[Кабинет профессора Соколова]
Небольшое помещение секретного подземного комплекса не выглядело как кабинет одного из наиболее влиятельных людей на базе. Несколько пустые полки, почти никакого декора. На столе с компьютером лёгкий творческий беспорядок. Профессора мало волновали внешние проявления. В этом кабинете он обычно сосредоточенно работал.
Однако сейчас он с довольной улыбкой достав из одного шкафчика пузатую бутылку и бокалы, показал их Розенблату,
— Отметим успех?
— По-моему ты немного торопишься. Испытуемый едва стабилизировался… хотя ладно, давай, — согласился второй профессор, видя как воодушевлён эксперт по исследованию загадочных технологий чужих народов. Попытки раскрыть секреты механоидов много лет не приносили значительных результатов. Проект не закрывали лишь из-за последней надежды на прорыв.
Розенблату работалось проще: он в целом занимался вопросами магии и биологии. Тем не менее недовольство руководства Прометея с каждым годом росло и перелом ситуации стоило отпраздновать. Соколов налил шампанского и поднял свой бокал.
— За успех!
После произнесённого тоста он взял конфету из коробки и с комфортом устроился в соседнем кресле, немного подумал и перешёл к делу.
— Есть идеи, почему сработало на этом испытуемом?
— Особая характеристика редкого дара. Правда, пока нужно разобраться в деталях, проверить факторы, вызывающие отторжение. Потом вообще желательно извлечь дар.
— То есть нам повезло? — удивился Соколов.
— Если пятьдесят четыре провала и один успех можно назвать везением, — пожал плечами Розенблат. — Хотя дары-пустышки редкость. В наше время таких почти не рождается. Может быть во время Вторжения Предвестников было иначе. Нулевая склонность, не более чем обычный генератор энергии. Кстати, за удачу!
Учёные подняли второй тост. Соколов задумчиво кивнул.
— Главное не торопись. У меня большие планы по исследованию нашего склада. Может быть получится самим расшифровать язык механоидов. Будь приветливее с испытуемым — никаких инвазивных процедур. Пусть сначала поможет мне. Может быть вообще так окажется, что ядро передавать будет некому.
Розенблат задумчиво покачал бокалом, смотря как выходят пузырьки газа.
— По-настоящему уникальных случаев не бывает, я выясню в чём причина совместимости… Почти уверен, что мы быстро найдём кандидата с более высоким потенциалом и полезным даром.
Учёные продолжали обсуждать ситуацию. Соколов достал планшет и иногда посматривал на трансляцию из комнаты Андрея. А также потребовал от помощников перепроверить то, что хранится в особой комнате содержания. Отгородившееся от них иномирное существо, заявившее, что предпочтёт смерть, не проявляло признаков активности.
Одного испытуемого, у которого был частичный успех в установке ядра, оно уже убило. И теперь нельзя было допустить повторения тех событий.
Мне наконец позволили побыть одному. Хотя это было весьма условным: я буквально спиной ощущал взгляд направленных на меня камер. Впервые осознал ценность приватности, но пришлось смириться и неспешно поглощать обед.
Подход Прометея мне в корне не нравился — казался слишком нечеловеческим. Потому, пусть это они меня разбудили, надолго задерживаться здесь я не собирался. Проблема в том, что без оружия я не опаснее обычного тренированного человека. Я не могу метать огненные шары, гнуть арматуру голыми руками или исцелять прикосновением. Впрочем, мне дали какую-то непонятную штуку чужой цивилизации. И почему-то я сомневаюсь, что её можно просто вытащить.
Я сосредоточился на себе, при этом стараясь продолжать есть как ни в чём не бывало. Говорить я не мог. Но если уж эта штука рисовала мне виртуальный интерфейс, я надеялся на её способность работать за счёт мысленных команд.
Спустя несколько минут мне действительно удалось найти способ вызова интерфейса. Появилось затемнённое окно с синим шрифтом и парой кнопок сверху. Дизайн был весьма минималистичным, без каких-то красивостей. Да и содержание оказалось весьма скудным.
Устройство: Ядро Экселус В3.26
Состояние: режим интеграции
Текущий прогресс: 21%
Основные функции недоступны до завершения процесса.
Внимание, задача приостановлена из-за недостатка наноструктурных единиц альфа-класса. Запущена репликация на основе кси-энергии.
