Очнулся я рывком. Что? Где я? Хотел было встать, но тело не слушалось. Я сфокусировал зрение. Какой-то незнакомый лес. Я иду по нему, осторожно ступая, чтобы не шуметь. В правой руке зажато копьё. Останавливаюсь, чтобы проверить следы. Вот здесь пробежал заяц — чуть примятая трава и легкий запах его шерстки. О, а вот это то, что нужно. На камне заметен свежим скол. От копыта. Чуть дальше едва заметные вмятины в земле. Стоп! Откуда я все это знаю и умею? Картинка резко смазывается, а на меня накатывает очередной флэшбэк. Тут уже со мной разговаривают разные тролли. Общий смысл бесед ускользает, так как языка я не знаю. Собеседники имеют смазанные лица, но слова звучат четко, ввинчиваются в мозг словно саморезы. Время течет как-то странно. Вроде я уже по сотому кругу с кем-то разговариваю, но по ощущениям не прошло и десяти минут. В конце концов я начинаю понимать отдельные слова, затем реплики, а затем и всю речь целиком. Как только приходит удивление по поводу последнего факта, мир опять схлопывается. Теперь я опять в теле тролля, выслежывающего добычу. Каждый раз местность меняется, как и живность и используемое оружие. Чаще всего это было копьё или дубина. Несколько раз даже с лука пострелял. И все это с полным погружением. Я чувствовал как напрягаются мышцы, слышал отголоски мыслей троллей, в теле которых находился, понимал и впитывал все, что они делают. После охоты пошли схватки. Со всеми подряд. С монстрами, людьми, другими троллями и даже магами. Последние у меня вызвали просто невероятный восторг. Вот только он прошел после первого же огненного шара, которым один дедок в балахоне прожег в моем брюхе солидных размеров дыру.

И главное, все видения пронизывала одна единственная сущность — кровь. Её философия возводилась в абсолют. Кровь — это сила, кровь — это дух и тело, кровь — это память, начало и конец. Я видел шаманов троллей, повелевающих кровавыми хлыстами, видел как мои сородичи пьют кровь поверженных врагов и становятся сильнее, как бьются в ритуальных поединках применяя силу, даруемую кровью. Кровь для Бога крови, кровь, для трона крови — ладно, последнее не оттуда. Весь этот поток информации стройными кирпичиками встраивался в мою суть, дополняя как будто давно потерянные знания, которые я наконец вспомнил.

Я открыл глаза. Серое небо, затянутое тучами. По краям обзора рвущиеся ввысь лохматые ели, что нависают надо мной неподвижными великанами. Красота. И всю эту красоту загородила морда склонившегося надо мной Ущербного.

— Брат, почему лежать? — с какой-то заботой пробасила эта образина.

— Отвали, Ущербный, — я привычно хотел его послать, но внезапно понял, что проговорил это не на привычном русском, а на каком-то рычащем языке. На меня навалилось всё то, что я узнал в минуты или же часы забытья. Тролли, их язык, культ крови и много чего ещё. Я заморгал, собирая все мысли в кучу, дабы сознание не растеклось лужицей от таких откровений. Получалось, что я попал не просто в другой мир. Я попал в магический мир. Внутри забрезжила какая-то детская радость. А ведь и я был в теле магического существа! Я называл их троллями, но сами они себя звали народом крови или Краав’гар. Все остальные же называли их кровавыми великанами.

— Мать, брат какой-то глупый, лежать, не хотеть вставать. — протянул Ущербный.

И что ему неймётся? Я всё-таки встал, оглядев поляну. Убитый при ритуале олень уже лишился части мяса, которое с удовольствием сейчас уплетали Прораб с Лысой. Ущербный же все так же смотрел на меня. Получается я самым последним очнулся?

— Долго усваивал ты память крови. — мать кажется поняла мой взгляд. — Это хорошо, многому научился.

