Сон был недолог, но очень уж сладок. Вставать не хотелось совсем. Как бы не масса важных и неотложных забот новобрачные вряд ли поднялись бы минимум парочку дней.

Первой проснулась Илона. Лениво потянулась, отбросила покрывало и села на широкой кровати. С интересом и необъяснимой опаской глянула на супруга, спящего сном новорожденного младенца. Широко улыбнулась нечаянным мыслям о том, что наконец-то по-настоящему счастлива. Готовая разделить свое счастье со всем окружающим миром, Илона осторожно склонилась над Юном и нежно коснулась его плеча.

– Вставай, пора уже.

Мастер открыл один глаз. Улыбнулся и притянул к себе девушку.

– Утречко. Спасибо, что разбудила. Скоро горничные заявятся, а мы с тобой нагишом. Забавное зрелище. Представляю круглую физиономию Брок.

Пока Юн полоскался прохладной водой из колодца, обтирался свеженьким полотенцем, Илона, успевшая к тому времени закончить утренний моцион, стояла у шкафа и раздумывала, что ей такого надеть. В итоге натянула на себя нательное облачение, из категории тех, какие обычно воины надевают поверх исподнего под доспех. Благо облегающие штаны и рубаха стандартны и не подразделяются на мужские и женские.

– Тебе сегодня же купят одежду, – объявил Юн, увидев затруднения девушки. – И белье, разумеется. Не станешь же ты перетаскивать сюда половину своего гардероба, а оставаться тут будешь. Теперь это тоже твой дом. Так что не переживай.

Илона вернулась к неприбранной кровати. Закинула одеяло, аккуратно заправила старое покрывало и улыбнулась заботливым словам мужа.

– Как по-твоему, я сама не в состоянии купить себе все, что необходимо? Особенно по части нижнего белья, – она рассмеялась, заметив неловкое смятение в глазах Юна. – Я понимаю, мастер печется о своих подопечных. Но я не одна из них.

Юн смиренно пожал плечами.

– Согласен. Прости. Ты права, я действительно с первых дней образования семьи, начиная с Миланки, вынужден заниматься и этим. Ну, сейчас сам-то не покупаю, но распоряжения и согласование расходов идут через меня. Привычка выработалась… Тебе же я лично куплю.

– Хахаха! – расхохоталась Илона. – Хороши у тебя извинения.

И она прыгнула к нему на руки, но в этот момент в дверь постучали. Илона отпрянула, а мастер продолжил утренний туалет.

Думается, нет особой нужды в описании внешности прекрасной эльфийки, всеми возможными эпитетами применимыми к Виоле в тот самый момент, когда дверь девушке открыла Илона, да еще в таком запростецком домашнем наряде.

– Привет, – по-родственному встретила раннюю гостью Илона.

Поскольку Виола продолжала окаменело стоять и моргать длинными густыми ресницами, Илоне пришлось взять ее за руку и затянуть в помещение.

– А… утро вам… тебе, – промямлила наконец Виолетта. – Простите, я не вовремя.

– Почему? – спокойно спросила Илона. – Мы встали уже. Проходи. Уж тебя-то видеть я всегда рада.

– А разве я – нет? – вторил Юн. Подошел и привычно чмокнул эльфийку в подставленную щеку. – Утречко, Вив.

И только теперь, когда мастер убирал руку от ее шеи, Виола увидела на пальце приятеля золотое с алмазами обручальное кольцо. Взгляд умной девушки переместился на руки Илоны. Именитая мечница улыбалась самой обаятельной лучистой улыбкой, какую можно было представить вообще.

– Ага, – кивнула Илона. – Вот так бывает. Сама в шоке. До сих пор не верится.

Все же, мало-помалу Виола приходила в себя.

– Когда? Как? – посыпались вопросы один за другим.

– Ночью мы пошли прогуляться, – с лукавой улыбкой ответила подруге Илона. – Так получилось, что он пообещал мне подарок. С одним условием, конечно. И подарил… Хахаха!

Илона не выдержала. Так, бесконечно прерываясь смехом и восхищением, переполненная яркими незабываемыми впечатлениями, шаг за шагом она рассказала эльфийке о сказочных приключениях прошедшей ночи.

– Ну и дела! – подытожила Вив, дослушав рассказ. – Черт бы меня побрал! Поздравляю я вас, красавчики! Ух, ты! Наконец-то обуздали этого дикого жеребца. Правильно, Илонка. В стойло его! Хахаха!

Виола обхватила Илону руками и так стиснула в радостных объятиях, что та ойкнула, но не спешила освободиться, наоборот, обняла эльфийку в ответ.

– Если бы ты только знала, как я тебе благодарна, Вив!

Зря волновалась, Вив знала. Не просто знала. Видела и чувствовала. И радовалась за них. Искренне радовалась.

– И еще, – продолжила Илона спокойнее. – Он мне все о вас рассказал… Мне очень жаль. И вместе с тем меня распирает от гордости за оказанное именно мне доверие. Спасибо.

– И отлично! – подтвердила Виола. – Боялись мы, не поверишь, как и другие. А коли знаешь, то замечательно. Легче жить… Кстати, я принесу тебе платье. Не пойдешь ведь за стол в таком виде.

