«Синкансэн» ворвался под своды станции Токио с тихим, утробным, свистящим выдохом, словно издыхающий стальной дракон. Столица приняла их в удушливые объятия. В нос ударил привычный, густой коктейль из раскаленного бетона, дизельной гари, пережаренного якитори и того особого, зудящего на зубах электрического марева, что всегда повисает в мегаполисах перед хорошей грозой.

В благословенную эпоху Хэйан въезд в столицу обставлялся куда более… душевно. Смердело свежим навозом, прокисшей рисовой брагой, горелым шелком и нечистотами, которые добродушные крестьяне сливали прямо в придорожные стоки. Тодзи, если честно, кардинальной разницы не улавливал. Что полтысячи лет назад, что нынче — любой центр силы неизменно вонял чужими деньгами и чужой, запекшейся кровью. А эти два компонента Убийца Магов чуял даже с закрытыми глазами.

Наемник мерно, по-кошачьи плавно вышагивал по перрону. Неизменные широкие штаны, потертая черная майка и тяжелые десантные ботинки, выбивающие из асфальта сухую, ровную дробь. На широком плече, сжавшись в неприметный, склизкий узел, дремал червь-хранитель. В бездонном брюхе твари надежно покоились дезертирский двуручник, «Освободитель цепей» и тяжелый бронзовый диск «Девяти Звезд».

За ним, держа дистанцию ровно в два шага и вальяжно одергивая полы темно-синего шелкового хаори, шествовал Рю. Древний дух, урвавший в Сендае третий кусок своего истинного имени, окончательно сросся с человеческой формой. Теперь компаньон выглядел как поджарый, статный мужик с хищными скулами, коротко стриженными темными волосами и пронзительными карими глазами. В глубине этих глаз то и дело вспыхивали шальные, золотистые хэйанские искры. На носу пижона всё так же нагло сидели трофейные очки Годжо, а правое запястье туго обвивала чешуйчатая спираль «Черной Нити».

Замыкала странную процессию Рико Амани. Девчонка куталась в теплое пальто, на макушке торчала нелепая вязаная шапка с помпоном. Прижимая к груди пухлую картонную коробку со сладкими сендайскими пирожками, она непрерывно вертела головой, беззастенчиво пялясь на снующих столичных клерков.

— Зацени масштаб падения нравов, шеф, — протянул компаньон своим глубоким, раскатистым баритоном.

Смоляной палец ткнул в сторону гигантского неонового экрана на фасаде вокзала.

— Вон там полуголая девка втирает какую-то ядовитую газировку со вкусом дыни. В мое время за появление на публике в таком виде жрицу Аматерасу спалили бы на костре из сырых дубовых поленьев. А эта — висит на высоте в тридцать метров и скалится во все тридцать два зуба. Эволюция, мать её!

— Эволюция, паразит, это когда ты наконец научишься не спускать мои кровные на очередную банку мятных конфет, — ровно осадил Бывший Зэнин, на ходу прикуривая сигарету. — И притуши свой хэйанский фон. В Синдзюку сканеры Колледжа натыканы на каждом столбе. Начнешь фонить первородной маной — нас срисуют и повяжут раньше, чем мы найдем приличный бар.

— Я не фоню, я излучаю врожденное благородство! — искренне оскорбился демон.

Однако узор «Черной Нити» на запястье послушно вжался в кожу, срезая фоновый всплеск энергии до абсолютного минимума.

— К тому же, после сендайского апгрейда мой каркас держит баланс идеально. Твой хваленый Годжо со своим «Фиолетовым» разве что полировку на моем хаори чуток попортил.

— Годжо не мой, — отрезал наемник, выпуская струю дыма. — И заруби на носу: в следующий раз этот щенок не станет бить по «Девяти Звездам». Он всадит заряд прямо в твою хэйанскую лысину.

— Я не лысый! У меня безупречная, эталонная густота волос! — возмущенно заверещал дух.

— Хэйанский, закрой рот! — неожиданно звонко скомандовала Рико, уплетая пирожок с зеленой фасолью. — Вы орали друг на друга всю дорогу в поезде, теперь орете на перроне! Тодзи-сан, а мы точно пойдем в тот ресторан, где подают жареных тигровых креветок? Вы же обещали!

— Я обещал исключительно то, что не выкину тебя на ходу из вагона, если будешь сидеть тихо, — сухо поправил убийца. — О креветках уговора не было.

