее покойному барону Ито, чью добрую память мы почтили в начале Собрания. Не так ли?

– Да, Ваша Светлость, – с учтивым поклоном ответил эльф.

– А мне упорно твердят, будто бы горожане, особенно гильдии, не заинтересованы в приобретении сельских хозяйств, соответственно, и в помощи их владельцам.

– Ваша Светлость, – Арвен отвечал по заученному сценарию, тщательно проработанному в паре с Юном. – Лишь Ваше присутствие и мое воспитание не позволяет мне прямо ответить тем, кто вводит Вас в заблуждение.

Снова ропот недовольства прокатился по залу, не ропот даже, а откровенный упрек.

– Но этот человек не дворянин. Он не имеет права так говорить. Это же оскорбление, Ваша Светлость.

– Ошибаетесь, – прервала Илона. – Сам мастер Арвен не носит дворянского титула, верно, но его носит вассал мастера Арвена, барон Гром. И в зале присутствует его доверенное лицо, госпожа Лоран.

– Неслыханно! – выкрикнул кто-то из глубины. – Простолюдин не может носить такой титул.

И вот тут настал момент, непредусмотренный Юном в инструктаже Илоны. Но… как же достойно, находчиво, повела себя эта исключительная девушка!

– И кто это утверждает? – спросила она. – Если я не ошиблась, барон Сонма?

– Да, миледи, – встал двадцатипятилетний дворянин довольно высокого роста. – Если мы начнем раздавать титулы…

– А что вас так взволновало, Сонма? – раздался уверенный голос из ближней к кафедре лоджии. Голос принадлежал барону Асино. – Я, например, смотрю на пребывание любого из нас в игре с практической точки зрения. Вот вы, Сонма, имеете титул и звание дворянина. А толку? Что вы сделали яркого, запоминающегося или полезного? Ничего. А, к примеру, семья господина Ларуско, как помнится, не дворяне (эх, знал бы он истину). Зато эта семья постоянно растет и прогрессирует. Она развивается. Набирает силу и повышает рейтинги. Стало быть, в общем соревновании серверов и споре провинций семья Ларуско ценнее вас, Сонма. Как я сказал, они постоянно ищут пути развития, а вы всего лишь мотаетесь из города в город и тратите попусту деньги, полученные в качестве ренты. Или я ошибаюсь? Выходит, что для всех нас в игровом аспекте, вы, фактически – бот!

Громогласное заявление барона Асино очень понравилось мастеру. Зри в корень! Именно так и поступил разумный барон. Но в зале началась натуральная перепалка. Возмущенные голоса сторонников Сонма превратили Собрание в балаган.

Бум! Громкий удар гонга Административного Распорядителя призвал шумных дворян к порядку. В наступившей тишине снова заговорила Илона:

– А по каким признакам вы, господа, тут, в игре, определяете происхождение? Или вы, Сонма, определяете его по тому, кто вы в реальной жизни? – поскольку Сонма молчал, Илона продолжила говорить. – Кто вы там, в биологическом мире? Молчите? Тогда, может быть, вы и меня об этом же спросите?

Ловко! Очень ловко! Юн едва не подпрыгнул от восторга. Зато Арвен спокойно, словно заранее подготовился, шепнул ему на ухо:

– Илона происходит из знатного рода. Не помню какого, но знаю, что очень древнего и влиятельного.

У-у! Подобных сведений не имел и сам Юн. Он имел примерное представление о финансовом состоянии девушки, но не о социальном происхождении, а жену как-то не спрашивал… Ничего себе, кровушка. Но сейчас речь шла о другом. Если бы Сонма решился задать Герцогине вопрос о происхождении, это было бы расценено прямым оскорблением монарха. Все, ему конец. И гвардейские стражники стояли уже наготове. Юн видел это.

– Вы правильно делаете, что молчите, Сонма, – выразительно объявила Илона и поднялась.

Герцогиня с гордым достоинством вышла в центр зала и встала на площадку ораторов поблизости с Арвеном и мастером Юном. При приближении королевы оба лидера отступили на шаг, склонили головы в поклоне вежливости, а Илона бросила гневный взгляд в сторону притихшего Сонма и с нескрываемым вызовом выдала:

– Я дочь Иллиясу Такеда! Разумеется, в онлайн игре я не под своим именем, но я потомок великого клана и прямая наследница властителей Кай. Там, в мире реальности, моему роду поныне принадлежит вся провинция и много чего за ее пределами. Ваш род, Сонма, насколько я помню, два-три века назад имел некоторое влияние на севере, потому что владел крупным островом и рудниками, но в период Сенгоку Дзидай Сонма лишились всего, потому что слишком много захотели. Клан Уесуги уничтожили их. Кстати, а Уесуги уничтожили воины Такеда. Это так, напомнить вам кое-что из истории. Здесь мы историей не занимаемся, но здесь я – ваша королева. И не вам указывать моему мужу, кому он может присваивать титул, а кому нет. Зато вас, Сонма, я могу лишить дворянства прямо сейчас. И головы тоже!