– За стол я могу и свое надеть, – смутилась Илона. Как ни в чем не бывало потрогала за пояс льняные штаны и добавила. – Вообще-то, чем не «домашний наряд»?

– Упаришься, – возразила эльфийка. – Не ночь на дворе.

Юну вообще не пришлось вмешиваться, пока эти двое «мадам», так легко нашедшие общий язык, обменивались впечатлениями. Зато времени хватило на приведение себя в надлежащий вид. К завтраку мастер спустился в сопровождении сразу двух обворожительных нимф, чем вызвал немалую зависть у посетителей и столь же немалое изумление у семьи. Никто не видел, как и когда пришла в гости Илона. И время еще слишком раннее для визитов. Удивление соратников оказалось столь велико, что о наряде Илоны никто в тот момент не подумал. Ну поддоспешный костюм… как если бы вы вышли к столу в спортивном трико. И что такого, дома же?

– Ой!

Это был голос Миланки. Мелкая сидела напротив мастера и в тот момент, когда Юн заботливо подавал руку девушкам, помогая перешагнуть через скамью, случайный взгляд Ушастой упал на кольцо. Указательный палец Миланы вытянулся. Рука зависла в воздухе над столом. В направлении, указанном той рукой, немедленно устремились взгляды ребят.

– Обручальное кольцо? – раздался голос Кику Самуры. – Мастер…

– Тсс! – Юн поднес палец к губам. – Заметили? Молодцы… Да, друзья. Сегодня ночью я встал перед алтарем, так что теперь ваш мастер, человек женатый. Это я сказал вам, но не нужно бурных реакций. Тайны нет, однако никому из посетителей знать лишнее вовсе не обязательно. Говорите тише. Внимания не привлекайте.

Понятно, какое смятение началось за столом. Официантки засуетились, забегали так, словно готовились сами к замужеству. Вопросы и поздравления сыпались сплошным потоком. И вот удивительно! Вопросов нескончаемая череда и обо всем, но… спустя лишь какое-то время прозвучал тот, что, коли по совести, должен был прозвучать сразу.

– Мастер, а кто? Кто стал… Ого! Илона? – Милка аж подпрыгнула на скамье. – Фью-у!!!

Пока известная компания, взбудораженная вторично, успокаивалась и отвешивала всевозможные комплименты девушке, смущенной таким массовым излиянием чувств, мастер снова предупредил:

– Еще одна причина внять моей просьбе и сдерживаться.

– А где отмечал?

И кто, интересно знать, мог задать подобный вопрос, да еще таким громовым голосом? Мама Мио стояла с торца стола подбоченившись. В одной руке дотошная женщина сжимала кухонный нож.

Мастер внезапно затих. Как-то осунулся даже. Медленно приподнялся и на всякий случай одной ногой переступил через скамью.

– Так не отмечали же, – с опаской ответил он. – Просто зашли на часок. Кушать хотелось. Выпили по стаканчику.

– Где?

Юн перенес вторую ногу через скамью.

– Милка, одолжи хвост, – запричитал он, словно в самом деле боялся хозяйки таверны.

Мама Мио скривилась и как-то разочарованно произнесла:

– Мельчаешь. Совсем плох стал. Тю! Зачем тебе хвост пигалицы? Подол мне задрать? И что ты там найдешь? Панталоны? У твоей красотки под юбкой явно поинтересней, чем у сварливой старухи.

Мама Мио назвала себя сварливой? Еще и старухой? Чудеса, да и только! Попробовал бы кто-нибудь подобным непочтительным образом отозваться о хозяйке «Веселой Вдовы», разумеется, не за глаза. Оказывается, не сегодня. Через секунду скамейки и стол затряслись от того, как громко и дружно хохотали ребята. И сама Мио-сан смеялась не меньше.

– Я вам вечером такой пирог испеку, слюной позахлебываетесь. А девчонки мои куропаток нажарят, оленинки свежей, да лапши с овощами на стол наготовят. Негоже, засранец, такую девку без праздника оставлять! У-у! Как треснула бы!

Благодарный донельзя и даже смущенный, Юн вернулся назад на скамью. Хотел обнять жену, очень хотел и поцеловать, но не стал, обернулся назад. Посетителей не так много, но они есть. Пришлось ограничиться прикосновением рук. И Илона ответила нежным взглядом.

– Ладно. Договорились. А пока вернемся к делам. Их много.

Вот как бывает. Столько всего изменилось за одну ночь. Теперь Илона свободно присутствует на «семейном» совете, святая святых. И, конечно же, самой девушке очень отрадно не чувствовать отношение к себе, как к посторонней. И интересно до чертиков. Свои совещания и планерки она знает давно назубок. А тут к тому же и муж.

– Хорошо, – говорил Юн. – Первое и самое неприятное… Саса, после полудня твоего брата казнят, как обычно, на лобном месте у Ратуши. Я не имею права тебе запретить. Он, кем бы ни был, но родной брат…

– Нет! – отрицательно замотав головой, встряла девушка. – Спасибо, мастер, за напоминание. Я не пойду туда. Он мне больше не брат. Я не желаю слышать о нем. Видеть, тем более. А сама по себе казнь радости мне не принесет… Я не пойду.

Молчаливое согласие с рассуждениями девушки сопровождалось коллективным одобрением ее новых друзей.

