Прилетев в столицу, я и Катя поселились в одном номере. Быстро разобрав вещи, мы отправились на первую встречу. Иностранные инвесторы проявляли живой интерес к компании Аркадия Ивановича: он занимался инновационными технологиями в сфере энергосбережения, способными существенно изменить рынок и принести крупные прибыли. В результате был выделен первый транш средств для расширения производства и запуска пилотного проекта. Я оказалась гораздо глубже вовлечена в процесс, чем ожидала. Помогала Кате с отчётами и документацией, переводя всё в соответствии с международными стандартами.

Через пару недель напряжённой работы первые результаты стали заметны: прототипы новой технологии успешно прошли испытания, и инвесторы выразили желание увеличить финансирование. Атмосфера компании преобразилась: от амбиций к реальным достижениям.

Плотный график оставлял мне мало времени для репетиторства. Я была вынуждена отказаться от некоторых учеников, оставив только утренние занятия.

На общение с Максимом времени оставалось ещё меньше, и чем его становилось меньше, тем сильнее я ощущала, как хочу скорее вернуться домой к нему. Я начала искать замену себе на работе. Изначально я согласилась побыть переводчиком лишь ненадолго, но время растянулось на неопределённый срок.

Во время одной из встреч в конференц-зале я ещё раз предупредила Аркадия Ивановича, что моё присутствие временно и как только я найду замену, сразу вернусь домой. Он был не против.

Обзвонив всех знакомых, я не нашла никого, кто согласился бы заменить меня. Этот факт очень меня расстраивал: я понимала, что не могу доверить свою работу кому попало, и моё возвращение откладывалось ещё на неопределённое время.

Вечером, вернувшись в номер, я была выжата как лимон. Ни сил, ни желания что-либо делать. Уткнувшись в подушку, тихо заплакала. Я ощущала себя лишней, и боль внутри казалась почти невыносимой. Мне так хотелось тепла и поддержки. Я чуть приподнялась с кровати, взяла телефон и написала Маше:

— Как будешь свободна, позвони, пожалуйста!

Не прошло и минуты, как раздался звонок.

— Лиза, привет! У тебя что-то случилось? — с беспокойством в голосе спросила Маша.

Услышав её, я словно маленькая девочка разревелась от накопившейся усталости.

— Лиза, не молчи, скажи, почему плачешь? — мягко, но настойчиво сказала Маша.

Я всхлипнула:

— Я так устала… очень устала! Хочу домой! Хочу… к Максиму… Маш, я так по нему соскучилась…

На мгновение повисла тишина. Маша переваривала мои слова, особенно последние.

— Родная… — мягко произнесла она. — Лиза, скажи ему об этом! Не молчи!

Я замолчала на секунду.

— Маш! А вдруг я опоздала со своим признанием? — в голосе дрожала тревога и неуверенность.

— Я думаю, что нет! — твёрдо ответила Маша.

Её слова вселили во мне робкую надежду. Я попрощалась и взяв телефон долго держала его в руках. А вдруг уже поздно? А если я снова испугаюсь? Но желание сказать о своих чувствах было сильнее сомнений и страха. Я сделала неровный вдох и набрала номер Максима. Трубку взяла девушка. Я слегка напряглась. Девушка говорила тихо, словно опасаясь, что кто-то услышит.

— Лиза, здравствуйте! — произнесла она.

— Здравствуйте… — еле прошептала я.

— Лиза, это Юля! Я старшая сестра Максима, — ответила девушка на другом конце.

Я замерла. На секунду повисла пауза. Я пыталась понять, почему у Юли телефон Максима, а в её голосе ощущалось что-то ещё. Нарушив молчание, она сказала:

— Лиза, могу с вами поговорить предельно откровенно?

Я слегка испугалась.

— Да, — это было всё, что я смогла ответить.

— Да, — выдохнула я, чувствуя, как пересохло в горле.

В трубке повисла тишина. Не неловкая — тяжёлая. Такая, в которой каждое следующее слово может что-то разрушить. Я слышала её дыхание. Ровное. Уверенное. Почему она говорит с телефона Максима? Где он сейчас? Он что рядом и слышит этот разговор? Сердце забилось быстрее. Пальцы похолодели. Юля будто медлила намеренно, позволяя мне утонуть в собственных догадках.

— Лиза… — произнесла она наконец, и в её голосе исчезла прежняя мягкость.

Я почему-то закрыла глаза, словно готовясь к удару.