Бабах! Гробовая тишина наступила в помещении.

– Господа бароны. Если вы спросите друг друга, все ли тут из древних родов, удивитесь, потому что далеко не все. И дворянство в этой игре определяется не историческим происхождением. И хватит об этом.

Закончив разнос, королева проследовала к законному месту. Как только вернулась на трон, продолжила речь.

– Задайте себе вопрос, господа. Мастер Арвен приобрел сожженное поместье. А как, кто и почему его сжег? Гарнизон Аркадии мог бы оказать помощь, но Аркадия далеко, зато вы рядом. Так почему же не помогли? Или ваша солидарность проявляется лишь в предрассудках? Я больше не желаю этого слышать. Урочище Белого Зуба уже восстанавливается. Мастер Арвен получил патент на чеканку монеты и готов предъявить его вам. Военные патрули гильдии «Серебряный Грифон» с начала строительства постоянно находятся на дежурстве. И участок Торгового Тракта, проходящий по землям барона Грома, стал безопасен! Там нет нападений, нет грабежей. Крестьяне возвращаются в свои дома. Им помогают отстраиваться заново. И они не бунтуют, потому что для этого нет повода.

Юн подтолкнул локтем Арвена.

– Во как разошлась. Такими темпами нам тут и делать нечего… хи-хи.

А Илона действительно вошла в роль. Все же кровь воинственных предков проявила себя.

– Мастер Юн, – обратилась Герцогиня весьма неожиданно. – Вы тоже считаете, что семьи Аркадии не заинтересованы в помощи земельным баронам?

– Моя повелительница, – склонился Юн. – Я не только так не считаю, я знаю, что это не так.

– Подтверждаю, – с места подал голос Мацуда. – Ваша Светлость, у меня с семьей Ларуско сложились очень выгодные и добрые отношения. Мы поставляем в заведения семьи продовольствие и руду. Взамен получаем сельскохозяйственный инвентарь, оружие и защиту. Недавно на мой обоз напали лесные разбойники. И если бы не кавалерийский патруль Ларуско, я бы лишился товаров, повозок и лошадей. Но главное, погибли бы люди. Кстати, Ваша Светлость, позвольте мне, пользуясь случаем, поблагодарить мастера Юна. Я очень рад заиметь такого партнера.

Юн вежливо поклонился Мацуда и снова молчал.

– Вот вам и примеры, бароны, – подводила итог Илона. – А теперь вы все отправитесь по домам. Я не тороплю вас, господа. Даю вам неделю на размышление. Потом мы соберемся здесь вновь. Я выслушаю вас и объявлю решение сама…

Спустя полчаса мастер, Лоран и Арвен восторженно поздравляли Илону с незабываемым вступлением в должность Правительницы.

– Я мог вообще не ходить, – посмеивался Юн. – Вы так замечательно все разрулили, Такеда-сама, что мое присутствие почти и не требовалось.

– Еще раз так пошутишь, – почти обиделась Илона. – Тресну по голове. Да, я потомок Такеда. Я же тебе говорила, я из уважаемой и богатой семьи. И не делай вид, что для тебя это новость.

– Нет, не новость в целом, – подтвердил Юн. – Просто ты не уточняла, какой именно. Но если тебя это успокоит, мне без разницы. Я люблю тебя такой, какая именно ты, а не история твоего рода. Хотя, о могучих предках твоих я когда-то много читал.

Илона растаяла. Затем долго рассказывала, как надоели ей занудные бароны, достали нытьем и бесконечными словарными перепалками. Арвен лишь посмеялся, упомянув о том, как «весело» было им с Юном мотать километры по начищенному полу зала для ожидания.

За беседой и впечатлениями друзья незаметно вышли на прямую дорогу, идущую между Ратушей и Храмом Вечности. И тут стали очевидцами неприятного происшествия.

Время приближалось к ужину. Многие лавки и мастерские уже закрылись. Торговцы с лотков тоже заканчивали рабочий день и сейчас собирали свой скарб. В тот момент, когда НПС женщина, торговка кожевенными изделиями наклонилась, чтобы поднять корзину с товаром, на нее налетели четверо подвыпивших молодцев-игроков. От столкновения женщина выронила корзину. Изделия, конечно, рассыпались по булыжникам мостовой, и сама хозяйка упала, сильно ушибла колено, еще и кожу содрала на локте левой руки. Проступили первые капельки крови.

– Вот корова! – недовольно выкрикнул один из бойцов. – Что пялишься, чудище! Дорогу уступать надо! Какого лешего задницу выставила?

Приятели воина дружно расхохотались. Стояли, ржали и равнодушно смотрели, как несчастная женщина, в слезах от обиды и боли, ползала на коленях и собирала товар, и, разумеется, не могли видеть, как передернуло мастера Юна. Он отпустил руку Илоны и шагнул в направлении хамов. Арвен удержал его.

– Куда ты собрался?

– Поучить кое-кого вежливости, – ответил мастер.