– Ясно. Но я должен был это услышать. И обязан сказать.

– Понимаю, – кивнула лучница.

– Тогда, так. После завтрака ты и Гарольд, оба идете с Малой на Торговую Площадь. Милана все знает, не в первый раз. Потом, когда возвратитесь с покупками, оба идете на задний двор… Саса. На изготовление сложного лука у Хигаши уйдет два дня, так что временно пользуйся старым. Тренируйся в поте лица, пока с ног не свалишься. Гарольд и Кайн. Работа в паре. Хлоя, ты у них сегодня за старшую. Можешь сама ходить с новичками в формации. Сасу тоже включайте. А потом, когда освободится Виола, Саса примется за кинжалы. Да, чуть не забыл: Гарольд обязательно поучит Кайна метанию томагавка. Все поняли?

Четко, кратко, конкретно. Илона мысленно сопоставляла, как подобные совещания проходили у них. Арвен тоже дотошен до мелочей. Тоже придирчив. Но ему постоянно приходится спорить или выслушивать сомнения капитанов. Настоящая беда. А тут – тишина. Единовластие. Либо Юн подавляет инициативу своих бойцов, либо он пользуется их полным доверием. Про авторитет не стоит и заикаться… Так рассуждала Илона.

– Мила, для тебя будут важные поручения кроме покупок, а результаты мне нужны уже сегодня.

– Что от меня потребуется, папочка мой роднюсенький, любименький и женатенький? – прощебетала Миланка.

Вот и все! Смех за столом. Отпавшие подозрения Илоны. Она и сама хохотала не менее остальных. Нет, такого в «грифонах» точно еще не случалось.

– От тебя, доченька моя ушастенькая и хвостатенькая, да еще и не в меру болтливенькая... – подыграл Юн ко всеобщему одобрению. – … мне требуется налоги заплатить. Первая пятница месяца.

– Уже, мой замечательненький, – хихикала Милка. – Мамулечка Миокочка еще вчера позаботилась. А я проверила. Или наоборот. В общем, нет проблем. Все уплачено.

Хорошо иметь расторопных и умных помощников. Юн искренне порадовался, поэтому кивнул дуэту «банкиров» в знак благодарности.

– Молодцы… Сколько у нас денег в казне?

– Двести восемьдесят восемь тысяч золота. Или подробно? – сходу по памяти выпалила Милана. Мио-сан подтвердила.

– А в запасе?

Вот этот вопрос Юн не задавал никогда. Оба казначея насторожились.

– Около четырехсот, – подсказала Миомока.

Юну и не требовалась точная сумма.

– Тогда так, – продолжил он говорить. – Милана, идешь на конюшни и отберешь двадцать одну лучшую лошадь для верховой езды. Старайся брать одной породы и масти, если будет возможность. Отведешь их в наши стойла, а потом набери конюхов и сторожей. Это первое задание. Второе. До вечера прикинь, возможно точнее, во что обойдется Мацуда строительство рва, вала и частокола вокруг поселения. И казармы для наших людей, разумеется. Расчет ведите на двадцать одного бойца. А лучше, на пятьдесят. С запасом… Имение ты видела, мелкая. Примерные размеры в памяти отложились.

– Принято, – уже без смеха внимала Милана. – Я «примерно» не привыкла, папочка. Схожу в Земельный Комитет Администрации и возьму копию плана Журчащего Ручья.

Юн лишь улыбнулся.

– И последнее для вас, – он протянул девчонке скрученный трубочкой листок исписанного пергамента. Милана придвинулась к Маме Мио и развернула его. – Это нужно сделать сегодня.

Женщины переглянулись и одновременно кивнули.

– Хай!

Удовлетворенный проделанным, Юн отпил чая, потом развернулся в сторону Вив, ожидавшей его указаний.

– Ты, Вив, берешь Кику и Кану…

Он не договорил, потому что Илона вдруг вздрогнула. Хлестко щелкнула себя ладонью по лбу.

– Ты, что? – поинтересовался супруг.

Девушка обвела присутствующих виноватым взглядом. Потом ответила.

– Простите. Я прервала… просто я совершенно забыла. Еще дня три назад, когда вы находились на севере, мой гильдмастер просил меня поговорить с вами как раз по поводу Кику. Очень уж она ему приглянулась, хоть и признался – побаивается.

Вначале валькирия насторожилась, услышав имя из уст Илоны, теперь растянулась в довольной улыбке.

– Это правильно, – сказала Самура. – Пусть лучше боятся, чем в попу дуют!

– Это еще что?! – строго прикрикнул наставник. – Кому хочется сквернословить, шлепайте на задний двор, встаньте перед отражением в бочке и ругайтесь с собой ровно столько, сколько душе угодно!

Самура вдруг вспыхнула, словно вспомнила что-то, состряпала ехидную физиономию и дважды ударила пальцами по языку.

– Все-все-все! И чего это я, в самом деле?

Получилось забавно и Юн улыбнулся. Успокоившись, вернулся к разговору с женой.

– А что с Кику не так? – поинтересовался он. – Говори уже, не томи.

