Скажите, пожалуйста, а вы никогда не задумывались вот над чем: почему все итальянские мафиози в Америке в первой половине двадцатого века держали свои ресторанчики и магазинчики? Не спешите бросать в меня помидорами, понимаю, как это стрёмно звучит сейчас. Дайте объяснить: просто с этой культурой «мафии» меня познакомили в детстве фильмы, которые круглосуточно крутили по телику. Про интернеты я только слышал в компьютерных клубах, и если у меня появлялась лишняя копейка в кармане, то рубились мы с кентами там в игры.

Так вот, к чему это всё. Я, если честно вам сказать, просто так же как и многие воспринимал это как шаблон, не имеющий под собой корней. Но оказавшись на их месте, в точно такой же ситуации, я понял, зачем и почему они открывали магазинчики и ресторанчики. Дело тут было далеко не в бизнесе. Им нужен был штаб. Не офис с чистыми белыми воротничками, а настоящий штаб, откуда можно было руководить всей своей незаконной деятельностью под ширмой легального бизнеса. Иными словами — доступное, всем видное и открытое место, за фасадом которого решались уже совершенно другие дела.

Вот и я сейчас остро нуждался в таком вот штабе. Понимая, что в его постройку надо прилично вложиться и всё такое, я стал задаваться мыслью: а не вскружил ли мне голову мимолётный успех и не насочинял ли я себе всяко-разного? Но как ни думай, под каким углом на это всё ни смотри, а всё равно приходишь к одной и той же мысли.

Надо!

Невзирая на то, что, возможно, придётся когти рвать по-быстрому или меня через некоторое время выпотрошат, как слишком наглого новичка. Просто без штаба не может быть никакого будущего.

Назвать, конечно, мой юный клуб девочек — тех, кто не выше ростом метр шестьдесят пять, — бандой язык не поворачивался, но как ни крути, а основной род деятельности у нас подразумевался всё же незаконный. Даже несмотря на то, что властям города Арбузный район был совершенно неинтересен. От слова — совсем.

Чем больше я узнавал о Фанте, тем больше я понимал, как же всё тут иначе устроено. Правая часть города вообще находилась на восемьдесят процентов исключительно под контролем местных кланов. То есть в обязанности кланов входил и жесткий контроль за соблюдением порядков на улицах города. И как ни странно, это здесь работало. Да, не без инцидентов, но на улицах Арбузного и Виноградного с Шелковичным районов я не видел до сих пор ни одного стражника. Ни одного патруля. Больше того: как мне стало известно, ближайший участок стражи находился в девятнадцатом районе от меня, чуть ли не в центре города. А сыскной отдел — в восемнадцатом.

Так что вот так тут обстояли дела.

Причём это я бегло пробежался, не вдаваясь в подробности и нюансы. Если копнуть глубже, нескольких часов не хватит, чтобы рассказать тот объём информации, что мне удалось узнать за столь короткое время пребывания в этом городе.

Тут, конечно, сыграли роль дворины. Опять же, про все нюансы быта Фанты я узнавал от них. То есть с их точки зрения, что одновременно намекало: есть и альтернативные взгляды на эти вещи — у других.

В общем, ночь, которую мы провели в доме рона Сворфа, была весьма насыщенной и плодотворной на сюрпризы. В первую очередь меня допустили вместе с моей «бандой» увидеть, как же у них внутри обстоят дела. То есть познакомили с их домашним бытом и культурой.

Понимаю, что далеко не у всех дворинов всё обстоят точно так же, как в доме Сворфа, но всё же кое-какие маркеры идентичности этого народа у меня появились: нормальной семьёй, признанной обществом считалась та, у которой в семье было не меньше пяти детей. Уважаемые семьи дворинов должны были иметь не меньше восьми.

Жили они всем скопом. Поэтому тут и была такая архитектура жилых кварталов и частных домов. Оказывается, вполне нормально, если в семье было два отца или три матери. Если с отцами это редкий случай, чтобы две главы были в одном доме, то вот с матерями — чуть ли не стандартное положение дел. У этого народа считалось зазорным и неприличным, чтобы семья состояла только из двух родителей. После того, как я узнал этот весьма занимательный факт, мне стало понятно, почему дворины постоянно наседали на другие кланы, хоть я и не знал особенностей быта других рас. То есть утвержденная внутренняя политика этой расы насчёт полигамных союзов логично объясняла их демографический рост и экспансию.

