Несколько дней минуло со дня памятной морской прогулки. Без доли преувеличения роскошная свадьба Илоны и Юна оставила в памяти каждого ее участника целый букет незабываемых впечатлений, что непременно сказалось на отношениях между семьей мастера и гильдейцами его жены. И мало того, на ушко сказать: ныне «грифоны» без колебаний затыкали рты охотникам подшутить над несвойственной дружбой.

Гарольд и Саса, получив из рук кузнеца новое, качественное, к тому же превосходно исполненное снаряжение, отныне ходили в составе команды и каждое утро спускались на покорение Подземелья. Стоит отметить важный момент: пати Ларуско ходила на десятый этаж.

Конечно же, услышав приказ мастера впервые, ребят охватила минутная паника. Во-первых, потому что с ними не ходил Юн. Во-вторых, потому что никто из них ранее не спускался до десятого этажа и, разумеется, новый этаж, полный опасностей и ловушек, им был незнаком. Эту причину легко устранила Виола, отправившись со штурмовой группой в качестве проводника.

И последнее, объективное и крайне важное обстоятельство, с которым нужно считаться – Кайн. Парень пока только второго уровня. Десятый этаж максимально ему допустимый. А дальше?

– А дальше пойдете ниже, – спокойнехонько ответил Юн, когда Мелкая задала ему этот вопрос.

– На одиннадцатый? – разинули рты друзья.

– На одыннадцатый! – забавно передразнил мастер Юн. – Потом на двенадцатый. И так, пока не доберетесь до тридцать первого.

– Нехилая шутка! А если серьезно? – заморгала Милана.

– И кто шутил? Что непонятного сказано? – недовольно нахмурилась Виолетта. – Хлоя, Кантара и Кику присоединятся к вам на тридцатом. Сказать кому, не поверят! Чтобы «Адские Гончие» в штаны наложили? Или что, если не обделались? О подругах вспомнили? Наши девки для несчастных виверн уже сами монстрами стали. Валят пачками. Каждый день видите, сколько денег они с выходов носят. Скучно им. Я приказала девчонкам на ежедневки завтра сходить, потом пару квестов для себя взять, неважно где, у дяденьки мэра или на доске объявлений админов. Для разнообразия чисто.

Милана привычным движением затейливо почесала кончик носа, несмотря на колкие слова Вив, она не обиделась. Прогресс!

– Я не о том. Никто тут не обделался! Как нас Система пропустит? Не по уровню нам.

– Кто сказал? – вмешался Юн. – Можно вам, а пока вы до тридцатого яруса доберетесь, еще поднимитесь. Вот, допустим, Гарольду до четвертого крохи остались. Кайну до третьего меньше четверти уровня. Саса уже четвертого, а с вами и пятый получит. Ты сама скоро четвертого станешь. Три с половиной уже набрала.

В данный момент Милка пила молоко и от удивительного сообщения мастера поперхнулась.

– Три с половиной? Уже? Так быстро? За полтора месяца?

– Вот, кулема! – посмеивалась Вив. – Ты что, на пузе валялась? Ты с кем сражалась? Только на двух фестивалях, когда ты выходила на состязания и побеждала бойцов рангами намного выше тебя, ты столько опыта получала, что нужно было бы месяц из Подземелья не выходить, чтобы столько набрать. Там же пятые и шестые соревновались, а ты их делала. Глупышка.

Наверное, раскаленное аркадианское солнце спустилось пониже, чтобы заглянуть в окна таверны. Именно так сияла Милана. Наивная радость девчонки весьма забавляла ее друзей.

– Ладно. Пусть так, – вставил Акиро. – С мобами разберемся, не маленькие, но боссов нам в одиночку не одолеть. Рановато.

– Вам и не нужно, – равнодушно заявил Юн. – Зачем вам их одолевать? Для перехода на следующий уровень? Вы серьезно? А ничего, что уровни прохождения для вас давно открыты, я же сказал! Открыты аж до тридцать второго.

Лица ребят неестественно вытянулись.

– Да что с вами? Свадьба Кардинала или отсутствие практики настолько ослабили ваш интеллект? – вместо Юна, в который раз говорила Виола. – Семье мастера Ларуско действительно нужно брать уровни штурмом, зато «Адские Гончие» сделали это давно.

Удивление с лиц народа пропало, уступив место разочарованию. Как же сами-то не сообразили? Ведь просто все, элементарно и наяву…

В течение упомянутых нескольких дней сама эльфийка все время отдавала нубам. Тренировала их, натаскивала, учила простейшим приемам боя с оружием и, конечно же, тактике.

Очень помогали младшие офицеры. Масу вообще бесподобен. В ежедневных отчетах мастеру Виола не раз хвалила молодого паренька за его деловые качества. Мальчишка будто бы не в игре. Масу вел себя так, словно от каждого его действия, от каждого отданного распоряжения зависела не только его собственная судьба, но и реальные жизни ребят.

И вот наступило «сегодня».

После завтрака и привычной планерки Виола привела отряд новичков к «Веселой Вдове». В армейском строю молодые парни и девушки стойко переносили жару, игнорировали восклицания удивленных прохожих и вообще производили впечатление живых статуй. Похвально и очень отрадно.

Под пристальным взором строгой наставницы вырос и, конечно, окреп авторитет офицеров. Выросли дисциплина и выдержка. Сейчас Масу, Исико и Миа вошли внутрь таверны, у семейных столов получили четкие инструкции, верительную грамоту, деньги на содержание… и еще кое на что.

Любопытные завсегдатаи то и дело поглядывали на молодежь и гадали: зачем это Юн притащил сюда столько нубов? А когда один за другим, первыми офицеры, а потом и рядовой состав стали уходить по служебному коридору и возвращались оттуда совершенно иными, вопросы любопытных зевак отпали. Наконец, как только последний боец снова занял место в общем строю, к ним вышел сам мастер Юн.