– Все так! – заговорила Илона. – Просто у нас в гильдии есть две девушки класса убийц. Одна четвертого, вторая пятого уровней. Первая ниндзя, а вот вторая тоже валькирия. Арвен держит их обеих в резерве у Керо, и держит лишь потому, что не находит применения в тактике нашего боя. Вот он и просил меня с вами поговорить, чтобы Кику прогулялась со мной, чтобы проверила способности наших убийц и продемонстрировала нам свои. А я забыла. Только что вспомнила, когда про Кику заговорили.

Мастер с облегчение выдохнул.

– Фу, проблема. Ты не пугай больше так. Я уж подумал, опять беда… Бери обеих. Они у меня всегда парой. Сейчас позавтракаем, снимешь мерки для Хигаши и отправляйся с девчонками в свою гильдию. Раз есть нужда, почему не помочь? Особенно, когда и возможность есть… А Виоле тогда придется со мной идти. Нужно нубов отобрать. И проверить их тоже нужно. Не всех подряд набирать. А потом, когда список составим, в семью ввести, офицеров назначить, посмотреть сколько девочек, сколько мальчиков в отряде окажется, и по группам распределить. Далее Виола на тактике сосредоточится, а я амуницией займусь. Опять расходы. Если успеем, к вам заглянем.

Он продолжал говорить, а на лице его прекрасной и умной жены легко читалось сомнение.

– Что не так? – снова спросил Юн.

Илона тяжело вздохнула, нахмурилась. Видно было, сложно девушке говорить, но она ответила:

– Не думаю, что в отношении Кантары – удачная мысль.

Разумеется, опасения мечницы из «грифонов» оправданы. Всем еще помнятся горячие события фестиваля, а уж самим «грифонам»!

– Кана, – обратился к валькирии Юн. – Что ты думаешь?

Нисколько не смутившись перед той, кому однажды уже проиграла, перед той, кто обещал ее выпотрошить, Кантара взглянула Илоне в глаза.

– А ты сама, – спросила девушка. – Ты на меня еще злишься? Просто скажи, и я останусь тут, но если больше не хочешь меня потрошить, то я пойду с Кику… И знаешь, так просто побить меня в честном бою уже не получится даже у тебя. Думаю, я все еще тебе проиграю. Ты очень сильная. Не спорю. Но уже не запросто, как ты это сделала в прошлый раз. Не так легко… Хочешь, решим все прямо сейчас. Но если спросишь меня, то я не хочу драться, а потренироваться с тобой я бы не отказалась. У меня нет к тебе ненависти. Может, зависть немного. Повторюсь, сильная ты. Уважение к тебе есть. А теперь вот… теперь ты стала женой моего покровителя и господина, ты жена моего друга, а значит – ты и мне теперь друг. Это правда.

По мере того как Кантара, та самая Кантара, кто еще две неполные недели назад представляла собой разноцветный букет всех самых гадких качеств, (во всяком случае для тех, кто лишь видел ее поступок со стороны), произносила описанные слова, у Илоны широко открывались глаза. Девушка вспомнила комментарий Юна, услышанный перед сном.

– Знаешь, – ответила мечница. – Он прав. Изменилась ты сильно. Нет в тебе гнили. Прости… Только не обольщайся. И я времени впустую никогда не теряю. Потренируемся. Обещаю. Мне стало самой интересно. Пошли вместе, если хочешь. У меня к тебе тоже ненависти не осталось. Но я же не о себе говорила. Я бы тебе ничего не сказала, потому что, повторюсь, уже не вижу в тебе врага. А ребята наши из гильдии? Они же тебя такой и запомнили, какой ты была на ристалище. Вот о чем я.

Ни один мимолетный шорох не раздавался вокруг, кроме звуков, издаваемых посетителями, пока эти двое вели свой "трогательный" диалог. Очень сосредоточенно следил за каждым движением, ловил каждое слово и интонацию в голосе девушек Юн.

– Хм, – улыбнулась Кантара. – Если в этом лишь дело, то я разберусь. Мне бы только с тем парнем увидеться. Поможешь?

Илона кивнула, как и раньше, не сводя глаз с собеседницы.

– Конечно. Он в моей пати, знаешь ведь.

– Тогда слушай. Сама мне скажешь потом, есть шанс, что простит, или нет его… Ты удивилась, сказала, что за две недели я изменилась. Нет, Илона, я не менялась, я просто стала собой. Сама того не подозревая, я попала в такой коллектив, в такую среду, о каких могла только мечтать… и мечтала. Мне не нужно больше отмалчиваться, не нужно врать или придумывать красивые небылицы, а потом втихаря молиться Всевышнему, чтобы моим словам поверили. Черт! Наконец я могу говорить то, что думаю, могу делать то, что хочу и забыть о наказании. Молчишь? Ты знаешь, как я живу? Не здесь, не в игре? – Илона сознательно промолчала, и Кантара продолжила. – Я слышала, ты сама замужем в жизни. Сколько лет мужу, можно спросить, не слишком бестактно?

– Шестьдесят три, – напрямую сходу ответила Илона. – И он с головой в бизнесе. Так что думай, как я живу.

Кантара действительно задумалась. Сочувственно повела головой, так как сделала нужные выводы.