Это конечно хорошо, но можно мне кто-нибудь всё-таки объяснит что происходит и куда я все таки влип? Желательно без экзистенциального опыта.

Как вернулись в пещеру, Варра разожгла огонь. Да, она нам таки представилась и попросила называть её либо мать, либо Варра. Аналога слова “мама” в языке великанов не было, только суровое Мать. Варра нанизала шматы мяса на палки и принялась готовить. Мы же сидели и чего-то ждали.

— Сегодня вы объединились с предками, поглотив память крови. — начала Варра. — Запомните этот день. — глубокомысленно изрекла матушка.

Дальше произошел забавный момент раздачи имен. Ущербного назвали Гдуром. Не особо благозвучно, хотя и подходило здоровяку. Прораб теперь значился как Игор. Я с этого немного прыснул. Все, теперь его только Игорем буду звать. Лысая получила имя Лия. Довольно неожиданно, учитывая любовь великанов ко всяким рычащим именам. Ну а меня окрестили Боргом. Я аж выпал в осадок с озвученного имени. И не потому, что имя было каким-то странным или не таким. Просто в той жизни, где я был обычным офисным клерком меня звали Борис Громов. Мда, после такого волей неволей а начнешь задумываться о том, что все в нашей жизни не случайно. Точнее в жизнях.

После обретения нами имен Варра принялась методично рассказывать то, что должен знать каждый сын и дочь народа крови. Нашу историю. Байку про то, что неведомые силы создали первого кровавого великана из капли крови некой могущественной сущности я оценил. Дальше наш первопредок таким же образом создал своих первых соплеменников, а уж потом размножение пошло по стандартным природным рельсам. Таким образом выходило, что все кровавые великаны — братья друг другу, на что Варра сделала особый акцент. Сама она кстати начала открываться с неожиданной стороны. Несмотря на то, что женщина скорее всего не прочитала ни одной книжки, говорила она в целом нормально. Раньше то я вообще думал, что она недалеко ушла от первобытных обезьян, а тут вижу вполне разумное существо. Считать правда Варра скорее всего тоже не умела, так что в датах не ориентировалась. На мой вопрос сколько нашей расе лет был дан очень емкий ответ — “Много”. Так вот, кровавые великаны были единым с природой народом, который если и конфликтовал с другими расами, то не сильно часто. Зачастую войны происходили после каких бы то ни было бедствий, после которых живности становилось мало и эти лысые очаровашки выходили на тропу войны и разбоя.

— Ешьте. — Мне хоть и хотелось послушать ещё про устройство мира и быт великанов, но желудок явно говорил о том, что если я не поем в ближайшие полчаса, то он начнет переваривать уже мою тушку. Посмотрев на остальных, я заметил точно такие же взгляды, полные желания что-нибудь сожрать. Набросились мы на тушу одновременно, отрывая куски кое-где ещё не до конца прожаренного мяса. Пихаясь с соседями и давясь пищей, я нисколько не задумывался о том, как некультурно сейчас выгляжу. Удивительно, насколько быстро человеческий разум может отбросить оковы навеянных цивилизацией правил. Скорее всего виной этому послужило ещё и само тело и проведенный ритуал. Доставшаяся мне память не была просто отдельным хранилищем информации, откуда можно было взять полезные знания. Нет, все это теперь было частью меня и моей личности. Беспокоился ли я по поводу таких своих изменений? Да в общем то нет. Идентичность я свою не потерял, характер, да и все остальное, что формировало меня как личность тоже осталось прежним. Не станет же какой-нибудь Робинзон Крузо впадать в отчаяние из-за того, что после тридцати лет на острове он привык расхаживать нагишом и охотиться с копьём на местную живность? Вот и я думаю, что нет.

Оторвавшись от практически полностью съеденного оленя, я сытно рыгнул и отполз к лежанке. Никогда ещё так много я не ел, даже в этом теле, что явно обладало большим аппетитом. Быть может тому виной ритуал, который вызывал странные изменения в теле, отголоски которых я до сих пор ощущал. Додумать мысль я не успел, попросту уснув.