Когда-то супруга дала ему дельный и очень полезный совет. Он им воспользовался. Одно изменил. Илона говорила об экономии средств на амуниции новичков, потому что с раздачи, после прохождения начального курса и определения со специальностью и профой, каждый новый игрок получал бесплатный комплект от Системы. Его, как и сказала Илона, вполне хватало на первом уровне, но Юн не желал, чтобы люди Ларуско выглядели пестрой толпой, набранной за гроши для отвода глаз.

Несколько минут мастер стоял и любовался работой Хигаши… и Милки, как не крути! Именно Милану Юн отправлял делать заказы, подбирать и оплачивать материалы, провизию и лошадей. Старательная, до мелочей дотошная в делах, казначей безупречно выполняла задания.

В одинаковых кольчужных доспехах, усиленных стальными бляхами; шлемах, блестящих на солнце; с мечами, копьями и алебардами, прислоненными к щитам, стояли воины передней линии.

Рядом пристроились мечники. Их грудь, плечи и колени прикрывали помимо кольчуг стальные пластины. Двуручные мечи, секиры и молоты так же покоились возле ног. Дальше лучники. Маги.

Юн любовался. А уж какой восторг он видел на лицах ребят, сложно и передать. Еще и знамя на древке. Почему-то черное. Большое. С красной оторочкой по всему периметру полотнища. В центре выделялся вышитый желтый круг с оскаленной окровавленной пастью разъяренного пса.

Вот теперь прохожие не смеялись. Обходили строй стороной, опасливо озираясь, так, на всякий случай.

– У нас что, война началась? – спросила девушка с эмблемой «Длинных Ножей» на плече клепанной бригантины. Как раз сейчас проходила в сторону рынка с товарищем.

– Мы бы знали, – опроверг тот. – Ларуско опять что-то задумал. У него вечно, не как у нормальных людей.

Вслед удалявшейся парочке отправилась лишь немая усмешка эльфийки.

– Итак! – начала Вив, обращаясь к бойцам. – Вы готовы. Сегодня вы отправляетесь на север провинции, и сейчас я вам скажу то, чего раньше не говорила… Я в вас уверена. Не бойтесь ничего. Никого. Никогда. Если вам нужна будет помощь, верьте – помощь придет. Если случится так, что кто-то ее не дождется, снова поверьте – за вас обязательно отомстят. Трижды. Четырежды отомстят… И еще. Ваши имена у нас есть. Если вы падете в бою, но выполните долг до конца, после создания нового персонажа смело идите сюда. Вы вернетесь к нам и опять станете братьями или сестрами. Вы вернетесь уже «домой»! Если кого-то закинет в другую провинцию, мое имя вам тоже известно. Найдите меня в поисковике. Напишите, кто вы. За вами придут, где бы вы не оказались. Но, если вы струсите, подведете друзей и уроните честь семьи, мы найдем вас под любым обликом, под любым именем. Найдем, чтобы покарать. В этом я вам клянусь!

– Хай! – раздалось дружное короткое восклицание.

Мастер Юн терпеливо дожидался в молчании, пока глава воинской касты семьи делала важное наставление. Затем вышел вперед и отдал приказ.

– А теперь марш за нами. Во время пути по городу не разговаривать. Держать строй. Вы больше не одиночки. Всегда помните об этом.

– Хай! – вторично и дружно прозвучало в ответ.

Под многочисленные любопытные взгляды зевак, в числе коих повстречалось немало тех, кто еще недавно искал себе место в отряде, процессия направилась в сторону Северных Ворот. Не доходя сотни шагов до башенных укреплений строй замер, сместился к просторной нише в стене, где располагалась вместительная конюшня семьи, заботливой рукой владельца оборудованная в лучших традициях элитных конезаводов.

Каждый боец по очереди выводил питомца. Животное и наездник хорошо знали друг друга, потому что в период подготовки Виола, разумеется, проводила занятия и верхом. В тот момент, когда отряд снова выстроился, через открытые днем Северные Ворота Аркадии эффектным аллюром влетела ослепительная всадница на белом златогривом красавце, прикрытом золоченой попоной.

Всадница придержала коня. Покрутилась на месте, поглаживая любимца-рысака по вспотевшей шее. Затем выпрямилась, заметила конное построение и флаги над головами людей. Или еще что-то? А, может, кого-то? Какая разница? Важно то, что незнакомка вновь пришпорила скакуна и направилась прямиком к новобранцам Ларуско.

Светлые узкие штаны, заправленные в высокие сапожки из тонкой кожи, плотно облегают безупречные ноги наездницы. Распашная бежевая рубаха с широкими рукавами стянута в талии расшитым дорогим поясом. Покрытые золотом, диковинной красоты ножны висят на креплениях того пояса. О мече оставалось только гадать, судя по его великолепному эфесу. Длинные густые волосы девушки аккуратно собраны и охвачены золоченой сеточкой. Сверкающая бриллиантами корона на голове.

– Это же Илона. Ух, ты! Сама Илона! – послышался тихий восхищенный девичий голос в рядах. – Я ее видела на ристалище, но не так близко. Вау! Какая же она красавица.

– Я тоже видел, – прошептал кто-то еще. – Видел, как она сражалась. Правду говорят, жутко крутая.

– На лошадку взгляните. Златогривый Мустанг! Их очень мало. Я читал в википедии «Повелителей», эта порода выведена скрещением Зенитарского Аравийца и Золотого Единорога. Прикинь, сколько стоит такой жеребец!

Всадница резко остановила коня, от чего разгоряченный питомец низко присел на круп. С теплой светлой улыбкой Илона кивнула Виоле. Затем, заметив встречное движение мужа, ловко перебросила ногу через шею своего жеребца и соскользнула вниз, в руки мастера Юна.

Новички стояли завороженными, когда знаменитая Илона, кумир всей Аркадии, положила ладони на плечи их лидера и поцеловала его.

– Привет… Приветик, Вив. – Илона обнялась с эльфийкой. – Я вас не отвлекаю?

Мастер снисходительно улыбнулся.

– Вовсе нет. Разве что так, самую малость. Всего-то прервала плановый инструктаж. А вообще ничего. Зато эффектно прервала. Мне даже понравилось, – с юморком, нелепо пожимая плечами, ответил Юн. – Раз, волею случая, застала нас тут, то уж скажи парочку напутственных слов моим ребятам. Перед дальней дорогой им не повредят полезные пожелания.