– Печально, не спорю, и все-таки ты – жена, а я нет! Я просто принадлежу своему старику. Ему за семьдесят. Что из этого вытекает, сама понимаешь, не маленькая. Меня, как привязанную в стойле козу, пользуют все, на кого он пальцем укажет. Как хотят пользуют. Точнее, как он скажет. А сам сидит и смотрит, да висюльку свою поглаживает. Плевать ему на меня. А бывает, в нем мужское проснется, так он сходу ко мне. И еще как!.. В то чертово воскресенье, вернее сказать – накануне, я вечером из игры выхожу и… просто… он, понимаешь? У меня сфера на голове, а ему до лампочки. Не голова ему нужна. Вот и представь, в каком я была состоянии. И сейчас даже, кто его знает, может быть, я снова тут, а он там… И не сбежишь. Даже когда сдохнет старый козел, ведь я все равно никуда не уйду. Другой его место займет. Если сбегу, найдут и убьют. Ты же знаешь, кто такие якудза. А я еще так молода. Я жить хочу, понимаешь? И только тут я живу. Спроси, часто ли я в игре отсутствую? Тебе скажут. Нет. Я всегда тут. Только пи-пи и на ночь уйду. И как раз попадаю на «Рождество». Думала, в гильдии радость найду. Хм. Не очень-то. Не все там, конечно, кретины, но поговорить вот так, душу вывернуть, веришь, не с кем. На смех поднимут. Почему, ты думаешь, я от них так легко отказалась? А я жить хочу. Живая я… И тогда, в том бою, когда твой Калев мне кровь пустил, полбеды, не впервой, а вот когда он стоял и смеялся, говорил: обещал тебя носом в задницу ткнуть, типа держу обещание. А я после такого вот… да еще и… знал был он, сколько раз, кому и как, меня туда тыкали… Вот и сорвалась я. Наплевала на все… Теперь, как сама думаешь, простит меня твой товарищ? Идти мне с вами или остаться?

Правду сказать, Илона давно приняла окончательное решение. Но сейчас!!! В таких красочных подробностях она не слышала еще ничего более ужасного, омерзительного и похабного. Вот только…

– Ты что, собираешься Калеву все рассказать? – удивленно спросила Илона.

Признаться, и Юн, и все окружающие, так же замерли в ожидании ответа на прозвучавший вопрос мечницы.

– Да. Потому и просила тебя о персональной встрече, – ответила Кана. – А что, думаешь не поймет?

– Думаю, это слишком личное. Не стоит. Найдем другой способ, – враз выпалила Илона.

И с ней согласились. Тихие возгласы одобрения слышались со всех сторон стола.

– И что? – равнодушно сказала Кантара. – Говорю же тебе, устала я врать. Устала строить из себя надуманное чучело, мне это больше не нужно. И Калев будет знать правду. Если воспримет ее – хорошо. А если болтать начнет, что ж, мне уже наплевать. У меня теперь друзья есть. Им, конечно, не все равно, что там со мной вытворяет мой дряхлый старик, но они меня такую как есть приняли, это ты понимаешь? Вот почему я и говорю – устала я строить из себя фантастический образ, и друзей своих я никогда не предам, не подведу. Не буду я больше врать! Я слово себе дала. А с друзьями мне хорошо. Я тут живу, понимаешь? Кстати, и ты своего этого Калева получше узнаешь, если трепать языком побежит. И почему-то, я думаю, защищать больше не станешь. Мужики настоящие языками гадости о бабах не треплют. Разве нет? Наши вот, что рядом сидят, никто никогда. А у вас? «Кана» я для них, веришь? Ухаживают, помогают. Учат. Обнимают, целуют и вовсе не брезгуют. Живу я тут с ними. И мне любить хочется. Ты же знаешь, каково это, правда?

Илона дослушала до конца, а потом вдруг улыбнулась. Взглянула на Юна и улыбнулась еще ярче, теплее.

– Ага. Знаю, – сказала она и рассмеялась. – Ладно, пошли. В любом случае я придумаю что-нибудь, если вдруг не заладится.

Фух! Ну и разговорчики за столом, да еще в процессе завтрака. Аж аппетит у мастера пропал. И опять же – все, что не делается, все к лучшему.

– Отлично, – заключил Юн. – Тогда, Кику и Кана – марш за вещами. Время упускаем, а работы полно.

Пока наскоро заканчивали с едой, внизу вновь появились валькирии. Одного взгляда на них Юну хватило, чтобы рассмеяться до слез. Девчонки стояли уже готовыми к тренировочному поединку. С их-то фигурами?

– Вы что, безумные? Собрались через весь город среди дня идти в труселях и лифах? – хохотал Юн.

– Это шорты, вообще-то! И топы! Труселя ниже, – возмутилась Кику и ослабила шнурок на поясе, отогнула кромку шортиков и демонстративно показала краешек желтеньких трусиков. – Убедились, наставник. Могу и верх показать.

– Нет уж, не надо! – продолжал хохотать Юн.

– Почему? Пусть покажет! – подвязался Акиро.

Бац!!! Хлесткая затрещина прилепилась к загривку оружейника. Мимо проходила Сали. Именно с ней Хигаши заигрывал больше всего.

– Ха-ха-ха!!! – неслось со всех сторон.

Товарищи дружно смеялись, а кузнецу-то не до веселья. Сали все еще стояла напротив и с укором смотрела ему в глаза.