Глаза я разлепил крайне неохотно. Пинок в бок дал понять, что разлеживаться мне не дадут. Я выматерился под нос и встал, хмуро оглядывая Ущербного, а теперь уже Гдура. Эта тупая полуулыбка, которая никогда не покидала его физиономию, начинала меня бесить.

— Брат, на охоту пора. — с этими словами он развернулся и грузно зашагал к выходу.

Я было хотел последовать за ним, но стоило сделать пару шагов, как я замер. Что-то во мне изменилось. Я помахал руками, попрыгал. Во всем теле была какая-то легкость и, наверное, ощущение силы. Осмотрев себя, я понял, что съеденное вчера мясо явно пошло в прок. Тело стало ещё более атлетичным, а кожа слегка потемнела. Ущипнув себя, понял, что она стала явно толще. А плюсов-то от бытия великаном явно прибавилось! Не знаю, насколько она прочной станет в будущем, но то, что стрелы взрослому великану практически не страшны я знал точно.

Выбравшись из пещеры, я слегка прищурился от ударившего по глазам солнца. Стоит упомянуть, что великаны одинаково хорошо видели как ночью, так и днём, так что время охоты для нашего вида было не принципиальным. Остальное семейство стояло неподалеку. Все с копьями. Одно такое лежало возле входа в пещеру, так что я быстренько его подобрал. Варра никак не изменилась, а вот мои братья и сестра переменились если и не кардинально, то настолько, чтобы это было явно заметно. Как и у меня, их кожа ещё сильнее потемнела, превратившись из бледной в темно-серую. Все прибавили в массе, а Гдур и в росте. Взгляды тоже более не были рассеянными и туповатыми. Теперь в них отчетливо прослеживалась мыслительная деятельность. Ну разве что Гдур оставался все таким же тупым. Прораб Игорь смотрел с каким-то интересом, а лысая Лия с какой-то скрытой опаской. Неужели боится? Зеркала у меня не было, но и так я мог сказать, что в росте уступаю только Варре и Гдуру. По массе же с последним мы были и вовсе схожи, так как тренировки себя неожиданно хорошо оправдали.

— За мной. Идите тихо. — бросила Варра и зашагала в лес.

Идя по лесу, я мог только поражаться эффективности проведенного ритуала. Сила, выносливость, а главное знания вышли на совершенно другой уровень. Я отчетливо понимал, как двигаться в лесу, читал некоторые следы и понимал в каком конкретно месте лучше притормозить, чтобы не хрустнуть веткой, а где звук шагов скроет мох или трава. За счет окрепшей кожи я совершенно не чувствовал дискомфорта от шастания по лесу босиком. Что удивительно, Варра всем нам выдала ещё и набедренные повязки, а Лие ещё и что-то наподобие дикарского топика. Последняя вещь для нее кстати была довольно актуальна, так как тело девочки уже стало обзаводиться характерными половыми признаками. Господи, о чем я только думаю. Ей же ведь и года нет!

Мысленно досчитав до десяти, я решил отбросить непрошенные мысли и сосредоточиться на осмотре леса. В прошлый раз охота прошла для меня сумбурно и я не успел рассмотреть всего. Сейчас же наметанный на памяти предков глаз подмечал нетривиальные детали. Лес был полон скрытой жизни. И речь не только о животных и растениях. В воздухе витал густой аромат жизненной силы, что пропитывала этот лес. Такие леса великаны называли истинными. Они отличались от обычных повышенной концентрацией жизненной энергии, что способствовала бурному росту флоры и фауны, иногда безобидной, а иногда способной спокойно растерзать охотничий отряд. Однако концентрация жизненной энергии была лишь следствием наличия в истинных лесах источников жизни. Из полученного опыта я знал, что такие источники соединены между собой невидимыми обычным глазом магическими каналами, по которым циркулировала энергия. Именно вдоль такой линии мы и шли. Мозг слегка пробуксовывал от новых ощущений, ввиду отсутствия реальной практики, но благодаря ритуалу быстро адаптировался. нашей целью сегодня был источник жизни, возле которого всегда находится какая-нибудь живность.