Илона сморщила носик и улыбнулась.

– Ну, прости. Я соскучилась. Обрадовалась, когда вас увидела. Захотела поздороваться, не удержалась, каюсь, – нисколечко не стесняясь в выборе выражений, заявила Илона. – Да я бы на вас не обратила внимания. Много народа и патрулей собираются возле ворот. Флаги увидела, лишь по ним поняла. Вот и подъехала. В следующий раз буду сдержаннее. Пройду мимо и отвернусь.

– Ха-ха-ха! – звонко рассмеялась Виола. – Так его, Ил! Ишь, хвост задрал!

Мастер проглотил упрек и улыбнулся супруге.

– Я тоже очень рад тебя видеть, ты же знаешь. Все же, я думаю, не стоит путать личное и дела. Ты так не считаешь? В самом деле, почетная гостья, скажите пару слов в напутствие нашим ребятам. Они надолго покидают столицу, и жизнь на севере у них будет не праздничная.

Илона оттаяла. Она и не обижалась, по правде-то говоря. Грациозным движением поправила волосы и взглянула на застывших бойцов.

– Сказать я могу. Однако, уверена, лучше Виолы и моего любимого мужа, никто и ничего вам не сможет сказать. Я же просто хочу пожелать вам удачи. От себя. От души.

Вот это новость! После такого открытия даже выдержанный Масу едва не проглотил язык. Что говорить об остальных?

Мастер напротив, очень спокойно воспринял признание девушки, так как из свадьбы они тайны не делали, как и не трезвонили об этом на каждом углу. Но «своим» можно.

– У тебя еще много дел? – участливо спросила красавица.

– Нет, – ответил Юн. – Осталось одно. Требует присутствия Арвена. Мы с Виолой собирались как раз идти к вам. Только проводим ребят.

– О! Хорошо, – обрадовалась Илона. – Там и встретимся. Пойду Ярика отведу. Набегался. Пусть отдыхает.

Легендарная девушка вновь оседлала коня. Напоследок лишь бросила:

– Удачи вам всем. Надеюсь вы знаете, что означает нести именно этот флаг. Не уроните его!

Она умчалась так же стремительно, как и прискакала сюда. Все еще полные впечатлений, новобранцы теперь успокоились. Кое-кто из них в раздумье задирали головы и поглядывали на флаг.

Ну, флаг. Да, символ чести. Геральдическая принадлежность семьи и предмет гордости. У всех воинских формирований есть флаги. Что в этом особенного? Хм? Но почему-то Илона заострила на нем внимание?

– Все слышали? – спросил Юн. – Командуйте, лейтенант. Жду хороших вестей.

– Хай! – кратко ответил Масу. – По коням. Головной дозор впереди, остальные по трое, шагом вперед!

Стройным рядом кавалеристы Ларуско двинулись к Северным Воротам Аркадии, только Масу не спешил пришпоривать скакуна, подождал, пока подчиненные отъедут на приличное расстояние, и спешился.

– Мастер, простите за любопытство. Могу я спросить?

– Спрашивай, разумеется, – с готовностью ответил Юн.

И Масу спросил.

– Господин, наше знамя. Я понимаю, для меня честью нести его, но…

– Еще какая честь, – не дала договорить Виолетта. – И тебе ее доверили. Тебе я скажу. Остальным пока рано. Позднее, там, на севере, ты сам будешь видеть людей: кто сломается, кто сбежит, не выдержав трудностей, или устанет ждать. Но те, кто останутся… ты сам решишь, пришло время сказать или нет… Ваше знамя – знамя «Адских Гончих», лейтенант. Это знамя никогда не падало, и его никогда не касалась рука врага. Илона это знает, потому что она, хоть и «грифон», жена предводителя «Адских Гончих». Ты сам слышал. Вы – никто иные, как молодое пополнение гильдии «Адские Гончие». Помни об этом всегда, самурай.

Масу молчал. Лицо парня застыло с каменным выражением. Только глаза. Глаза преисполнились такого огромного чувства достоинства, чувства долга, что ни мастер, ни Вив ни на йоту не сомневались – этот мальчишка пять раз умрет, но никогда не предаст.

Опустившись на одно колено, Масу склонил голову.

– Хай! – только и услышали от него предводители.

Глядя вслед пареньку, галопом догонявшему подчиненных, мастер кивнул в его сторону.

– Ты права, Виолка. Как всегда, ты права. Такие ребята и есть наше будущее.

Какое-то время оба молча смотрели, как кавалькада неумолимо удалялась от города. Вот и все. Последние всадники скрылись из вида за зеленым травянистым холмом.

– Сегодня пол дня. Завтра день. Послезавтра к вечеру должны быть на месте, – рассуждал Юн. – Я приказал лошадей беречь, не гнать без необходимости. Двигаться шагом и полноценно отдыхать на привалах.

– Переживаешь? – спросила Виола.

– Конечно, – подтвердил Юн. – Все же наши они теперь, если, конечно, выдержат до конца. Не наскучит, как ты говоришь, и не разбегутся.

Эльфийка согласилась с приятелем, затем потянула его за рукав, подхватила под локоть, и они зашагали в другую сторону площади, туда, где стоял особняк «Серебряного Грифона». Напоследок только сказала:

– Эти не разбегутся. Видел, как на Илонку смотрели? Им нас с тобой хватало с лихвой, тут еще и она. Себя на их месте представь. Только в игру вошел. Наслушался о героях. Эйфория, любопытство, азарт, масса фантазий и предвкушений. И сразу же так повезло. Кто захочет удачу терять…

После полуденной жары в прохладном холле гильдхауса мастер почти по-хозяйски поднялся наверх. «Грифоны», попадавшиеся навстречу, не удивлялись, приветливо здоровались, некоторые вежливо кланялись и уходили по насущным делам. Внешне смотрелось так, будто появление Юна стало обыденным для членов гильдии, люди начали привыкать, потому что мастер уже несколько раз ночевал в покоях жены… Хм! Если вдуматься, кто же ему запретит?