Они арендовали трехэтажный особняк на самом отшибе тихого района Мегуро. Дом надежно прятался за высоченным каменным забором, густо заросшим плющом. Внутри пахло старой, рассохшейся хвоей, пыльными досками и абсолютной, желанной изоляцией от внешнего мира. Хозяин берлоги — сутулый старик из бывших магов-дезертиров — молча сгреб три пухлые пачки немеченых иен и испарился в ночи быстрее, чем утренний туман над рекой.

К глубокому вечеру жилище преобразилось.

В просторной гостиной на первом этаже главенствовал массивный дубовый стол. Поверхность столешницы была плотно завалена картами Токио, ветхими чертежами подземных архивов Магического Колледжа и пачками наличности. Суммарный капитал дуэта приближался к восьмидесяти миллионам.

Рико, обожравшись до отвала креветками, доставленными из лучшего ресторана Сибуи, сладко посапывала на мягком диване в углу, уютно завернувшись в пушистый плед.

Боец сидел за столом в одной майке. Перед ним на чистой ткани покоились дезертирский меч и «Освободитель цепей». С маниакальной, хирургической въедливостью наемник проверял каждый микрон заточки, аккуратно втирая в сталь спецмасло для нейтрализации остаточной магии.

Рю торчал у панорамного окна, выходящего в заросший, темный сад. С тихим, кайфовым чпоканьем дух свернул пробку очередной бутылке тридцатилетнего японского виски. Из одежды на нем остались лишь расстегнутые темные штаны да синее хаори, небрежно накинутое на голые плечи.

— Четвертый фрагмент… — задумчиво протянул компаньон, делая солидный глоток прямо из горлышка. — «Печать Бездны». Последний, завершающий кусок моего имени.

— Где конкретно пылится эта хреновина? — не отрывая взгляда от клинка, поинтересовался Тодзи.

— На самом дне. — Рю медленно обернулся. В карих глазах полыхало чистое, концентрированное хэйанское золото. — Под главным корпусом Токийского Колледжа. В закрытых подземельях Гробницы Звезд. Ровнехонько там, где пустил корни старик Тенген со своими хвалеными барьерами.

Точильный брусок замер. Карие глаза наемника подозрительно сузились.

— В Гробнице Звезд? — переспросил он. — В той самой дыре, где должно было состояться слияние мелкой?

— Бинго! — Демон издевательски ухмыльнулся, поправляя трофейные очки. — Старый гриб Тенген и его подпевалы из Высшего Совета вмонтировали мой четвертый фрагмент в качестве главного несущего якоря для всей барьерной системы Японии. Оцени масштаб иронии, босс! Мое имя пять сотен лет держало защитную сеть их паршивой богадельни!

— Если мы выдернем фрагмент, барьер Тенгена рухнет окончательно?

— Не рухнет, но просядет минимум процентов на сорок. — Хищный оскал обнажил ровные зубы. — У столичных маразматиков начнется такой переполох, какого они со времен войн с Сукуной не видывали. Вся их хваленая сигнальная сеть коротнет к чертям, а сканеры начнут транслировать в эфир отборные хэйанские маты!

— На их сканеры мне плевать. — Оружейное масло отправилось в подсумок, клинок скрылся в глотке червя-хранителя. — Мне критично знать, кто именно сейчас охраняет Гробницу.

— Тот самый челкастый коллекционер-недоучка — Сугуру Гето.

Маг легко запрыгнул на край дубового стола.

— После того как мы увели девчонку и продырявили Годжо шею, у пацана окончательно съехала крыша на почве защиты структуры. Он безвылазно торчит в подземельях Колледжа. Окопался там, окружив себя тремя сотнями подневольных проклятых духов.

— А что Сатору?

— Белобрысый доводит до ума Обратную Технику в Сендае. — Бутылка виски вновь прильнула к губам. — В Токио он не сунется как минимум пару дней. Ему жизненно необходимо закрепить применение «Фиолетового». Так что у нас нарисовалось идеальное, чистое окно.

Убийца поднялся со стула. Подошел к открытому окну, чиркнул зажигалкой, глубоко затягиваясь горьким дымом.

За стеклом в темном саду монотонно шелестел ночной дождь. Мегаполис вдали дышал миллионами огней. Город еще не подозревал, что в этом неприметном особняке Мегуро прямо сейчас готовится самый дерзкий, самый кровавый и самый запредельно прибыльный налет за всю долгую историю магического мира.