У Сворфа было три жены, пять сыновей и восемь дочерей. Причём, как он выразился: «Семья у меня маленькая». Я хрен знает, он тогда пошутил так или на полном серьёзе это сказал.

Чуть позже некоторые моменты прояснились в ходе обычного разговора. Из-за войн, частых конфликтов и опасной работы — вкупе с высоким процентом смертности среди мужского населения — семья нередко нуждалась не в одном кормильце, а в нескольких. Два отца, а то и три, зачастую были уделом уклада жизни семей с невысоким достатком — только так они могли выживать. И именно по этой причине женский пол по численности заметно преобладал над мужским.

Никаких экивоков — жесткий реализм с причинно-следственным прагматизмом просто и логично объяснял подобный дисбаланс. Общество дворинов достаточно грамотно расставило приоритеты для выживания своей расы, и мне оставалось только снять шляпу перед такой — с первого взгляда сложной, но, по сути, незамысловатой и естественной — конструкцией их уклада.

Когда Сворф захмелел ночью и совсем разоткровенничался, то признался, что раньше в его семье у него было ещё двое соронинов. Иными словами, в этой семье было три мужа. Но двое погибли в бою. Я так и не понял где именно, так как он бегло пробежался по этой теме, но уловил, что Сворф вообще не местный, а уроженец Голубых Гор. Что это за место и где оно расположено, рон Сворф не описывал, кроме того, что где-то на юге. Но говорил он о нём так выразительно, что мне даже стало неловко подробно об этом спрашивать. Словно Голубые Горы, его родина, были чуть ли не символом, о котором известно всей вселенной.

А после, когда градус уже дошёл до кондиции, началось то самое, чего мне так хотелось избежать. Разговор зашёл про Саффу. Про то, как он её любит, ценит и уважает, и что если из-за меня с ней что-то случится, то он, мягко сказать, не просто пошинкует меня на мелкую стружку и скормит свиньям, а придумает нечто более оригинальное, мучительное и в общем адски больное, о чём я буду жалеть до конца своей короткой, и мучительной жизни. В общем, на алогичность его угроз я уже не обращал внимания, так как всё предельно ясно для себя понял.

Но после этого я узнал настоящий мотив заинтересованности Саффы. То есть что именно её сподвигло на такие подвиги. Если я правильно понял, у неё была помолвка с одним из сыновей Толина. Больше того, не знаю, что это значит, но звучало гордо — на роль «альдворяны», скорее всего первой жены или старшей жены. Тут уже утверждать не буду, так как сам только кончиком пятака макнулся в эту тему.

Смысл был в другом: чтобы ей претендовать на это положение, надо было сделать своему будущему тестю шикарный подгон. Причём собственными силами и умением, чтобы Толин оценил её старания по достоинству. Так сказать, утвердил свой знак качества на её деле.

Но это было не всё. На самом деле тут такая Санта-Барбара закручивалась, что я даже не уловил и одной десятой их внутренних подковёрных игр. И судя по тому, насколько Сворф уделял этому внимание и как тщательно и щепетильно-эмоционально проговаривал каждые детали, я понял, что этот народ живёт совершенно другими ценностями.

Про какую-то там любовь-морковь вообще даже не упоминалось. Все эти телячьи нежности у дворинов не то, чтобы не приветствовались, а в некоторых случаях даже сильно осуждались. Сворф мне чуть не плюнул в лицо, когда я случайно об этом спросил. Брак в семьях дворинов выстраивался исключительно с рациональной точки зрения. Романтика и прочий ненужный мусор гасились на корню, так как считались высшим проявлением слабости. Был даже брошен камень в мой огород: «Вы, человеки, оттого и слабые такие, потому что падки на передок, а не головой думаете».

И на этом всё не закончилось. Помимо того что между нами пошёл очередной кувшин эля, меня накрыло новой волной информации. Оказывается, у Саффы были конкурентки — дочери из семи семей! И это уже превратилось для неё в настоящую борьбу. Она подошла к делу не просто слишком серьёзно, а с каким-то фанатизмом и одержимостью, чтобы стать первой. Для неё это стало вызовом, который она приняла по-своему. Среди семей дворинов на этот счёт даже делались ставки (только они тут как-то заумно назывались, но я передаю своими словами). И Саффа была далеко не главной претенденткой на победу. Но она не сдавалась и пошла на рискованный шаг: передала дело всей своей жизни — купальни — Силле, второй дочери Сворфа, чтобы за короткий срок в один год занять позиции в совершенно новой сфере. Добиться более весомого прогресса и заслуг в глазах семьи Толина.