Жилище Лоран и Арвена, рабочий кабинет главы гильдии, служивший одновременно совещательной комнатой, располагались в противоположном крыле. Чувство такта и элементарной этики не позволяли туда проходить без приглашения хозяина, поэтому Юн и Виола встали у мраморного ограждения балюстрады.

В коридоре мастер задержал одного из «грифонов», извинился и попросил предупредить Арвена о своем визите. Воин ушел, а Юн вернулся к подруге и принялся ждать.

– Мастер Юн, Виола-сан, вечер вам.

Они обернулись. Рядом стоял парень, не в обиду сказать, чем-то походивший на альбиноса, потому что Всевышний, словно в насмешку над остальными японцами, наделил его светлыми волосами. Со дня свадьбы Юну запомнилась внешность этого приметного паренька. Среднего роста. Лет двадцать. Крепыш.

– Вечер, – разом ответили оба.

– Меня зовут Нобу, – представился воин. – Простите, что беспокою, я просто подумал, вам следует это знать.

Юн и Виола переглянулись. Интрига, конечно, цепляет, и тем не менее оба продолжали молчать.

– Мастер Юн! Илона, она вам не скажет… – вот теперь веко Юна заметно дернулось. – Понимаете, Гром. Он не дает прохода Илоне. Всюду за ней таскается, плачется, мямлит, как нытик. В Подземелье с ними вчера не пошел, а сегодня Илона его выгнала. В резерв отправила. Вместо него, меня в пати взяла. Так он скандал учинил. Чуть не подрался с ребятами. Арвену заявил, что покинет гильдию. К «венценосцам» уйдет или в «пламя». Я просто подумал, знает он много, а после того случая, после свадьбы, Гром через чур вспыльчивым стал, запросто может сглупить. Вы бы с Илоной поговорили. Пусть она его снова в пати возьмет. Спокойнее будет. Меня она слушать не станет.

Нобу вновь извинился, простился и направился по коридору. Виола и Юн продолжали стоять в ожидании вестей от главы гильдии, а заодно переваривали полученную информацию.

– Почему же Илона тебе не пожалуется? – спросила эльфийка.

– Потому что боится за него, (и правильно), убью я Грома. И как нам потом в гармонии жить, если жена будет знать, что не кто-то, а любящий муж убил ее бывшего лучшего друга? Они с детских лет знакомы. Сейчас Гром сорвался, что стало его горьким позором, это, конечно, бесспорно. А сколько раз он ей помогал? Нет. Илона сама должна с ним разобраться. Я так считаю.

– Ха! – презрительно усмехнулась Виола. – Хорош «лучший» друг! Друг детства, чтоб его… Он ее так жестоко унизил, так оскорбил, и это вместо того, чтобы как раз поддержать, когда на нее незаслуженно насели со всех сторон. Черт! Именно он поспособствовал, помог раздуть тлеющие угли до пожара. Не друг он ей. Я уверена, она это знает.

– Знает, – согласился Юн. – Но она не такая, Вив. Она его не оскорбляла даже тогда. И теперь зла ему не желает. Многое их связывает. Годы. Почти два десятка лет. Это срок, Вив.

– И что теперь? – настаивала эльфийка. – Ждать, пока у Грома начнется очередной приступ ревности? Пока он сольет нас «пламени» или другому, к кому он переметнется? И все насмарку? Из-за одного… сам знаешь, кого…

– Тогда я сама его убью! – Юн и Вив оглянулись. – Убью собственной рукой. Об этом я ему сейчас и сказала… А Нобу, вот… Или слишком умный, или слишком хитрый. И в том, и в другом случае мне в пати не нужен такой. Завтра же заменю. «Доброжелатель» выискался. На деле – страшно ему. По специализации он следопыт. Пока в резерве и в рейдах ходил, все было нормально, но теперь он в моей команде, а она штурмовая, то есть передняя линия, что означает – ему не только засады и ловушки искать, ему первому в неизвестное отправляться. Вот и боится… Хм, ловко придумал.

Илона приблизилась вплотную к мужу. Обвила его шею и прильнула всем телом.

– Зато, ты! Ты меня снова сразил, – Илона чмокнула Юна. – Хорошо, что ты меня так понимаешь.

– Что с того толку, Илонка? – не сдавалась Виола. – Что с того, что Грома сама убьешь? Если он успеет раскрыть свой паршивый рот, поздно будет. Все наши старания прахом пойдут. И уже не вернуть. Из-за одного такого «Грома» мы уже… ты же знаешь. С ним сейчас надо что-то решать. Сейчас! Помнишь, как Юн сказал на корабле? Единожды солгавший… А Гром твой уже не единожды. Раз опять мыслишки гадкие зародились, значит рано или поздно он их в жизнь воплотит. Ждать будешь? И чего дождешься? Пока куча людей пострадает? Уже это видели. Я лично не хочу повторять.

Илона задумалась. Улыбка бесследно исчезла с красивого молодого лица обаятельной девушки. На помощь в очередной раз пришел муж.

– Это не выход, – серьезно сказал мастер Юн. – Вив, даже если Илона прямо сейчас вызовет его на бой, причем, думаю, ты понимаешь, она пойдет именно сама, потому что нам никогда не позволит сражаться с Громом, это не станет выходом из ситуации. Он еще больше оскорбится. Создаст нового персонажа. Вернется в Аркадию, если его закинет в другую провинцию при возвращении в игру, и сдаст нас всех с потрохами.

Несколько секунд Виола размышляла над разумными доводами приятеля.