— Штурм назначаем на завтрашний вечер, — сурово, как отрубил, произнес Тодзи. — Берем «Девять Звезд», «Черную Нить» и все наличные чеки. Если старый барьер Тенгена начнет давить — порвем эту дрянь в клочья.

— Вот это по-нашему! — восторженно заорал Рю, победно вскидывая бутылку к потолку. — За хэйанский стандарт качества! И за то, чтобы у этого челкастого коллекционера все его ручные покемоны враз поносом изошли!

Следующий вечер обрушился на столицу в виде тяжелой, удушливой, свинцовой грозовой тучи. Жирные молнии яростно полосовали темное небо над холмами Мусасино. Гром грохотал с такой первобытной силой, будто на небесах рушились стальные замки.

Тодзи и Рю застыли у самой границы внешнего барьера Магического Колледжа.

Наемник облачился в привычную боевую униформу: широкие спортивные штаны, обтягивающая черная футболка и тяжелые армейские ботинки. На плече нервно извивался червь-хранитель, готовый по первому требованию выплюнуть любой клинок из арсенала.

Компаньон выглядел как истинный, эталонный древний гранд-мастер клана Абе. Темно-синее хаори, густо расписанное тушевыми хэйанскими иероглифами, широкие брюки и удобные, мягкие кожаные сапоги. На запястье угрожающе пульсировала хэйанским огнем «Черная Нить». В левой руке дух уверенно сжимал бронзовый диск «Девяти Звезд».

Рико благоразумно оставили в особняке, наложив на двери три глухие запечатывающие печати Камо и оставив запас еды на трое суток.

— Барьер фонит, как не в себя, — напряженно процедил Рю, сканируя пропитанный электричеством воздух карими глазами. — Старый гриб Тенген чует приближение своего родного фрагмента. Система переведена в режим тотальной боевой готовности.

— Для меня барьера не существует, — спокойно, без эмоций отозвался Тодзи. — А ты заходишь со мной в режиме жесткого экрана.

— Никаких экранов, командир! — хищно осклабился демон. — Я теперь стопроцентно плотный! Иду на своих двоих! «Девять Звезд» наглухо перекроют частоту Тенгена в радиусе полста метров. Мы пройдем сквозь эти ворота, как нож сквозь трухлявый забор!

Спорить наемник не стал. Просто сделал широкий шаг вперед, безжалостно пересекая охранную границу Колледжа.

Рю плавно вскинул бронзовый диск. «Девять Звезд» ослепительно полыхнули серебряным огнем. Древние руны по краям диска ожили, закружились в воздухе безумным хороводом, соткав вокруг нарушителей идеальную, непроницаемую сферическую зону анти-сканирования. Защитный контур Тенгена, врезаясь в эту агрессивную зону, не просто гас — он с треском разлетался невидимыми, искрящимися брызгами.

Они неспешно поднимались по той самой разрушенной каменной лестнице. Там, где всего четверо суток назад Тодзи продырявил шею Сатору Годжо.

Следы недавней мясорубки всё еще бросались в глаза. Под корень срезанные вековые сосны, развороченные каменные плиты, обугленная до черноты земля — визитная карточка «Красного». Но кровь Годжо давно смыло дождями. А на месте снесенных ворот уже функционировал новый, наспех слепленный суррогатный запечатывающий пост.

В карауле маячили шестеро. Элитные маги из личной гвардии Высшего Совета. Угрюмые, молчаливые типы в закрытых глухих фарфоровых масках, сжимающие в руках тяжелые, густо исписанные рунами копья.

— Нарушители! — визгливо, срываясь на фальцет, рявкнул старший поста, вскидывая копье наизготовку. — Аномалия высшей категории! Уничтожить на месте!

— Шестерки, — театрально вздохнул дух, брезгливо одергивая хаори. — Ни грамма эстетики. Босс, не пачкай руки об этот мусор. Я сам.

Демон сделал один мягкий, текучий скользящий шаг вперед.

«Черная Нить» на запястье развернулась за микросекунду.

Иссиня-черная спираль, сплетенная из волос и костяных шипов, с диким, режущим слух смертоносным свистом описала в сыром воздухе трехметровую размашистую дугу.