Время до завершения процесса: 25 лет.
Я смотрел на окно перед собой. Особенно на последнюю цифру. Что сказать, если я ещё ненадолго прилягу поспать, то процесс как раз завершится.
Ха, похоже Олег заразил меня своим оптимизмом… А ведь его уже давно нет. Даже его правнуки уже состарились и умерли.
На мгновение предавшись воспоминаниям, я встряхнулся и отодвинул всё лишнее. Сейчас рефлексии предаваться рано. Займусь этим лёжа на берегу моря с коктейлем в руке. А пока вокруг нет красивых пейзажей, да и наливают здесь явно не маргариту.
Я взял большой стакан какого-то коктейля и отпил. Отдавало химическим ароматизатором вишни, но наверняка подобное питание назначили ради восстановления истощённого организма. У Прометея нет никаких причин травить меня столь изощрённым способом, когда можно ввести что угодно при помощи шприца.
Восполнив немного сил я продолжил исследовать интерфейс. Похоже, эта штука напрямую питалась от истока моей скудной магии. И сейчас не могла принести мне никакой пользы, кроме разве что повышенной регенерации. Процесс всё ещё продолжался и тянул из меня силу. Зато он наверняка избавил меня от длительного восстановления после сна в морозилке.
Вот только я солгал, что символы непонятные, а меня похоже заставят как-то исследовать другие остатки чужих технологий. Меню смены языка найти не удалось… Зато имелся интерфейс связи с той самой «автономной платформой Пр-0-кси-4», которую я решил называть Прокси.
Взывать к вторженцу из другого мира опасно. С другой стороны, судя по обрывкам информации, Сопряжение было неким катаклизмом столкновения миров — и чужаки попадали к нам не по своей воле. Вероятно, где-то прямо сейчас обычные люди считаются вторженцами. И можно лишь надеяться, что им дали прибежище. Этот механоид по крайней мере выучил наш язык. И пусть я пока не знаю всех обстоятельств, но здесь он такой же пленник.
Могла же высокоразвитая цивилизация машин действовать иначе, нежели агрессивные животные с магией? Вопрос в том, кто эти машины создал и для чего…
Поколебавшись, я мысленно нажал на кнопку интерфейса, который отзывался удивительно хорошо и плавно. Вот только в открывшемся окне несколько секунд покрутился значок и выдал сообщение об ошибке:
«Вне зоны действия безопасного уровня мощности сигнала. Увеличить мощность?»
Блок, где меня поселили, случайно или намерено располагался дальше от тех лабораторий и сигнал не пробивал стены. Возможно ли, что запертая где-то иномирная машина боится обнаружения активности? Прометей наверняка тщательно её контролирует и лишь разница в технологиях не позволяет полностью заблокировать сигнал.
Оценив ситуацию, я решил пока не пытаться устанавливать связь, но набрать текстовое сообщение, поясняющее моё требование. Появилась виртуальная клавиатура… и именно она почему-то не реагировала на мысленные команды.
Вот же засада… похоже даже самые развитые технологии не лишены некоторых недоработок.
Я совершил такое движение рукой, будто поудобнее подтягиваю пиалу с кашей. Но на самом деле постарался нажать пальцем на виртуальную кнопку. Получилось, интерфейс отреагировал.
Интересно, если я буду сидеть и как умалишённый нажимать на воздух, организация «злых учёных» догадается, что происходит?
Вопрос был риторическим. К счастью, нашёлся способ через регулировки размера окна и положение интерфейса. Завершив обед, я устроился на кровати. Какое-то время смотрел в потолок, а потом перевернулся на живот. Дальнейшее было испытанием моего терпения: требовалось двигать интерфейс и медленно набирать сообщение, словно просто постукивая пальцами. Пожалуй, получилось достаточно незаметно, будто после бесконечных анализов и сытного обеда накатила усталость.
Стало скучно, потому я попросил себе что-нибудь почитать о мире. Какие-то новости или учебник истории событий Сопряжения. После некоторых проволочек, я получил читалку с электронными чернилами. Разумеется, не имеющую доступа в интернет. Однако мне хватало и этого. Кроме того, мне выдали нормальный тканный спортивный костюм и кроссовки.