– Нас тебе мало, так, стало быть? – процедила девушка. – Похотливый кобель!

Виола подтолкнула локтем мастера и сквозь смех прошептала:

– Кого-то мне эта сценка напомнила.

Разумеется, Юн сразу же понял намек. Но, как можно? Он женатый и любящий человек. Но Илона из раннего рассказа эльфийки знала о прежнем пристрастии мужа к девицам. И к НПС. Поэтому тоже сдержанно улыбалась. Сам же Юн лишь пожимал плечами.

– Понятия не имею. Ты о ком?

Он отшутился. Все успокоились, и Илона, глядя на девушек, готовых к выходу, поднялась. Правильно сказала ей Вив, когда предлагала надеть легкое платье перед завтраком. Действительно, в прогулочном ночном наряде, мягко сказать, девушке стало слегка жарковато.

– Что же... – прощалась Илона. – … удачного и плодотворного всем дня. Нам тоже пора. Надеюсь, вечером встретимся. А если хотите, приходите все к нам. Я приглашаю.

Минут через десять Илона вернулась из кузницы в сопровождении Хигаши. Вторично простилась и подошла к поджидавшим валькириям.

Вместе девушки направились к выходу, но у самой двери Кана вдруг задержалась и шагнула ближе к столу первого ряда. За ним молча сидели двое охотников и во все глаза пялились на полураздетых валькирий.

– Дядя, глаза протрешь! – пригнувшись, сказала она. – Что, не нравится? А так?

И в ту же секунду на месте красавицы оказалась кровожадная бестия с рогами, крыльями еще и длиннющим хвостом.

– Шша! – прошипела Кантара.

– А ну топайте! – раздался властный голос хозяйки. – Клиентов пугать вздумали? Живо хвосты оторву и посажу задом на сковородку. Чертям там самое место.

Кантара развернулась на голос. Осталась в образе демона, но подбоченилась и, покачиваясь, почти вприсядочку, послушно шагнула к дверям. За ней удалилась и Кику. Последней выходила Илона, едва сдерживаясь, чтобы не лопнуть от смеха…

После завтрака, когда наконец вся семья мастера Ларуско занялась делом, он сам, в компании неизменной Виолы, бодро шагал по направлению к Административной Гильдии. Необходимо оплатить системное объявление, известить игроков первого и второго уровней, желающим продолжить игру в составе семьи, собраться на ристалище, где Юн и Виола смогли бы оценить не только моральный настрой «перваков», их человеческие манеры и поведение, но и проверить исходные боевые навыки будущих рекрутов.

– Как ты решился? – спросила Виола.

– Само собой получилось, – честно ответил Юн. – Илонка же тебе рассказала. Разве я думал об этом, когда шел их провожать? Ты что, против?

– Спятил? – встрепенулась эльфийка. – Наоборот. Очень рада. Молодчик. И девчонка как раз такая, как Илонка твоя, тебе и нужна. На шею не сядет, но и за пояс ее не заткнешь… Правда, красивая пара.

Ну, вот. В принципе, это и все, что нужно было мастеру Юну, потому что мнение верной подруги для него очень многое значило.

Часом позже, после системного оповещение «в мир» игрокам, кстати, сия услуга обошлась мастеру в круглую сумму наличностью, на ристалище собрались сотни нубов всевозможных профессий, классов и рас. Предстояло сделать качественный отбор, но прежде мастер должен был убедиться в том, что его правильно поняли.

Юн поднялся на знакомый каменный постамент, тот самый, на котором в дни фестивалей стояли столы клерков Приемной Комиссии, и поднял руку. Терпеливо дождался, пока успокоились возбужденные игроки, потом громко заговорил:

– Спасибо всем, кто откликнулись за мой зов…

Сразу же в многолюдной толпе пронеслись приглушенные голоса, шептавшие соседям истертую истину: только полный дурак мог отказаться от возможности, нубом попасть в гильдию или в семью.

Это так. Больше всего Юн и боялся развернутой сборной любого фасона, ему нужны были те, кто внимательно читал содержание объявления. Собственно, потому он и влез на постамент.

– Для всех вас хочу прямо сказать: вы не будете жить и качаться в городе, как слышу, тут многие возомнили. Тех, кто пройдет наш отбор, ждет суровая служба далеко от столицы, на северных рубежах провинции, где им предстоят постоянные схватки с ордами гоблинов, терроризирующих хозяйства и жителей. Сладко не будет. Не будет лафы. Дисциплина армейская, потому что служить вы будете в составе сводного воинского патруля, так что думайте. Принимайте решение, но не скоропалительное. Вы останетесь на севере до той поры, пока будет тому нужда, пока не наберетесь опыта, не накачаете навыков, не поднимитесь до минимум третьего уровня. Не научитесь уважать товарищей, защищать их в боях, и не усвоите основы железного Устава семьи.

Как и предполагалось, после оглашения первых общих условий контракта число соискателей заметно уменьшилось. Удивляться не приходилось, закономерно. Всегда так, среди массы адекватных людей, совсем юных или постарше, находятся лоботрясы и скороспелы, всякие торопыги и неусидчивые нетерпеливые «гуляй-поле», кому хочется получить все и сразу, не прикладывая труда. А так не бывает!

