Малхар: Расскажи об Аделине.

Ред: Не хочу о ней говорить.

Малхар: Почему?

Ред: Мои мысли путаются. Воспоминания о ней – словно кусочки пазла, которые не складываются в единое целое.

Малхар: Это воспоминания Реми?

Ред: Его и мои. Она кое-что мне сделала – со мной, – а Реми не… ну, может быть, он… я не знаю.

Малхар: [Молчит.]

Ред: Я же сказал – не хочу о ней говорить!

Малхар: А как насчет бабушки Реми?

Ред: И о Фионе я тоже говорить не хочу.

Малхар: Можешь объяснить, почему?

Ред: Когда Реми не желал что-то чувствовать, он отдавал это мне. Некоторые – многие – из его эмоций были болезненными. Особенно он не любил грустить. Когда мы уехали от бабушки, он скучал по ее дому и по ней, а еще по ощущению безопасности, когда нечего бояться. Потом он вручил все это мне и больше не испытывал страха.

Малхар: Зато ты испытывал.

Ред: Эти ощущения ненастоящие. Они не мои. Или, по крайней мере, не полностью мои. Этого достаточно?

Малхар: Тогда расскажи о Чарли.

Ред: Она меня злит.

Малхар: Вот как?

Ред: Мне не нравится, что она что-то обо мне знает.

Малхар: Возможно, ты и забыл ее, но она была частью твоей жизни. Ты сам сделал ее частью своей жизни.

Ред: Жизни Винса.

Малхар: Но это же ты. Ты называл себя Винсом.

Ред: Знаешь, почему? Шутки ради.

Малхар: Шутки ради? Неужели?

Ред: Есть мотоцикл под названием «Винсент Блэк Шэдоу», то есть буквально «Черная тень». А второе имя Реми было Винсент. Ха-ха.

Малхар: На самом деле ты не считаешь это смешным?

Ред: Конечно, считаю. Это же моя шутка.

Малхар: Не понимаю, какое это имеет отношение к Чарли.

Ред: Никакого. Она безрассудная.

Малхар: И это тебя злит?

Ред: Должно быть, с ней что-то не так, раз полюбила кого-то вроде меня. Теперь она знает и все еще хочет…

Малхар: [Молчит.]

Ред: Мне это не нравится. Она мне не нравится.

Малхар: Понятно.