Кабан был страшен в своём гневе. Да, он был ниже меня, но всего на пару десятков сантиметров. Веса же в этой туше было килограммов двести, а то и все триста. Глядя в эти разъярённые глаза с полопавшимися капиллярами что-то во мне ёкнуло. И не от страха. О нет. Губы растянулись в предвкушающей улыбке. Руки сжали копьё так, что древко чуть скрипнуло. Боковое зрение померкло в красном мареве, сужая обзор. Однако это меня ничуть не беспокоило. Сейчас мне было абсолютно всё равно, кто передо мной. Да будь тут хоть кабан весом в тонну я бы всё равно на него набросился. Рванули мы с тварью одновременно. Какое-то подобие контроля над собой я всё ещё сохранял, а потому не рванул в лобовую атаку. Когда между мною и кабаном оставалась всего пара метров я резко оттолкнулся правой ногой, уводя тело в сторону. Одновременно выставил копьё, нацелившись уроду прямо в шею. К моему удивлению попал, однако копьё вырвало у меня из рук, а всего меня крутануло с такой силой, что аж голова закружилась. Однако кабану пришлось гораздо хуже. Тот ревел, не в силах подняться. Копье вошло по самое древко и сейчас из массивной шеи обильно вытекала алая кровь. Тяжело дыша я встал. Воздуха катастрофически не хваталооо, а конечности дрожали от ударной дозы адреналина. Медленно подойдя к кабану, я с усилием вырвал копьё из раны, отчего меня окатил небольшой фонтанчик крови. Размахнувшись, я вонзил копьё прямо в сердце твари, а затем не в силах сдерживаться присосался к вытекающей из туши горячей крови, чувствуя как в меня вливается сила этого зверя.

Игор замер неподалёку от развернувшейся схватки. Когда они с Варрой подошли, их брат уже добивал самку, что напала на него. Выглядел Борг странно. Он всегда был каким-то спокойным, но сейчас был похож на дикого обезумевшего зверя, упивающегося своей силой. Игор было хотел подойти, чтобы спросить брата, что с ним, но Мать придержала его.

— Не лезь. Он впервые в жизни испытал кровавую ярость. — Игор послушал мать, отходя назад и наблюдая, как их мать кладёт копьё на землю и достаёт дубину, направляясь к Боргу. Мать, несмотря на свои размеры, двигалась довольно бесшумно, но Борг каким-то образом почувствовал её. Оторвавшись от кровавой трапезы, он с яростью посмотрел на подходящую к нему мать. Он что-то прокричал, а затем ринулся прямо на Варру, несмотря на то, что она была почти вдвое больше него. Один резкий удар — и брата сносит в сторону. Игор было подумал, что дело закончилось, но Борг, по-видимому, не собирался сдаваться. Покачиваясь, он встал. Вся правая часть его лица была разбита дубиной матери, но на глазах раны затягивались. К несчастью Борга даже возросшие силы и регенерация не могли ему помочь против взрослой великанши. Удары дубиной последовали один за другим. С каждым следующим Борг поднимался всё медленнее, пока и вовсе не застыл, уткнувшись измочаленным лицом в траву.

— Бери брата, мы уходим. — Игор вздохнул и зашагал к лежащему в отключке странному брату.

Как же болит эта чёртова голова!

— Воды… — закряхтел я. К губам тут же приложили что-то влажное. Напившись, я снова рухнул в беспамятство.

Придя в себя повторно, я всё так же испытал разрывающую черепную коробку боль. К счастью теперь она уже была более-менее терпимой, что позволило мне все же подняться на локтях и осмотреться.

— Глупый брат очнуться..

— Да как ты меня заеб… — я поперхнулся, закашлявшись. Изо рта вырвалось что-то белое. Кажись, это был один из моих клыков. Тут-то до меня и дошли все флэшбэки последних минут моей активной деятельности в лесу. Повернув голову к отблескам костра, я заметил все наше семейство, чинно и благородно ужинающее. Не хватало только белых слюнявчиков. Кормить с ложечки меня никто не собирался, а потому мне пришлось самому подходить к костру и брать мясо. Желудок радостно заурчал, когда я проглотил первый ароматный кусок. Боль в голове чуть ослабла, кажись иду на поправку.

— Дети, сейчас я расскажу, почему ваш брат на охоте так себя повел. — я перестал жевать мясо, услышав слова Варры.

— Это называется кровавой яростью. — Варра замолчала, оглядывая нас. — Это один из даров, который нам даровал первопредок.

Исходя из слов Варры выходило, что сегодня я самостоятельно смог открыть какой-то дар, чему мать была невероятно рада. Последнее она сказала с каменным выражением лица, в конце улыбнувшись как Шварценеггер в терминаторе, отчего меня передернуло. И как только наш папашка с такой глыбой замутил? Или может у великанов иные стандарты красоты?