Короче — лютая жесть, на которую ушли часы нашего разговора со Сворфом. Из него для меня всплыли не слишком привлекательные выводы: получалось, что Саффу не стоило рассматривать лишь как соглядатая от дворинов. Она унаследовала от отца долю моего прямого партнёра и останавливаться на этом не собиралась. Её заинтересованность в успехе нашего предприятия была намного выше, чем моя, отчего к ней стоило относиться уже с опаской. Этот рыжий монстр в один момент может сожрать своего партнёра с потрохами, если ситуация того потребует. И я, после всего услышанного, даже не сомневался в этом. Так что нужно быть с ней крайне осторожным.

А под конец всей этой подковёрной войны от Сворфа в мой адрес прилетела «ядерная бомба». Первой претенденткой из семи семей являлась Натти, младшая дочь Гелина. Именно на неё было сделано большинство ставок. Помимо того что дворяна была необычайно красивой, утончённой и хозяйственной девушкой, её дело имело огромный успех и приносило существенную прибыль. Она управляла тем самым «Жабьим поплавком». Не всем, а большей его частью, но мне и не нужно было объяснять: если ты владеешь восемьюдесятью процентами порта, оставшиеся двадцать никак не смогут повлиять на общую картину дел.

В результате, как для меня — зрителя со стороны, — Саффа вообще не имела шансов на успех. Но следует отдать ей должное: она не опускала руки. Только вот хорошо это было или плохо — ещё большой вопрос. Для меня лично это полный пиз*ец. В прямом смысле этого слова. Прямой конфликт интересов между семьями партнёров и потенциально проигрышная сторона в лице Саффы.

Осознавал ли я в тот момент до конца, чем по итогу всё это может обернуться? Нет. К тому моменту я уже просто закрыл глаза и вырубился.

А ведь я хотел спросить ещё так много чего, но недосып и изрядное нервное переутомление, сдобренные алкоголем, взяли своё. Очень хотелось выведать, кто же на самом деле Толин, какую роль он играет в этих районах и что это у него за распрекрасный сын, за руку и сердце которого шла столь ожесточенная борьба между дворянами. Нужно отметить, что это лишь два пункта из огромного списка вопросов, которые крутились у меня в голове.

* * *

На утро проснулся я с квадратной головой. Не хватало только ёжика в тумане. Туман в глазах был, рыжий храпящий медведь тоже рядом имелся, а вот ёжик… Блядь, и ёжик был. Сразу не заметил его. Только не того калибра, следуя классике жанра. Откуда он здесь взялся, без понятия, но точно могу сказать, что тоже рыжий. Ну и хрен с ним.

С трудом оторвав голову от подушки, которая неизвестно каким образом появилась подо мной, я обвёл помещение своим «ясным» взглядом.

О каком именно помещении я упомянул, не знаю. Мы были во дворе Сворфа. Прямо по центру перед окнами его дома — ну, теми, которые выходили во внутренний двор. Сбросив с себя лёгкое одеяло, я решился на подвиг спартанца и поднялся на ноги. Было трудно, но я преодолел земное притяжение и с гордостью поднял голову.

Во рту — пустыня, в висках заунывно и методично постукивал чей-то невидимый молоточек. Любая дерзкая попытка сделать первый шаг отзывалась глухой болью где-то на задворках черепа. Но у меня нарисовалась одна важная миссия! Нужно было срочно отыскать белый трон и слить в него переизбыток влаги из мочевого пузыря.

И это не должно было обернуться: “миссия невыполнима”. Я не какой-то агент Джеймс Бонд, так что никакие трудности не способны остановить меня. Кроме шторма. Как-то резко повело в сторону. Не люблю корабли.

— Рон Резак, вам требуется помощь? — появилась из ниоткуда какая-то мелкая рыжая фея, крепко ухватив меня за руку, чтобы меня не выбросило за борт в открытое море.

Но её сил было недостаточно, чтобы удержать такого великана, как я.

Погрузившись с головой под воду, я быстро пришёл в себя и, опираясь руками о бортики широкого фонтана, поднял голову, вырвавшись из водного капкана.