– Согласна, такое возможно. И сдать нас можно и из другой провинции. Но! Когда это еще будет? Игрок не имеет доступа к чату до завершения курса доподготовки, выбора расы, профы и специализации. Какое-то время у нас все же останется. И мы к тому времени сможем многое успеть. И темпы ускорить, и тактику изменить. Может, как знать, и закончить что-то успеем, если повезет и хорошо постараемся… И еще. С чего ты взял, что Илона обязательно должна драться с Громом сама? Вовсе нет. Ей, (я так считаю), нельзя с ним драться. Гром не мальчик. Все же он сильный боец. А потеряв последнюю надежду, он будет драться действительно насмерть. Ну хотя бы, чтобы Илона не досталась тебе. И она может дрогнуть, даже если поставит его на колени. В последний момент рука не поднимется. Если переживаете, что, к примеру, мой поединок с Громом будет для «грифов» выглядеть практически казнью, то твой станет сатисфакцией за унижение любимой девушки. С точки зрения морали оно так и есть. Совесть чиста. Хоть в данном как раз случае, это и будет не поединок, а натуральная казнь.

Снова наступила напряженная тишина. Вразумительные доводы эльфийки казались приемлемыми. И, как всегда, неучтенные моменты присутствовали.

– Допустим, Виола права, – рассуждал Юн. – Допустим, так и случится. Но, Вив, а что помешает Грому отомстить иначе? Не в игре, а в реальном мире. Написать e-mail сообщение ее мужу, к примеру, где подробненько изложить все тонкости отношений Илонки в игре? Ведь люди в отчаянии и в желании мести часто переступают пределы подлости и даже благоразумия. Тонут сами, но тянут других. И пусть муж Илоны будет знать, что это только в игре, но мужская часть его вскипит все равно. Я уверен. У меня бы вскипела. А я не Гром, сама знаешь. Что бы ты сейчас не ответила, подумай. Илона была многократно права, когда твердила подругам про замужество в жизни. Отношения с человеком в игре, особенно, если они такие, как у нас с моей девочкой, все равно оказывают воздействие на отношения в мире. Она же, когда выходит из игры, сознание не меняет. Она и там, когда сидит за обеденным столом и смотрит в глаза мужу, любит меня, не его. Или ты утверждаешь обратное? Мало примеров, когда ребята знакомились тут, в игре, а потом находили друг друга и женились в той, другой жизни?

Ждать не пришлось. Виола не глупая, чтобы подолгу раздумывать над тем, что видит перед глазами.

– Так что же делать? Тупик? Илоне прийти к Грому, упасть к нему в объятия и заявить: на меня, я твоя?

– Есть выход! – внезапно сказала Илона. – Мне это будет болезненно, но я это сделаю. Ради нас всех.

Оба слушателя враз устремили к девушке взоры.

– Я временно уйду из игры, – с грустью сообщила Илона. – На неделю, примерно. Объясню это так, что возникли проблемы. Или не стану прятаться, что еще лучше. В очередной раз, когда Гром подойдет ко мне со своими стенаниями, я все ему выскажу в присутствии ребят, всех, кто будет поблизости. Скажу, что из-за него покидаю игру. И уйду. Я его знаю, он мне поверит. Посидит два-три дня и тоже уйдет. А мой аватар, чтобы глаза не мозолил и надежды на возвращение ему не давал, пусть в каюте на корабле спит. Гром будет видеть в «друзьях», меня нет в игре. Искать будет. Уверена. На судно ему не пробраться никак. Ничего не найдет… И писать никому он не станет, если только мне самой. Не буду отвечать и все. Пусть знает, что потерял меня навсегда. Только нужно предупредить Арвена и Лоран. И я скучать буду безумно. Но выдержу.

Юн с сожалением посмотрел в глубокие глаза девушки, покрасневшие от готовых вырваться слез. Проглотил комок в горле. Встретился взглядом с эльфийкой и думал.

– Что ж, если это решение самое безобидное, пусть так. Я уж точно дождусь. Поплачу в подушку, как всегда делаю, чтобы на людях авторитет не терять, но дождусь.

Неуместная, казалось бы, шутка. Однако сработало.

– Ты плачешь в подушку? – удивленно спросила Илона.

– Тебя же рядом не будет. Незаметно похныкать в подол не получится.

Девушки тоже оттаяли. Виола стояла лицом к тому крылу этажа, где жили ребята из пати Илоны, поэтому первая заметила Грома.

– О! Стоит черта помянуть, он появится. Нарисовался, чтоб его!

– Фу! – выдохнула Илона. – Арвену и Лоран расскажите. Вечером встретимся на корабле. Я дождусь. Попрощаться хочу. Сейчас туда прибегу и из игры выйду. Пока.

Мастер не ожидал такого бурного, молниеносного развития событий. И, конечно, не был готов, как и Виола. Эльфийка вообще растерялась. Одна Илона решительно направилась к выходу.

– Илона, подожди! Не надо! – крикнула Вив ей вдогонку. – Не стоит так необдуманно поступать.

Но спланированная игра уже началась. Илона задержалась. Мгновенно сориентировалась. Увидела, какими удивленными глазами смотрели на нее согильдийцы.

– Я все решила, Вив, – уже внизу ответила она эльфийке. – Так будет лучше для всех. Это же не закончится. Как раньше уже не будет. Пусть мне тоскливо. Я была счастлива в этой игре. Единственная радость в жизни. Но пусть, – Илона перевела взгляд на любимого человека. – Тебе я особенно благодарна. Всего неделю, так мало, но я была счастлива. И я любила тебя… Все. Не могу. Прощайте, народ!

Закончив краткий, но насыщенный эмоциями монолог, Илона стремительно ринулась к двери и скрылась за ней.

От того, насколько быстро и натурально все произошло, мастер Юн выглядел так, словно ему на голову только что вылили ведро с помоями. Потерянным взглядом он смерил остолбеневшего Грома. Шагнул к лестнице и сел на ступень. Смотрел в одну точку перед собой и молчал.

«Грифоны», кому довелось стать очевидцами непонятного поступка Илоны, в растерянности поглядывали друг на друга. Что бы все это значило?

– Что за крики? – раздался знакомый голос Арвена. Глава шел по коридору вместе с Лоран, шел для встречи с мастером Юном. – Что вы за митинг устроили?

Виола опустила глаза в пол и ответила:

– Илона.

– Что, Илона? – с возникшей тревогой спросил эльф.

Его неизменная спутница так же насторожилась. Виола подняла грустный взгляд.

– Я толком не поняла. Какая-то она была не такая. Дерганая, что ли. Нервная. Подошла к нам, попрощалась. Извинилась за что-то. Сказала, что больше мы не увидимся. Она ушла из игры.