Шесть заряженных проклятых копий рассыпались в жалкую труху раньше, чем гвардейцы успели закончить замах. Костяные шипы плети лишь вскользь чиркнули по защитным доспехам магов, но этого хватило. Проклятая энергия в их каналах выгорела дотла за одну сотую секунды. Вся шестерка с глухим, сдавленным воем рухнула на каменные плиты, судорожно хватая ртом воздух и стремительно проваливаясь во тьму от запредельного болевого шока.

— Эстетично? — лукаво подмигнул напарник.

— Быстро, — скупо поправил наемник, равнодушно переступая через корчащиеся тела. — Топаем вниз. Челкастый уже наверняка в курсе, что мы здесь.

Они погрузились в подземные горизонты Колледжа. Бесконечный, стерильный лабиринт из белого камня, спиралью уходящий к Гробнице Звезд.

Чем глубже они спускались, тем сильнее менялся воздух. Свежий запах грозы бесследно исчез. На смену ему пришла удушливая, маслянистая вонь. Смердело сотнями мелких и крупных проклятых духов, под завязку набивших подземные залы. Сугуру Гето явно не смыкал глаз все эти дни. Пацан маниакально согнал в подземелья всю нечисть, до которой только смог дотянуться на территории префектуры.

В центральном зале — исполинской подземной каверне с теряющимися во мраке сводами — их дожидалась целая армия.

Сотни мелких, средних и гротескно-крупных проклятых духов сплошным ковром усеивали каменные стены. Гроздьями висели на потолке, глухо рычали, злобно шипели и роняли на пол тошнотворную, кислотную слизь. В самом эпицентре этого пандемониума, на высоком каменном постаменте, возвышался Сугуру Гето.

Девятиклассник Колледжа выглядел как восставший из могилы труп. Длинные волосы нелепо растрепались, под узкими глазами залегли черные, провальные круги. Кимоно насквозь пропиталось едким потом и остатками зловонной проклятой слизи. В левой руке юноши пульсировала гигантская, иссиня-черная сфера. Концентрированный, спрессованный сгусток энергии сотни проклятых духов особого ранга.

— Тодзи… — просипел Гето.

Голос звучал сухо, выжженно, словно шелест мертвой осенней листвы.

— И его ручная древняя тварь… Вы всё-таки вернулись… Вы убили Сатору… Вы украли Сосуд… Вы растоптали сам фундаментальный смысл нашей службы!

— Мы вернулись забрать свое имущество, челкастый, — абсолютно спокойно отозвался наемник.

Широкая ладонь плавно выудила из пасти червя «Освободитель цепей».

— Свали с дороги. Нас интересует только старик Тенген и то, что пылится под его креслом.

— Вы не пройдете! — в истерике закричал подросток, вскидывая обе руки к сводам пещеры. — Ультимативная техника манипуляции проклятиями — «Узумаки»!

Вся сотня проклятых тварей в зале повиновалась приказу. Духи одновременно сорвались с мест, закружившись в исполинскую, визжащую, сводящую с ума воронку. Вихрь из клацающих клыков, изогнутых когтей и концентрированной, слепой ярости. Воронка начала стремительно, неотвратимо сжиматься, конденсируясь в один монолитный, разрушительный импульс. Импульс проклятой материи, мощности которого хватило бы, чтобы стереть в пыль целую гору.

— Ого-о-о… — восхищенно протянул Рю. Карие глаза полыхнули чистым, незамутненным хэйанским азартом. — А челкастый-то знатно подрос! Да это же классическая хэйанская техника спрессованного хаоса! Тодзи, кроши левый фланг! Я беру на себя ядро этой стиральной машины!

— Делай, — коротко рубанул наемник.

Тело рвануло с места.

Небесное Проклятие включилось на запредельный максимум. Убийца не стал искать укрытия или прятаться за щитами. Он бросился прямо сквозь внешнее, смертоносное кольцо визжащей воронки проклятий. Сверхчеловеческая, аномальная физика позволяла ему легко уклоняться от разящих когтей со скоростью звука.

«Освободитель цепей» в железной руке работал как комбайн. Клинок методично, безжалостно рассекал проклятые туши одну за другой. Аннулировал их магическую структуру, мгновенно превращая в осыпающийся серый пепел.

Тем временем напарник вышел в самый центр огромного зала. Дерзко, в открытую подставил грудь под падающий, ревущий импульс «Узумаки».

— «Зеркало Девяти Звезд»! — во всю глотку гаркнул древний маг. — Хэйанский стандарт качества, суки!