Начинать исследования почему-то не торопились. И часы в электронной книге подтверждали догадку — уже настала ночь. Выспался я на десять жизней вперёд. Благодаря этому получил возможность тщательно обдумать ситуацию.
— Как вы себя чувствуете? Было что-то необычное? — спросил Соколов, когда меня привели в странную комнату. Не знаю, для чего оно использовалось раньше, но сейчас вдоль стен стояло пару тумб и шкафов, а по центру располагался почти пустой стол с табуреткой.
Помимо профессора, здесь ждало несколько худощавых учёных помоложе и встреченная вчера блондинка в деловом костюме. Её роль была непонятна, но я ощущал исходящую магическую силу. А значит она может выполнять роль охранника, или надзирающего за работой профессоров представителя вышестоящей структуры. Не знаю, что для меня в данном случае хуже и оставалось притворятся всем довольным.
— Полным энергии и готовым к новой жизни. Опять мелькали какие-то символы, — сказал я полуправду. Если быть точным, после сна я обнаружил системное сообщение о завершении регенерации и переключении в режим экономной поддержки организма. Утренняя разминка прошла хорошо, а завтрак исчез во мне как в бездонной топке.
Не меняя выражения лица, профессор кивнул и жестом пригласил меня идти за ним.
— Сейчас мы приступим к первым тестам. Сообщайте обо всех увиденных символах или странностях. Некоторые тесты могут быть непонятными или утомительными, но, пожалуйста, потерпите.
— Ради науки, — пожал я плечами. — Кстати, я смогу присоединиться к вам… нормально? Кажется, у вас интересные исследования.
Соколов окинул меня взглядом со смесью любопытства и скепсиса, но всё же кивнул.
— Может быть. Сначала вам требуется привыкнуть к новому миру, а мы убедимся в вашей стабильности. Через неделю или две мы поднимем этот вопрос.
Если моя совместимость с ядром — редкий случай, то со мной будут сотрудничать. И может я и правда повысил бы свой статус, но всегда оставался бы винтиком в системе. Вполне возможно даже с устройством ликвидации: ведь ошейник снимать не торопились.
Отбросив сомнения, я мельком задержал взгляд на открытом окне, сдвинутом в сторону и мысленным фокусом нажал на кнопку соединения. А затем отправил заготовленное сообщение… получилось! Судя по загоревшейся синей точке текст дошёл до адресата! А содержал он простой набор тезисов: мне эти люди тоже не нравятся, они знают об интерфейсе и мне нужно, чтобы он одновременно показывал надписи на русском и их языке.
Меня тем временем подвели к обычному офисному белому столу, где лежали стопка бумаги и ручка. Именно то, что я и ожидал: если символы чужие, значит их нужно будет зарисовывать. В худшем случае мне сейчас бы пришлось оправдываться, что загрузился русский язык или вообще «ничего не вижу». А это выглядело бы подозрительно.
К счастью, ответ пришёл вовремя:
«Настройки введены. Не пользуйся связью чаще нужного: есть риск обнаружения. И помни, как только они посчитают, что могут безопасно передать ядро кому-то из их руководителей его извлекут. В их случае способ один — убийство носителя».
Канал связи оборвался, оставив меня крайне обеспокоенным. Казалось бы, угроза очевидная, как и ожидаемая способность управлять этим «ядром». Но полученное сообщение заставило меня напрячься. И это не ускользнуло от внимания: возможно, у меня подскочил пульс.
— Не нервничайте, в тестах нет абсолютно ничего страшного. Инструкция проста: мы будем давать вам предметы; если появится какая-то надпись, постарайтесь как можно точнее перенести её на бумагу.
Я просто кивнул и устроился на табуретке с колёсиками. Девушка подошла ближе, с интересом наблюдая за процессом. А я впервые посмотрел на неё внимательнее, отвлекаясь от беспокойных мыслей. А посмотреть было на что! Красивое миловидное лицо, которому отчаянно не хватало лёгкой доброй улыбки. Внимательные серые глаза, пухлые губки, небольшой носик. Костюм не скрывал явно спортивную фигуру. И держалась она с гордой осанкой, а прямые блекло-золотистые волосы собрала в хвост.
— Миледи, кажется мы с вами не познакомились. Андрей Кузнецов, — улыбнулся я девушке, чтобы улучшить атмосферу.