Лоран, Илона и Арвен остановились метрах в десяти от места события. С интересом наблюдали за Юном, шагавшим прямиком «в лоб», как говорят в таких случаях, распоясавшимся пьяницам уверенной поступью.

Столкновение… и один из веселой четверки, именно тот, кто тремя минутами раньше сбил женщину, отлетел в сторону и разбил при падении нос.

– Вот бычара! – услышали друзья слова Юна. – Что пялишься, чудище? Дорогу уступать надо, какого лешего столбом встал?

Как регулярно случается в такие моменты, вокруг с удивительной быстротой собирается толпа сторонних зевак. И нет, чтобы помочь пострадавшей, из праздного любопытства играют роль деградировавших ротозеев. Так и сейчас, когда четверка игроков, пусть и не запланировано, стала причиной несчастия НПС, но женщины, очевидцы не спешили вмешиваться.

– Падла! Что ты сказал? – заорал пострадавший и вскочил на ноги.

Снова получил удар. На сей раз кулаком в челюсть. И снова плюхнулся на камни.

– Это тебе за «падлу», невежа, – ответил Юн.

Теперь наглец узнал мастера, как сразу узнали трое его приятелей. Собственно, потому что они его сразу узнали, они и не вмешивались.

– Мастер Юн? – поднялся боец. – Какого черта? Что за дела?

– Я вот, то же самое хотел спросить у тебя, – уже спокойнее заговорил Юн. – За что? За какие грехи? В чем провинилась перед тобой эта женщина? Почему, вместо того чтобы помочь ей и извиниться, ты оскорбляешь ее и глумишься над ней?

На вытянутом окровавленном лице воина застыло недоумение.

– Да вы что, мастер Юн? Она же непись! Она ж не живая. Программа бездушная.

– Да? – выразительно спросил Юн. – Не живая, ты говоришь. Бездушная программа? Тогда почему же слезы у нее на глазах? Почему она стонет от боли в ноге? Почему кровь течет по руке, если она не живая? Ответь, если ты – живой. И если ты – живой, как можешь ты вообще бить женщину? Если ты мужик, и ты – живой?!

Хмель, видимо, малость повыветрился у бойца. Во всяком случае, он начал соображать.

– Я же ее не бил, – пробурчал он. – Столкнулся случайно.

– Именно потому что я это видел, ты и сам еще на ногах, – уверенно произнес Юн. – А почему же не извинился и не помог? Потому что она – НПС? В одном ты прав. Ее не существует в реальном мире. Она живет только здесь. Но она живет. И у нее есть семья, которую ей надо кормить. И если бы не было НПС, игра никогда не была бы такой, какой она тебе нравится. Подумай об этом, мой тебе дельный совет. Пригодится, увидишь.

Юн помог изумленной торговке подняться на ноги.

– Возьми вот, купи себе новое платье, – сказал он и протянул бедолаге золотую монету.

Несчастная женщина с благодарным поклоном приняла ее, а мастер вернулся к ожидавшим друзьям. На подходе увидел знакомый блеск в глазах прекрасной Илоны. Молчанием и таким же искрящимся блеском в глазах встретила его приближение и Лоран. Арвен же улыбался.

– Да. Каждый раз тебе удается меня удивить, – сказал эльф.

– Надеюсь, не с худшей стороны? – отшутился Юн, встав рядом с супругой.

– А в реальном мире, мне стало действительно интересно, ты такой же? Если «да», то, наверное, очень несладко тебе приходится. Там ведь у тебя нет такой силы и власти, – эльф призадумался и продолжил мысль. – А знаешь, если по правде, мне даже жаль. Я бы с удовольствием поселился в стране, провинции, городе или в маленькой деревушке, если бы в ней был такой управляющий.

Внутренне мастера тронула откровенность приятеля, но внешне он вновь предпочел отшутиться.

– Ага. Мне тоже, жаль.

– Так, как? Ты не ответил, – вторично спросил эльф после того, как умолк смех.

Вопрос прозвучал, нужно было теперь отвечать, и отвечать конкретно. Но как? Тупик. И слава Богам, что Илона знала истинное положение дел. Она и пришла на выручку.

– Арвен, ты мне напомнил меня, – конечно, внимание главы гильдии и подруги сразу переключилось. – Я так же, когда муж подробно рассказал мне о планах по реформированию Аркадии, задала ему вопрос: интересно, каким бы он был правителем в реальном мире. Знаешь, что он ответил? Мертвым. Меня бы давно подстрелили или отравил кто-нибудь. Я сначала обиделась, а потом подумала, ведь он прав. Столько жестокости, несправедливости и лжи вокруг. Вот и вспомнишь слова истинно верующего: «Святость в делах твоих». Да, ты не солнышко, всех не согреешь, а если захочешь, начнешь с себя. Стань лучше, и мир станет лучше. Пусть всего чуточку, но он будет лучше.

Юн улыбнулся, взял жену за руку, и обе пары двинулись дальше...