Рю с первобытной силой впечатал тяжелый бронзовый диск прямо в каменный пол.

Ослепительная серебряная волна антиматерии выплеснулась из недр зеркала, встретив гигантскую воронку Гето лоб в лоб. Грохнуло с такой силой, что циклопические своды подземной каверны покрылись густой сетью глубоких трещин. Часть каменного потолка с оглушительным грохотом рухнула вниз.

Проклятая воронка «Узумаки» жалобно заскрежетала. Захлебнулась собственной мощью и, под воздействием неумолимого зеркального отражения, начала детонировать сама в себе. Сотни поглощенных духов Гето лопались одновременно, превращая зал в густой, вонючий, непроницаемо-черный туман.

Тодзи, ювелирно воспользовавшись созданным хаосом, вынырнул из клубов едкого дыма прямо перед оторопевшим Гето.

Сугуру рефлекторно попытался вытащить потайной клинок, но Бывший Зэнин сжал тонкую кисть подростка своей гигантской ладонью. С дикой, безжалостной силой выкрутил сустав. И коротким, рубящим ударом наотмашь врезал локтем точно в челюсть мага.

Хруст лицевой кости раздался пугающе отчетливо.

Гето кубарем слетел с постамента. Пробил хилым телом массивную каменную колонну и безвольным мешком рухнул на пол, окончательно проваливаясь в небытие и выпуская из разжатых пальцев жалкие остатки проклятых сфер.

В разрушенном подземном зале повисла давящая тишина.

Рю, прихрамывая, подковылял к постаменту. Тяжело, со свистом втягивал воздух, утирая смоляной пот со лба. Из порванного хаори во все стороны сыпались мелкие, затухающие искорки хэйанской материи, но сам маг стоял уверенно и твердо.

— Периметр чист, — констатировал демон. — Коллекционер покемонов выведен из эксплуатации.

— Заходим в Гробницу, — скомандовал Тодзи, не теряя времени.

Они синхронно навалились на массивные бронзовые ворота в самом конце зала. Створки со стоном разошлись, пуская гостей в главное, сокровенное святилище Магического Колледжа — Гробницу Звезд.

Помещение подавляло циклопическими масштабами. Бесконечная, залитая ровным, слепяще-белым светом пещера. В самом центре, на крошечном каменном островке, омываемом бурными потоками чистой первородной энергии, неподвижно восседала фигура.

Господин Тенген. Древний, загадочный маг, ставший фундаментом всех защитных барьеров Японии. Он выглядел как жутковатое, гротескное четырехглазое существо с неестественно вытянутой, цилиндрической головой. Облачен в безупречно белые церемониальные одежды. От существа веяло запредельным, неземным спокойствием. И бесконечной, старой как само время усталостью.

— Вы всё-таки пришли… — произнес Тенген.

Голос прозвучал глубоко, шелестяще, резонируя от каменных стен пещеры.

— Тодзи из проклятого Клана Зэнин… И Рю из забытого Клана Абе… Вы необратимо исказили узор судьбы. Сосуд Звездной Плазмы так и не прибыл на алтарь. Сатору Годжо пал, но переродился в нечто иное. А теперь вы явились забрать последний фрагмент.

— Засунь свои сопливые пророчества себе в задницу, старик, — сухо, без пиетета оборвал Тодзи, благоразумно не подходя близко к потокам энергии. — Нас интересует исключительно тот пыльный ларец, на котором ты сейчас сидишь.

Напарник молча сделал три уверенных шага вперед. Ступал прямо по бурлящим потокам проклятой энергии, абсолютно игнорируя чудовищное, давящее сопротивление барьера Тенгена.

Древний дух низко наклонился. Запустил руку прямо под каменный трон бессмертного мага. И с натугой вытащил на свет божий массивный, иссиня-черный нефритовый куб, густо исписанный золотыми рунами.

«Печать Бездны». Четвертый, финальный, недостающий фрагмент его истинного имени.

— Прощай, старик. И гори в аду, — бросил маг, намертво сжимая куб обеими руками.

В момент физического контакта произошел абсолютный, идеальный духовный резонанс.

Нефритовый куб взорвался ослепительной фиолетовой пылью. Светящаяся взвесь мгновенно втянулась в грудь, руки и лицо древнего демона. Вся исполинская подземная Гробница Звезд болезненно задрожала. Слепящие барьеры Тенгена пошли мутными волнами. Их плотность рухнула минимум на сорок процентов.

