— Так ты, значит, бандит из двадцать седьмого района? — внимательно посмотрела на меня Кина, придирчиво заглянув в глаза.

— Спасибо за комплимент, — не стал оправдываться я, лишь кое в чём поправив её. — Правда, бандитом назвать меня не совсем правильно будет. Пока что я шестёрка на побегушках. Ни больше ни меньше.

Девушка медленно обошла меня по кругу, не отпуская указательного пальца от моего жилета.

— Судя по твоему наряду, так и есть. Не врёшь. Возникают сомнения только насчёт белой широкой полосы на штанах. Это за какие-такие заслуги шестёркам в Борос разрешено носить столь ярко выраженные отличительные отметки?

Кина меня удивила. Без шуток. Эта красавица была довольно хорошо осведомлена о некоторых тонкостях и нюансах этого района. И если призадуматься, оказалась она здесь совершенно не случайно.

Вывод напрашивался один, но озвучивать его я не собирался.

Нагло ухватив девушку за талию, я попытался подтянуть её ближе к себе, но понял, что с таким же успехом мог попытаться проделать подобный финт с фонарным столбом. Используя всю свою силу, мне не удалось её даже на миллиметр сдвинуть с места. Признавая своё поражение, я подтянулся сам. И тут же об этом пожалел. Я понимал, что из-за этого вышел из образа крутого парня, превратившись в карикатуру.

Короче, момент упущен, я облажался.

Кина на каблуках была практически одного роста со мной, что мне очень нравилось. Ещё тогда, в центре, когда я впервые увидел её в простом домашнем платье, мне эта девушка очень приглянулась. К тому же её слегка грубоватые нотки в голосе и сильное, пышущее здоровьем тело наводили меня на всякие пошлые мысли, которые рождали во мне желание тянуться в завтрашний день.

Повернув голову в сторону ящеров, я понял, что те исчезли из виду. Скорее всего, они начали спускаться вниз, в сторону балки. И на этом наша случайная встреча закончится. Ещё и друзяшки её мохнатые вышли из двора, бросая в нашу сторону свои любопытные взгляды.

Кина вопросительно подняла бровь, глядя на меня. Затем пальцем указала на мою руку у неё на талии. Мне не хотелось отпускать её от себя, но я понимал, что нужно. В итоге с сожалением убрал руку и улыбнулся ей.

— А вдруг один из них специально спрятался, чтобы разоблачить нас. Осторожность в нашем деле не помешает, — аккуратно провёл пальцем я по её рельефному животику, не в силах отказать себе в подобной вольности.

Честно признаться, мне уже было пофиг на ящеров. Вообще пое*ать, куда они там шли и чего хотели. Я уже забыл про них. Судьба подкинула мне этим вечером такой подарок, который я выпускать из рук не собирался. И плевать, что Кина была с мохнатыми. Людоволков я тоже мысленно уже отослал нахер.

Пусть Кина была и старше меня на пару лет, но это ничуть не притупляло её красоты и очарования. Её красивые глаза были той самой наградой за мои страдания этим днём…

Девушка поймала меня за палец и чуть не сломала его. Присев по инерции и скорчившись от боли, я недовольно выругался, восприняв поступок блондинки как предательство.

— Нет, ну каков наглец! — отпустила мой палец та и достала из кошеля малый золотой. — Ты заигрался, малыш, переступив все рамки дозволенного. Но работу свою выполнил. Так что держи.

Монету она мне протянула на вытянутой руке. Хорошо, что не бросила. Иначе это было бы прямым оскорблением.

Мда. Её грубый и высокомерный голос сразу расставил всё по своим местам. Наверное, кто-то таким образом показывал своим мохнатым дружкам, как она относится к какому-то рандомному типу. А впрочем, какая разница. Было ли обидно? Врать не стану — немного всё же зацепило. Но плакать и биться в истерике — не моё это. Тут уж извиняйте.

В первую очередь я поднялся во весь рост.

— Можешь оставить свои деньги себе, сыскарь, — сохраняя своё лицо, отодвинул я её руку от себя. — Мне подачки от тебя без надобности. Свою плату за оказанную тебе услугу я уже получил, так что будь здорова!

Гордо подняв голову, развернувшись на месте и сунув руки в карманы, я, как тот самый человек и пароход Михаил Светлов, сделал цигель-цигель, айлюлю — отсюда.