– Что она сделала? – вскрикнули разом не только Арвен и Лора. – Как, ушла? Почему? Почему даже нам ничего не сказала?

Вдруг из глубины коридора донесся негодующий голос Данаи.

– Да потому что достал ее кое-кто! – Дана встала перед Громом и с ненавистью смотрела ему в глаза. – Что вылупился, козлиная морда? Ну давай, ударь меня! Ты бы видел сейчас, слышал бы, до чего ты ее довел! Пять минут назад она мне все рассказала. И кто ты? Не козел? Сначала предал ее. Смешал с грязью. Потом бегаешь за ней, прохода ей не даешь! Что, добился своего? Ты столько лет ее знаешь! Ты знаешь, как она живет там, в другом мире. И только девчонка по-настоящему жить начала, ты, лучший друг, у нее все последнее отобрал! Да пошел ты! Ненавижу тебя!

Арвен в это же время открыл интерфейс. Вывел экран фрэндлиста.

– Все, я говорю, пулей разбежались по городу. Найдите ее. Она еще в игре. Найдите и любым способом, хоть свяжите, приведите сюда… Бегом, я вам сказал. На конюшню сбегайте. Она могла пойти с Яриком попрощаться. На пристань бегите. Быстрее, пока она не ушла.

Но он не успел.

– Да… твою…! Все. Поздно. Вышла.

Арвен тупо уставился в глаза Грома. Ничего не сказал. Флегматично посмотрел вокруг, развернулся и побрел к себе в комнату.

Его можно понять. Потерять двух элитных бойцов сразу. Илона ушла, а с виновником ухода уважаемой девушки никто в дальнейшем не захочет иметь общих дел. К тому же, если Гром в гильдии был превосходным, но всего лишь бойцом, то Илона была лидером. Капитаном. И хорошим разумным советчиком, не говоря о том, что была единственной настоящей подругой жены.

Вдруг Гром вспыхнул. Закричал так, что в помещении зазвенело эхо.

– Я «пошел»? Это он «пошел»! Пока он не появился, все у нас было в порядке. Приперся на нашу голову.

– На твою тупую голову! – вновь вступилась Даная. – Ты за всех не говори, имбецил. Права у тебя нет такого. Юн-то многим из нас нравится, я имею ввиду – как мужик, а вот ты? Ты и до Юна далеко не всех устраивал. Или не знал? Даже в нашей пати, я про другие молчу. Вот она, твоя настоящая натура и вылезла. Гнилой ты человек, Гром. И плевать, какой у тебя уровень. Искать не надо. Вон, в сравнении с тем же Керо или с Лаэртом, с Гуртом или с Калевом, ты просто никто. Знаешь, как тебя Эльза зовет? Выхухоль! Ты мужиком казался только для того, чтобы Илонке понравиться. Знал же, она не терпит хамов и драчунов. Болтунов необязательных и хвастливых она тоже не терпит. Если мы с Танкой можем тайком подразнить, «лапши повесить», чтобы потом посмеяться, Илона таких на дух не переносит. Вот ты и прикидывался, страус ряженый, думал, никто не заметит? На самом деле – вот он ты! Все это видят. И как до тебя самого не доходило? Ил же тебя лучше всех знала. Если бы в тебе было то, что ей нужно, она была бы с тобой. Но она с ним, потому что ты не стоишь его дерьма.

– Заткнись, ты…! – заревел взбешенный Гром.

– Ну, продолжай! – смело и с вызовом наседала Даная. – Кто я? Та, кем ты Илонку назвал? Да будь я сто раз такая, с тобой, муфлон, на одной поляне по малой нужде не присела бы.

– Естественно! – злобно усмехнулся Гром. – Я же не Герцог. Не могу корабли дарить, короны бриллиантовые, особняки разные.

– Вот это ты перегнул, – спокойно и уравновешенно произнес гном Гурт. Шагнул вперед и остановился перед берсерком. – Зря ты это, парень, сказал. Даже я тебя уважать перестал. Тьфу.

– А он всех по себе меряет, – вмешалась Томика.

От перил балюстрады отошел Калев, молчавший, как за ним водится, до особенного момента. Раз он заговорил, значит момент настал.

– Действительно зря, Гром. Ты же знаешь, Илонка живет в богатой семье, не то что я, например. У нее все есть, чего бы не пожелала. Подарками ты ее не купишь. Не понял я тебя, брат. Ревность еще понимал, потому и молчал. Но сейчас?

Виола вышла вперед и встала рядом с Данаей.

– Ха, – усмехнулась эльфийка. – Пошли, Дана. Не стоит ему объяснять.

– Вот и катитесь! – победно заявил Гром. – Раскудахтались, курицы. На себя посмотрите, потом на других тыкайте.

Виола развернулась в сторону Грома с таким видом, что Юн испугался не понарошку. Он знал этот взгляд, знал он и то, что за ним следует.

– Вякни еще раз, сопляк малолетний, и ступени в парадной зубами пересчитаешь! – жестко выдала Вив. – Я гораздо старше тебя. И знаю больше, и видела больше. Ты еще в подгузники писался, а я уже была здесь. Дружил бы ты с головой, прежде чем понос изо рта изрыгать, хоть спросил бы. Я бы тебе рассказала, как в твоем случае поступают настоящие мужики.

По какой-то причине Гром промолчал. Может быть, потому что Виола объективно значительно старше по возрасту. Может быть, потому что в точности знал предрешенный итог: ему не справится с ней в игре.

– Ну и скажи тогда, раз такая умная и опытная, как поступают, когда у них крадут девушек, которых любишь всю жизнь?