– Еще одно! – говорил он. – Предпочтение отдаем тем, кто умеет ездить верхом. Патруль конный. Но это не значит, что остальные не смогут найти себе место, просто тем, кто умеет, на начальном этапе будет полегче.

Еще одна многочисленная группа нубов покинула сборище. Однако оставалось еще сотни две кандидатов, и теперь мастер с Виолой приступили к тестированию.

За два с половиной часа они отобрали необходимое количество новичков, по предварительной оценке, подходящих для выполнения поручения. Двенадцать парней и восемь девушек. Все первоуровневые. В сторонке стоял лишь один молодец, чей игровой уровень был вторым.

– Напомни мне свое имя, – обратился к нему Юн.

– Масутатцу, господин Юн. Можно просто: Масу. Второй уровень. Воин. Меченосец. Форвард. В жизни я деревенский, поэтом езжу верхом с раннего детства. В игре полгода.

– Хорошо, – кивнул Юн и обратился уже ко всем. – Масутатцу отныне ваш лейтенант. С этой минуты его распоряжения для вас обязательны и неоспоримы. Запомните, хватит всего одного акта непослушания, и вас с нами больше нет. Отговорки и оправдания не принимаются. Здесь не родительский дом. Ставить в угол и читать вам нотации некогда.

Мастер еще не успел сесть, а его новый лейтенант уже стоял перед ним.

– Благодарю за оказанную мне честь, мастер. Могу я спросить? – Юн кивнул. – Мое мнение сейчас будет иметь значение?

Признаться, мастер нешуточно удивился столь деловому подходу.

– Конечно. Ты уже в должности, Масу.

– Тогда, господин, я бы настоятельно советовал заменить двух бойцов. Этого и вон того, – парень смело указал тех, кто ему не понравился, а пока Юн рассматривал новичков, лейтенант четко и вразумительно пояснил причину отказа. – Мастер, прошу простить, я пока не выучил имен подчиненных, запомнил лишь парочку человек, поэтому показал рукой. Тот, первый из двух, который лохматый, до крайности недисциплинированный. Он долго не продержится. Пока мы ждали очереди, я слышал высказывания этого бойца в адрес нашего предприятия. Второй не годится, потому что в команде есть много девочек. Против девчонок в составе я ничего не имею, но, господин, этот дылда уже сейчас только о них и думает. Что же будет там, на севере, когда мы останемся без старшего руководства? Дом свиданий?

Многозначительная улыбка скользнула по лицу Юна. Глаза его встретились с глазами эльфийки. Виола смолчала и лишь гордо улыбалась в ответ. Было, чем гордится Виоле, ведь это она отобрала парня на должность командующего офицера патруля.

– Первый свободен, – согласился Юн. – Замену найдем, а по поводу второго, ты уверен, Масу?

Парень вытянулся и ответил решительно:

– Да, господин. Этот человек не понимает, что жить нам придется по четкому расписанию. Смена караулов, еда, отдых, сон и другое, все строго регламентировано. Девушки прежде всего тоже бойцы, им нельзя мешать отдыхать. Они, конечно, девчонки, и не лишены тяги к романтике, но здесь они стоят не в силу романтических чувств, а потому что имеют перед собой конкретную цель. И даже, господин, если нам выпадут спокойные времена, я буду использовать их для укрепления позиций. Для повышения навыков и для тренировок. Не будет возможности искать никого по окрестностям или ждать. У меня тоже есть цель. Я вышел из дзи-самураев.

Вновь мастер покосился на сверх довольную Вив. Та уже не скрывала улыбки, просто сияла от удовольствия.

– Что же, и это принято! – кивнул Юн. – Тебе ими руководить. Но старший у вас все же будет. Барон Мацуда. Именно в его распоряжение вы отправитесь по готовности. И помощники у тебя будут. Из числа каждого десятка по одному сержанту. Есть рекомендации?

– Да, – с готовностью ответил Масу. – Ты и ты. Выйти на середину. Представиться.

Юн смотрел на парня, которому было всего семнадцать. Какая разница с Казуо! Прирожденный военный.

– Миа Сакура, первый уровень. Шестнадцать лет. Воин. Лучник. Следопыт. Езжу верхом, – бодро отрекомендовалась девушка с короткими черными волосами.

– Исико Танаки. Первый уровень. Восемнадцать лет. Боевой маг. Стихия огня. Езжу верхом, – вторил ей высокий парень с угреватым лицом.

Юн промолчал. Просто протянул руку в сторону Вив и предоставил ей слово.

– Исидо Виола Ларуско… – начала представление Вив, а по рядам новичков уже катилась волна восхищения. – Восьмой уровень. Воин. Разбойник. Следопыт. Глава воинской касты семьи Ларуско. Ваш непосредственный командир. Сим утверждаю назначения на должности. Сейчас мы составим списки. Мастер Юн зачислит вас в члены семьи. С завтрашнего утра в составе групп вы приступаете к тренировкам…

Пока Виола давала четкие, как всегда, лаконичные указания, мастер порадовался. Из этих ребят, похоже, выйдет толк. Они новички. Не знают, что их ждет. Многие кажутся отчасти разочарованными. Мечтали о Подземелье, о боях на ристалище, конкурсах, праздниках и городских балах, а тут какой-то северный гарнизон. Посмотрим, что они скажут всего через месяц. Если не разбегутся, конечно.

