Глава 19. Тень Первородного
Ночь в каменном храме была пропитана холодом, который не могли разогнать даже тяжелые шерстяные одеяла. Я лежал на жесткой лежанке, глядя в высокий сводчатый потолок, где плясали тени от догорающего масляного светильника. В голове гудело от споров.
— Кто это был? — в десятый раз спросил я, обращаясь к пустоте своего сознания. — Тот великий голос. Он не просто заговорил, он… он раздавил вас обоих своим присутствием. И он назвал Лунарию своей ученицей. Кто он?
Маркиз, обычно словоохотливый и дерзкий, лишь неопределенно хмыкал.
— Рано, Вайд. Слишком рано. Твой мозг Белого ранга — это крохотный сосуд. Если мы впустим в него осознание того, КТО это был, твои нейроны просто испарятся. Считай его… древним эхом. Частью твоего Потенциала, которая спит очень глубоко.
Ученый поддержал его с редким единодушием:
— «Данная информация не является критически необходимой для твоего текущего выживания. Напротив, она деструктивна. Сейчас тебе следует сосредоточиться на более приземленных вещах. Мы провели анализ движений этого человека… Пурпурного мечника. Вайд, ты обязан стать его учеником».
— Его учеником? — я опешил. — Но вы же говорили, что сами можете меня научить! Маркиз обещал мне адские тренировки!
— Могу, — отрезал Маркиз. — Но Ученый прав. Чтобы ты мог эффективно копировать мои движения, тебе нужно развить Потенциал до такой степени, чтобы ты видел не просто взмах меча, а проекцию намерения в пространстве. Без этого процесс обучения у нас растянется на десятилетия. А этот мечник… он здесь, в плоти. Его техника — это база, на которой мы позже выстроим твой истинный стиль.
— «И не забудь про лекции», — вставил Ученый. — «Я настаиваю на изучении основ нейробиологии. Знание структуры собственного серого вещества даст невероятный толчок к раскрытию Потенциала. Это не скукота, Вайд, это инструкция по эксплуатации твоего главного оружия».
Я лишь мысленно застонал. Перспектива учить учебники в Мире Разума казалась издевательством. Но аргументы Маркиза и Ученого били в цель. Во-первых, я не знал, возьмет ли меня Пурпурный ранг — человек такого уровня наверняка обладает стандартами, до которых мне как до луны. Во-вторых, у меня действительно не было выбора: я не мог даже выйти из этого храма без риска быть съеденным в первые пять минут. В-третьих, если я хотел спасти тех, кто заперт в моей голове, мне нужно было стать сильным. Смертельно сильным.
Утро наступило внезапно и болезненно. Грубый пинок в бок вырвал меня из сна. Я свалился с лежанки, запутавшись в одеяле, и поднял голову, готовясь разразиться проклятиями.
Над мной стояла Лунария. В утреннем свете её красно-пурпурные волосы казались раскаленной лавой. Её взгляд был ледяным, лишенным той эмоциональной вспыльчивости, что я видел вчера.
— Вставай, — процедила она. — Ты не на курорте, незваный гость. Солнце уже коснулось вершины, а ты всё еще дрыхнешь. Благодари учителя за то, что тебя вообще накормили и не выставили за порог в туман. Живо за стол, а потом на улицу.
Мне нечего было ей ответить. Я чувствовал себя неловко — калека в доме легенд. После скудного, но сытного завтрака мы вышли на каменистую площадку перед храмом.
Началась тренировка. Лунария встала в центр и начала выполнять серию ударов. Для моего неопытного глаза это выглядело как хаотичный танец теней. Она двигалась плавно, но в каждом выпаде чувствовалась скрытая мощь, способная расколоть гранит. Я смотрел, затаив дыхание, пытаясь уловить хоть какую-то логику, но видел лишь смазанные следы стали.
Затем вперед вышел её учитель. Он сделал всего три движения. Тихих, почти ленивых. Но воздух вокруг него вздрогнул, а звук рассекаемого пространства запоздал на секунду.
И тут в моей голове снова раздался ОН. Тот самый великий, тяжелый голос.
«Не достойно…» — пророкотал он с явным оттенком разочарования.
«Кто вы? Что не достойно?» — мысленно закричал я, но голос снова погрузился в тишину.
Весь день я провел, наблюдая за ними. В какой-то момент я не выдержал, подобрал учебный деревянный меч, валявшийся у стены, и попытался повторить базовый выпад Лунарии. Результат был плачевным: я едва не вывихнул плечо и позорно завалился на бок, потеряв равновесие на неокрепших ногах. В мозгу послышался синхронный измученный вздох Маркиза и Ученого.