Увы, её взгляд оставался… даже не холодным, а просто равнодушным и мёртвым.
— Виктория. Не отвлекайтесь от вашей работы. Я здесь просто чтобы следить за безопасностью проводимых экспериментов.
— Будьте со мной помягче, если начну кричать слова на неизвестных языках. Я одно время немного увлекался латынью. И в том числе выучил пару ругательств.
— Это такая шутка? — девушка вскинула бровь.
— О нет. Pulcherrima puella ante me est [1]. Как я могу шутить об этом?
[1] Передо мной прекрасная девушка.
Всё же немного интереса Виктория показала. Но её оттеснил Соколов.
— Пора заниматься делом. Багрянцева… потом сможете пообщаться, если найдёте время.
— Этого не требуется, — спокойно ответила она, доставая телефон. Похоже, начала переводить, пока помнила звучание. Судя по брошенному на меня взгляду, у неё получилось.
Тем временем руководитель лаборатории видимо хотел контролировать всё лично — и следил за мной, пока его помощники стали подавать мне предметы. Сначала какие-то куски стали, слитки и минералы. Я должен был подержать их в руках, сосредоточенно присмотреться. Но ничего не происходило. Наконец, мне дали слегка светившийся синий камешек.
Кристаллизованная энергия
Тип: мана
Качество: В
Ресурс: 1590 единиц
Надписи были на русском. Но теперь каждая строка снизу дублировалась непонятными символами.
— Есть контакт… это же мана-кристалл? — уточнил я.
— Всё верно… очень хорошие новости. Зарисуйте текст.
Я как мог постарался скопировать набор непонятных символов. После чего лист бумаги забрали, дополняя записи. Мне ещё пару раз подсунули разные камушки. Затем пошли обломки каких-то устройств. Я успешно изображал словно ничего не понимаю.
Соколов решил быстро повысить ставку и мне вручили продолговатую металлическую штуку со светящимися элементами. Я как обычно коснулся её рукой…
«Обнаружено неисправное устройство, содержащее наноструктурные единицы альфа-класса. Начато поглощение».
Устройство тут же набрало в яркости и нечто светящееся синим втянулось в мою руку. Я не успел даже открыть рот, как меня согнуло в конвульсиях.
Разбудили меня напряжённые голоса. Первым кажется был Розенблат.
— А я говорил не торопиться! Зачем было с ним проводить эксперименты по установке контакта?
— Не вижу реальной опасности. Тем более это позволяет собрать больше данных. Есть результаты? — спокойно ответил Соколов, и собеседник что-то тихо проворчал.
— Да, активность ядра механоидов повысилась. Его влияние на тело усилилось. Хм… мозговая активность растёт…
Я понял, что дальше подслушивать не выйдет и притворился, что только просыпаюсь, подняв руку и потерев глаза. Я находился в той самой палате, где проснулся впервые. Впрочем, в этот раз я был одет, отсутствовала только обувь.
— Что случилось?.. Профессора? — я медленно сел, встретив их взгляды.
— Неожиданный выброс энергии при активации артефакта механоидов, — ответил Соколов, подходя ближе. — Как вы себя чувствуете?
Случившееся я помнил и чётко понимал, что этот ублюдок лжёт. И когда ситуация оказалось нестандартной, они с перепугу нажали на кнопку. Меня вырубил чёртов ошейник!
— В целом… хорошо. Та железяка меня ударила током?
— Да, это было неожиданно… — подтвердил профессор.
— Не хочу, чтобы правила безопасности писали моей кровью. Может, выдадите резиновые перчатки? — криво ухмыльнулся я, притворившись будто поверил.
— Так и сделаем. Хотя лучше вообще производить анализ дистанционно, если это возможно. Пока прервёмся, вас сопроводят в комнату.
Я лишь встал с кушетки и надел валявшиеся рядом кроссовки, когда дверь в помещение отворилась и к нам зашёл крайне солидно выглядевший мужчина в сопровождении Виктории. Она внимательно смотрела на меня, но я лишь отметил её присутствие: ведь всё внимание было сосредоточено на новом лице. Костюм сидел на нём идеально. Его явно пошили по специальному заказу. Смотрел он на всех властно и с превосходством.