Но всё же я краем глаза заметил, как Кина покраснела и напряглась.

— Эй ты, ничтожное отродье, а ну стой на месте! — закричала она мне в спину, и моя уверенная походка мгновенно превратилась в быстрый и стремительный бег.

За мной никто не гнался, и я остановился уже на следующем перекрёстке тесной улочки. Немного отдышавшись, я достал сигарету и прикурил. Настроение в этот момент немного поднялось. Ведь после того, как она чуть ли не воткнула в меня свой вонючий малый золотой, на меня накатила злость. И чтобы не оставаться в долгу, самопроизвольно я ответил колкостью на её подачку. Она слишком быстро поняла мой намёк — я даже пару шагов отойти не успел. Умная. Не зря «нюхачкой» работает. А чтобы не попасть под горячую руку и оправдать её в глазах коллег, я надавил на тапки. Гоняться им за мной не с руки, ведь их целью были чешуйчатые богатыри. Это и так понятно.

Но вот что было интересно: похоже, мои догадки насчёт того, что Кина работает в сыске, всё-таки имели под собой почву.

Хотя нет, неправильно выразился. Скорее всего, теперь у меня появились серьёзные подозрения, что она сыскарь. Достаточно было даже того взгляда, которым она на меня зыркнула, когда я её назвал сыскарем.

За сегодня я всё-таки успел нахвататься немного крайне полезной для себя информации о местной флоре и фауне и теперь представлял, что за порядком в городе следят два ведомства — Стаража и Сыск. Если переводить на простой язык, то получается примерно так: патрульные и сыщики.

Стражники просто контролируют город: от входных ворот до того, что праздно шляются по улицам взад-вперёд, следят за порядком. В их обязанности входит разгонять всякую мелкую шушеру — от пьяных выходок до поножовщины, стараясь, чтобы город не превратился в проходной двор. А когда происходит что-то серьёзное, тогда уже в дело включается городской Сыск.

И вот тут Кина и выдала себя. Простые солдаты, или стражники, не будут ходить в гражданке по тёмным переулкам на окраине города. Сомневаюсь, что она появилась в том месте совершенно случайно. Такое списать на банальное совпадение язык не повернётся.

Значит, ящерами интересуются местные власти. А раз местные власти ими заинтересованы, соответственно, чешуйчатые замечены в каких-то тёмных делах. И теперь я знаю точное направление, где происходят эти самые — «тёмные дела».

Из чего возникает интересный вопрос: а надо ли мне вообще знать об этих делишках? Могут ли эти знания принести мне прибыль, или… Или всё-таки стоит придерживаться старой пословицы: кто много знает, тот долго не живёт?

Вот с такими мыслями я вернулся к кабаку «Хромая лапа». На удивление, у входа меня уже дожидались старшие в компании каких-то двух интересных теней за их спинами. Людьми нечто-подобное назвать было сложно.

Почему-то при взгляде на них я сразу понял, что это мои новые коллеги-товарищи. Те, на которых можно будет опереться в трудную минуту. Внешний вид у этих ребяток был, откровенно сказать, потасканный, причём при их довольно молодом возрасте.

На первый взгляд, молодым людям было приблизительно шестнадцать-семнадцать лет. Их болезненно худые тела и безжизненные глаза намекали, что эти люди готовы работать за тарелку супа. Не самого жирного, можно без мяса и, главное, без тяжёлой ложки.

Ну честное слово, без шуток, в какой-то момент я даже усомнился, что они способны поднять тяжёлую ложку. Кожа да кости — вот на кого я смотрел.

Одно из этих существ было мужского пола, скорее всего, а второе — женского. Это сугубо интуиция, ничего более. Потому что по строению тела определить их пол было практически невозможно.

— Где тебя носит? — встретил меня недовольно Гарри Поттер с АлиЭкспресса, как только я подошёл к ним.

— Отвали, мудило, — отодвинул я го в сторону рукой, не в настроении сейчас играть в мамкиных бандитов.

Подойдя к этим несчастным я только морща нос тяжело выдохнул,

— Ульма, ты в своём уме? Что это за суповой набор?

Девушка видно поняла, что я не в настроении, ответив без особого энтузиазма в голосе,

— Вира и Вирт, близнецы, которых нам продали.