Виола смерила его оценивающим взглядом. Казалось раздумывала, стоит ответить ему или нет. Все же ответила:

– Вряд ли сейчас это поможет. Здорово ты обделался. Но я расскажу… Помнишь, на корабле Юн говорил, как родились «гончие»? Он упоминал двух друзей и девушку, с кого все началось. Девушка эта – я, а один из друзей – Юн. Они оба были красавцами, от обоих девки на сервере писались, а любили меня. Оба. И оба соперничали буквально во всем, но не гадили за спиной друг у друга. Они передо мной рисовались, выеживались, как могли: кто лучше, сильнее, красноречивее, внимательнее. А когда я выбор сделала, знаешь, как поступил Юн? Он другу поклялся из-за меня никогда не ссориться. Поклялся всегда защищать и помогать мне, что бы ни произошло. И с того дня, как Ликан погиб, слово свое не нарушил. Седьмой год уже, между прочим. Вот так поступают мужчины. Те, кто любят по-настоящему. Но не так, как сделал ты. И теперь, когда Илоны нет, что ты сам будешь делать? Из друга для нее ты превратился в… сам знаешь. Мог бы общаться с ней. Видеть ее. Рядом быть. Помогать, если было бы нужно. Радовался бы ее счастью, если б любил. А там, кто знает, как жизнь обернется? Нашлась бы такая, кто бы тебя зацепил. Может быть, та же Данка. Девчонка красивая, не отрицай. Вот и думай теперь. Только я не представляю, как ты после всего этого ребятам в глаза смотреть будешь.

Гром неожиданно сел. Сел прямо на пол… и заплакал.

– И что теперь? Она вправду ушла? Насовсем?

– Откуда я знаю? – ответила Вив. – Это ты с ней с трех лет. Тебе должен быть лучше известен ее нрав. Если ушла, значит все. Скоро вернутся ваши ребята, кого Арвен отправил на поиски. Спроси. Аватар нашли, значит еще возвратится. А если нет – все, с концами. И виноват в этом ты.

Долго и ждать не пришлось. Минуту, может быть, две. Начали возвращаться гонцы.

– Нет ее на конюшне. И не приходила, – отрапортовала Танита. – В «Веселую Вдову» сбегала. Тоже не видели.

Потом пришел парень. Виола и Юн имени его не помнили.

– На пристани ее не было. Корабль стоит на приколе. Если бы приходила, ее-то уж точно заметили бы.

И так все. Все, кто возвращался из разных частей города, говорили о том, что ни в заведениях, ни в традиционных местах сборов, прогулок и отдыха аркадианцев Илона не появлялась.

Некоторые ходили к админам, потратились на системный розыск. Нет Илоны в игре. А информацию о наличие игрока в регистрации сервера администраторы давать отказались. Сослались на служебные протоколы, запрещающие разглашать конфиденциальные сведения.

– Вот так, – с горечью смирилась Даная. – Была подруга, и нет ее. Блин, как жалко. Такая девчонка была. Все бросила. Пойдем что ли в комнату к ней, посидим, поплачем.

Виола, казалось, обрадовалась приглашению. Что касается Юна, то мастер находился в таком подавленном состоянии, словно действительно расстался с любимой. Много он выслушал в стане «грифонов», многое почерпнул, зато теперь в точности знал, кто для Илоны настоящий друг.

Вдруг Гром подскочил, как ошпаренный. Минут пять после того как ушли сестры и Вив, он сидел туча тучей. А теперь подскочил.

– В комнату. Если она ушла насовсем, не только аватар, все ее вещи исчезнуть должны.

Гром бегом бросился по коридору, а мастер насторожился. Догадался же Гром. Может быть умным, когда пожелает. Юн встал со ступеней и направился следом за ним.

Хорошо знакомая дверь в конце коридора непривычно распахнута. В просторной светлой комнате как-то слегка неуютно от пустоты. Кроме мебели, нет ничего, если не считать легкой накидки из упроченной ткани, что висела на спинке стула, стоявшего возле окна. Накидки мастера Юна, оставленной им в прошлое посещение. Даже перед изящным зеркалом, у которого так любила прихорашиваться хозяйка, не осталось ни единого атрибута косметики, ни расчесок, ничего.

Внутри помещения на аккуратно заправленной высокой кровати сидели Виола и Тана. Сестра амазонки, Даная, устроилась на резном пуфике возле прибранного туалетного столика. Глаза у девушек зареванные.

Внутренне мастер выдохнул. Гром стоял в центре комнаты с бледным лицом и долго молчал. Неожиданно заговорил:

– Значит, действительно, все? Как же так? Я больше ее не увижу? Илона, я...

И он опять плакал. Не плакал, рыдал и на гордость свою наплевал. На то, что его горькие всхлипывания видели те, кого он недавно незаслуженно унижал.

– Ты этого захотел? – подлила масла в огонь Даная. Смахнула слезинку сама. – Что, доволен теперь? Ты даже не понимаешь простых вещей, ну не пара она тебе? Она старше тебя на два года. К тому же в реалии давно замужем.

– Это причем? – встрепенулся Гром.

– А при том... – с жалостью в голосе ответила амазонка. – … что в школе кто-то был двоечником, будь иначе, этот «кто-то» знал бы элементарные истины биологии.

Даная пересела к сестре и, улыбнувшись ей, продолжила запоздалый урок с видом заправской учительницы:

– Вот ты назвал нас с Танитой шлюхами… Не перебивай, сегодня неважно, как прозвучали твои слова, вот суть их очень важна. Ответь: что, видел за нами когда-нибудь или свечку держал? Молчишь, не можешь ответить, а все потому, что мы девушки, впитываешь? Мы только с виду простушки, но на деле гораздо умнее. Да, пококетничать, языком почесать и задницей покрутить обе можем, на то и девушки, и, если правду сказать, ну, да, за годы в игре пару раз было, но ведь ты об этом не знал! Никто не знал, и не узнал бы, если бы я сейчас не сказала. Зачем сказала? А затем, чтобы ты мог сравнить свое поведение с поведением тех, с кем это произошло, ибо они языками не треплют, подобно псам в подворотне, потому что они старше сопливого пацана, который хвастается каждой победой над девушкой. Они уже мужики! Случилось – что ж, в жизни всяко бывает, но зачем же об этом трепать? Потому никто обо мне ничего и не знал. Запомни, неуч, девушки в раннем возрасте развиваются на пять-семь лет быстрее парней. Очень многие девушки в двенадцать способны иметь здоровых детей. Вспомни себя в двенадцать лет. О чем ты думал, чем жил? Илонке не интересно с тобой. Ты достигнешь уровня ее нынешнего развития к двадцати пяти. Поэтому, неуч, уже в старших классах школы девчата заглядываются на парней, которые учатся в колледжах или в университетах. С ровесниками можно только дружить. Конечно, бывают браки с теми, кто даже младше, но такие браки, как правило, не бывают счастливыми. Или вскорости распадаются. Исключения случаются в любом правиле, но лишь исключения. Смирился бы ты сразу. А если бы не был таким заносчивым, я бы сама тебе это давно объяснила. Твоя девушка, если она у тебя будет, сейчас в возрасте лет пятнадцати, ну семнадцати максимум. Вот так, двоечник. А ты еще и ведешь себя, как птенец на курятнике. Говорила же, как тебя Эльза назвала – выхухоль.