А ещё от него исходило мощное магическое давление, какого я на своей памяти ни разу не ощущал. Среди персонала этой базы были маги. Но этот буквально сдавливал меня. Если бы весь наш отряд во всеоружии столкнулся с ним… он бы втоптал нас в грязь меньше чем за минуту.
Даже не так! Он бы сделал это, не сходя с места и не извлекая оружия! Не представляю, какой разрушительной мощью обладает излучающий такую ауру, но инстинкты кричали о его силе!
— Дмитрий Александрович, мы как раз убедились в здоровье Андрея и думали пересмотреть подход к тестам, — поспешил сообщить Соколов и повернулся ко мне. — Перед тобой глава этого исследовательского филиала. Обращайся к нему господин Вяземский.
Мужчина медленно кивнув окинул меня взглядом, в котором читалось превосходство и властность. Я решил, что стоит представиться самому.
— Андрей Дмитриевич Кузнецов… спасибо за шанс выбраться с того света. Надеюсь, я смогу вам помочь.
— Не сомневайся, — коротко сказал руководитель базы. — Подойди ближе.
Я подчинился, чётко ощущая магические волны. Кажется… он меня изучал — буквально сканировал. И даже положил руку на грудь, а затем хмыкнул.
— Необычно… Покажи результаты исследований, штаб очень заинтересован в наших достижениях, — обратился он к Соколову. А потом взглянул на сопровождающую. — А ты пока отведи Андрея в его комнату.
Мне похоже дали передышку, чему я был только рад. От этого чудовища надо держаться подальше. И если я хочу отсюда выбраться, нужно ждать возможности избежать встречи с ним! В бою он меня разберёт на атомы в два счёта!
— Андрей… как вы себя чувствуете? — спросила Виктория по пути, взглянув на меня краем глаза.
— Всё хорошо, спасибо за беспокойство… — я секунду помолчал, решив завязать диалог. — Признаться, за прошедшее время так и не узнал, настолько много ресурсов у Прометея? Начальник вашей базы… в наше время таких сильных магов не было.
— … Очень много, это могущественная организация, — после раздумий ответила девушка. — Дмитрий Александрович действительно силён. Но даже не входит в десятку.
Я внутренне выругался, хотя лишь задумчиво кивнул.
— Впечатляет. И не скучно такому сильному одарённому прозябать в научном комплексе? Как я понимаю, в мире много где пригодилась бы его сила.
— Всё… несколько сложнее. Тем более, этот комплекс расположен в опасной зоне. А как обстояли дела до Сопряжения?
Состоялся короткий разговор, в котором я рассказал, как люди собирали всех, пробудивших магию и пытались разобраться, как противостоять вторженцам. А после продолжил добычу информации.
— Зачем же научное заведение построили здесь? Не возникает проблем с логистикой?
— Эм… да, есть определённые неудобства, — неуверенно, подбирая слова подтвердила девушка. — А причина… в необходимости вытягивать много дикой энергии. К тому же так шпионам будет труднее подобраться к нам.
Врать она умела не слишком хорошо. Во всяком случае, я понимал, что главная причина в неком внешнем конфликте. А всякая дрянь, вылезшая в наш мир, выступает естественной преградой.
Мы немного поговорили. В своей комнате я наконец смог расслабиться и попросив у охранника заказать мне еды, лёг на кровать. Закинул руки за голову и закрыл глаза. Это не мешало появлению меню.
Устройство: Ядро Экселус В3.26
Состояние: режим интеграции
Текущий прогресс: 51%
Процесс прыгнул вперёд сразу на тридцать процентов! Причём мне сами учёные вручили нужный ресурс… Правда, второй раз это вряд ли повторится. Не знаю, понимают ли профессора что помогают запустить ядро на полную и просто не хотят мне этого позволить. Или в их глазах я доломал артефакт иной цивилизации.
Зато случившееся открыло новые функции. А именно меню «физической поддержки». В нём отражалось состояние моего тела. Я мог ускоренно снять усталость, стать сильнее, усилить органы чувств или даже выйти за пределы обычных человеческих возможностей. Например, расширить восприятие и слышать ультразвук или же видеть в инфракрасном спектре.
И это открывало массу новых возможностей.
Встреча с Вяземским произвела впечатление, и мне очень не нравились его намерения. Действительно, зачем оставлять артефакт чужой цивилизации какому-то размороженному чужаку, если его можно передать кому-то достойнее?