Говоря о ярости, Варра постоянно восхваляла первопредка и его силу. Пропуская это всё мимо ушей, я вычленял суть. Великаны, которые открыли в себе ярость, могли сначала спонтанно, а затем и контролируемо активировать её, отчего становились сильнее и живучее. Ценой была частичная или полная потеря контроля, в результате чего неопытный великан вполне мог замочить всё, что двигается вокруг. Если же всё, что двигалось уже находилось в состоянии кровавой пюрешки, то великан двигал то, что не двигается и вымещал злобу уже на этом. Ну вы поняли, настоящие берсерки. На мой вопрос о том, как это контролировать, Варра начала мутить воду и что-то говорить о силе крови и времени. Весь этот поток оккультных советов я перевёл во вполне закономерную формулу. Чем больше времени великан практикует ярость и чем больше крови сильных врагов он поглотил, тем лучше он может контролировать себя. К слову о крови, со слов Варры выходило, что после совершеннолетия великаны практически перестают расти. Тогда как же наша матушка стала такой большой? Всё просто — она много кого замочила. Да, выходило так, что великаны после условных двух с половиной метров росли только за счёт поглощенной крови врагов. Важное уточнение заключалось в том, что кровь подходила не любая. Те же лесные хряки практически ничего не давали.

— Мать, а чью кровь нам тогда надо пить? — задал вопрос прораб.

— Сильных зверей и воинов низкорослых. — это она о других расах. — А ещё магов. — Варра аж закатила глаза, расплывшись в улыбке. Да етить меня семеро, это же настоящая маньячка. Она тут чуть слюну от упоминания крови магов не пустила.

Прораб же призадумался, уйдя в свои мысли, а я вот понял почему великанов никто не любит. огромные, сильные твари, способные регенерировать прямо в бою, впадающие в неконтролируемое безумие и пьющие кровь своих врагов. Да я бы таких под корень вырезал, что местные кстати и пытались в прошлом делать. Получилось не совсем как планировалось. Великанов вытеснили к горам, где те и обосновались. Армии там пройти не могли, а разрозненными отрядами штурмовать гористую местность, где великаны чувствовали себя как рыбы в воде было самоубийством. Так и застыло все в шатком равновесии. Великаны иногда грабили и убивали население ближайших деревень, отхватывали по щщам и убирались восвоясие. Местные низкорослые расы тоже иногда наведывались к нам с целью охоты за великанами. Мы для магов и алхимиков были кладезью полезных ингредиентов.

И вот, увидев всю открывшуюся картину, я осознал, что нахожусь в прямо-таки хреновой ситуации. Да, можно было бы успокоиться и жить как все великаны. Рубиться с тварями, пить кровушку, ходить в набеги и сдохнуть, напоровшись на другого отбитого великана или какую-нибудь разожравшуюсь жизненной энергией тварь. Вот только я был не обычным великаном. Мне до исступленного зуда в заднице хотелось исследовать этот мир. Увидеть собственными глазами леса эльфов и величественные подземные города гномов. Пообщаться с местными людьми, может быть забухать в какой-нибудь средневековой таверне с шлюхами и бардами. Варра не могла рассказать что меня ждет в открытом мире, так как только пару раз ходила в набеги на деревни, так что все эти мечты по большей части состояли из моей разыгравшейся фантазии. Но ёкарный бабай! Ну не хочу я как варра жить в обосранной пещере! Лег спать я в полном раздрае от навалившихся мыслей. Внутри клокотала злоба на весь мир и судьбу в частности. Ну нет чтобы закинуть в эльма или мага. Надо в великана кровососа с периодически протекающей крышей.

На следующий день охоты не предвиделось. Вчера мы умудрились замочить целых четырех кабанов, что позволяло не беспокоиться о еде целую неделю, а то и больше. Поэтому делать было абсолютно нечего. Я лежал и тупо смотрел в потолок.

— Брат. — Я перевёл глаза на подошедшего прораба. — Расскажи, как открыть ярость. — Интересно, а почему не к самой Варре за этим подойти? Последнее я и спросил у Игоря.

— Мать сказала, что каждый должен сам познать свою кровь. — ха, да методы у мамаши истинно шаолиньские. А вот то, что Игорь не стал играть по её правилам и решил поинтересоваться у меня прямо-таки заинтриговало.

— Игорь.

— Игор. — поправил он меня.

— Да-да. — помахал я рукой. — Так вот, Игор, ответь мне сначала на два вопроса.

— И тогда ты научишь меня ярости? — его глаза загорелись детским восторгом.

— Ага. Скажи, как в три приёма поместить Гдура в кроличью нору? — надо было видеть лицо прораба в этот момент. Его брови начали медленно сходиться, как и зрачки, что явно говорило о начавшейся мыслительной деятельности.

— Но… Но это же как? Это же не получится так? — Игорь с удивлением посмотрел на меня.

— Не, ответ на это есть. Как догадаешься, задам ещё вопрос, а пока думай. — Игор проводил меня хмурым взглядом, но ничего говорить не стал.