— За недорого, я так полагаю, — больше констатировал я, прекрасно зная, что у нас в “казне общака банды” гуляет ветер.

— Не твоё дело, — встрял в разговор Жук, напоминая о себе.

Я повернулся к нему и положив тому руку на плечо тихо ему ответил,

— Моё, как раз очкастый. Моё.

* * *

Проснулся я рано утром. Спать совершенно не хотелось. Посмотрев на двух близнецов, которые сейчас лежали на полу, завернувшись в одеяла, я мысленно выругался.

Надо было собираться. В мои планы входило посетить Мих Аила. Сомнительно, что он удостоит меня аудиенции, но отказываться от своей затеи я не хотел.

Мне нужно было встретиться с ним и серьёзно поговорить. Понятно, что на искренний разговор рассчитывать не стоит. Вот только дальше всё продолжаться так не могло. Этот какой-то бесконечный цирк абсурда мне уже порядком надоел.

На календаре тринадцатое августа — мой день рождения. Сегодня мне двадцать лет. Можно сказать, юбилей. Значит, по логике вещей, у моего двойника сегодня тоже день рождения. Всякие глупости про подарки или мысли о том, что меня не примут, я гнал прочь. Как раз если у него и будет свободная минутка, то только утром. Так что лучшего времени не найти.

Зайдя в ванную и умывшись, я с сожалением посмотрел на пустую полку. Зубной пасты и щётки у меня до сих пор не было. Выходить на улицу уже который день с грязным ртом — вообще печаль. Хорошо, что яблок купил. Так хоть с их помощью можно перебить запах изо рта. Дезодоранта и прочих прелестей тоже не было. Уже пожалел, что не взял малый золотой у Кины, играя в нереально крутого героя. Деньги мне сейчас не помешали бы.

Оказывается, наша атаманша вчера спустила всё, купив этих двоих доходяг. До вчерашнего вечера я и не знал, что в Фанте существует рабство. А после её покупки мы оказались на мели. Теперь единственным, к кому я мог обратиться за помощью, был тот самый зализанный мудак, с которым у меня было «много общего».

Уже выйдя из дома, я посмотрел на голубое небо. И почему-то в моей голове родилось пораженческое ощущение, что я всё делаю неправильно. Не так, как надо. То есть совершаю ошибку, направляясь к Мих Аилу. Вчера вечером мне казалось, что это хорошая идея, но вот сейчас начали возникать большие сомнения.

Приметив невдалеке убогий скверик, я решил, что стоит присесть и поразмыслить, в чём проблема.

Нехорошо, что типа через голову старших прыгаю?

Нет. Полный бред. Я решил поиграть с ними в их игру, но игра оказалась скучной и довольно бестолковой, чтобы вызвать интерес.

Дело в Ульме? Сблизился ли я с ней и хочу ли ей помочь?

Тоже глупость. Нас с ней ничего не связывает. Практически ничего. Мы совершенно чужие друг другу люди. Нас нельзя даже назвать друзьями, приятелями или просто знакомыми. Мы просто оказались вместе в один определённый момент для одной определённой задачи. Всё. Наши отношения не выходят за рамки чего-либо большего. Нельзя думать, что ты сблизился с человеком, просто один раз вечером прогулявшись с ним. Особенно когда у неё в шкафу свои скелеты.

Что тогда ещё?

Правильно, я решил трезво рассуждать! То есть смотреть правде в глаза. Кто я для Мих Аила? Бракованный сосуд. Или, если ещё точнее, запасной кожаный костюмчик на чёрный день. Ему просто надо держать меня в целости и сохранности по возможности.

И тут до меня дошло самое главное. Ведь если рассуждать с его точки зрения, если я попытаюсь поговорить с ним серьёзно, то самым простым выходом из ситуации для него будет посадить меня в клетку и периодически подкармливать. Своими разговорами я только усугублю своё положение, потеряв свободу. Самое главное, что у меня сейчас есть.

Да, «свобода» моя относительна, но… достаточно вспомнить те прекрасные дни в поместье моей зеленоглазой красавицы.

Вот что самое страшное! Я не слишком ценный, чтобы меня беречь, и не слишком бесполезный, чтобы меня просто выкинуть.