Меня не беспокоили полдня, а потом снова вернули к исследованиям. Но на этот раз я не должен бы трогать артефакты, а просто сосредотачиваться на них. А ещё явившийся Розенблат начал тестировать реакции на небольшие физические повреждения: порез, ожог, сильный холод, укол обезболивающего и даже слабого токсина. Правда о последнем мне сообщил интерфейс, и я послушно записал неизвестные символы, делая вид, словно не понял, что меня травят.
Самая интересная реакция была, когда мне дали выпить жижу, опознанную как средство ускорения восстановления маны. Магическая энергия в бутылке, помогающая восполнять резерв. В моё время таких средств ещё не придумали! И из-за него на какое-то время существенно уменьшился счётчик оставшегося времени для интеграции.
— Ого сколько надписей… система реагирует более бурно. И я ощущаю, как внутри разливается тепло, — обозначил я.
— Активность ядра механоидов повысилась, — согласился Соколов, стоявший с каким-то прибором в руках. — Судя по датчикам, оно продуктивно поглощает излишек энергии магического дара.
— Так может… подкармливать его дальше? — предложил я.
— Это может быть опасно. Система функционирует.
Я состроил равнодушнее лицо и пожал плечами.
— Вы эксперт. Хотя мне кажется этой штуке не хватает энергии, если она так жадно хватается за все источники. Вдруг мы узнаем что-то новое, обеспечив стабильный поток?
Соколов был крайне заинтересован и в итоге одобрил опыты по предоставлению мне дополнительных источников энергии — однако, умеренными порциями. Но за время действия того средства процесс интеграции продвинулся на один процент. Правда при этом я ощущал лёгкую тяжесть в груди: похоже, мой дар едва справлялся с нагрузкой от переработки энергии. По всей видимости, я каким-то образом преобразовывал простую ману в ту самую кси-энергию.
Хорошая новость. Впрочем, по грубым прикидкам чтобы не надорваться у меня уйдёт пара недель.
Исследования продолжались, и я всячески старался подслушать разговоры с помощью усиления слуха. На следующий день начались также физические тесты на тренажёрах, в течение которых меня постарались вымотать до предела. С другой стороны, я сам узнал о своих лимитах и был приятно удивлён существенно выросшей выносливостью. Розенблат при этом совершенно не стесняясь пичкал меня чем попало и смотрел, что будет — разумеется, с записями реакций.
Вот тут я уже начал закономерно возмущаться. Но профессор был непреклонен и велел подчиняться, а чужая технология пока справлялась. К тому же кормили меня хорошо и я понемногу становился всё крепче. А заодно запомнил план коридоров и помещений.
Мы находились под землёй — в этом я уже не сомневался. А если этот комплекс секретный, значит вокруг нет высоких заборов и кордонов безопасности. Это давало мне определённые шансы.
Книга, которую я читал в свободное время, позволила вникнуть в произошедшее и оно ёмко описывалась одним широко известным словом: «апокалипсис». О первых годах известно мало, тогда мир погряз в тотальном хаосе и неразберихе. Множество опасных зон и конфликты едва не похоронили цивилизацию, но люди кое-как устояли, начали всё восстанавливать и заново изучать Землю. Технологически человечество откинуло в прошлое, зато от иномирцев люди почерпнули много знаний, позволяющих противостоять угрозам.
Мировой хаос и появления понятия «личной силы» таких одарённых как Вяземский — крайне благодатная почва для появления могущественных организаций. Не удивлён, что при существовании государства, Прометей спокойно ставит эксперименты на людях. Проблем всё ещё слишком много, средства контроля ослаблены и нужно считаться с силой одарённых. Правила изменились.
Моё желание сбежать только крепло. На третий день я снова увидел предмет, который содержал те самые свободные частицы альфа-класса и решил приврать.
— Тут надпись… кажется я такую уже видел, когда меня в тот раз ударило энергией… Не уверен, но она мигает. Может… рискнуть? В тот раз мне же ничего не навредило.
— Абсолютно исключено! — Соколов стремительно подскочил и поспешил убрать крупный цилиндр с коннекторами. — Мы не можем рисковать целостностью ядра… и вашей жизнью.
Как же это фальшиво звучало, но я пожал плечами.