Наконец основная работа закончена. Новобранцы получили первые деньги на содержание. Многие устали и проголодались под знойным солнцем Аркадии, но все до единого продолжали держать стой.

– Дай отбой, лейтенант. Пусть люди рассядутся вокруг нас.

Масу кротко кивнул и отошел к подчиненным.

– Хай! Разойдись. Всем расположиться вокруг старших семьи.

Когда Виола и Юн оказались в центре образованного круга, мастер вновь обратился ко всем.

– Вижу, собрались самые целеустремленные. Хорошо. Не думайте о скуке. Скучать вам не придется. Уверяю. И качаться будете в полный рост, только не спешите хватать навыки. Определяйте для себя первоочередные и доминирующие. Чаще советуйтесь… Да, кое-что едва не забыл! Я не стал говорить сразу сознательно, чтобы не давать нерадивым лишнего повода оставаться, а теперь можно! Там, на севере, вы попадете не в дикую глушь. Есть там все условия для нормального существования, так что не бойтесь. Откройте в интерфейсе картограф. Местечко носит название – Журчащий Ручей… Узрели? Края там сказочной красоты. Природа офиги… то есть божественная. – Юн сам засмеялся. – Простите, переизбыток эмоций. А теперь отвечу на любые вопросы.

Какое-то время стоял общий гвалт. Так всегда бывает после того как заканчивается затяжная процедура, требующая элементарной выносливости. Наконец поднялась одинокая рука. Встала девушка.

– Мастер, скажите, а большая разница в ощущениях, когда повышается уровень? И вообще, как это выражается?

Юн собирался ответить, но его опередила Виола.

– На себе ты ничего не почувствуешь. Другие почувствуют. Ты сама, ты сможешь заметить, как камень, который не могла сдвинуть с места, к примеру, теперь пинаешь ногой. Утрирую, конечно. Для этого нужна серьезная разница в уровнях.

Вдруг эльфийка остановилась. Как-то загадочно взглянула на Юна.

– У кого есть оружие с собой? – спросила она.

– У меня есть кинжал, – отозвался паренек из заднего ряда.

– Отлично! – встрепенулась Вив. – Иди сюда.

Когда парень вышел в центр круга, Виола взяла у него кинжал.

– Вы все помните правила игры. Применять оружие и боевые заклинания в пределах городских стен можно лишь на ристалище, но и для этого необходим поединок. Либо дуэль, либо бой насмерть… Предлагаю вам наглядную демонстрацию. Вызови на дуэль мастера.

Парень опешил, растерянно поглядывал в стороны и не знал, как же ему поступить. Юн в то же время стоял и укоризненно качал головой.

– Ты получил приказ, воин! Выполнять! – прозвучал строгий голос Масу.

И ведь подействовало. Новичок открыл интерфейс и послал вызов на дуэль мастеру Юну. Пришлось принять. Виола! Подставила же!

А Вив уже продолжала.

– Теперь чуть-чуть порань себя, – парень выполнил. Потекла струйка крови. – Молодец. Не переживай. Все в порядке. Видите, легко, да? Ну а сейчас иди и убей мастера Юна. Нанеси удар прямо в сердце.

По группе новичков прокатился взволнованный ропот. Бедолага шагнул к мастеру с трясущимися руками.

– Бей! – строго сказала Виола.

И он ударил… Да ну? Промахнулся? Нет. Еще раз ударил. Полный ноль.

– Вот вам и демонстрация, – улыбалась Виола. – Вы только что увидели разницу в параметре сопротивления физурону. Вы, если наброситесь на мастера всей толпой, как не старайтесь, не сможете даже ранить его. Если же он нанесет удар, всего один удар по площади, через секунду всех вас не станет.

Теперь Юн мысленно поблагодарил Вив. Как всегда, она молодец, ибо ничто так не повышает авторитет руководства, как личный пример, а наглядная демонстрация силы, помимо ответа на вопрос новичка, пробудила закономерный интерес у остальных, только вошедших в игру.

– Здорово! Круто! – летело со всех сторон.

Затем пареньку пришлось признать поражение, чтобы официально дуэль закончилась. И последовал новый вопрос.

– Мастер, а вы - маг? Я сам не видел, мне приятель и старший брат рассказали о том, какую дыру вы проделали в Черном Драконе. Вот бы хоть раз посмотреть?

– Нет, я не маг, – честно ответил Юн. – А посмотреть можно и по-другому. Дракона же нет… Ну а так?

Он сказал и исчез. Если быть точным, никуда он не исчезал, хоть «Затмением» он владел. Сейчас Юн стоял за спинами ребят последнего ряда. Конечно, они его просто не видели, пока он сам не похлопал одного из них по плечу.

– Телепортация? Круть! – восторгались вокруг…

В конце концов, уставшие, но невероятно довольные, новобранцы разошлись отдыхать. Завтра с самого утра им предстояло первое тяжелое испытание. Еще и знакомство с их лошадьми.

Виола и Юн, признаться, тоже весьма подустали. Неторопливой походкой, прогуливаясь по широкой улице Мастеровых, они зашагали в направлении Мэрии. Списки необходимо зарегистрировать…