Гром покраснел. Бледность с лица и слезы пропали. Могло показаться, вот-вот и снова сорвется. Нет, промолчал. Даже странно.

– Надо же? – искренне удивилась Танита. – Неужели начало доходить? Неужели ты всерьез думаешь, будто своими успехами, навыками и бойцовскими качествами заслужил право на привилегии с девушками? Тогда точно, как на курятнике. Взрослый петух никогда просто так не дерется. Ему нет нужды что-то кому-то доказывать. Он хозяин гарема и все. Выбрал любую курицу, оттоптал и пошел. А вот молодые петушки, у них только хохолок прорезался. Эти постоянно задираются, хорохорятся и перья друг другу рвут. Думают, авторитет зарабатывают. Как и ты. И все мы это видим. Вот так. А то, что ты сегодня отмочил, оно пострашнее, чем раньше, когда о свадьбе узнал. Парни, и те от тебя отвернулись. Нашел кого деньгами и подарками попрекать. Вообще Илонку с грязью смешал.

Гром собирался что-то ответить, но не успел. Мастер сознательно не дал ему заговорить. Решение по-своему поставить Грома на место пришло в голову Юна после откровения Данки, слишком личного и опасного откровения, но девчонка не побоялась огласки, стало быть, остатки доверия к Грому у нее еще оставались. А, может быть, просто забила на все.

– А что бы ты сделал, чтобы ее вернуть? – неожиданно спросил Юн. – На что ты готов пойти, чтобы вернуть Илону в игру? Я вот, ничего не могу, даже написать ей. У меня нет ее данных. И не спросил. А у тебя они есть?

Виола встрепенулась. Так и хотела сказать: что ты делаешь? Зачем? Но промолчала.

– Есть! – поднял голову Гром. – У меня есть. Я вам дам ее почту. Напишите ей, очень прошу. Мою она читать не будет. Удалит и все.

Ха. Даже будь не игра, а если бы Юну в действительности нужно было так поступить, он не смог бы этого сделать. Но тут пришла помощь со стороны.

– Нет. Не он должен писать, – уверенно произнесла Вив. – Она его любит. Ей и так тяжело больше гораздо, чем можно представить. Тебе же девчонки все объяснили. Взрослей уже. И ушла она не из-за него. Она покинула игру из-за тебя. И не вернется, потому что не хочет, чтобы ты навредил ему или другим. Тебе она больше не верит. Я просто сужу по себе, как бы я поступила, если бы из-за моей любви к человеку, этому человеку грозили бы неприятности. Я бы тоже ушла. Пожертвовала бы всем, но погасила очаг, из-за которого возникли проблемы. А ты как раз этим и угрожал. И кому? Той, кого любишь? Еще одна деталь к облику мужика.

Внезапно Юн вновь сменил тактику.

– Да, плевать! Кому он навредит? Мне? Ничем он мне не навредит. О свадьбе с Илоной мы не трезвонили по всему городу, это так, но огласки ничуть не боимся. Сегодня она при тебе, Вив, спокойно объявила об этом новичкам пополнения у конюшен, а там посторонних навалом. И что? Я только горд. Если Гром растрезвонит, кто такой Кардинал, что изменится? Ну, был Юн, имя сменится. Вот беда? Кардинала от этого не станет? Куда он денется? Или народ узнает, что Герцог и Кардинал – одно и тоже лицо? И опять, что это меняет? Герцога не станет? Чушь. Как он мне навредит? Только себе. Люди не идиоты, те же «венценосцы» или «черепки», «соколы» или «пламя», они будут знать важную характеристику знаменитого Грома: ему нельзя доверять никаких тайн. При случае продаст. Так что навредит он только себе. Причем окончательно. И что он сам будет делать потом? Кому будет нужен?

Виола изобразила раздумье. Где-то девушка действительно усиленно размышляла, зачем мастер опять пустился на обходной маневр. Сказала же она то, что должна была сказать для пользы общего дела:

– Писать Грому надо. Только так написать, чтобы Илона поверила. Не сопли пускать и не в вечной любви клясться. На кой ей теперь его чувства? Он убедить ее должен, что перестанет конючить, волочиться за ней, и тебе не станет вредить. Тогда, может быть, она и вернется. Я не уверена, вот и говорю: может быть. Только не представляю, какие слова нужны Грому, чтобы до нее достучаться. Сильно ты, парень, обделался.

Гром промолчал, развернулся и вышел из комнаты. Как только он скрылся за дверью, Даная вскочила.

– Нужно Арвену рассказать. Он же не знает. Пипец! Я на него взглянула, аж испугалась. Я его таким еще никогда не видела.

– А Лоран? – поддержала сестра. – Она что, лучше выглядела? Блин! Ну вы молодцы! Хоть бы предупредили заранее.

– А кто знал? – искренне ответил Юн. – Нас самих огорошили, ваш Нобу коротко рассказал, как Гром Илону преследует. Чем грозит. Илона на ходу решение приняла, причем в самый последний момент. А вы молодцы, вовремя одежду попрятали. Сообразили? Виола сказала? Успела?

На лицах девушек появились улыбки.

– Видел бы ты, как мы втроем тут летали! – посмеивалась Виола. – Все же успели…