— Ладно… получается, эта штука… рабочая? Может быть просто проводите меня на склад чужих артефактов? Я окину их взглядом и сразу укажу на подобные вещи — получится намного быстрее.
— Этого не требуется… хотя… — Соколов задумался, смотря на цилиндр. — Это ускорит сортировку. После завершения сегодняшней программы так и поступим.
Угрозы от меня не ощущали: по меркам местной охраны я был слабым. И в конце дня Соколов действительно проводил меня к соседней двери с той, что скрывала фиолетовый маркер.
Я залез в уже привычное меню физической настройки и выбрал нужные пункты:
«Активирован режим вспомогательной рецепции: тепловая сенсорика».
Соколов приложил карту к считывателю электронного замка и ввёл пароль. Я стоял за его спиной и сам кода не видел. Зато на кнопках остались тепловые следы. Код содержал цифры один два восемь девять. Правда, различить точную последовательность получалось с трудом, но я постарался не потерять бдительности.
Мы попали на склад, где на стеллажах были разложены различные древние артефакты самого разного размера. Насколько я понимаю, пока что лишь второсортные.
— Андрей, можете приступать. Сами ничего не трогайте: технологии механоидов могут быть опасны. На обычных людей они не реагируют, а вы можете случайно активировать гранату. Или просто включить неисправное устройство, которое из-за этого загорится или даже взорвётся.
Я со всей серьёзностью кивнул.
— Сказал бы, что у меня нет запасных пальцев, но учитывая как эта шутка меня лечит, наверняка она сможет вырастить новые… Я шучу, извините.
Соколов мой юмор не воспринял, но это сняло напряжение. Двое ассистентов молча наблюдали за процессом, пока я ходил с планшетом для бумаг. Соколов терять времени со мной не стал и удалился. При этом теперь я смог уловить движения его пальца издалека. Множество вариантов перестановки четырёх цифр резко сократились до двух. И я постарался вбить их в свою память.
Во время самих исследований я наткнулся на крайне интересный экземпляр.
Энергетический меч
Состояние: исправен
Внимание, обнаружен заряд кси-энергии!
Массивный предмет не светился и выглядел как эфес со сломанным клинком. Разумеется, я не стал отмечать его как рабочий. Удалось найти ещё небольшой блок, похожий на батарейку и несколько явных предметов пришлось отметить. Увы, тут по-видимому сваливали не самые востребованные вещи. Но кажется, я нашёл оружие. Не факт, что действительно рабочее: самодиагностика может ошибаться. К тому же оно предназначенно для ближнего боя. Но это уже лучше, чем ничего.
Шёл седьмой день после моего пробуждения. Я сидел в лаборатории и держал руку на небольшом цилиндре, являющимся специальным накопителем маны, и тянул из него энергию.
Текущий прогресс: 64%
Процесс продвигался ужасно медленно, но я старался поддерживать оптимальный темп. Неделя оказалась крайне насыщенной: я увидел кучу необычных вещей и многое узнал. Тело болело после очередных тестов этих психопатов. Но я делал вид, будто просто читаю учебник истории. Тем временем усиленный слух ловил разговоры ассистентов, бьющих баклуши на рабочем месте и считающих, словно шум оборудования и расслабляющая музыка их скрывает.
— Почему охрана с утра такая нервная ходит? Бегают с оружием, из-за чего-то снаряжаются. Опять опасная тварь ошивается рядом?
— Нет, вроде бы Вяземский уезжает. Просто повышенная тревога на случай проблем.
— Уезжает в штаб? Думаешь, из-за этого испытуемого?
— Ну а кого же ещё? Розенблат из своей лаборатории не вылезает. Наверняка разобрался, почему он совместимый.
У меня внутри похолодело… кажется, время вышло!
Я убрал руку с устройства. Медленно вдохнул и выдохнул, стараясь не допустить значительного ускорения пульса. Посмотрим, что дала моя подготовка. Всё равно мне умирать, так хоть попытаюсь выбраться!
Требовалось убедиться, что-то чудовище уедет достаточно далеко. Потому я вернулся в комнату отдохнуть и подкрепиться. Часа через три я постучал в дверь и обратился к охраннику.
— Дамир, можешь меня отвести к профессору Розенблату? После его последнего эксперимента какая-то новая фигня появляется перед глазами.
Дверь открылась и уже привыкший ко мне охранник кивнул.