Своей выходкой я решил проверить, насколько сообразительный у меня братец. Признаться честно, я ссыковал выходить в недружелюбный мир в одиночку. Возможно Игорь окажется именно тем, с кем я смогу покинуть эти чёртовы горы и двинуться дорогой приключений, вот только сначала надо удостовериться, что IQ у него не двухзначный. Пока Игорь пошел думать, я решил размяться, проведя силовую тренировку с отжиманиями и приседаниями. Помимо этих упражнений я внедрил ещё и броски камней и самодельного копья, выточенного из крепкой сухой ветки. Память крови, конечно, хорошая штука, но навыки нужно отрабатывать. Для этого я слегка углубился в лес, чтобы не мелькать на виду у родственников, всё же я не слышал, чтобы хоть кто-то из великанов тренировался, а значит не стоит выделяться. Вдруг Варра подумает, что это я тут ущербный и шибанёт дубиной по темечку, дабы вправить мозги.

Тело великана определенно было более сильным и выносливым, чем человеческое. Чего только стоят двести отжиманий, после которых я восстановил силы за считанные минуты. Метание палки в дерево показало, что и с меткостью у меня полный порядок — попадать с двадцати метров в небольшой по ширине ствол я смог сходу. Рефлексы нарабатывались моментально, спасибо памяти крови. Помахал дубиной, но результатом был не удовлетворен. Великаны были преимущественно охотниками, а не воинами, все их мастерство боя сводилось к тому, чтобы вдарить посильнее с молодецким рыком. Поэтому ни о каких финтах и умении обращаться с оружием нельзя было и мечтать. Только копьё я умел метать, да всякие дротики. Что странно — луком великаны тоже не пользовались, чему я позже все таки нашел объяснение. Силища у взрослых особей была поистине неимоверная, про состояние ярости и говорить не стоит, а потому мало какая древесина могла выдержать бытие луком в велканьих руках. Нет, в этом мире определенно существовали магические породы дерева, которые должны были обладать всеми нужными свойствами, но великаны о таких не знали.

Метание деревяшки мне быстро наскучило, так что я решил заняться самым интересным — магией крови. Варра явно не называла великанов магическими существами, но из памяти и оговорок выходило, что так оно и есть. Причем магия что ни на есть специфическая. Я перебрал все картины из памяти крови, где я видел применение расовой магии. В большинстве своем там была ярость в том или ином виде. Еще кто-то наподобие шаманов проводили какие-то кровавые ритуалы, вычерчивая на себе и камнях причудливые руны. Видел я и боевую магию в виде кровавых хлыстов и стрел, однако таких примеров была лишь парочка, что надо сказать удручало.

— Не густо, — прошамкал я. Похоже придется учиться всему самому, благо первую магическую способность я уже смог один раз применить.

Попытавшись вызвать ярость, я жестоко обломался. Способность просто отказывалась работать. Я присел и призадумался. Что в тот раз было особенным? Очевидный ответ — адреналин и предстоящее сражение с кабаном, который вполне мог бы меня убить. Решение напрашивалось само собой — найти кого-то или что-то, что вызовет у меня такой же страх.

Вернувшись к пещере, я застал занятых делами родственников. Гдур что-то делал со своим копьём — то ли точил, то ли просто стукал по нему камнем. Лысая вместе с матерью обрабатывали шкуры, а Игорь занимался излюбленным делом — построением замков. Увидев меня, он радостно подскочил и побежал ко мне.

— Брат, брат! Я знаю, как это сделать. — с энтузиазмом он начал рассказывать своё решение. — Надо оглушить Гдура, отрезать руки и ноги и положить в норку.

Признаться, я выпал в осадок с такого решения вопроса. Гдур, который все это слышал, с опаской посмотрел на нас и почему-то начал медленно отползать в сторону матери.

— Эм, Игорь.

— Игор. — машинально поправил тот меня.

— Ага. — я почесал лысый затылок. — Решение не должно калечить Гдура, подумай пожалуйста, ещё. — я подбодрил братца, похлопав того по плечу.

Закончив с приемом ответа, я подошел к Варре и потребовал того, чтобы она со мной подралась.

— Чё? — уставилась на меня она.

— Чё? — Гдур тоже вытаращился на меня. Сестра же переводила свой непонимающий взгляд с меня на мать.

— Хочу потренироваться. — объяснил я свою позицию. Варра долго смотрела в пустоту, затем пожала плечами и встала, разминая кулаки. Одна её клешня была по размеру сравнима с моей головой, так что я в полной мере ощутил, что будет больно, но регенерация должна справиться.

От пещеры отходить не стали, всё равно остальные бы увязались посмотреть на такое зрелище. Первым начал я. Подлетел к Варре и пнул под колено. Ощущение было такое, что по дереву бил. Несмотря на это, Варра всё же немного подсела, с каким-то удивлением смотря на слегка согнувшееся колено. Медлить я не стал, зарядив по печени. Хотел продолжить по почкам, но здоровенный кулак снес меня словно пушинку, отчего я кубарем покатился по камням, собирая хребтом все выступы. В голове зашумело, но я всё-таки встал. Да, похоже затея действительно была хреновой. Однако сдаваться я не планировал. Подобравшись, решил бить всё в то же колено. Ну что сказать, ярость я так и не смог задействовать, зато ощутил, что чувствует мяч, который пинает опытный футболист. После такого я всё-таки отключился, очнувшись только к ужину. Приняв очередной неверный ответ от Игоря, поел, а затем уснул.