Ведь, по сути, скорее всего, не зря Мих Аил определил нас в этот район. Как я уже успел убедиться, такие районы абсолютно безынтересны властям города. Иными словами, на улицах нет ни стражников, ни прочих представителей власти. Соответственно, на улице такого района документы мне не нужны. Но без документов — я никто.

Вот и первая реальная задача для меня. Прежде чем думать о побеге, надо подумать и о будущем. То есть обзавестись документами. И уже ясно как божий день, что никто мне этого сделать официально не позволит. Иными словами, надо искать связи и возможности. Не стоит также забывать, что цена этой услуги будет достаточно высокой. Значит, деньги стоят здесь тоже не на последнем месте.

И вот как раз вопрос с деньгами мне предстоит решить самому. Ждать, что тебе оставит наследство дядюшка в неизвестном тебе мире? Правильно — смешно и безрассудно. Большие деньги честным трудом заработать невозможно: без связей, образования и знаний. Ничего из перечисленного у меня не было.

В таком случае путь только один. Его-то мне и предоставил мой любезный двойник. Так что не в том направлении я иду и не о том думал.

Если нужно сохранить свою свободу и независимость, не иди на поклон к людоедам. Докажи себе в первую очередь, что жизнь принадлежит только тебе и никому более.

Кстати!

Я повернулся вправо, откуда чувствовал чужой взгляд. Да, я не ошибся. Ульма всё не пренебрегала своими главными обязательствами.

— Ну хватит там прятаться, — крикнул я ей, отчётливо видя за стволом дерева кончик её красной туфли. — Выходи уже, Красная Шапочка, желательно с корзинкой горячих пирожков для бабушки. Тут Серый Волк заждался тебя. Голодный и злой.

Ульма, поняв, что она обнаружена, вышла из-за своего укрытия с гордо поднятой головой.

— Садись уже рядом, атаман лихой! — постучал я рукой по свободному месту на лавочке. — Рассказывай уже, кто на самом деле твой Жук и как мы его будем бить большими и толстыми палками по его наглой морде.

Девушка остановилась, не дойдя до меня несколько шагов. Её взгляд мне совершенно не понравился. Словно в тот момент, как я закончил свою фразу, я превратился для неё в злейшего врага. Чувство опасности кольнуло в самое сердце.

— Давай только без глупостей, — уже совсем лениво предупредил её я. — Мне вообще не нравятся твои глаза.

Ульма неподвижно продолжала стоять на месте, словно обдумывала, как ей поступить.

— Слышал я ваш разговор, — признался я, чтобы не растягивать эту драматичную паузу. — И видел, как ты, потупив голову, сопли жевала, когда он тебя отчитывал. У меня дома. Когда он пришёл к нам. Так что не выделывайся, садись и рассказывай, как всё на самом деле обстоит, если хочешь заслужить моё доверие.

— Доверие? — холодно глянула на меня она, и я понял: пора пускать в дело мой последний козырь.

С моей стороны подло требовать доверия, когда я сам кое-что скрывал от неё. Прочертив пальцем на шарике треугольник, я отпрыгнул в сторону с того места, где только что сидел. Намеренно выбрал каменную дорожку, чтобы Ульма не ориентировалась по примятой траве или пыли земли.

Девушка, выхватив оба ножа, прыгнула в мою сторону, но, потеряв меня из виду, застыла на месте, внимательно водя взглядом из стороны в сторону и прислушиваясь к звукам.

Вот и тебе и пожалуйста. В очередной раз убедился, что правда — смертельно опасная штука.

Стараясь двигаться как можно тише, я отступал от этого места. С её ножами мне связываться не хотелось. Ведь я просто невидимый, а не бессмертный. Ничего хорошего из того, что я подкрадусь к ней сзади, не получится. Она тупо пырнёт меня — и всей сказочке конец.

Похоже, она уловила, где я, и стала медленно приближаться в мою сторону. Это уже становилось совсем не весело.

Под ногами куча мелких камушков и мусора, так что двигаться совершенно бесшумно с моей массой в восемьдесят два килограмма — проблема.

Попробовать тупо убежать? Ну, как вариант. Но не то чтобы идеальный.

Поговорить? Тут уже пятьдесят на пятьдесят. И то только по моим прикидкам. Ведь после того, как я раскрыл их маленький секрет, она долго не думала, прежде чем достать свои ножи. То есть приоритеты сместились. Слова Мих Аила меньше весят, чем эта тайна.