После этого как-то быстро увеличилась резкость в глазах и перестало штормить. Оглянувшись по сторонам и вытирая воду с лица, я понял, что ночью конкретно так нажрался. Подобное со мной крайне редко случалось.

Сворф спал на спине, громко хропя на весь двор. Рядом ещё спал какой-то дворин, имени которого я не знал, а чуть правее от меня стояла маленькая дворяна, внимательно наблюдая за мной.

— Привет, — попытался как можно вежливее с ней поздороваться я. — Тебя как звать и ты кто такая?

В общем, это оказалась не слишком разговорчивая Саппи — младшая дочь Сворфа. Так как она была самой младшей, ей было велено приглядывать утром за нами. Без проблем я выяснил, как пройти в туалет, и через полчаса, уже справившись со всеми своими утренними делами, сидел за столом перед Саффой.

И насчёт утра — это я, конечно, загнул, как оказалось. Половина двенадцатого на часах. Виновато улыбаясь, я массировал виски и глаза, выставив локти на стол.

— Человек, крайне неосмотрительно с твоей стороны… — дальше я уже не слушал бубнёж дворяны, которая явно пыталась меня отчитать.

Мне было как-то фиолетово на все её выпады в мой адрес. Через какое-то время подтянулись остальные участницы моей банды. До сих пор не могу без иронии произносить это слово даже для себя.

Подняв глаза, я внимательно и по очереди посмотрел на лица моих «гангстеров в юбках». Сосредоточенная и внимательная Саффа уже что-то записывала чернильной ручкой у себя в блокноте. Близняшки, как всегда: Вирт — с живым и участливым взглядом, Вира — с закрытыми глазами в полудрёме. И Ульма — та пиявка, от которой просто невозможно было избавиться. Поймав мой взгляд на себе, она внимательно смотрела мне в глаза, выискивая там что-то… Зря старалась, там ничего не было и быть не могло.

Выпив очередной бокал компота, я недовольно крякнул и, покривившись, глянул в сторону единственной блонды на маленькой кухонке.

Уловив этот момент, Саффа положила мне свою руку на запястье:

— Она не будет для нас проблемой. С ней я поговорила и беру полную ответственность на себя в будущем за её поступки.

Какова рыжая коротышка! Она с ней поговорила, берёт ответственность.

— А моё мнение тебе, значит, неинтересно? — одарил я тяжёлым взглядом старшую дочь Сворфа.

— Ты сейчас не в том состоянии, чтобы принимать взвешенные и адекватные решения, рон Миха, — спокойно сказала она мне, явно пытаясь избежать конфликта. — Я не оспариваю твоего лидерства, но тебе сейчас больше нужны друзья, а не враги.

Сказано, конечно, хорошо — что-то из разряда «лучше шаткий мир, чем твёрдая война», — но всё же мне не нравилось, что Саффа так быстро стала принимать решения за всех нас. Похоже на первый тревожный звоночек… или разыгравшуюся во мне паранойю. Ни тот, ни другой вариант мне не нравился.

— Нам сегодня стоит определиться, где мы разместим рона Ромина с его семьёй, — перешла к делу дворяна.

Молодец. Нечего сказать. Сразу переключила внимание на важные вопросы, оставив разговор про Ульму на потом. Но она была права: Ромин получил вчера серьёзную взбучку от бородачей за то, что согласился со мной работать без спроса. В качестве наказания на два месяца ему предстояло покинуть район и свою мастерскую вместе со своей семьёй. Ответственность за дальнейшую судьбу Ромина и его близких возложили на меня. Я должен был приютить дворина у себя на районе и обеспечить всем нужным для проживания, включая работу.

С последним как раз проблем не было. Работы у меня вагон впереди. Так что, сколько бы у него ни было сыновей и какова бы ни была его семья, работа для каждого из них найдётся. Это стопроцентная информация.

— Нам стоит выяснить, как обстоят дела на первом этаже моего дома. Надо связаться с владельцем дома или…

— Я уже всё выяснила, господин Резак, — перебила меня Ульма. — Вы это задание вчера поручили мне. Вот, — она достала небольшой клочок бумажки из кармана и протянула его мне, — имя и адрес владельца дома. С кем можно говорить по этому поводу.

Я передал записку Саффе, глянув на неё одним глазком. Почерк неразборчивый — хрен пойми, что там написано.