Вечером, когда солнце начало садиться за горизонт тумана, учитель подошел ко мне. Он вытирал клинок куском шелка, глядя на меня с легким сочувствием.
— Послушай, парень, — произнес он. — Через год я планирую отправиться в ближайший город-крепость по своим делам. Если ты к тому времени будешь жив, я могу взять тебя с собой. Но этот год ты должен выжить здесь сам. Мы не станем кормить тебя бесплатно. Пропитание, дрова, вода — всё это будет на твоих плечах.
Я почувствовал, как сердце упало. Выжить здесь без сил? Это невозможно. Я опустил голову, а затем, отбросив гордость, опустился на одно колено — так, как это делали рыцари в старых фильмах.
— Прошу вас… — мой голос дрожал. — Возьмите меня в ученики. Я сделаю всё. Я буду работать день и ночь.
Мечник Пурпурного ранга посмотрел на меня сверху вниз, и в его глазах не было ни капли издевки — только суровая реальность.
— Я не беру в ученики кого попало, Вайд. Тем более — переселенца. Твоя природа фундаментально отличается от нашей. Мы питаем силу от Ядра в груди, вы — от Мозга. Мои техники могут просто убить тебя, не дав результата. У тебя нет базы, нет зачатков понимания меча. Прости, но это бессмысленно.
Я замер. Разочарование было таким острым, что я едва не разрыдался. Мир Разума оказался еще более жестоким, чем я думал. Я уже готов был смириться, готов был начать искать способы выжить в тумане в одиночку, как вдруг…
Великий Голос в моем сознании глубоко и тяжело вздохнул.
Мир вокруг меня потемнел. Маркиз и Ученый испарились, вытесненные невероятным давлением. Мое тело дернулось, спина выпрямилась, а лицо застыло в выражении, которое не принадлежало человеку. Это было выражение божества, созерцающего ничтожество.
«Я» медленно встал. Шаг за шагом я подошел к стойке с оружием. Моя аура изменилась так резко, что Лунария, стоявшая в десяти шагах, невольно отшатнулась, прикрыв лицо рукой, словно от сильного ветра.
Я взял старый, покрытый ржавчиной металлический меч, который, казалось, готов был развалиться от прикосновения. Повернув голову к Пурпурному мечнику, Великий Голос произнес моим ртом:
— Смотри внимательно. Я покажу это только один раз.
Я не сделал замаха. Я не принял стойку. Я просто… нанес удар.
Это не было движением мышц. Это был разрез самой реальности. Ржавый меч в моих руках на долю секунды окутался такой плотной, черной энергией, что свет вокруг померк. Удар прошел по диагонали, и хотя меч не коснулся ничего материального, склон холма в ста метрах от нас просто… исчез. Огромный кусок скалы был срезан идеально ровно, словно горячий нож прошел сквозь масло. Воздух взорвался громовым хлопком.
Мечник Пурпурного ранга — легенда, человек, способный убивать монстров десятками — застыл в абсолютном шоке. Его лицо побледнело, руки задрожали, и он, не в силах выдержать давления, исходящего от моего тела, опешил и буквально рухнул на одно колено, тяжело дыша. Он смотрел на меня так, словно увидел перед собой саму смерть в её истинном обличье.
Великий Голос сделал шаг вперед, нависая над ним.
— Ты, — каждое слово вбивалось в пространство, как сваи. — Будешь. Учить. Его. Основам. Твой меч — ничто, но твоя база послужит фундаментом для его восхождения.
После этого Великий Голос покинул меня так же быстро, как и пришел. Я пошатнулся, ржавый меч со звоном выпал из моих ослабевших пальцев. Я снова стал Вайдом — изможденным парнем с дрожащими коленями.
В тишине, наступившей после удара, было слышно только тяжелое дыхание Пурпурного мечника и тихий всхлип Лунарии, которая всё еще не могла пошевелиться.
— Я… я… — пробормотал Пурпурный мечник, поднимая голову. В его глазах теперь горел не просто интерес, а суеверный ужас, смешанный с фанатичным восторгом. — Да, мой господин. Я сделаю это.
Я стоял и не знал, радоваться мне или бояться. Кажется, я только что стал самым привилегированным и самым опасным учеником в этом мире. А в голове послышался тихий, едва различимый шепот Маркиза:
— Ну и ну… Вайд, ты даже не представляешь, какую кашу ты заварил.