Тело Рю полыхнуло ослепительным, непроницаемо-черным, пожирающим свет огнем.

Четыре разрозненных фрагмента имени — первая базовая часть, нефритовый цилиндр, извлеченный «Камень Сумерек» и финальная «Печать Бездны» — окончательно и бесповоротно слились в единую, безупречную хэйанскую матрицу.

Истинное имя было восстановлено.

Рю из Клана Абе — Великий Мастер Теневой Материи эпохи Хэйан — стоял в эпицентре Гробницы Звезд, абсолютно, тотально восстановленным. Карие глаза демона теперь горели постоянным, ровным золотым светом. А за широкой спиной угрожающе развернулись четыре плотных, осязаемых крыла, сотканных из спрессованного мрака. Крылья, способные разрезать танковую броню одним ленивым взмахом.

Невидимый поводок, привязывавший его к Тодзи, лопнул и исчез навсегда. Ментальная связь никуда не делась — глубокая, проверенная боем, почти братская. Но физическое ограничение по расстоянию было сброшено. Рю мог преспокойно находиться на другом конце планеты, сохраняя при этом возможность мгновенной, теневой телепортации к наемнику в любую секунду.

— Я вернулся… — выдохнул маг своим полным, сильным, поистине божественным голосом. — Окончательно и абсолютно.

Тодзи молча смерил напарника тяжелым взглядом. Уголок губы возле шрама едва заметно, одобрительно дернулся.

— Поздравляю, паразит, — сухо, без лишних эмоций произнес боец. — Теперь ты официально независимый, полноправный гражданин. А теперь — шевели поршнями на выход. Рико заждалась свои жареные креветки, а я отчаянно хочу выпить свое ледяное пиво.

Они синхронно развернулись и спокойным, размеренным шагом покинули полуразрушенную Гробницу Звезд. Оставляя далеко за спиной бессильно взирающего Тенгена и валяющегося в отключке Сугуру Гето.

Спустя три дня.

Роскошная, уединенная вилла в Мегуро щедро купалась в лучах утреннего токийского солнца.

В просторной гостиной на первом этаже расположились трое.

Рико Амани, облаченная в легкое, свободное летнее платье, с аппетитом уплетала огромную порцию фруктового салата. Девочка с упоением строчила сообщения в новом смартфоне, переписываясь с курортными подружками из Окинавы.

Рю, упакованный в безупречно сидящий современный костюм-тройку от ведущих итальянских дизайнеров, вальяжно развалился в глубоком кресле. Неспешно потягивал тридцатилетний виски из массивного хрустального стакана. На носу франта всё так же неизменно покоились трофейные очки Годжо.

Тодзи привычно восседал на диване. Методично, с бухгалтерской точностью пересчитывал гору наличности.

Итоговый, чистый капитал их преступного дуэта составил астрономические сто двадцать миллионов иен. И это не считая бесценных артефактов — «Девяти Звезд», «Черной Нити» — и обретенного статуса сильнейших независимых наемников во всей истории Японии.

На стеклянном столе перед Убийцей Магов требовательно зажужжал новенький спутниковый телефон.

Мужчина неспешно поднял тяжелую трубку. Прижал к уху и сухо бросил в эфир одно короткое слово:

— Слушаю.

Из динамика полился глубокий, до тошноты уважительный голос свежеиспеченного представителя Попечительского Совета:

— Тодзи Фушигуро… И глубокоуважаемый господин Рю из Клана Абе… У Совета есть для вас новый, эксклюзивный контракт. Базовая оплата — пятьдесят миллионов иен. Объект ликвидации — международная магическая гильдия, базирующаяся в Шанхае.

Тодзи перевел взгляд на напарника. Древний демон задорно, предвкушающе оскалился в своей самой обаятельной и смертельно опасной ухмылке. На пальце мага весело крутилась связка ключей от новенького, ослепительно-красного спорткара, скромно припаркованного во внутреннем дворе особняка.

— Шанхай? — переспросил наемник, не меняя интонации. — Готовьте наличку. Купюры не метить. И забронируйте нам лучший отель с видом на набережную. Мы вылетаем завтра утренним рейсом.

Наемник равнодушно бросил трубку на стол. Глубоко затянулся сигаретой и с наслаждением выдохнул сизый дым в белоснежный потолок.