Пару раз мы останавливались и Варра приказывала всем нам прятаться. Такое себе удовольствие — лежать на сырой земле и нюхать странно пахнущую повязку Гдура. Тем не менее я не рыпался, доверяя Варре, если уж трёхметровая машина для убийств пряталась в корнях, прижимаясь всем телом к траве, то я даже боялся представить от кого мы тогда прятались.

Наконец мы дошли. В ста метрах от нас находилась поляна с родником, вокруг которой паслась стая диких вепрей. Нюанс был в том, что в холке эти чудища достигали полутора метров, а помимо клыков обладали ещё и парой острых рогов, которые запросто могли пронзить зазевавшегося охотника. Всё это нам сообщил Игорь, которого Варра отправила на разведку.

— Борг, Гдур, обходите слева. Лия, Игор, вы со мной будете гнать стаю. — план Варры был прост. Я с Ущербным должен был ждать в засаде, пока Варра с остальными погонит стаю мимо нас. Вообще, я не понимаю, чего она так заморачивалась. На прошлой охоте я прекрасно видел с какой силой и точностью она метнула своё копьё в оленя вожака. Помимо того, что оно насквозь прошло через тушу, так ещё и на добрые пятнадцать сантиметров вошло в не такую уж и мягкую кору дерева. Из всего вышесказанного выходило, что Варре достаточно пару раз метнуть копьё, чтобы на ужин у нас было питательное мясцо. Но видимо у нее проснулся материнский инстинкт и она решила таки передать нам толику опыта, подкрепив все практикой.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове за те пару секунд, что мы с Гдуром разворачивались и крадучись начинали идти в указанную сторону. Здоровяк передвигался абсолютно бесшумно, что меня слегка раздражало. Я прилагал ради такого результата все ресурсы своих великаньих извилин, но то и дело издавал едва слышимые звуки. Гдур же похоже вообще не напрягался. Моя теория по этому поводу заключалась в том, что он до ритуала являлся по факту чистым. Ни капли знаний и жизненного опыта. Голые первобытные инстинкты и зачатки личности. Из-за этого ритуал намертво встроил в него все поведенческие инстинкты и навыки, позволив в полной мере приобретенными знаниями. Я же имел некую прослойку в виде своей сохранившейся личности, что упорно пыталась задействовать опыт прошлой жизни. Замерли мы одновременно, начав ждать атаки. Гдур походил на сжатую пружину. Весь сгорбленный, с пылающим азартом взглядом. Истинный охотник, хоть и туповатый. Я такой радости от охоты не ощущал, но всё равно мне было интересно испытать себя.

Наконец справа от нас послышался едва уловимый свист, закончившийся чьим-то пронзительным ревом. Земля задрожала от ударов десятков копыт, а кустарник рядом с нами разошелся от метнувшихся опрометью травоядных, заставленных врасплох. Гдур тут же распрямился, резко выбросив копьё. Попал, сукин сын! Меньший по размеру кабан жалобно взвизгнул и покатился по траве. Я тоже уже прицелился, но тут услышал возглас братца.

— Брат, бежать, бежать!

Что за? Переведя взгляд со своей цели я увидел мелькающие пятки своего напарника. Поняв, что дело пахнет керосином я со всей возможной прытью отпрыгнул в сторону. Вовремя! Падая, я успел заметить здоровую тушу, что на всей скорости пронеслась аккурат там, где я стоял мгновением раньше. Резко ударив копытами в землю, это чудо-юдо развернулось на меня, сверкая кровавыми от ярости глазами.

— Мама!